Никогда не говори «Никогда»

Жизненная философия двадцатичетырехлетней англичанки Венди Нортон проста: все мужчины — самовлюбленные, эгоистичные самцы, а значит, пригодны только для «голого секса»; никаких глубоких эмоций в любовных связях, никаких привязанностей, а уж о браке умной женщине даже и думать не следует…

Встретив на деловом пути Майкла Олен-Райта, Венди пытается и в отношениях с ним остаться на привычных позициях. А заодно доказать — не только окружающим, но и себе, — что Майкл ничем не отличается от других.

Чем закончилась ее борьба со всем миром и с самой собой, читатель узнает на последних страницах увлекательного романа Инги Берристер.

Глава 1

— Венди, милая, я так надеялась, что ты приедешь поздравить Рут! Рада, что мои надежды оправдались. — И Венди оказалась в объятиях Эйлин, своей самой старинной подруги.

Только что Венди Нортон с ощущением презрительной жалости разглядывала толпу гостей, торопящихся принести свои поздравления новобрачным. Немногие из них, думалось ей, толкующих о счастье, ожидающем Рут и Клиффа в браке, могли бы, положа руку на сердце, поклясться, что их собственные семейные отношения действительно принесли им счастье. Но она постаралась, чтобы на ее лице ничего, кроме доброжелательности, не отразилось. Ведь если бы они могли прочитать ее мысли, то, без всякого сомнения, отказали бы ей, незамужней женщине, в праве на критику института брака. Однако Венди полагала, что имеет гораздо больший опыт в прелестях семейной жизни, чем любой из этих гостей…

Между тем Эйлин продолжала щебетать:

— Я так рада за маму и Клиффа, хотелось бы только, чтобы они не жили так далеко. Какая чудесная идея со стороны семьи Клиффа — устроить послесвадебный прием и пригласить нас всех, не правда ли? Да, кстати, Клифф уже заявил тебе официально, что ты получаешь контракт на проведение рекламной кампании в Европе? — добавила она, отпуская Венди.

Глава 2

На то, чтобы подготовиться к ужину с Майклом, у Венди ушло необычайно много времени. Колебания насчет того, что надеть, или раздумья об эффекте, который она может произвести на собеседника, были ей не свойственны. Обычно Венди одевалась в то, что нравилось ей самой, а не кому-либо другому. Но сейчас по какой-то невидимой ей причине она решила отказаться от свободного платья, которое сначала предполагала надеть, в пользу более изысканного. Это было изящное платье из черного джерси с открытым плечом, по странной прихоти брошенное ею в чемодан в последнюю минуту сборов.

Платье было не из тех, которые любой мужчина немедленно и неизбежно воспринимает как вызывающее. Оно скорее скользило вдоль форм тела, чем подчеркивало их. Но то, как оно обнажало гладкую кожу, теплые линии плеча и руки, как не оставляло никаких сомнений в том, что рискнувшая надеть его должна обладать прекрасной кожей и дорогим, мало что скрывающим нижним бельем, заставляло ошеломленных мужчин ощущать исходящие от нее тонкие чувственные токи и завистливо щуриться каждую находящуюся рядом женщину.

В дополнение ко всему Венди собрала волосы вверх, в гладкий пучок, и надела тяжелые матового золота серьги и соответствующий им простой золотой браслет.

Она подушилась своими любимыми духами, но вместо того, чтобы щедро смочить ими свои виски, распылила маленькое облачко в воздухе и медленно прошла сквозь него. Теперь их аромат будет так тонок и трудноуловим, что каждый, кому захочется убедиться в его наличии, должен будет подойти к ней близко — совсем близко.