Наследие древних. История одной любви

Шкутова Юлия

Эпилог

 

Десять лет спустя

Ориана сидела на скамейке в тени могучего дуба. Погода радовала безоблачным небом и ярким летним солнцем. Вот целительница и решила прогуляться по саду с младшим сыном, пока муж ушел по делам. Оторвав взгляд от книги, которую до этого читала, она посмотрела на трехлетнего малыша, медленно, но уверенно подбирающегося к зарослям кустарника, за которыми велись работы по обустройству пруда. И конечно же Адара нестерпимо тянуло в это загадочное место. Тем более что мама уже несколько раз отваживала его.

Ори и в этот раз уже собиралась пожурить сына за непослушание, но ее опередили.

– И куда это мы собрались? – раздался строгий голос Райта, и малыш испуганно покосился в его сторону. – Что смотришь, вредитель? – Он скрестил руки на груди и нарочито нахмурился. – Вот сейчас догоню и отшлепаю! – Теперь оставалось только немного наклониться вперед и протянуть руки к сыну.

Секундная заминка, и сад наполнил детский визг. Адар споро перебирал ножками, улепетывая от отца.

– Врешь, не уйдешь, все равно догоню! – Райт слегка повысил голос и громко топнул, отчего малыш побежал еще быстрее. – Вот я тебя!

Теперь сын хохотал в голос, стремясь в спасительные объятия матери. Ори развела руки, дожидаясь малыша и тихо посмеиваясь. И когда до спасения оставалось совсем немного, Райт подхватил Адара на руки и высоко подкинул. Сад тут же наполнился еще большим шумом и визгом. Радостно вереща, мальчик просил подбросить его еще выше, пальчиками указывая на небо. И отец с удовольствием выполнял это требование, пока Ориана старалась не вскрикивать. Она понимала, что Райт очень осторожен, но все равно с беспокойством посматривала на их забаву.

– Ну все, хватит уже! – не выдережала целительница, когда сын в очередной раз подлетел вверх.

– Все-все, больше не буду! – пообещал Райт, прижав мальчика к себе и склоняясь, чтобы запечатлеть на губах жены быстрый поцелуй. – А где Лер?

– Ну где Лер может еще быть? – со вздохом спросила Ори, указав глазами на дом.

Их восьмилетний сын предпочитал общество книг. Мальчику всегда нравилось, когда родители читали ему сказки, а как только научился этому сам, буквально оккупировал библиотеку. Теперь приходилось с боем вытягивать мальчика на прогулки.

– Та-ак, – протянул Райт, заговорщицки посмотрев на младшего сына. – Ну что, идем к твоему брату? Будем его вытаскивать на улицу, пока он совсем не зачах в библиотеке!

– Лер-р-р! – радостно возвестил малыш и помахал рукой в сторону дома.

– Родная, жди здесь, – распорядился виконт. – Скоро твои мужчины вернутся с ценной добычей!

– Идите уж, мои герои! – рассмеялась Ориана.

Глядя вслед удаляющимся мужу и сыну, она так и продолжала улыбаться. За десять лет, что они прожили в браке с Райтом, каждый день для женщины был наполнен солнечным светом его любви. Пусть и не все в их жизни было безоблачно, как хотелось бы.

Поначалу в Северге было слишком много работы. Райт, заступив на пост мэра, казалось, перевернул все с ног на голову, перетряхнул и вновь поставил на место. Некоторые чиновники взвыли, принявшись строчить кляузы в надежде найти управу на виконта Таверга. А кто-то и радостно потирал руки, надеясь занять вакантное местечко. Только их ждало жестокое разочарование. Как только кто-нибудь пытался под видом подарка дать Райту взятку, хитреца тут же вызывали на ковер и разбирали профессиональную деятельность чуть ли не за весь период карьеры.

Ну а простой люд с интересом следил за развитием событий, не забывая перемывать кости мэрской семье. Ведь известие о том, что Ориана вышла замуж за виконта Таверга спустя три месяца после смерти первого мужа, буквально взорвало Северг. И город тут же разделился на два лагеря. Одни яростно ругали целительницу, обзывая распутной женщиной. А другие защищали, списывая все на пережитое потрясение после похищения и чудесного освобождения. Дошло до того, что к Ориане на прием приходили только те, кто одобрял ее свадьбу. Поначалу это сильно огорчало женщину, ведь некоторые упрямцы предпочитали терпеть боль, но только не идти на осмотр к «ветреной женщине». Ори даже пыталась разговаривать с ними, а потом просто махнула рукой. Если они желают мучиться от боли, то это их полное право.

Райт злился и негодовал, но по просьбе жены не вмешивался. По крайней мере, он так утверждал. А если какой-то купец, ремесленник или другой человек неожиданно сталкивался с проблемами, решая вопросы с администрацией города, – ну так с кем не бывает! Виконт слишком сильно любил свою жену, поэтому не мог видеть на ее лице даже тень страдания. Ему понадобилось полгода, чтобы утихомирить самых яростных противников Орианы. И еще год, чтобы все смирились с положением вещей. Да и как не смириться, когда видишь, как счастливы супруги вместе.

– Леста Ориана, – позвала женщину служанка, отвлекая от размышлений. – Там к вам пришла леста Вист.

– Проводите ее сюда, – распорядилась Ори, вставая со скамьи. – И накройте на стол на восточной террасе.

Вдова бывшего мэра так и осталась жить в Северге, возглавив приют для сирот и брошенных детей. Леста Алеста сама предложила Райту открыть его в своем поместье. Дом был большим и удобным, и она не желала находиться в нем одна. Ориана одобрила ее решение и на первых порах всячески помогала. Если честно, целительнице было жаль эту одинокую женщину, посвятившую всю себя чужим детям. И, наверное, только благодаря заботе о них леста Вист не сдалась и до сих пор не ушла за Грань вслед за мужем.

– Леста Ориана, чудесно выглядите! – сказала директриса, протягивая к целительнице руки. – Семейная жизнь вас невероятно красит.

– Спасибо! – ответила Ори, немного смущенная такими словами.

А вот сама леста Вист заметно состарилась. Хотя Ориана и предлагала ей неоднократно воспользоваться омолаживающей вакциной. Разработку Вадима улучшили и пустили в производство. Теперь она полностью омолаживала человека, возвращая ему здоровый и цветущий вид. Правда, воспользоваться ею можно всего три раза. Дальше организм отказывался переносить такие встряски. Но для темноволосых людей и этого было достаточно. По крайней мере, пока.

Это средство моментально приобрело бешеную популярность, а империя приобрела еще больший вес на политической арене. Можно сказать, что император Арван теперь повелевал практически всем миром. Целительнице конечно же это все не нравилось. Она бы с удовольствием раздавала вакцину бесплатно всем темноволосым жителям. Но кто Ори такая, чтобы идти против сильных мира сего?

Вообще, женщина старалась не вникать в дела мужа, касающиеся древней лаборатории, чтобы не расстраиваться еще сильнее. Слишком много неприятных воспоминаний связано с ней. Хотя иногда, когда она слышала разговоры о величии древних магов, ей нестерпимо хотелось поведать миру правду. Рассказать, что они все и есть тайхары. И не важно, какого цвета у человека волосы. Ориана считала неправильным скрывать трагедию, произошедшую несколько тысячелетий назад. Однажды она сказала об этом Райту.

– Еще не время, – ответил тогда муж.

– А когда оно наступит, это время? – Ори недовольно поджала губы.

– Когда мы поймем, как бороться с дефектным геном, из-за которого рождались темноволосые дети. К сожалению, мы пока еще слишком мало знаем. Не все архивы изучены. Да и не стремились наши предки разобраться с этой проблемой. А значит, это ложится на наши плечи, и нам придется начать с нуля.

– Это прекрасно, но я не совсем понимаю, при чем тут сокрытие правды?

– А зачем раньше времени говорить о ней? Лучше мы сначала найдем способ блокировать этот ген или улучшим вакцину настолько, что она будет не омолаживать, а замедлять старение, позволив рейтам жить так же долго, как тайхам. Как только это у нас получится, можно приоткрыть завесу тайны, чтобы показать, что мы поняли ошибки прошлого, приняли их к сведению и стараемся исправить.

– При этом не забывая укреплять свою власть.

– Одно другому не мешает. – Райт усмехнулся и притянул жену к себе. – Не переживай так. На самом деле император все прекрасно понимает и не желает повторения древней трагедии.

Ориане пришлось согласиться с разумностью его доводов. И больше она старалась к этой теме не возвращаться.

С лестой Вист она проговорила несколько часов, решая неотложные дела приюта, будучи одной из его патронесс. Муж, видя, что Ори занята, увел сыновей в глубь сада. И иногда с той стороны раздавался громкий смех.

– Лест Райт – великолепный отец, – сказала на прощание директриса. – Немногие мужчины будут так возиться со своими детьми. Он просто образец для подражания, и я часто ставлю виконта в пример своим знакомым.

– Он самый лучший! – подтвердила Ориана, с нежностью посмотрев в ту сторону, где находилась ее семья.

Проводив лесту Вист, целительница поспешила вернуться в сад. Быстро идя по дорожке, она думала о том, что скоро в их доме будет еще более шумно. Через два дня приедут их с Райтом старшие дочери. Тарина два года назад вышла замуж и теперь ждала ребенка. Ее муж также был целителем, поэтому она иногда жаловалась, что скоро он ее залечит. Ори только усмехалась и вспоминала две свои последние беременности. В те месяцы Райт вел себя хуже сторожевого пса и курицы-наседки, вместе взятых. Постоянно пытался отправить Ориану отдыхать. А тех, кто, по его мнению, досаждал жене, виртуозно выпроваживал из дома, больницы, кафе… В общем, старательно убирал раздражающие факторы. Ори тогда пришлось пригрозить уехать жить к свекрови до родов. Только после этого муж немного успокоился.

Теперь, видимо, настала очередь Тарины познать все «прелести» беременности. И это явно не токсикоз.

Арилеса же до сих пор не вышла замуж, с удовольствием и азартом постигая стезю боевого мага. Ориана иногда переживала за нее. Особенно после восторженных рассказов Лесы о некоторых заданиях. В таких случаях дочь подсаживалась к ней, обнимала и простительно говорила:

– Ну ма-а-ам, я же осторожно! Ты ведь мне веришь?

Арилеса очень легко начала называть Ориану мамой. Скорее всего, из-за того, что росла без матери и всегда мечтала ее иметь. Да и целительница не была против. Наоборот, только радовалась. Она сразу полюбила проказливую, но такую добрую девчушку и с гордостью называла ее своей дочерью.

А вот с Тариной обстояло немного сложнее. У нее уже был один отец, которого девушка слишком сильно любила. Поэтому она никак не могла назвать Райта папой. Пусть и радовалась за свою мать, видя ее счастье, но не подпускала виконта близко к себе. Их общение напоминало отношения хороших знакомых, а не родных людей. Рине понадобилось несколько лет, чтобы более или менее привыкнуть к Райту. И только после этого они начали немного сближаться. Сложность была еще в том, что между отцом и дочерью было мало общего. Он – виконт, боевой маг, бывший начальник отдела расследований магических преступлений и мэр города. Она – целительница, далекая от политических дрязг и подковерной борьбы аристократов, еще такая молодая и плохо знающая мир. И все же они старательно искали точки соприкосновения, знакомясь и узнавая друг друга.

И когда спустя семь лет она все же назвала его отцом, счастью Райта не было предела. Правда, потом он не раз со смехом вспоминал, что в тот момент ему скорее нужно было прятаться от разгневанной дочери, чем радоваться такому подарку. А все дело в том, что виконт сильно простудился, но все равно продолжал работать. Ориана была беременна младшим, и вдовствующая маркиза пригласила ее погостить у себя вместе с Лером. Вот Райт и пустился во все тяжкие, никем не контролируемый. Пока в гости не приехала недавно вышедшая замуж Тарина и угрозами не выгнала отца из рабочего кабинета. Дочь так громко и яростно ругалась, что виконт сначала и не понял, когда она начала называть его папой. Ну а после из него можно было вить веревки, настолько он был рад.

– О чем задумалась, родная? – прошептал Райт, подкравшись к Ориане сзади и обняв за талию.

– Вспоминала прошлое, – честно призналась она, накрыв его ладони своими руками и положив голову на плечо. – А еще думала, что скоро у нас будет невероятно весело и шумно.

– Ну да, дочки ведь приезжают, – согласился виконт, целуя волосы жены. – Рина опять будет ворчать на Кайла, что тот слишком волнуется. А Леса зацелует и затискает братьев.

– И они конечно же ей это позволят, ведь тогда она расскажет им о своих невероятных приключениях на службе, – хмыкнула целительница, наблюдая за возящимися в траве сыновьями.

Восьмилетний Лер щекотал Адара, а тот, тонко повизгивая, пытался отбиться от брата. Глядя на эту идиллическую картину, Ориана и сама расплылась в улыбке.

– Как же хорошо… – сказала она, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Что именно? – уточнил Райт.

– Что вы все есть у меня, – ответила женщина, повернув голову к мужу.

– Мы тоже тебя очень любим, – проговорил виконт и накрыл ее губы своими.

Ори довольно вздохнула и, повернувшись, крепко обняла любимого.

А над ними светило яркое солнце, ветер шумел в кронах деревьев, невдалеке смеялись двое светловолосых мальчуганов… Жизнь была прекрасна!

Есть в каждом человеке демон, Что воет в полуночи тьмы, Мечтая вырваться из плена Гранитных стен своей тюрьмы, Стремится разорвать оковы И завладеть твоей душой, Чтоб в омут окунуться снова Безумья… позабыв покой… И ночью липкой, как болото, Ты раздраженно вспоминал, Как посмотрел с усмешкой кто-то, Сказал не так, как ты желал. И мысли черные по венам Ускорят злобы кровоток – Что было – все покрылось тленом: Улыбки, смех, любви глоток… Теперь застынет перед вами Не тот, кто терпеливо ждал, Был делом скромен и словами И счастья искренне желал. Мой демон скрыт, давно… надежно… В далеких уголках души, Окутанный цепями прочно И позабытый в той глуши, Тропа к которой в чаще скрылась. Но все ж ключи… ключи со мной, Я выбросить их не решилась… Теперь же, позабыв покой, Все жду, когда же он очнется И, душу в лоскутки порвав, Ехидно, жестко улыбнется… …К себе прижав. И чашей, полною той боли, Что накопилась, угощу Всех тех, кто был мне очень дорог, – Остановиться не хочу. А до тех пор… Пусть спит…