На четырех ветрах

Макколи Барбара

Глава седьмая

 

Безумие.

Неописуемое, нереальное, неотвратимое безумие.

Его губы слились с ее губами, его руки обнимают ее - Кира была не в состоянии думать ни о чем ином.

Она слишком долго сдерживала свои эмоции и страшно устала от этого. Сейчас она испытывала желание, подобного которому не ощущала никогда в жизни.

Губы Сэма добрались до мочки ее уха, и она откинула голову с тихим стоном. Прижавшись к Сэму, Кира обвила руки вокруг его шеи и почувствовала, как пьянящее волнение захватило ее целиком… Почти целиком, потому что тихий голос продолжал шептать ей: «Ты сошла с ума. Вы же в гостинице! Все работники кухни видели, как вы с Сэмом ушли вместе!»

- Сэм, - слабо запротестовала Кира. - Это…

- Я знаю. - Сэм слегка прикусил мочку ее уха.

Она задрожала.

- Мы не должны…

- Не должны, - согласился мужчина, скользя губами вниз по ее шее.

Да, да, там , пронеслось у нее в голове, когда он добрался до нежной ямки за ее ключицей.

- Кто-нибудь может… - Кира задохнулась на полуслове, почувствовав его горячий язык на своей коже.

Сэм снова приник к ее рту в долгом, глубоком поцелуе. Киру бросило в жар, ей казалось, что в ее теле растаяли все до последней косточки. Она вцепилась в Сэма, боясь не устоять на ногах и упасть,

А ковер, наверное, мягкий… - внезапно подумала Кира.

Мягкий…

Пушистый…

Итак близко…

Такой искушающий…

Она прижалась к Сэму еще теснее и почувствовала его напряженную плоть. Ее груди ныли от желания. Кира скользнула пальцами по его шее и запустила их в его густые блестящие волосы. Ее кожа покрылась мурашками от шеи до щиколоток. Кира вдыхала аромат его кожи, запах разгоряченного страстью мужчины. Она ухватилась за лацканы его пиджака и стала нетерпеливо стаскивать его.

Молодая женщина рвала узел его галстука, сквозь туман вожделения проклиная неловкость своих пальцев, потом расстегнула верхние пуговицы его рубашки. Сэм издал глухое рычание, почувствовав ее ладони на обнаженной коже своей груди.

Все это время они, ни на секунду не отрываясь друг от друга, передвигались по комнате, будто танцуя медленный фокстрот. Куда? К дивану? В спальню? Кире было все равно, лишь бы скорее. Спальня, смутно подумала она, увидев стены, обтянутые тканью кремового цвета, и мебель красного дерева. Она не могла видеть кровать, но догадывалась, что та находится у нее за спиной.

Кровать, на которой мы займемся любовью, на которой он войдет в меня.

От этой мысли по телу Киры прокатилась новая волна нетерпеливой дрожи, и она поднялась на цыпочки, крепко прижимаясь своими бедрами к его бедрам. Сэм застонал, дернул ее блузку, пуговицы посыпались на пол, а он запустил руки под шелковую ткань и обвил их вокруг ее талии.

- Какая ты нежная… - прошептал он.

Мужчина опрокинул Киру на кровать, и это падение показалось ей долгим, словно в замедленной съемке. Его руки охватили ее маленькие аккуратные груди, и Киру закружил водоворот наслаждения.

- Я так безумно хотел этого, - хрипло сказал Сэм. - Хотел тебя.

Безумие - вот слово, которое я искал.

Он поглядел ей в глаза взглядом, полным властного желания. Безумие это или пет, ни один из них не собирался останавливаться.

Кира казалась Сэму очень хрупкой. Она была высокой, но очень тоненькой, линии ее тела поражали мягкостью и изяществом. Сэм скользнул губами по теплой нежной коже ее плоского живота. Ее кожа была удивительно приятной на вкус, и он едва сдерживая страсть, впитывал эту удивительную сладость. Запустив руки ей под спину, Сэм нащупал застежку бюстгальтера и освободил груди Киры от кружевных чашечек.

Он целовал ее затвердевший сосок, дразня его языком и губами, и внезапно почувствовал, что если немедленно не войдет в нее, то сойдет с ума.

Остановись, сказал он себе, возьми себя в руки.

Но в этот момент Кира приподняла бедра навстречу ему и прошептала его имя.

Каждый вздох обжигал его легкие, капельки пота выступили на лбу. Сэм больше не мог терпеть.

Он рывком расстегнул ее брюки, не отрывая губ от ее груди, затем запустил руку ей в трусики и добрался до манящего холмика. Когда он накрыл его ладонью, Кира застонала, изогнулась и впилась ногтями в его спину.

- Сними… это… - прошептала она, задыхаясь и дергая пряжку его ремня.

Сэм удержал ее руки, понимая, что если только она прикоснется к нему там…

- Сначала ты.

Одним движением он стянул с нее брюки и трусики. Кира рвала во все стороны свой галстук. Наконец галстук и блузка полетели на пол. Теперь молодая женщина лежала перед ним совсем обнаженная. Сэм взял ее за запястья и притянул к себе.

Он держал Киру так крепко, что она не могла двинуться, и ей оставалось только умолять его чтобы он не медлил. Она чувствовала, как внизу живота у нее все горит и пульсирует. Отчаянно желая коснуться его, Кира извивалась и тянулась к нему, но Сэм крепко держал ее за руки, доводя до исступления, возбуждая ее так, как никто и никогда. - Я больше не могу… - еле выговорила она, пока он целовал и кусал се в шею. - Сэм, пожалуйста…

Он отпустил ее руки, и она упала на кровать. Мужчина расстегнул ремень и потянул вниз молнию своих брюк. У нее перехватило дыхание, когда она увидела, насколько он возбужден.

Ее глаза распахнулись, и она замерла в предчувствии того, чего так долго ждала. Взгляд Сэма стал почти жестоким. Он раздвинул ее ноги и лег на нее сверху.

Он вошел в нее, проникая все глубже с каждым толчком, пока она не почувствовала его полностью внутри себя. Кира обвила Сэма руками и ногами, следуя движениям его бедер. Они то замедлялись, то безумно ускорялись, то почти совсем прекращались, доставляя ей утонченное наслаждение. Кира стонала, лихорадочно цепляясь руками то за Сэма, то за спинку кровати, то за скользкое шелковое покрывало, пока ей не показалось, что ее тело взорвалось и рассыпалось на тысячу цветных хрустальных осколков. Почувствовав это, Сэм хрипло застонал, сделал еще одно глубокое и мощное движение и замер, вздрагивая. Через секунду он упал на Киру, буквально впечатав ее в матрас своим мощным разгоряченным телом.

Закрыв глаза, Кира обвила руками его шею и тихо улыбнулась.

Через несколько минут Сэм начал постепенно приходить в себя. Он перекатился на спину, увлекая Киру за собой. Она лежала на нем, как тряпичная кукла, не в силах пошевелить ни одним пальцем, ее теплое дыхание щекотало его грудь. Капельки пота блестели на их телах подобно маленьким шарикам ртути.

Они медленно возвращались к действительности. Сэм все еще слышал шум крови в ушах, но не так отчетливо, как несколько минут назад.

- Я сделал тебе больно? - спросил он встревоженно, увидев красные пятна на ее руках.

- Сделал мне больно? - переспросила Кира.

- Я был немного груб… - Он не мог простить себе, что до такой степени потерял контроль. - Я должен был быть сдержаннее.

- Я не хотела, чтобы ты был сдержаннее.

Он осторожно провел кончиками пальцев по красным пятнам.

- У тебя останутся синяки…

Кира приподняла голову и расслабленно улыбнулась Сэму:

- У тебя тоже. Наверное, и мне следовало быть сдержаннее.

Мужчина хотел ответить ей что-нибудь остроумное, но тут ее ладонь накрыла его рот. Кира медленно двигалась губами вниз по его животу, он чувствовал ее язык на своей коже, и его разум полностью растворился в ощущениях тела.

- Я вижу, мы готовы к новому старту? - промурлыкала Кира.

Когда Сэм проснулся, в комнате было темно, и место на кровати рядом с ним пустовало. Он приподнялся на локте и вздрогнул от боли - наверное, потянул мышцу.

Он сел, потер руками глаза и попытался привести мысли в порядок. Часы показывали 8:57. Сэм не мог поверить, что проспал больше часа…

И дал Кире возможность сбежать.

В любое другое время, в любой другой ситуации он был бы только рад проснуться в одиночестве. Сэм ненавидел разговоры после секса, а еще больше его раздражали те романтические фантазии, которые обычно приходили в голову увлеченной им женщины.

Но Кира… Кира была особенной. Сэм совершенно точно знал, что она - единственная в своем роде. Независимая, очаровательная, сексуальная и в то же время удивительно невинная. Он никогда не встречал никого подобного в своей жизни.

Мужчина подвигал рукой, стараясь болью в плече заглушить неожиданную боль в сердце.

Отбросив покрывало, он встал с кровати, нащупал на полу свои брюки и застыл, держа их в руках, почувствовав дивный запах горячего шоколада, доносившийся из соседней комнаты. Первая (и радостная) его мысль была: «Кира не ушла». Но он не мог себе представить, что в подобных обстоятельствах она могла заказать ужин в номер.

Сэм провел рукой по волосам и вышел из спальни. Внезапно сердце замерло у него в груди.

Кира стояла на кухне, одетая только в его рубашку и что-то напевала. Ее руки были по локоть в пене. Сэм прислонился к косяку, любуясь изящной линией невероятно длинных ног, блестящими, темными, рассыпавшимися по плечам волосами… Как он по ней соскучился! Как он мог соскучиться по ней так скоро? Лишь два часа назад они вместе были в кровати, но все, о чем Сэм мог думать сейчас, так это о том, чтобы уложить ее туда снова.

Но не сию минуту. Как ни странно, сейчас ему хотелось просто смотреть на нее. Он слышал звук работающей микроволновки, но не мог себе представить, что она могла там печь, учитывая скудный холостяцкий запас продуктов, хранившихся на кухне.

Но если в раю есть кухни, я явно попал на одну из них, и меня обслуживает, мой персональный ангел.

- Вкусно пахнет.

Кира поглядела на него через плечо и улыбнулась.

- А что ты скажешь, когда попробуешь…

Он подошел к ней сзади, убрал волосы с се затылка и поцеловал в шею.

- Не могу дождаться.

- Я занята, - сказала Кира, но прижалась к нему спиной.

- Я тоже. - Он куснул ее за шею и почувствовал, как дрожь пробежала по всему ее телу. - Не обращай на меня внимания, продолжай делать, что делаешь. А кстати, что ты делаешь?

- Мою кастрюлю, которую использовала. - Кира старалась говорить строго, но ее голос звучал по-прежнему соблазнительно.

- Использовала для чего? - спросил Сэм, но его много больше интересовала родинка у нее за ухом.

- Мне захотелось что-нибудь приготовить. - Кира уже даже не пыталась домыть посуду. Она закрыла глаза, запрокинула голову и потерлась затылком о его плечо.

- А сейчас, тебе ничего не захотелось? - Сэм запустил обе руки под ее рубашку и провел ладонями по крутому изгибу бедер.

И тут запищал таймер микроволновки.

Сэм чертыхнулся.

Вырвавшись, Кира отерла мыльную пену с рук, схватила полотенце, лежавшее на столе, открыла микроволновку и достала из нее поднос, на котором стояло две чашки.

Его раздражение сменилось изумлением. Над краем чашки поднималась пышная шоколадная шапочка.

- Надеюсь, ты любишь суфле, - сказала Кира, ставя поднос на стол.

- Суфле? - Сэм вытаращил глаза.

Неужели она умудрилась приготовить суфле?

- У тебя в холодильнике пусто, но я нашла несколько яиц, кусочек масла и сахар. А у меня в сумочке была плитка шоколада.

Он недоверчиво смотрел на чашки, все еще пытаясь осознать тот факт, что она сделала суфле.

- Это лучше есть горячим. - Кира достала ложку из ящичка и вручила ее Сэму. Он зачерпнул капельку суфле и осторожно попробовал. Изумительный шоколадный вкус обволок его язык.

О господи.

Мужчина был слишком ошеломлен, чтобы что-то сказать, и просто смотрел па нее.

- Понимаю, мне, наверное, следовало уйти… - вдруг затараторила Кира, крутя полотенце в руках. - Но сейчас еще день, и я боялась, что кто-нибудь меня увидит…

- Ты приготовила вот это , - наконец выговорил Сэм, - на моей кухне?

Молодая женщина тревожно посмотрела на него.

- Надеюсь, ты не против?

- Против? Полуголая сексуальная женщина кормит меня лучшим в моей жизни шоколадным суфле, и ты думаешь, я могу быть против?

Он облизнулся и поцеловал ее. Но, к его собственному удивлению, не с жадным вожделением, которое он по-прежнему чувствовал, а мягко и нежно. Теплые, пахнущие шоколадом губы Киры приоткрылись, и она блаженно зажмурилась.

- Мисс Дэниелс, - прошептал Сэм, с трудом отрываясь от ее губ. - Вы - самая потрясающая женщина, которую я когда-либо знал.

Она замерла, затем положила ладони ему на грудь, будто собираясь его оттолкнуть.

- Сэм, - сказала она тихо, опустив глаза. - Дэниелс - не моя настоящая фамилия.

Мужчина мог бы ответить, что уже догадался об этом. Он внимательно просмотрел ее резюме в первый же день и не обнаружил ни слова правды. Он мог - точнее, должен был - тут же ее уволить, мало того, Сэм все еще не мог понять, почему не сделал того, а просто доверился интуиции.

Сэм нежно обнимал Киру, чувствуя, что в его душе идет напряженная борьба. Он жаждал узнать о ней хоть крупицу правды, но опасался, что, если начнет на нее давить, она исчезнет так же внезапно, как и появилась. А Сэм больше всего на свете хотел, чтобы она осталась.

- Мне жаль, что я солгала, - тихо сказала молодая женщина. - Но мне очень нужна была эта работа.

- Ты замечательно работаешь.

- Но я не могу остаться, Сэм, - тихо вздохнула Кира. - Филипп…

- Я поговорю с ним.

Покачав головой, она отошла от него.

- Я лучше уеду.

- Лучше? - Сэм сузил глаза. - Для кого?

- Для всех, - настаивала молодая женщина. - Для ресторана, для гостиницы… Для тебя.

Сэм снова притянул ее к себе.

- Не говори мне, что для меня лучше. Тогда для чего мы здесь сейчас?

Ее глаза вспыхнули.

- Хочешь сказать, ты думаешь, я переспала с тобой, чтобы остаться на работе?

- Конечно, нет. - Сэм едва понимал, что говорит. Он все еще обнимал ее, но чувствовал, как она напряжена. - Черт возьми, Кира, если ты будешь убегать каждый раз, как возникают проблемы…

- Отпусти меня! - Огонь в ее глазах превратился в лед. - Сейчас же.

Сэм внимательно посмотрел на нее и разжал объятия. Кира вздернула подбородок и отступила.

- Ты не знаешь ничего обо мне, - сказала она. - Ничего.

- Открытие века! - Сэм надеялся, что это прозвучит саркастично, но не смог скрыть своего отчаяния.

Она направилась в спальню.

- Черт возьми, Кира! - закричал мужчина ей вслед.- Ты хоть понимаешь, что делаешь?

- Я уезжаю. - Она кинула на пего холодный взгляд через плечо. - Не волнуйся, я очень постараюсь, чтобы меня никто не заметил.

- Думаешь, меня это волнует?

Кира молча исчезла в спальне.

Сэм пошел было за ней, но остановился и вцепился обеими руками в свою шевелюру.

Ни одна женщина не заставляла его чувствовать себя столь беспомощным. Ни одна женщина никогда настолько не выводила его из себя.

Сэм не пошел за Кирой. Если она хочет уехать, сказал он себе, прекрасно. Пусть уезжает. Если она не желает открыться ему - ради бога.

Не мог же он удерживать ее здесь против ее желания! То есть, конечно, он мог бы, но не собирался. Сэм хотел, чтобы Кира ему доверяла, чтобы была честна с ним.

Она не собиралась делать ни того, ни другого.

Когда Кира вышла из спальни и направилась к дверям, он не сделал ничего, чтобы се удержать.

Она ушла, оставив только вкус на его губах нежный вкус шоколада и женщины. Сэм утопил его в шотландском виски, проклиная тот день, когда она вошла в эту гостиницу.