Наследие древних. История одной любви

Шкутова Юлия

Глава 4

 

Войдя в дом, Ориана устало прислонилась к двери. Наконец с эпидемией было покончено. Вакцина действовала, жители Северга шли на поправку, а значит, целители могли вернуться к прежнему режиму работы.

Оттолкнувшись от двери и почувствовав, как заныло уставшее тело, женщина поплелась в свою спальню. Сейчас она благодарила богов за то, что несколько лет назад уговорила Вадима переоборудовать ванную комнату, установив современную сантехнику. И теперь ей не нужно тащиться на кухню, включать обогрев котла и ждать, пока вода нагреется. Затем наполнять ванну из двух кранов, из которых текла холодная и горячая вода. Нет, теперь можно просто покрутить два вентиля, чтобы из одного крана лилась вода приемлемой температуры, поступающая по городским трубам в дома жителей. Это ли не счастье!

Пока ванна набиралась, Ори стянула с себя надоевшую белую хламиду, которую носила поверх обычной одежды на работе. Правда, сейчас она была не совсем белая, а, скорее, как любила говорить Тарина, серо-буро-малиновая. Вся в пятнах и серых потеках, ткань выглядела плачевно. Последние дни в больнице дались целителям крайне тяжело. Нужно было внимательно следить за тем, как вакцина действует на пациентов. Тут уж не до внешнего вида.

А еще Райт, приходящий на перевязки! Хорошо, что завтра его примет леста Дария. Раны на руке практически полностью затянулись, значит, можно снимать повязку. Ориана искренне надеялась, что теперь они будут видеться намного реже. Слишком хорошо помнила свою реакцию на его близость и совсем не желала повторения.

– Лучше бы вообще никогда, – пробормотала она, садясь в ванну, и застонала от облегчения.

Горячая вода мягко обволокла уставшее тело, даруя расслабление и покой.

Смежив веки, Ориана вспомнила тот день, когда Райт впервые увидел Тарину. Тогда женщина сильно испугалась за сохранность своей тайны. Но, кажется, бывший возлюбленный ничего не заметил. Вернее, не обратил внимания на глаза, так похожие на его собственные. Ори и сама не подозревала, насколько отец и дочь похожи, пока не увидела Райта и Тарину вместе.

Открыв глаза, она посмотрела на потолок, машинально отметив тонкую трещинку, идущую по русту, и сказала вслух:

– А если эту невероятную схожесть еще кто-нибудь заметит?

Выпрямившись, из-за чего вода расплескалась, попав на половичок и кафель пола, женщина досадливо прикусила губу. Город у них небольшой, все друг друга знают, и кто-то из горожан обязательно вспомнит, что глаза Вадима значительно отличались оттенком. А затем конечно же узнает, что когда-то Ориана и Райт учились в одной академии, сопоставит факты и…

– Нет, этому точно не бывать! – Не сдержавшись, Ори хлопнула ладонью по воде, еще больше залив пол, но совершенно не обратив на это внимания.

Мысли суматошно заметались в голове, не давая сосредоточиться на поиске выхода из сложившейся ситуации. А потом Ориана впервые порадовалась тому, что дочь захотела поступить в столичную академию. Сейчас это единственное спасение от тех неприятностей, которые могут последовать за раскрытием тайны рождения Тарины. И даже то, что Райт тоже вернется в Исалию, совершенно не пугало. Не в пример Севергу, столица была огромна. В ней проживало более двухсот тысяч человек. Там они вряд ли встретятся. Да и какое дело великому лесту Райту фор Леарду до какой-то студентки из приграничного городка?

Остается самая малость: позвонить своей подруге, оставшейся после обучения работать в Исалии, и попросить принять Тарину на неделю раньше, чем они планировали. Ори связалась с Лайлой еще несколько недель назад, когда Вадим сумел переубедить жену и позволить дочери учиться в столице. А теперь его нет, спустя двадцать лет она вновь увидела Райта, и жизнь катится под откос.

Ори и не заметила, как по щекам заструились слезы. Только когда из горла вырвались первые всхлипы, она наконец осознала, что плачет. Зажав рот ладонями, словно опасаясь быть услышанной, хотя в доме никого не было, Ориана оплакивала мужчину, когда-то давно принявшего ее, несмотря на то что она его так сильно обидела. Ори всегда удивлялась, как у него хватило сил простить ее и более того – вновь впустить в свою жизнь. А теперь она никогда больше не увидит Вадима, не услышит его смех, не почувствует нежные, но сильные руки на своих плечах… Больше никогда и ничего не будет связано с ним. А вскоре и дочь уедет, оставив ее совершенно одну.

Представив долгие годы одинокого существования, Ориана громко всхлипнула, уже не столько жалея погибшего мужа, сколько себя. Остаться одной было очень страшно. Целительница совсем не готова к этому.

– Нет, все, хватит! – глухо произнесла она, судорожно вздохнув. – Нашла время расклеиваться! Сейчас самое главное – убрать из города Рину и постараться как можно реже встречаться с Райтом. Хватит и одного предательства с его стороны.

Спустя час она уже звонила Лайле фор Нарек, своей старинной подруге, с которой делила пять лет комнату в общежитии. Она была единственным человеком, кто знал правду о настоящем отце Тарины. Ори даже не пришлось ничего говорить, подруга сама обо всем догадалась, стоило ей только посмотреть на малышку.

– Ори, дорогая моя, как ты там? – раздался взволнованный голос подруги, едва она приняла вызов. – Я столько раз звонила тебе, но ты не отвечала!

– Прости, была постоянно занята, – повинилась Ориана, глядя в немного мутное изображение. – Кажется, мне пора менять смартан, что-то экран плохо показывает.

– Да этот раритет уже давно пора похоронить и сплясать на его могиле! – заявила Лайла, недовольно скривившись. – Не отвлекай меня от темы! Я знаю, что у вас началась какая-то страшная эпидемия. Мой начальник лест Феран сказал, что к вам отправили спецотряд целителей по борьбе с эпидемиями, а еще… – Замявшись, она пристально всмотрелась в лицо подруги и выдохнула: – К вам должен был прибыть отряд по расследованию магических преступлений.

– Во главе с лестом Райтом фор Леардом, – закончила за нее Ориана, невесело усмехнувшись.

– Ты его уже видела? И выцарапала глаза? Или что, понос наслала? А лучше бы…

– Лайла, прекрати! Мы взрослые разумные люди. Поэтому я ему даже руку вылечила, когда он порезался о разбитое окно.

– Надо было отсечь! – мстительно сказала подруга.

Живя в столице и даже вращаясь в одних кругах, Лайла практически не встречалась с Райтом. А когда все же оказывалась с ним на одном приеме, старательно держалась от него подальше, словно и не замечая. Правда, Ориана подозревала, что Райту поведение целительницы было совершенно безразлично. Он мог быть холодным и неприступным с окружающими.

– Так что с эпидемией? – напомнила Лайла.

– Все закончилось, – облегченно вздохнула Ори, подойдя к окну и выглянув на улицу. – Вакцина на основе нашей крови дала положительный результат.

– Прости, что? – ошарашенно переспросила подруга. – Ты давала свою кровь?

– Другого выхода не было, – обреченно ответила Ори, уже предчувствуя головомойку. – Да и не я одна ее сдавала. Многие люди, в ком сильна кровь тайхаров, вызвались помочь.

– Но добровольно отдать свою кровь! – вскричала Лайла и, судя по громкому топоту, принялась нервно расхаживать по комнате.

– Неужели ты думаешь, что среди тех целителей, которые создавали вакцину, найдется хоть один, который додумается использовать полученные заборы в своих целях? – скептически поинтересовалась Ориана. – К тому же они сразу дали магическую клятву использовать кровь только для создания вакцины.

– Темных времен на вас нет! – устало вздохнула подруга, вновь появившись перед экраном.

В Темные времена, восемь веков назад, в мире было засилье темных магов, которые создавали ужасающие по силе заклинания на крови и наводили порчу. Более всего ценилась кровь светловолосых и светлоглазых людей. До сих пор все с опаской относятся к тем целителям, которые вынуждены работать напрямую с кровью. Таких специалистов ставят на учет и постоянно контролируют.

– Зато мы смогли побороть эпидемию! – гордо напомнила Ори. – А вообще, я звоню тебе по другому вопросу. Ты бы не могла принять у себя Тарину немного раньше?

– Например, завтра? – прозорливо предположила подруга.

– Нет, мы не успеем так быстро собраться. – Ориана отрицательно качнула головой.

– Он ее уже видел?

– Один раз, в тот день, когда поранил руку. Но ничего не понял, иначе, зная Райта, тут же потребовал бы объяснений.

Помолчав, Лайла задумчиво прикусила губу. Было заметно, что подругу что-то волнует, но пока она не хочет об этом говорить. Или не решается.

– А Тарина знает об изменении планов? – уточнила она.

– Еще нет, но об этом не беспокойся, – отмахнулась Ориана. – Я найду, что ей сказать.

– Смотри сама. В любом случае я ее жду.

Проговорив с Лайлой еще несколько минут, Ори отключилась. Нужно было заняться ужином. Скоро из больницы вернется дочь, и надо хорошо подготовиться. После тех обидных слов, которые Тарина сказала ей, они обе сделали вид, что ничего не произошло. Для Орианы так было немного проще. А если честно, то она попросту трусила, не зная, как себя вести с дочерью. Раньше все острые углы в их жизни сглаживал именно Вадим. Да и Тарина в основном слушалась только его. Как и почему так произошло, Ори не понимала, но факт оставался фактом: они с дочерью любили друг друга, но были не очень близки.

При воспоминании о муже на глазах выступили слезы. Решительно их смахнув и шмыгнув носом, она неодобрительно пробормотала:

– Скоро я истеричкой стану. Вадим мертв, нужно смириться с этим и научиться жить…

Не сдержавшись, женщина снова всхлипнула. Прижав руку ко рту, переждала, пока горло перестанут сдавливать невидимые тиски. Ори и не подозревала, насколько сильно была привязана к Вадиму. И теперь безумно скучала по нему.

– Фу-ух! – выдохнула целительница, вновь проведя руками по глазам. – Должно пройти время, только и всего. Я обязательно справлюсь!

Услышав шаги на дорожке, она выглянула в окно и увидела Тарину. Почувствовав волнение, приказала себе успокоиться и взялась за готовку. Еще раз напомнив себе о самых главных на данный момент вещах, Ориана окончательно взяла себя в руки.

– Я вернулась! – возвестила Тарина, едва войдя в дом.

– Иди приведи себя в порядок, – распорядилась Ори, нарезая овощи для салата. – Через полчаса будем ужинать.

За отведенное время целительница мысленно составила план, как и что будет говорить дочери. Расставила столовые приборы и, спохватившись, убрала тарелку, предназначавшуюся Вадиму, пока дочь ничего не заметила. Оставалось надеяться, что она сумеет убедить Рину уехать. Если раньше та с радостью восприняла бы такое предложение, то сейчас вполне может заупрямиться. Дочь всегда была трудным ребенком. И этим она очень сильно напоминала саму Ориану.

– Что у нас на ужин? – спросила девушка, появляясь на кухне.

Ори перехватила ее взгляд, направленный на то место, где обычно сидел Вадим, и тихо вздохнула. Они редко ели в небольшой столовой, предпочитая собираться на кухне. И муж давно облюбовал себе местечко в самом углу, объяснив это тем, что оттуда ему нравится наблюдать за своими девочками. Теперь стул сиротливо стоял, одним своим видом привнося горечь в сердца домочадцев.

– Ничего необычного, – ответила она, ставя на стол тарелки. – Не было ни сил, ни желания, уж прости.

– Ничего страшного. – Тарина беспечно отмахнулась и потянулась за тарелкой с салатом.

Пока они ужинали, Ори молчала, ожидая, когда дочь поест. Она уже давно запомнила: когда Ринка голодная, у нее всегда портится настроение. Даже самые безобидные слова девушка воспринимает в штыки. В этом она была копией своего настоящего отца. Райт тоже всегда был не в духе, если вовремя не поел. В принципе как и Вадим…

– Подожди, не уходи, – попросила Ориана, увидев, что дочь хочет выйти из-за стола. – Я хотела с тобой поговорить.

– О чем? – Тарина вновь покосилась на стул Вадима. Видимо, тоже поняла, что теперь между ней и матерью нет спасительного буфера и придется налаживать отношения самим.

– Хочу предложить тебе поехать в столицу раньше, – осторожно сказала целительница, внимательно следя за реакцией дочери. – Лайла уже ждет тебя.

– Но… почему так скоро? – удивилась Рина, растерянно посмотрев на мать.

– Я просто подумала, что тебе не помешает сменить обстановку. Да и к Исалии тоже не помешает привыкнуть. Поверь, ты просто не представляешь, какой это большой и суетный город. Мы никогда не возили тебя дальше Давершира, а он всего лишь в два раза больше нашего городка.

– Все равно не понимаю, зачем так спешить. – Девушка скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула.

«Плохой знак», – отметила про себя Ори, а вслух сказала:

– А почему бы и нет? Ты хоть немного отвлечешься от этого всего.

– От чего именно? – напряженно спросила Рина. – От смерти папы, от эпидемии, последовавшей за взрывом лаборатории, или от приезда спецов из отдела расследования магических преступлений? Мама, я не хочу оставлять тебя здесь одну!

– Но тебе все равно придется уехать, – напомнила Ориана. – Или ты уже передумала поступать, решив остаться в Северге? А как же твоя мечта? Неужели она была такой незначительной? – Заметив, что девушка хочет что-то возразить, она предупреждающе подняла руку: – Рина, я благодарна тебе за заботу и понимаю твое желание остаться рядом, но поверь, я справлюсь.

– Прости… – Тарина всхлипнула и прижала ладони к пылающему лицу. – Прости, я сама… Мне так страшно покидать тебя. Боюсь представить, что…

Встав со стула, Ориана обняла дочь, с трудом сдерживая слезы. Она понимала ее страх и беспокойство, но изменить ничего не могла. У Тарины должна быть своя жизнь, а не вечный страх, что мать тоже может умереть.

Прикрыв на несколько мгновений глаза, чтобы успокоить расшалившиеся нервы, Ориана тихо произнесла:

– Мне тоже сложно смириться со смертью Вадима, но это не значит, что нужно отчаиваться. Вот поэтому я и хочу, чтобы ты уехала. Смени обстановку, вдалеке от дома тебе должно стать легче. Пусть и не сразу, но ты явно быстрее оправишься, чем здесь, где все напоминает об отце.

– Да, я поняла и… – Резкими, немного дергаными движениями девушка вытерла щеки и добавила: – Я уеду завтра в столицу, как ты того и хочешь. Только прошу, держи меня в курсе расследования.

– Конечно же! – заверила Ориана и мысленно выдохнула. Все прошло не так уж и плохо, как могло бы быть.

Весь следующий день она посвятила предстоящему отъезду дочери, помогая собрать необходимые вещи, вернее, выкладывая из сумок то, без чего Тарина вполне могла обойтись.

– Ну зачем тебе эти детские заколочки? – вздыхала она, вынимая их из сумки.

– Так ведь папа подарил, – независимо ответила дочь.

– И что? До этого они спокойно хранились в тумбочке, вот пусть и дальше там побудут. И бабушкина шаль тебе там точно не нужна!

– Но она же теплая!

– А еще заношена тобой до дыр. Прекрати меня позорить!

В итоге укладывание сумок растянулось на добрых четыре часа. И еще на три – прощание с подругами, одни из которых искренне радовались за Рину, а вторые – завидовали и очень неумело это скрывали. И как раз две девушки из последней категории сейчас находились в гостиной.

– Как бы я хотела уехать в столицу! – проникновенно вздыхала леста Катрина фор Мирез, семнадцатилетняя дочь барона Паванского, восседая на диване в гостиной с видом императрицы. Вернее, она так думала. – Там столько всего интересного! Жизнь так и бурлит! Балы, музеи, театральные представления, выставки именитых и не очень художников. А у нас из интересного – только смертоносная эпидемия!

– Но благодаря этому несчастью нас посетил сам виконт Райт фор Леард, – напомнила ее закадычная подруга леста Эрония фор Меркс. – А еще вместе с ним приехал лест Марк фор Тарек, сын графа Северского.

– Да-да, только наличие столь блистательных аристократов и примиряет меня с нашей дырой, – немного снисходительно ответила леста Катрина.

– А они для тебя не староваты? – скептически фыркнула Тарина. – Лест Райт – ровесник моей матери.

«Ну спасибо, милая!» – насмешливо подумала Ориана, слышавшая из кухни весь разговор.

– Если бы он был смерком, тогда да, я бы задумалась о возрасте. – Юная аристократка дернула плечом. Смерками пренебрежительно называли темноволосых и темноглазых людей, слабо одаренных магически либо вообще не имеющих магии. – Но в нем, слава богам, так же, как и во мне, сильна кровь тайхаров. Да он же выглядит максимум лет на двадцать пять! К тому же лест Райт – один из самых завидных женихов империи.

– И уже имеющий дочь всего на пару лет младше тебя, – напомнила Тарина.

– Тем лучше для меня, – беспечно заявила неугомонная барышня. – Легко смогу найти с ней общий язык.

Удивившись такой циничности в столь юном возрасте, Ориана только покачала головой. Правда, вспомнив мать девушки, лесту Ларису, усмехнулась, решив, что дочь полностью скопировала характер баронессы.

Уже вечером, посадив Тарину на маг-экспресс и ожидая его отправки, целительница подумала, что не так уж плохо, если на Райта откроют охоту. Значит, у него останется меньше времени, чтобы лезть в ее жизнь. То, что маг расследует смерть Вадима, Ориана благополучно упустила из виду.

Уже позже, стоя около своей калитки, целительница смотрела на дом, в котором прожила долгое время. Обрушившееся понимание того, что там ее никто не ждет, наполнило сердце тоской и жгучим чувством одиночества, ненужности. Нестерпимо захотелось, чтобы Тарина оказалась рядом с ней, потому что заходить в пустой дом было… страшно.

А обиднее всего, что и пойти Ориане было не к кому.

Нет, у нее есть несколько подруг, живущих поблизости, но беспокоить их совершенно не хотелось. Одной в скором времени нужно рожать, а у второй муж военный, недавно вернулся из патрулирования горных районов. Можно было бы заскочить к Ринаде, якобы уточнить, как медичка справляется. Только Ори придерживалась старых взглядов, не допускающих панибратских отношений с помощниками. Это могло навредить в работе с пациентами. А простой визит вежливости Ориану сейчас бы только тяготил.

Она уже надумала сходить в кафе, чтобы хоть ненадолго оказаться среди людей, когда заметила на противоположной стороне улицы Райта. И, судя по всему, он шел именно к ней. Почувствовав легкое беспокойство, Ориана сделала вид, будто решала какие-то хозяйственные вопросы. Для этого даже принялась осматривать невысокий забор и с удивлением поняла, что тот уже давно нуждается в покраске. Да и клумбами не мешало бы заняться, пока они вовсе не заросли сорной травой. А еще, насколько она помнит, Вадим так и не договорился о замене нескольких подгнивших досок на крыльце.

«Вот и планы на выходные появились», – с облегчением подумала целительница и даже немного обрадовалась.

– Здравствуй, Ориана, – раздался спокойный голос Райта.

– Здравствуй. – Целительница посмотрела на него и добавила: – Как рука?

– Леста Дария отпустила с миром, – довольно заявил маг и перевел взгляд на дом. – Почему не заходишь?

– Да вот смотрю, что, к моему стыду, дом находится в некотором запустении, – с готовностью пояснила Ориана. – А ты что здесь делаешь?

– Мне нужно с тобой поговорить. К сожалению, ты не отвечала на вызов, пришлось идти сюда.

Ори вспомнила, что оставила смартан дома, и укорила себя за такую глупость. Не сделай она этого, можно было бы пообщаться с Райтом в другом месте, а теперь придется приглашать его в дом. И это неожиданно показалось кощунством, словно женщина предавала память о своем недавно погибшем муже.

Тряхнув головой, отгоняя глупую мысль, Ориана пригласила Райта войти. Все то время, пока они шли по дорожке к дому, она буквально кожей ощущала его присутствие. Это было… раздражающе и волнительно одновременно. Ори настолько поглотили эти странные ощущения, что она не смогла толком понять: злится на присутствие бывшего возлюбленного или же испытывает облегчение оттого, что он рядом.

– Чай? – предложила Ориана, когда они устроились в гостиной.

– Ничего не нужно, – отмахнулся Райт, с любопытством осматриваясь по сторонам. – Дом небольшой, но уютный. Требуется много времени…

– Нет, ты не прав, – холодно перебила его целительница, разозлившись на замечание о размере дома. – Мне было совершенно не тяжело обустраивать его. Более того, для женщины большое счастье – сделать все, чтобы любимым людям было хорошо. И, насколько я помню, ни Вадим, ни Тарина никогда не жаловались.

Сверкнувшая в глазах Райта ярость немного обескуражила целительницу. Такой реакции на свои слова она точно не ожидала.

– Зачем ты пришел? – уже более миролюбиво спросила Ори, вспомнив, что в доме они совсем одни.

– Поговорить о смерти твоего мужа и его напарника, – ответил Райт абсолютно лишенным эмоций голосом. – Мы начали обследовать лабораторию и обнаружили кое-что интересное.

– И что же это? – Ориана вновь почувствовала смутное беспокойство.

– Взрыв был направленный.

– Прости, что?

– Кто-то специально взорвал лабораторию, когда там находился твой муж.

Ориана оцепенела от этих слов. Правильно ли она их поняла? Потом вспомнила замечание Рины о том, что, возможно, Вадима убили. Прикрыв глаза, женщина часто задышала, пытаясь усмирить нарастающую панику. И когда почувствовала прикосновение большой и теплой ладони к своей руке, даже не подумала оттолкнуть ее. Наоборот, Ори вцепилась в нее, словно это могло бы помочь очнуться от кошмарного сна, в котором она нечаянно оказалась.

– Ориана, скажи, у Вадима были враги? – добил ее Райт.