Мятежник

Даль Дмитрий

Часть 3

Разрушитель

 

 

Глава 1

Вторжение

Как можно было поручить охоту на Имрана Кровавого магистру Ульриху Черепу?

Как он так просчитался? Чем думал, когда соглашался с этим решением?

Магистр Крот не находил себе места. Голова кипела от беснующихся мыслей и подозрений.

Может, это предательство, и Череп вошел в союз со свергнутым королем?

Иначе как можно объяснить тактические просчеты, которые шаг за шагом совершил магистр Череп при осуществлении мероприятий по уничтожению мятежного короля. Сперва этот идиотский приказ о зачистке пиратского рая – Трувима, который разрушил устоявшиеся отношения с Кругом Капитанов и по факту погрузил их в необъявленную войну с Рыцарями Пустоты. Потом бездарные действия по наведению порядка на Трувиме. Операцией руководил опять же магистр Череп, и в результате они рассеяли силы, потратили время впустую. В то время как Имран нанес удары по мааровым рудникам, опустошив их.

Магистр Череп утверждал, что они не могут бросить Трувим, не установив на нем свою власть. Если этого не сделать, останется гнойник, который рано или поздно вскроется, и все их достижения окажутся стерты. Корсары вернут контроль над планетой. Многие из них ушли в подполье в ожидании лучших времен, когда регулярный флот Поргуса уйдет из системы, оставив ограниченный контингент. Но и здесь Череп увяз, пробуксовывал. Не все области планеты легко отошли под контроль Поргуса. Остались и те, что организовали слаженную оборону, в результате которой они теряли время, усмиряя мятежников.

Тем временем Имран организовал сбыт украденного маара, загнал его по высокой цене и вышел на связь с Кругом Капитанов. Специалисты Магистрата вычислили местоположение планеты, с которой осуществлял продажу маара Имран, и магистр Крот принял решение. Он отправил на захват мятежного короля мастера-командующего Марио Рамиреса. Грешно тратить его таланты на подавление Трувима. Магистр Череп и так прекрасно справлялся с задачей слива всей операции. Ему помощники в этом многострадальном деле не требовались. Рано или поздно он ответит за проваленную операцию по зачистке Трувима, и магистр Крот предпочитал, чтобы Марио Рамирес находился подальше от этого позора. Чтобы не дай бог не испортил репутацию. Такие таланты нужны Поргусу.

Правда, и тут их ждал горький сюрприз. Каким-то чудом Имрану удалось сбежать. Все попытки захватить его не увенчались успехом. Он совершил прыжок с места и исчез в неизвестном направлении. Правда, осталась одна зацепка, и Марио Рамирес тут же приступил к ее отработке.

Магистр Крот мерил шагами кабинет, не обращая внимания на хаос, царящий в нем. Он не спал уже вторые сутки, а до этого спать доводилось урывками по нескольку часов. Все основное время он проводил в Кризисном Комитете, состоящем из глав штабов и представителей Магистрата. Комитет был экстренно собран из-за начавшегося вторжения черных кораблей. Для участия в нем он спешно покинул Трувим и совершил даль-прыжок к столице Поргуса Октарии. Капитан Оленев не подвел, разогнал корабль до предела возможностей, но доставил его вовремя. По прибытии на Октарию магистр Крот приказал арестовать капитана Вульфара, которого привез с Трувима.

– Вы обещали мне вернуть мой корабль! – бесновался капитан Вульфар, когда полиция крутила ему руки.

По приказу магистра Крота Вульфара отправили в центральную октарскую тюрьму, в народе ее называли «Грибница», где он теперь дожидался суда за содеянные преступления. Хотя какой тут суд, отправить его на гильотину и не отнимать время у почтенных судей.

Сейчас он не думал об этом черве. Все его внимание было поглощено начавшимся Вторжением.

Черные корабли появились отовсюду. За считанные часы они захватили несколько провинций. Секторальные флотилии Поргуса не смогли сдержать лавину чужаков и вынужденно отступали, неся ошеломительные потери. Если так будет продолжаться дальше, то скоро они останутся без флота, и чужаки голыми руками смогут взять Октарию. Немыслимое дело. На флоте уже начались разброд и шатание. Поднял голову Союз Возрождения. Его эмиссары вели пропаганду среди личного состава, призывая свергнуть незаконное правительство Магистрата. Пропагандисты убеждали солдат Поргуса в том, что Магистрат ложно обвинил короля Имрана Октарского в кровавых преступлениях, большая часть которых была совершена по их приказу. Они утверждали, что во время правления Магистрата воровство на государственном уровне выросло до немыслимых масштабов. Королевство распродается с молотка, скоро вообще ничего не останется. К тому же Магистрат умудрился проспать появление черных кораблей, несмотря на то, что о червоточинах Штельмана известно уже давно. Король Имран сосредоточил на границах с червоточинами пограничный флот с космическими крепостями, который должен был сдержать вторжение. Но по приказу Магистрата, будь проклят магистр Ульрих Череп, отдавший этот приказ, пограничный флот был отозван и распределен по провинциям. Тем самым червоточины оказались обнажены. И теперь Магистрат пожинал плоды своих опрометчивых непродуманных решений. К тому же по приказу Магистрата научно-исследовательские лаборатории Поргуса свернули все работы по изучению червоточин Штельмана. И теперь они стояли лицом к лицу с неведомой угрозой.

Союз Возрождения упорно отвоевывал позиции на флоте, и это при наличии фактора внешней угрозы. Особым приказом Магистрата Службе внутренней безопасности Поргуса были предоставлены чрезвычайные полномочия на осуществление следствия и суда. Теперь агентов безопасности ничто не сдерживало. Они ловили эмиссаров Союза Возрождения и прилюдно казнили их, отправляя на последнюю прогулку в космос без скафандров. Всего за неполные трое суток безопасники обезвредили более сотни агентов, но это была капля в море. Несколько кораблей полностью вышли из-под контроля Магистрата, приняв присягу на верность королю Имрану Возрожденному. Агентов внутренней безопасности они выбросили в космос на последнюю прогулку. Всех оставшихся несогласных погрузили на катера и позволили покинуть корабли. Они благополучно добрались до ближайших кораблей Поргуса.

Раскол произошел очень некстати, и он только расширялся. Магистр Генерал пытался урегулировать вопрос, подавив бунт в зародыше, но надо признаться, время было упущено.

Магистр Крот прекрасно это понимал. Сейчас они оказались между двух огней. Можно не сомневаться, что Союз Возрождения только усилит натиск. Сочувствующих королю Имрану на флоте много и с каждым днем становилось все больше.

Люди говорили:

– Имран знал, чем грозят нам червоточины. Он держал руку на пульсе.

– Имран такого бы не допустил.

– При Имране порядка было больше.

– Имран черные корабли в червоточинах задавил бы.

И в чем-то люди были правы.

Магистрат осознанно сосредоточился на внутренней политике, укрепил границы с соседними королевствами, но ослабил контроль над червоточинами. Все было просто. Не хватало финансирования. А обещанные переводы от Вардии и Дакордии, о которых договорился магистр Банкир, так и не поступили, несмотря на все политические и сырьевые уступки, которых были сделаны соседям.

Также проснулись финансовые воротилы и промышленники Поргуса. Они уже успели выступить с нотой протеста Магистрату. Тряслись за свои состояния. Кто-то из богатеев уже начал выводить деньги за границу, распродавая все по бросовой цене. Это спровоцировало панику на финансовых рынках и обрушение курса национальной валюты Поргуса.

Магистр Банкир собрал экстренное заседание Финансового комитета. Он пытался доступными механизмами урегулировать рынок и загасить панику. Хотя магистр Крот понимал, что привычными инструментами этот пожар не погасить. Надо действовать решительно. Только кровь и железо способны остановить смуту внутри королевства.

Сегодня, когда он ехал во Дворец Советов, на площади Согласия его машину закидали флаконами с белой краской. Союз Возрождения действовал и в столице. Белый цвет – символ предательства. Таким образом, они показывали всему миру, кто предатель в королевстве. Кто отстаивал свои интересы, а не интересы государства.

И ведь эти проклятые гарвы были правы. Несмотря на вторжение, магистры занимались привычными для себя делами – решали свои проблемы, обогащались за счет уничтожения королевства. Как бы ни был плох Имран, он не допустил бы подобного, всех бы перевешал.

Полиция пыталась поймать метателей, но тех уже и след простыл. Пришлось ехать во Дворец Советов на черной машине с белыми позорными проплешинами. Не мыть же машину прямо в центре города на глазах у быстро собирающейся толпы зевак. Подобного позора магистр Крот никогда не испытывал.

По прибытии во Дворец Советов он получил доклад Службы даль-разведки, который его основательно потряс. В докладе говорилось о положении на оккупированных черными кораблями планетах. Агенты, оставшиеся на захваченных территориях, докладывали о том, что чужаки приступили к терраформированию планет. Работать в новых условиях было тяжело. Связь работала с перебоями. Но все же разведчики, рискуя жизнями, выполняли свой долг.

Внимательно изучив доклад СДР, магистр Крот объявил об экстренном собрании Магистрата.

В дверь кабинета постучались, и вошел его секретарь Виктор Лакш. Он как всегда выглядел подтянутым, собранным и строгим, словно расстрельная команда.

– Магистрат Поргуса собран. Все ждут вас.

Магистр Крот отложил в сторону документы. В голове гудело. Сказывалось напряжение предыдущих дней. Он направился на выход.

Сегодня ему предстояло сделать единственный возможный ход в сложившейся партии. Только так можно было спасти ситуацию, но магистр Крот понимал, что Магистрат его не поддержит. Слишком революционно, слишком смело. Но если они не решатся на этот ход, то потеряют королевство. И скоро здесь размножатся черные корабли, а на месте привычных и любимых миров расцветут чужие миры, не пригодные для жизни человечества.

Но магистр Крот был готов к любым возражениям. Он подготовил железные аргументы, с которыми никто не мог поспорить.

Когда он вошел в Зал Советов, все взгляды тут же устремились на него. Здесь были все магистры, кроме Ульриха Черепа, который продолжал безуспешно усмирять Трувим.

Магистр Крот прошел к своему креслу во главе стола.

– Уважаемые блэры, я собрал вас здесь в связи с очередным докладом Службы даль-разведки.

Он подробно пересказал содержание доклада. Кем бы ни были пришельцы, прячущиеся на черных кораблях, люди для них не представляли интереса. Они не пытались уничтожить города на захваченных планетах. Они их вообще не замечали. Корабли опустились в удаленных районах и занялись преобразованием окружающего мира. На разных планетах солдаты Поргуса предпринимали попытки атаковать черные корабли. Только в случае вооруженной агрессии корабли давали ожесточенный отпор.

– Чем они занимаются на захваченных планетах, пока непонятно. Предположительно – запускают процесс терраформирования. Пока мы не знаем, что представляют собой черные корабли, кто стоит за ними, в чем заключаются их планы. Слишком мало данных. Но можно сделать вывод, что их интересуют сами планеты, наш участок космоса. Прогнозировать дальнейшее развитие событий пока не представляется возможным. Черные корабли продолжают наступление на Поргус, но немного замедлили темп.

Магистр Крот умолк, и тут же заговорили остальные магистры. Они говорили все одновременно. Создавалось впечатление, что не благородные блэры собрались решать государственные вопросы, а торговцы на рынке борются за единственного состоятельного покупателя. Общий смысл пререканий сводился к плакатному потрясанию кулаками перед врагом. Мы им покажем. Мы всех победим.

Магистр Крот скривился в презрительной гримасе. Как же ему все это обрыдло. И тут же заметил, что за ним внимательно следит магистр Серж Рыжий. Только на его благоразумность надеялся магистр Крот. Он единственный из этой своры мог прислушаться к голосу разума и принять его следующее предложение.

– Благородные блэры, прошу внимания. Мне понятно ваше возмущение, но все же давайте вернемся к конструктивному диалогу. Помимо черных кораблей у нас есть еще одна серьезная проблема. Союз Возрождения…

– Прошу прощения, магистр Крот, но эта зараза уничтожена. Мои люди провели работу и зачистили флот, так что можете не беспокоиться, – перебил его магистр Генерал.

Это он что, на полном серьезе сказал? Магистр Крот уставился на него.

– Вам удалось добраться до руководства Союза Возрождения? Вы уже арестовали его?

Магистр Генерал смутился.

– Нет, но мы избавились от этой заразы на наших кораблях…

– Тогда зачем вы вводите Магистрат в заблуждение? Пока у дракона не отрублены все головы, вы можете воображать себе все что хотите. Вы убрали агентов влияния. Хорошо, но это не отменяет тот факт, что несколько десятков тяжелых крейсеров присягнули на верность королю Имрану Возрожденному. Это также не отменяет революционный настрой, что царит в городе. По факту мы стоим на пороге возможной гражданской войны в условиях уже протекающей войны с черными кораблями. Если так дальше будет продолжаться, то мы потеряем контроль над королевством. При условии внешней угрозы мы должны объединиться, а не враждовать.

– Что ты хочешь сказать, Крот? – резко и фамильярно спросил Серж Рыжий.

– Я предлагаю заключить перемирие с Имраном Октарским. Вернуть его на трон. Только этот шаг может предотвратить раскол внутри нашей страны.

Вот тут началось. Зал взорвался возгласами возмущения. Магистры кричали наперебой, махали руками. Если бы у них была такая возможность, его бы сейчас растерзали заживо. Но они боялись его. И он об этом знал.

– Имран – наш враг, это во-первых. Мы не знаем, где он находится, во-вторых. И, в-третьих, твое предложение – предательство интересов Магистрата и, черт побери, королевства Поргус, – вскочил из кресла магистр Серж Рыжий.

– Но только так мы сможем сохранить целостность государства. И только так у нас есть шанс выстоять.

– Будь проклят, предатель, – размахивал руками магистр Генерал.

Он так и думал. Его план не поддержали. Беда в том, что в короле Имране Возрожденном Поргус нуждался, как в воздухе, а вот без Магистрата он мог прожить.

Магистр Крот мысленно отдал приказ по «разгоннику». Тут же двери Зала Советов распахнулись и внутрь хлынул поток вооруженных людей. Через несколько секунд все члены Магистрата Поргуса оказались взяты на прицел «черными касками» Службы внутренней безопасности.

– Что здесь происходит? – вскочил магистр Серж Рыжий и тут же, скуля от боли, вернулся назад в кресло.

«Черные каски» не церемонились.

– Вы арестованы по обвинению в государственной измене! – объявил магистр Крот.

 

Глава 2

Потерпевшие крушение

Надрывалась тревожная сирена. По коридорам суетливо сновали в разные стороны служивые в разноцветных комбинезонах. Вот проехал ремонтный бот, вслед за которым следовали четверо ремонтников. За ними появились еще несколько ботов, которые спешили на помощь первому в сопровождении бригады ремонтников и двух инженеров в желтых костюмах.

Экраны на капитанском мостике «Ястреба Пустоты» показывали одну и ту же картину. Казалось, что корабль утонул в хаосе, хотя на деле все службы слаженно трудились над выявлением последствий столкновения с черными кораблями. Руководил работой Ульрих фон Герб. Он сидел в своем рабочем кресле. Его голову окутывало информационное поле, похожее на виртуальный рыцарский шлем. Напрямую подключенный к центральному компьютеру корабля, Ульрих фон Герб работал с отчетами, поступающими от ремонтных бригад, аварийных ботов и прочих служб. Предстояло составить целостную картину состояния корабля, выявить все повреждения и приступить к ремонтным работам. Пока же диагностика отнимала все время.

Илья наблюдал за работой с долей зависти. В то время как Ульрих фон Герб трудился, он чувствовал себя никчемным человеком, который ни к чему не приспособлен. Какая от него польза на борту? Капитан в кресле – номинальная фигура, всего лишь символ. Он ничего не решал и ничем не руководил. По крайней мере сейчас, когда большая часть членов экипажа трудилась над устранением повреждений, нанесенных черными кораблями.

«Седьмая палуба, третий и четвертый секторы полная разгерметизация».

«Третья палуба, секторы шесть-девять пробоины. Залиты пеносмапом. Требуется срочный ремонт. Может не выдержать».

«Третья оружейная палуба. Выведены из строя силовые щиты. Секторы семь, двенадцать. Требуется вмешательство».

Короткие сухие доклады звучали в эфире. Они же дублировались текстом на экран. Илья мог лишь наблюдать за ними. В то время как Ульрих фон Герб реагировал на каждое сообщение, отправляя ремонтные бригады, распределяя ресурсы. Но чувствовалось, что он работает на пределе сил. В последнее время им серьезно досталось, и старый корсар стал сдавать. Он еще держался, но весь груз ответственности за корабль на одних плечах не удержать.

Илья подключился к центральному компьютеру корабля. Память Имрана подсказала ему, как это сделать. Давыдов пытался разобраться в работе Ульриха. Обучение без отрыва от производства. Корсар заметил его присутствие и включил виртуального помощника, который принялся объяснять капитану каждое действие фон Герба. Скоро Илья уже в общих чертах понимал механизм работы Ульриха.

По «разгоннику» пришел запрос от Фомы Бродника.

– Корсары просят аудиенции.

Вместе с «Ястребом Пустоты» из пекла удалось выйти еще двум капитанам – Семену Пивоварову на «Громобое» и Святозару Северу на «Черной звезде». Остальные предводители Рыцарей Пустоты погибли в неравном бою с пришельцами из червоточин Штельмана. Можно сказать, что теперь Круг Капитанов прекратил свое существование. Слишком большую цену они заплатили за поддержку свергнутого короля.

Игнорировать просьбу корсаров нельзя. Надо узнать, что у них на уме. Какой политики они станут теперь придерживаться.

– Соединяй, – потребовал Илья, разрывая контакт с центральным компьютером корабля и Ульрихом фон Гербом.

Он на прощание махнул рукой. Мол, занимайся своими делами. Я здесь скоро закончу.

Перед глазами Давыдова развернулись два виртуальных экрана, которые занимали сосредоточенные пиратские капитаны. Справа хмурил густые брови и оглаживал бороду Святозар Север. Слева блестел лысиной Семен Пивоваров.

– Мы приветствуем вас, Имран Возрожденный, – начали они в один голос.

От такого официоза Илья даже растерялся. С чего бы это Рыцарям Пустоты расшаркиваться перед ним, тем более в сложившейся ситуации. Можно сказать, что их договор с Кругом Капитанов расторгнут в связи с полным уничтожением последнего.

– И я приветствую вас, капитаны. Вы по делу или просто выразить свое почтение? – Илья решил не терять времени на никому не нужную официозную вежливость.

– Мы по делу, – Святозар Север сделал важное лицо и скрестил пальцы рук. – Мы хотим выразить свое почтение и засвидетельствовать преданность вам и вашему делу.

Интересный поворот событий. Давыдов ожидал, что после того как они окажутся в безопасности, корсары тут же скроются в неизвестном направлении, бросив бывших союзников. Но они его приятно удивили. Правда, он им не доверял. Если капитаны остаются с ним, значит, им что-то от него нужно. Осталось только выяснить, что именно.

– Наши корабли и люди в вашем распоряжении. Какие будут указания? – слащавым голосом произнес Семен Пивоваров.

Такая покладистость пугала. Илья не верил в преданность капитанов. Они явно что-то замыслили.

Видя его сомнения, Святозар Север поспешил внести ясность:

– Несомненно, Круг Капитанов сегодня прекратил свое существование. По крайней мере в прежнем виде. Из капитанов выжили только мы. Может, кто-то еще. Но пока нам это неведомо. И мы не станем строить предположения. Несмотря на гибель Круга, договор между нами продолжает действовать. И мы как единственные уцелевшие обязаны его исполнить. К тому же теперь вся сумма вознаграждения, которое находится на счетах Круга, принадлежит нам. Я надеюсь, ваше величество, теперь у вас не осталось беспочвенных подозрений.

Беспочвенных не осталось. Теперь все подозрения обрели почву. Согласно договору корсары обязаны его поддержать. Но будут делать это ради галочки, формального исполнения соглашений. На деле же найдут любой предлог, чтобы посчитать договор исполненным и бросить его в самый неподходящий момент.

– Что у вас с кораблями? Есть повреждения? – Илья пытался найти правильную линию поведения в общении с капитанами.

– Информация сейчас собирается. Но могу сказать, что «Громобой» готов к бою, – лицо Семена Пивоварова растянулось в щербатой улыбке.

Ему самому понравился придуманный с ходу каламбур.

– «Черная звезда» понесла незначительные повреждения. Требуется легкий ремонт. Но скоро мы будем в строю, – отозвался Святозар Север.

Перед глазами Ильи развернулся третий экран, с которого смотрел на него Ульрих фон Герб.

– Мы закончили диагностику. Ремонт займет время. Предлагаю посадку на ближайшую планету, чтобы в спокойной обстановке совершить ремонт. Неподалеку от нас Вербор. Пригодная тихая планета. Провинциальное население. Сядем в лесной глуши. Никто нас не потревожит.

Илья тут же загрузил данные в маршрутизатор и произвел расчет. Выходило три с половиной часа на маршевых двигателях.

– Даю добро на посадку, – вынес он вердикт.

И тут же сообщил о своем решении корсарам.

– Подлатать дыры да подышать свежим воздухом – отличная идея, – радостно потер руки Святозар Север.

Семен Пивоваров ничего не сказал, кивнул в знак согласия и разорвал связь.

Три с половиной часа показались Илье вечностью. Когда корабль приземлился посреди лесной глуши на Верборе, Давыдов поспешил покинуть капитанский мостик. Ему не терпелось выбраться на свежий воздух и ощутить твердую почву под ногами. После космических битв хотелось простой прогулки по лесу. Но дорогу ему заступил Фома Бродник.

– Куда собрались, ваше величество? – ехидно поинтересовался он.

– Размять ноги. Засиделся я в этой железной бочке.

– Мы не знаем, что нас ждет на Верборе, поэтому пока окрестности не прочешут дозорные, ты останешься на борту.

Фома Бродник был непреклонен. Никакими уговорами его нельзя было склонить на послабление режима. Поэтому пришлось ждать, пока разведботы не обследуют ближайшие леса, пока две группы штурмовиков не прочешут окрестные кусты и не вернутся на борт с докладом. Только после этого Илья Давыдов в сопровождении Фомы Бродника и Карена Серое Ухо покинул корабль.

Он хотел прихватить с собой Гомера, но лиантид наотрез отказался покидать каюту. Во время боестолкновения с черными кораблями он сильно перепугался. Пришлось уводить его с капитанского мостика. Гомер верещал, плевался и строил рожи.

Ремонтники сосредоточенно трудились над «Ястребом Пустоты». С внешней стороны над бортом кружились десятки ремонтных ботов. Поверхность корабля то и дело озарялась свечением, отчего казалось, что он транслирует в космос зашифрованную передачу. Координировал работы Ульрих фон Герб.

На приличном удалении от «Ястреба Пустоты» возвышались пиратские корабли. Илья не мог определить их принадлежность, впрочем, ему было плевать.

При посадке «Ястреб Пустоты» выжег огромную проплешину в лесу. Илья ступал по пеплу и запекшейся земле. Вот и выбрался в лесок погулять, свежим воздухом насладиться. Пахло вокруг лесным пожаром и паленой шерстью.

– Местные жители не будут против нашего визита? – задался вопросом Илья.

– Это фермерский мир. Здесь выращивают картошку и руддек. На всю планету с десяток грузовых кораблей, – ответил Фома Бродник.

– И они не боятся? Одни и без охраны?

– Кому они нужны? – удивился Карен Серое Ухо.

– Пиратам? – предположил Илья.

– Руддек, конечно, редкий фрукт. И очень полезный. Говорят, даже дарит легкий наркотический кайф. Только вот его легко купить в Поргусе, и стоит он не так чтобы дорого. Так что корсарам Вербор не интересен, – объяснил Карен Серое Ухо.

С палубы на землю спрыгнул Танк. Его сопровождал Сэм Крупп. Выглядели оба довольными и счастливыми. Интересно, с чего бы такое прекрасное настроение? Потеряли всех союзников. Черные корабли раскатали их в блин. Корабль поврежден. А эти двое светятся, словно обнаружили сокровище капитана Флинта.

– На Верборе есть свой пограничный флот. Корабликов там только мало, да все древние, что мой дедушка, – вмешался в разговор Танк. – В последний раз верборцы участвовали в войне во времена Фейерверков. Они выставили свой единственный тяжелый крейсер «Молотобоец». Они до сих пор гордятся этим. «Молотобоец» повоевал и вернулся на родину. С тех пор про них нечасто слышно. Работают себе, отправляют руддек на другие планеты. Обычно в замороженном виде. В свежем он бы не дожил. Так что вот так. Туристы это местечко не жалуют. Разве что захочется совсем экзотики вкусить.

– Я слышал, здесь неплохие игральные дома. Можно сыграть в каписту да раскинуть партию-другую в рокаду, – предложил Сэм Крупп. – Если бы не игральные дома, то Вербор давно бы загнулся. На одном руддеке не сильно-то проживешь.

– Да ладно. Игральные дома везде есть. Чего сюда тащиться. Никогда не понимал этих рокадцев, – возмутился Танк.

– Зато здесь есть Карусель Раккии. Ты об этом забыл? Говорят, изумительная штука, – возразил ему Сэм Крупп.

– Всё. Надоело. У меня есть дельное предложение. Пока идет ремонт корабля, мы сгоняем до ближайшего города. Совершим легкую увеселительную прогулку, – предложил Илья Давыдов.

Судя по довольным физиономиям Сэма Круппа и Танка, именно этого они и добивались.

 

Глава 3

Увеселительная прогулка

Ближайшим к месту их вынужденной посадки городом оказался Ричмонд. Население триста тысяч человек. За последние годы количество горожан неуклонно росло. На статистике сказывались многочисленные переселенцы с юга. Они бросали свои фермы, насиженные места и отправлялись в странствия, в поисках лучшего места под солнцем и легкой работы. Белая плесень постепенно отбирала у них землю. Это проклятье последних лет клочок за клочком поедало плодородную почву, затрудняя возделывание земли. Откуда взялась эта дрянь и что собой представляет, никто не знал. Ученые лбы в Ричмонде и Стратфолке трудились над изучением белой плесени. Но не сильно продвинулись в этом вопросе. Строились различные предположения: от инопланетного происхождения до мутации пустынных грибов класса сатойс, но точного ответа никто не мог дать. Одно ученые знали точно: на расстоянии тысячи парлиг нигде подобная дрянь больше не встречалась. Так что верборцы оказались одиноки в борьбе с белой плесенью. Они пытались просить помощи у Магистрата Поргуса, но получили отказ на основании недостаточности финансирования региональных сельскохозяйственных программ. Поэтому вот уже третий год боролись с плесенью и переселенцами своими силами.

С последними приходилось тяжко. Измученные вынужденным кочевым образом жизни переселенцы не отличались терпеливостью. Любой косой взгляд в их сторону, неосторожно сказанное слово могло обернуться рукоприкладством. Поэтому год назад администрация города Ричмонд ввела закон «О карантине», на основании которого все переселенцы поступали в буферные зоны, где подвергались всестороннему обследованию. Там с ними проводились воспитательные и просветительские беседы. Читались курсы лекций о культуре поведения и обычаях города Ричмонд. Все это дико не нравилось переселенцам и не добавляло им хорошего настроения. Администрация считала, что такие меры подготовят их к жизни в городе, на деле же это еще больше их озлобляло.

Администрация Ричмода в лице мэра города Матиуша Бальзака опасалась, что переселенцы привезут с собой споры белой плесени и она распространится и поглотит город. Опасения эти оставались безосновательными. Все переселенцы оказались чисты. Но эта подозрительность не добавляла переселенцам доброго расположения к горожанам.

За последние два месяца пришлые несколько раз устраивали бунты. Громили буферную зону. Добирались даже до городских стен, где их останавливала полиция. Уговоры не помогали. Бунтовщики рвались в город и не готовы были идти на компромиссы, которые предлагал мэр Матиуш Бальзак. Заканчивалось все плохо. Переселенцы лезли на стены, штурмовали ворота, полиция открывала огонь. Уничтожала зачинщиков, самых буйных. Остальных поливали ледяной водой. После чего в поле выходили отряды полиции со щитами, дубинками и электрошокерами. Еще ни один бунт не принес переселенцам ничего хорошего. Но их количество росло в буферных зонах, да и в самом городе.

Газеты били в набат.

«Если не остановить нашествие белой плесени, планета погибнет»; «Белая плесень – царица мира» — гласили заголовки.

Другая проблема, о которой газеты умалчивали, чтобы не разжигать, – переизбыток переселенцев в городе. Скоро их будет абсолютное большинство, и тогда городской администрации придется пересматривать всю внутреннюю политику. Иначе на следующих выборах Матиуш Бальзак потеряет кресло мэра.

Обо всем этом Илья Давыдов прочитал в центральном информатории Ричмонда, пока они летели в город. Полезно узнать о том, что ждет их впереди. Разведать обстановку, перед тем как отправиться путешествовать по улицам в поисках приключений.

На борту катера вместе с ним летели Фома Бродник, Карен Серое Ухо и Сэм Крупп. За штурвалом сидел Танк. Илья расположился рядом в кресле второго пилота, но катером не управлял. Важнее было произвести сбор информации, чтобы ненароком не угодить в неудобное положение.

Город вырастал на горизонте. Окруженный бетонным забором по всему периметру, снаружи он оброс словно старое дерево грибами – палаточными городками, обнесенными колючей проволокой с дозорными вышками и многочисленной охраной.

При подлете им навстречу поднялись три катера с красными полосами и изображением хищной птицы на бортах. Допотопные ржавые машины. Танку не составило бы труда уйти от их преследования, на крайний случай можно было бы их сбить. Но ссориться с первой же минуты знакомства как-то неправильно.

– Вы нарушили границу города Ричмонд. Следуйте за нами в буферную зону тринадцать, – возник в эфире незнакомый голос.

– Что будем делать, командир? – спросил Танк.

– Выполняй их инструкции. Надо познакомиться с ребятами поближе. Не в воздухе же любезностями обмениваться, – приказал Давыдов.

Танк покорно повел катер вслед за машинами сопровождения.

– Не нравится мне все это, – заметил Карен Серое Ухо. – Эти ребята явно не настроены дружелюбно.

– А что если они нас приняли за переселенцев? Не хотелось бы оказаться в резервации. Там кормят хреново, – распереживался Фома Бродник.

– А тебя только жрачка интересует, – не удержался от шпильки Карен Серое Ухо.

– Не жрачка, а правильное питание. Мне диета противопоказана, – возразил ему Фома Бродник.

Танк опустил катер на окраине буферной зоны рядом с контрольно-пропускным пунктом. Рядом приземлились машины сопровождения. Из них выбрались вооруженные полицейские и направились к ним навстречу.

– Покиньте катер и приготовьте карточку переселенца и всю сопроводительную документацию, – потребовал гулкий голос.

– Все-таки ты был прав. Они думают, что мы переселенцы, – согласился с Фомой Бродником Карен Серое Ухо. – Интересно, как они воспримут то, что у нас никаких документов нет. Сами мы люди неместные, приехали поразвлечься.

– Вот в этом духе и работаем. От легенды ни на шаг. Они не могли не видеть посадку «Ястреба». Так что внутренне готовы к гостям.

Илья первым выбрался из катера и направился навстречу людям в погонах.

Их встретили недружелюбно. Попросили документы. Когда же оказалось, что никакой карточки переселенцев у пришельцев нет, разозлились, потребовали, чтобы чужаки добровольно проследовали в буферную зону, сдали все имеющееся вооружение на контрольно-пропускном пункте и ждали, пока с ними разберутся соответствующие органы. Давыдов и Карен Серое Ухо вдвоем пытались объяснить им, что никакого отношения к переселенцам они не имеют и в глаза не видели никакую белую плесень, но полицейские не хотели их слушать. Один из них вызвал подкрепление, и от КПП выехали два вездехода в сопровождении трех секвобайков. Вскоре «донники» и корсары оказались окружены вооруженными служителями порядка. Но Давыдов не собирался сдаваться. Он настаивал на том, что они гости из столицы Поргуса, и требовал немедленного появления начальства.

– С каких это пор туристы, желающие спустить свои кровные денежки за игорными столами вашего городка, стали врагами народа? Почему к нам такое отношение? Я требую представителей законных властей города! Я влиятельный человек. Я не привык к такому отношению к себе, – строил из себя господина начальника Илья Давыдов.

После четверти часа препирательств полицейские вызвали представителя городской администрации. Он прибыл спустя сорок минут. Это был полный коротышка с редкими рыжими волосами на покрытой пухом голове, тусклыми глазами чиновника и с большим планшетом в руках. Он представился как Марек Туркыш, председатель департамента по переселенцам. Внимательно выслушал историю Ильи и распорядился пропустить катер гостей города.

– К переселенцам они не имеют никакого отношения, – фыркнул он. – Вы разве не видели большой корабль, что сел несколько часов назад на юге.

– У нас вынужденная посадка. Пока ведутся ремонтные работы, мы решили немного прогуляться, – добавил Илья для полноты картины мира.

– Вы слышали мой приказ? Выполнять! – развернулся и засеменил в сторону своего катера Марек Туркыш.

Подойдя к нему, он обернулся к Давыдову.

– Я предупрежу. На границе вам выпишут гостевой пропуск на три дня. Можете развлекаться. Если вам что-нибудь потребуется, можете обратиться к гиду Фарику Туркышу. Он как никто лучше знает Ричмонд и покажет вам все злачные места. Его контактные данные сброшены вам на бортовой компьютер.

Чиновник неуклюже забрался в катер, и он тут же поднялся в воздух.

Полицейские потеряли всякий интерес к гостям. Первыми умчались в сторону КПП секвобайки, за ними потянулись вездеходы.

«Донники» вернулись на борт катера, и Танк поднял его в воздух. Больше никаких препятствий они не встретили. На границе у городской стены их уже ждали. Зевающий чиновник занес необходимые данные в толстенную регистрационную книгу (запись вносилась вручную чернилами) и выдал временные пропуска. После чего они смогли влететь на территорию города.

Первым делом Давыдов связался с гидом, которого порекомендовал чиновник из администрации. Судя по фамилии, он приходился ему родственником. Гид назвал свою цену в поргусовской валюте. Илью цифра устроила, и он согласился. Времени не так много, так что использовать его надо с толком.

Через полчаса на стоянку, где они припарковали катер, подъехал пузатый микроавтобус с рекламой «Лучшего специалиста по веселью Фарика Туркыша». Из него выбрался невысокий человек, точная копия ричмондского рыжеволосого чиновника, представился, попытался пожать всем руки, после чего спросил, что интересует господ туристов.

Давыдов переглянулся с Кареном Серое Ухо и заявил, что господа туристы хотят немного поиграть в карты, чуть-чуть выпить вина и, если позволит время, познакомиться с интересными женщинами. Но все это должно быть на высшем уровне и абсолютно безопасно.

Гид заверил, что господа туристы окажутся довольны. Они загрузились в его автобус, в котором оказался большой бар, заполненный разнообразными напитками, и Фарик Туркыш объявил, что они едут в лучшее место Ричмонда – ночной клуб «Красная роза». Название Давыдова не впечатлило, но гид заверил, что господа туристы будут в полном восторге.

 

Глава 4

Переселенцы

Черные корабли появились в небе над Ричмондом утром следующего дня. Их появление вызвало серьезный переполох в городской администрации и полиции. Никто не знал, что им предвещало появление черных кораблей и, что самое главное, как себя с ними вести. Корабли неподвижно зависли над городом. На контакт с представителями властей не выходили, мало этого, полностью игнорировали инициативу со стороны ричмондцев.

По приказу Матиуша Бальзака навстречу черным кораблям были высланы все имеющиеся в наличии корабли ВВС Вербора. Перед военными поставили задачу запросить черные корабли о целях визита, выяснить, кто они и откуда. Требование покинуть планету изначально не выдвигалось. Матиуш Бальзак понимал, что с таким допотопным ржавым флотом он может разве что в карнавале участвовать, а не чужаков гонять по системе. Он оперативно связался с другими городами планеты и выяснил, что подобная картина наблюдается повсеместно. В Стратфолке и в Черновии, в Тарме и в Гаде все работы приостановили из-за появления черных кораблей. Было собрано экстренное совещание глав городов планеты, но оно закончилось ничем. Бестолковая говорильня, игра авторитетов, потрясание оружием в эфире. Все как всегда. Даже перед внешней угрозой главы городов не смогли договориться, прийти к общему решению. Мэр Стратфолка Игнат Савельев блокировал любые предложения, которые вносил мэр Тарма Степан Гаврилов. Эта парочка вот уже десять лет как была на ножах. Причина их конфликта Матиушу Бальзаку была неизвестна. Мэр города Гад Стефан Патрович предложил запросить помощи у секторального флота Поргуса и доложить о сложившейся обстановке в столицу. Но мэр Черновии Гавриил Ракх поднял его на смех. Он заявил, что призывать войска преждевременно. Быть может, их посетил торговый флот, который намерен заключить сделку поколения. К тому же привлечь внимание столичных властей означает потерять контроль над ситуацией. В дальнейшем в лучшем случае отставка, в худшем – ссылка с поражением в правах. За то, что не смогли справиться с проблемой своими силами. Гавриил Ракх призывал всех сохранять спокойствие, не поддаваться панике и работать в штатном режиме. Черные корабли не могут висеть над планетой вечно. Рано или поздно они обозначат свои цели. Когда же появится информация, тогда они решат, как действовать дальше.

Из всего планетарного совета Матиуш Бальзак был самым молодым главой города. Ему недавно исполнилось тридцать восемь лет, и к его голосу пока никто не прислушивался. Любые его предложения принимались к рассмотрению, но буксовали в бюрократических механизмах. Его интересовал родной город Ричмонд, в то время как играть в политические игры он пока не научился. Искать союзников, заключать соглашения, играть на противовесах – все это он считал пустой тратой времени. В то время как его город подвергался непрекращающемуся нашествию переселенцев. Да и угроза распространения белой плесени никуда не девалась. А тут еще черные корабли.

С раннего утра на ногах. Голова пухла от обилия информации. Матиуш Бальзак внимательно выслушал все доводы членов планетарного совета и согласился с мнением большинства. Надо ждать развития событий. Пускать столичные власти в свое хозяйство опасно. Слишком много грязного белья могут они нарыть. К тому же есть вероятность, что выпустив власть из-под контроля, вернуть ее будет весьма непросто.

Возражать Матиуш Бальзак не стал. У него были и другие проблемы помимо черных кораблей. Болтаются железные чудовища в воздухе, никому жить не мешают. А в это время с Южных песков появился новый переселенческий караван. Двенадцать автобусов с людьми и около двух десятков единиц грузового транспорта. Если процесс будет идти такими темпами, то скоро Ричмонд растворится в переселенческой массе. Уже сейчас численность переселенцев составляла тридцать восемь процентов от всех горожан. Селить их было некуда. Непрекращающейся стройкой была охвачена вся северная часть города. Пришлось даже передвинуть городскую стену, чтобы прирастить новый район. Но это временные меры. Скоро и новостроек станет не хватать, и тогда придется расширяться дальше.

Главная беда даже не в том, что переселенцы – носители другой культуры. Приезжая в Ричмонд, они не стремились ассимилироваться, прирасти к этому городу, стать его частью. Они пытались перестроить город под себя, сделать его продолжением своей пустыни. Поэтому росло количество конфликтов между коренными жителями и переселенцами.

В последней волне переселенцев было большое количество дузеров, что повлекло за собой новую волну конфликтов. В Ричмонде не было ни одного храма дузеров. В результате адепты Дузера Назера решили сами построить храм, что повлекло за собой осложнение отношений с коренными жителями, которые были против новой странной для них религии. Да и перспектива чужого храма и непонятных богослужений никого не радовала. Несмотря на то что дузеры были мирными людьми, горожане не принимали их в свое сообщество.

Так что какие там черные корабли? Кому они интересны, когда Ричмонд, словно большой плавильный котел, вот-вот мог взлететь на воздух из-за конфликтов и противоречий.

Каждый день Матиуша Бальзака был подчинен решению повседневных конфликтов, сглаживанию противоречий. Вот и сегодня после завершения планетарного совета он тут же собрался и в сопровождении охраны и чиновников из Департамента переселенцев вылетел в буферную зону Юг-13, где с минуты на минуту ожидалось прибытие каравана переселенцев.

На личный терминал мэра продолжала поступать информация от воздушного флота, отправленного навстречу черным кораблям, но ничего обнадеживающего или хотя бы проливающего свет на цели визитеров в отчетах не было.

Катер Матиуша Бальзака совершил посадку в буферной зоне в полдень. Мэра встречали военные, которые тут же проводили его в штаб, где его ждали представители переселенцев. Предстоял очередной совет с дикарями, которые раньше обрабатывали землю, а теперь будут обрабатывать мозги его горожанам. Матиуш Бальзак ненавидел этих небритых грубых мужчин, которые приехали в его город ради выживания. Они были лишними в городе, неприспособленными к жизни. Будут висеть балластом на пособии, злиться на несправедливость жизни, пить, буянить и лезть по любому поводу в драку с местными, которые, по их мнению, «белоручки, жизни не нюхавшие».

Как же ему все обрыдло. Эти постоянные трения и конфликты. Но он не мог бросить свою работу. Матиуш Бальзак сам был сыном фермера, который тридцать лет назад переехал в Ричмонд в поисках лучшей доли. Тогда еще о белой плесени никто слыхом не слыхивал. Она появилась через несколько лет и не представлялась опасной. Что это такое, они поняли куда позже, когда вдруг под воздействием неизвестного фактора она стала расти и распространяться в разные стороны, выгоняя фермеров с насиженных мест. Те же, кто задерживался, рисковал жизнью. Белая плесень отравляла не только землю и воду. Дотянувшись до человека, она врастала в него, и начинался процесс изменения. Простой человек превращался в другое существо. В мутанта. В гадкое отродье. Матиуш Бальзак никогда в жизни не видел ни одного мутанта, но много раз слышал про них. Страшные истории, больше похожие на сказки, которыми пугают детей, приносили с собой переселенцы. Сказки о выродках.

В Стратфолке даже издали книгу «Сказания диких земель», где под одной обложкой составители собрали все возможные истории про белую плесень. Несколько экземпляров можно было найти в библиотеках Ричмонда. Но в свободную продажу книга не поступала. Матиуш Бальзак запретил ее распространение. Не хватало ему еще одного повода для распрей и бытовой поножовщины. Впрочем, для себя он экземпляр достал. Подарил жене Людмиле, как эксклюзивный раритет. Она его даже не читала. Поставила на полку на видном месте, чтобы сразу бросалась в глаза гостям. Она вообще читала мало, больше любила смотреть любовные галосериалы по столичным каналам.

В зале встреч буферной зоны все было готово для проведения переговоров. Обычно Матиуш Бальзак не встречал новичков. Для этого имелись специально обученные профессионалы, но в данном случае группа переселенцев была многочисленной, и они привезли свежие данные о продвижении белой плесени. Он хотел услышать это первым и лично, глядя в глаза бородатым дикарям. Чтобы убедиться, что это не очередные байки, страшные сказки для второго тома «Сказаний», а суровая правда, с которой им предстояло жить дальше.

В личном терминале Матиуша Бальзака находился сверхсекретный отчет Департамента прогноза развития. Согласно этому отчету, через десять лет белая плесень дотянется до Ричмонда, а через сто лет затянет собой всю планету, сделав ее непригодной для жизни людей. Если в ближайшее время не остановить рост плесени, скоро все они станут переселенцами. А ведь человеческой колонии на Верборе насчитывалось без малого полтысячи лет. И только последние триста с небольшим лет они живут одни, без соседей. До этого на Верборе базировалась большая, процветающая колония ругийцев, которые в один прекрасный день собрались и покинули планету, не объяснив причин эмиграции. Поэтому Матиуш Бальзак собирал всю возможную информацию о продвижении белой плесени. Под его началом работала Ричмондская лаборатория биохимии, которая трудилась над исследованием белой плесени. Сотрудники лаборатории занимались выведением токсина для уничтожения заразы. Но пока что, несмотря на дорогостоящие исследовательские экспедиции, ученые не сильно продвинулись в изучении этого явления.

Матиуш Бальзак обвел взглядом большой стол, за которым сидели трое ричмондцев в военной форме и пятеро бородатых мужчин в серых пустынных плащах – представители переселенческого каравана.

Матиуш Бальзак сел в кресло, положил руки, сцепленные в замок, на стол и объявил:

– Приветствую вас в городе Ричмонд!

Но дальше приветствия совещание не зашло.

На личный терминал Матиуша Бальзака пришло сообщение. Он скачал его на «разгонник» и развернул перед внутренним взором. Появилась объемная картинка – черные корабли и белые штурмовики ВВС Вербора, кружащие вокруг них. Вот один из штурмовиков опасно сблизился с черным кораблем. Неизвестно, что было в голове у пилота, но он пошел на обострение конфликта, пытаясь вынудить черный корабль на какие-либо действия. И у него это получилось. Вспышка света, наглый белый штурмовик потерял управление и устремился к земле. В ту же секунду другие черные корабли атаковали оставшиеся штурмовики. Они не стреляли в них, не поливали смертоносными лучами. Казалось, что они вообще ничего не делали, просто в их присутствии вся техника внезапно вышла из строя, и белые штурмовики словно мертвые птицы стали падать с неба.

– Отзывайте корабли! – рявкнул Матиуш Бальзак, напугав бородачей.

Переселенцы зашептались о чем-то, но он их не слышал. Все внимание мэра города Ричмонд Матиуша Бальзака было поглощено черными кораблями.

Экраны в зале встречи загорелись. На них транслировались события, происходящие в небе над городом.

Бородачи уставились на экраны. Вид падающих белых штурмовиков впечатлил их. Корабли падали на город, разрушая здания, загромождая улицы горящими обломками.

Матиуш Бальзак не видел, как один за другим бородачи покидали зал встречи. Он не знал, что они вернулись к своим машинам и переселенческий караван покинул буферную зону, уезжая далеко на север, подальше от Ричмонда, атакованного черными кораблями.

Но даже если бы Матиуш Бальзак знал об этом, ему бы было все равно. Перед ним встала новая, более серьезная проблема.

Чрева черных кораблей раскрылись, и к земле устремились десятки тысяч больших черных капель размером с десантную капсулу.

Черные корабли высеивали свои споры на планету Вербор.

 

Глава 5

Черные споры

Фарик Туркыш знал свое дело. Он привез друзей в ночной клуб «Красная роза», где они провели весь вечер, всю ночь и оставались до полудня. Там их застало вторжение черных кораблей.

Сперва друзья убили несколько часов за игорным столом в каписту. Чудная игра в карты, с правилами которой Илья освоился далеко не сразу, спустив сперва солидную сумму денег. Хорошо, что они играли командой, иначе потерь было бы больше. Но все же пара стаканов виски, очаровательные девушки, кружившие вокруг стола, и природный азарт сыграли свое дело. Давыдов разыгрался и уже последующие несколько партий выиграл вчистую, пополнив счет и принеся выигрышные очки команде. А быть может, подключилась память Имрана, который любил поиграть в карты.

Илья вспомнил эпизод из королевской биографии.

Имран как раз вернулся из вынужденной ссылки, куда его отправил родной отец. Оказавшись в столице после многих лет пребывания на фермерской провинциальной планете, он дорвался до развлечений. Несколько месяцев он не вылезал из ночных клубов, играя карты и накачиваясь спиртным. Инкогнито, под неусыпным контролем охраны. Никто из его партнеров по игорному столу даже не догадывался, что играет с наследным принцем Поргуса. О тех загулах Имран потом не распространялся, пытаясь забыть как о страшном сне. В ту пору он был уязвим как никогда больше. К нему могли подослать наемных убийц, расстрелять на пороге клуба или просто отравить, могли подослать девушку, которая умертвила бы его ночью, но никто не знал, что наследный принц вернулся в столицу, поэтому и прошляпили такую возможность. Во время таких загулов он познакомился с Аргой Тайчи, прекрасной аристократкой из Вардии. Она вскружила голову юному провинциалу. Он готов был на всё, лишь бы заполучить ее к себе в постель еще раз. Кажется, он даже собирался сделать ей предложение. А она чувствовала это и играла им, наслаждаясь своей властью. Только потом Имран узнал, что Арга Тайчи работала на вардийскую разведку. В то время как никто не знал о возвращении наследного принца в столицу, она не только узнала об этом, но успела втереться в доверие и собиралась втянуть его в скандал с поспешной женитьбой. Но вмешался отец Имрана. Каким-то образом он узнал о готовящейся операции и забрал его из ночного клуба, поспешно вызвал в столицу друзей детства Ивария Крота и Эльзу. Они должны были отвлечь его от загулов и этой опасной красавицы, которую в спешном порядке выслали с Поргуса. Вплоть до слияния с разумом Давыдова Имран Октарский не мог забыть Аргу Тайчи. Это стало причиной его разрыва с Эльзой, которая сама предложила разойтись, узнав о его тайной страсти.

После командной игры в каписту они пересели за стол, где играли в рокаду. К этому времени Илья чувствовал, что ему уже достаточно горячительных напитков. Голова отяжелела. Требовался отдых и перезагрузка.

Утро Илья встретил в объятьях мадам Жу-Жу, юной прелестницы, которая заставила его забыть обо всем: о статусе свергнутого короля, об оставленной прежней жизни, о «донных» лишениях и сокрушительном разгроме, который нанес ему флот Поргуса и завершили черные корабли. На эту ночь он перестал быть королем Имраном Возрожденным, даже простым парнем Ильей Давыдовым. Он был просто мужчиной, который любил красивую девушку и мечтал о том, чтобы эта ночь не кончалась.

На следующий день у них была составлена отдельная программа. Фарик Туркыш обещал отвезти их в салун «Перекати-поле», лучшее питейное заведение в городе, после чего им предстояло заглянуть в банный комплекс «Тихая заводь» и вечер встретить в виртуальном аттракционе «Водопад миров». Но всему этому не удалось сбыться.

Позавтракав, они расплатились с заведением и, оставив на чай мадам Жу-Жу (она не хотела его отпускать), вышли на улицу, где увидели зависшие над городом черные корабли.

– Какого Перха, – не смог сдержать ругательство Карен Серое Ухо.

– Как думаете, эти по нашу душу явились? – Фома Бродник задрал голову и разглядывал неподвижные черные черепахи, висящие высоко в небе.

– Никогда такого не видел, – равнодушно заметил Фарик Туркыш, но, похоже, черные корабли его нисколько не трогали. – Поехали. В «Перекати-поле» нас заждались уже.

Давыдов знал, что ни в какой салун они уже не поедут и вся их программа накрылась мааровым Дном. Никаких виртуальных игр и банных процедур. Черные корабли прибыли на планету не просто так. Только вот Илья не понимал, зачем они здесь. Во время первого столкновения стало ясно, что чужаков нисколько не интересуют ни корсары, ни солдаты Поргуса, ни вообще люди. Они их просто не замечают, преследуя свои цели.

Сейчас вступать в противостояние с черными кораблями они не могли себе позволить. На это у них нет ни сил, ни ресурсов. Так что надо срочно возвращаться на «Ястреб Пустоты» и уносить с Вербора ноги.

Внезапно черные корабли раскрылись, выпуская на волю тысячи черных спор, которые устремились к земле. Большие, размером с десантные боты, споры закрыли собой все небо.

– Почему-то мне кажется, что настала пора возвращаться домой. Скоро здесь будет очень жарко, – задумчиво произнес Фома Бродник.

Илья сам чувствовал, что ничего хорошего черные корабли принести не могли. Но теперь у них появился шанс узнать о намерениях чужаков. Если они смогут понять, что движет гостями из червоточин, то смогут победить их. Другое дело, что времени на эксперименты не осталось.

– Божечки мой, что же такое происходит? Что это такое с нами делается? Что это за дрянь в небе? Может мне кто-нибудь сказать? – запричитал Фарик Туркыш.

– Слушайте меня внимательно. Здесь опасно оставаться. Надо срочно уезжать отсюда, – попытался вразумить его Илья Давыдов.

– То есть как это уезжать? У меня тут имущество. У меня тут квартира и мой бизнес. Как я могу все бросить? У меня тут, кстати, брат. Я не могу все вот так бросить и уехать, – развел руками Фарик Туркыш.

Похоже, гид совсем не понимал, что происходит вокруг. Ему казалось, что он находится внутри виртуальной игры и можно откатить все назад. Тогда он останется при изначальном раскладе. Люди так привыкли к виртуальной реальности, которая срослась с изначальным миром, что когда происходило что-то плохое, ужасное, грозящее уничтожить их привычную жизнь, они мешкали, терялись, надеялись на лучшее, в то время как их дом рушился у них на глазах.

– Можешь, не можешь. Жить хочешь? Бросишь. А о брате не волнуйся, он первым делом из города сбежит, как только жареным запахнет, – Сэм Крупп приблизился к гиду и взял его за грудки.

Это возымело действие.

Фарик Туркыш успокоился и полез на водительское сиденье. Он все еще дрожал то ли от нервного возбуждения, то ли от страха, но уже не причитал, как сетевая сплетница на форуме, посвященном жизни галозвезд.

Илья посмотрел на небо.

Споры падали на город, словно черный дождь. Скоро они окажутся на улицах. Что они таили в себе? Какой сюрприз? Ничего хорошего Давыдов не ждал. Не стали бы черные корабли прорываться сквозь червоточины Штельмана, чтобы принести новые знания людям. Дух Прометея умер давно, еще на старой Земле.

Друзья забрались в автобус. Гид нажал на газ, и они выехали с парковочной площадки.

Теперь надо добраться до катера, а уж потом короткий перелет до «Ястреба Пустоты». Они должны успеть. Надо убраться отсюда, пока еще есть такая возможность.

Автобус свободно преодолел несколько кварталов, а дальше двигаться стало сложнее. На улицах прибавилось транспорта и бегущих в разные стороны людей. Гид отчаянно лавировал между машинами, стараясь не снижать скорость, но вскоре пришлось замедлиться. Фарик Туркыш неистово давил на клаксон, и автобус тревожно взревывал, призывая его пропустить. Но никто к нему не прислушивался.

Первая спора упала на перекрестке в километре перед автобусом. Черная капля вонзилась в асфальт, погрузившись в него до середины. Несколько секунд она вибрировала, воздух вокруг поплыл, словно пустынное марево, а затем спора выстрелила в разные стороны черные отростки. Дрожащие графитовые жгуты пробивали стены зданий, машины, асфальтовое полотно, сокрушали все вокруг. Спора укреплялась на новом месте, врастала в почву. Жгуты проходили сквозь бетонные и металлические конструкции, словно раскаленные иглы сквозь масло. Казалось, ничто не может их остановить.

Фарик Туркыш ударил по тормозам, чудом избежал столкновения с серебристым джипом, за стеклами которого виднелась супружеская пара с двумя детьми и с серым псом, с вываленным наружу языком. В ту же секунду один из жгутов, преодолев большое расстояние, поразил джип с бегущим из города семейством. Он пробил его насквозь, словно насадил тушу на вертел, поднял в воздух и обрушил на землю. Металлические борта смялись, словно фольга от шоколадного батончика. Серебристыми брызгами разлетелись в разные стороны окна, вывалилось наружу лобовое стекло. Раскрошившееся на тысячи стеклянные квадратиков, оно повисло на металлической сетке. На капот выпал окровавленный мужчина. Нижняя часть туловища у него отсутствовала. Вместо нее тянулся кровавый послед из внутренностей.

Расправившись с джипом, жгут нырнул в асфальт и завибрировал.

– Выворачивай отсюда! – прикрикнул на гида Танк.

Фарик Туркыш сбросил с себя навалившееся оцепенение и закрутил руль. Такую картину не каждый день увидишь, а увиденное сложно переварить и принять. Он сдал назад. Раздался глухой удар.

Илья обернулся. Позади них скопилось большое количество транспорта, и вся эта металлическая пробка одновременно ревела, призывая друг друга к порядку.

Гид не отчаивался. Он крутил руль и бился взад-вперед, распихивая машины. В результате этих маневров ему удалось освободить достаточное место, чтобы покинуть пробку, свернуть влево и нырнуть на маленькую улочку, уводящую прочь от уничтоженного перекрестка.

Тем временем черная спора продолжала врастать в асфальтовую почву. Все новые черные жгуты вылетали из нее с целью укорениться в окружающем пространстве. Дважды автобус Фарика Туркыша чуть было не угодил под завал. В первом случае пятиэтажное здание из красного кирпича сложилось, как карточная башня, разбрасывая вокруг себя ржавые обломки. Кирпичное крошево обрушилось на крышу автобуса, прошлось словно шрапнелью по кузову, но машина благополучно миновала опасное место, которое в следующую секунду оказалось засыпано грудой битого кирпича. Второй раз черный жгут вынырнул в опасной близости от машины, пронзив стеклянную витрину. Он прошел над крышей, в одно мгновение слегка коснувшись ее. Тут же корпус автобуса легко завибрировал, а когда Илья поднял глаза к потолку, обнаружил, что в нем зияет оплавленная дыра.

Фарик Туркыш отчаянно жал на педаль газа, что-то бормоча себе под нос. Кажется, он молился, только молитва не помогала. Вскоре дороги не стало. Одни сплошные завалы, через которые не проехать. Гид остановил автобус подле груды бетонных плит и кирпичей, бывших когда-то гостиницей «Талем Хотел» (вывеска металлическим каркасом с выбитым стеклом лежала подле) и от отчаяния заколотил руками по рулю.

– Выходим. Конечная. Дальше на своих двоих. Быстрее! – рявкнул Илья и подтолкнул в сторону дверей Карена Серое Ухо и Фому Бродника.

От пиханий с другим транспортом двери заклинило. Они не хотели открываться, как ни старался Фарик Туркыш. Тогда вперед протиснулись Танк и Сэм Крупп. Вдвоем, вручную они развели створки, при этом Сэм порезал лицо осколком стекла. Кровь залила ему щеку. «Донник» поморщился, выругался матерно, утер кровь рукавом, но через секунду щека вновь стала красной.

Оказавшись на свободе, «донники» застыли возле автобуса. Куда теперь идти? Что делать? Дорога впереди завалена. Позади та же картина. Здания продолжали рушиться. Город трясло, словно от землетрясения. К тому же никто из них не знал, в каком направлении двигаться. Можно запустить навигатор, только вот в этом случае черный ворон вряд ли поможет. Перед вояжем на увеселительную прогулку Илья, как, впрочем, и остальные «донники», не удосужился загрузить карты Вербора. Но зачем им навигатор, если у них есть живой гид.

Илья повернулся к Фарику Туркышу и приказал:

– Нам надо добраться до нашего катера. Веди нас к парковке.

Гид выглядел потерянным. Оставив автобус, он словно потерял волю к жизни. Танк придвинулся к нему, взял за грудки и встряхнул, раз, другой. Экзекуция помогла. В глазах гида появилась осмысленность. А то Танк собирался уже отвесить ему пару-другую пощечин, чтобы наверняка. Даже руку занес. От таких пощечин они могли и вовсе гида потерять. Тяжел на руку Танк-то.

– Да. Да. Сейчас, – затряс головой Фарик Туркыш, озираясь по сторонам.

Наконец он нашел направление и бросился к стоявшему в сотне метрах от них целому зданию торгового центра «Звездочет».

«Донники» бросились за ним. Только вот опасения лезли в душу да туманили разум. Раньше дома казались крепостями, но теперь в любую минуту они могли рассыпаться по кирпичику, как дешевый детский конструктор. Стоило ли искать спасения внутри здания, если оно не выдержит первой атаки черных жгутов.

– Здесь проход на соседнюю улицу! – крикнул Фарик Туркыш, и они его услышали.

С одной стороны – каменная ловушка, которая скоро захлопнется. С другой – рискованный проход сквозь здание, которое может в любой момент рухнуть. Иных вариантов нет. Надо идти на риск.

Илья последовал за гидом, который уже вошел в торговый центр «Звездочет». Стеклянные двери разъехались при его приближении. Давыдову бросилась в глаза огромная голографическая проекция – взлетающая космическая ракета в клубах огня и дыма. Она рвалась в небо, но словно что-то тянуло ее назад к земле. На таких сейчас никто не летает. Древний раритет. Перед взлетающей ракетой стояла сцена и ряд удобных кресел. Похоже, торговые центры со временем не меняются. Что в прошлом, что в будущем они одинаковы. Цель завлечь покупателя и продать ему что-то, возможно даже и не нужное, по высокой цене. Справа и слева от сцены располагались магазины, зазывающие к себе яркими витринами. Одежда и обувь на любой вкус и цвет от известных мировых брендов, сувениры и ювелирные украшения, виртуальные парки аттракционов. Даже оружие здесь продавалось в магазине с названием «Выбор охотника».

Рабочий день в самом разгаре, но людей в центре было мало. Те, кто еще недавно гулял по магазинам, совершал покупки, теперь торопились к выходу в компании продавцов и сотрудников центра. Без паники. Слаженно, словно нападение черных спор здесь происходило каждый день.

Вот неуклюже переступал полный мужчина в просторных брюках-парашютах и футболке – диванном чехле с принтом – золотое солнце, дымящее сигарой. По его лицу катился пот градом. Рядом с ним семенила девочка лет десяти в красном платье-колоколе. Она улыбалась, отрешенно вглядываясь в спину мужика в черной широкополой шляпе, вышагивающем перед ней. Вероятно, общалась с подружками по «разгоннику». Двое продавцов крутились возле магазина с сувенирами из вулканической лавы с Сарпида. Они пытались закрыть двери, но боялись гнева хозяев, поэтому топтались на месте, никак не могли решиться на побег.

«Донники» следовали за гидом, который словно ищейка уверенно вел их через людскую толпу. Время на вес золота. Надо выбираться из торгового центра, пока до него не добрались жгуты чужаков. Черная спора, укореняясь, уничтожала все вокруг.

На выходе из торгового центра образовалась давка. Стеклянные двери заклинило. Они дергались словно в эпилептическом припадке, пропуская напуганных людей, но сзади напирала толпа, и двери уже не справлялись. Это только казалось, что в торговом центре мало народу. Как оказалось, достаточно, чтобы образовалась локальная пробка, грозящая перерасти в местечковый апокалипсис.

Фарик Туркыш остановился в хвосте толпы. Он пытался найти просвет, сквозь который можно просочиться ближе к выходу. Но люди стояли очень плотно, словно толпа являлась единым организмом, состоящим из одних спин.

– Здесь есть другой выход? Пожарный или для персонала? – спросил Илья у Фарика Туркыша.

Рыжеволосый гид замялся, словно вопрос поставил его в тупик. Он шарил растерянным взглядом по сторонам, избегая смотреть в глаза Давыдову. Илья схватил его за плечи и как следует встряхнул. Фарик Туркыш клацнул челюстью, чуть не прикусил язык и отчаянно затряс головой.

– Слева. Там за бутиком «Чиварики». Там должно быть, – забормотал он.

Илья обернулся к друзьям. Танк разминал кулаки, словно собирался пробивать себе дорогу сквозь толпу. Сэм Крупп оборонялся от напирающих сзади людей. Он злился, но старался держать себя в руках. Не хватало еще взорваться и потерять лицо. Карен Серое Ухо внимательно рассматривал торговый центр, пытаясь найти другой путь. Фома Бродник просто застыл в ожидании. В сложившейся ситуации он ничего не мог сделать, а будоражить вселенную по пустякам не считал нужным.

Вслед за гидом друзья стали пробиваться сквозь толпу. Двигались они в противоположную сторону от выхода. Это не понравилось людской массе, которая не хотела выпускать их из своего плена. Наконец, преодолев сопротивление, они выбрались.

Фарик Туркыш засеменил в сторону одному ему известного бутика, за которым скрывался запасной выход, когда случилось неизбежное. Черный жгут пробил бетонную стену, пронзил стеклянные магазинные перегородки и преградил им путь. В воздух поднялась бетонная пыль и стеклянные брызги, которые тут же осыпались на пол дождем. Черный жгут заходил из стороны в сторону, расчищая вокруг территорию. Вдруг застыл, словно превратился в соляной столб. В следующую секунду дернулся, выпуская густой серый дым.

Нельзя встречаться с этим порождением черной споры. Илья рванул в сторону. Друзья тут же повторили его маневр. Только вот Фарик Туркыш замешкался. Серый дым окутал его, и гид захлебнулся в крике:

– Горю!!!

Ошпаренный, он выскочил из дыма. Смотреть на него было страшно. Кожа заживо слезала с него, таяла, будто мороженое на солнцепеке. Фарик Туркыш уже не мог кричать. Он жалобно скулил, а покрасневшие глаза источали гной вместо слез.

Илья не мог на это смотреть. Жалко мужика. Он выдернул излучатель из кобуры и пустил сострадательный луч Фарику Туркышу в голову. Рыжеволосый гид рухнул на пол и затих.

Запасной выход оказался отрезан. Черный жгут медленно выползал из торгового центра, оставляя за собой серый дым, который распространялся по коридору. Последствия столкновения с этой дрянью они уже видели. Надо искать другой выход. Меж тем серый дым медленно распространялся во все стороны. Скоро он дотянется до толпы возле дверей, и тогда начнется настоящий ад. Люди уже выдавили стеклянные двери, расширив себе проход, но все равно пробка не рассасывалась. Оставаться в ней – обречь себя на гибель. Но и бросать людей нельзя. Скоро серый дым до них дотянется.

Там где серый дым касался стен и пола, появились серые кляксы, которые распространялись вокруг, словно растущие червоточины. Что бы здесь ни происходило, но администрации Ричмонда меньше всего теперь стоит беспокоиться о переселенцах. Похоже, эта проблема решена раз и навсегда. Если все пойдет и дальше в том же духе, скоро они сами станут переселенцами.

От порождений черных спор тянуло запредельным ужасом, словно другая вселенная смотрела тебе в глаза. И она была совсем не дружелюбной. Илья не знал, что здесь происходит, но ему казалось, что чужаки выжигают пространство, чтобы на обеззараженной, обезличенной территории выстроить что-то новое, необходимое им. И люди, человечество оказалось тем самым вирусом, заразой, дрянью, с которой они боролись. При этом они не имели ничего против человечества. Они просто делали свое дело, не замечая ничего вокруг. Похоже, люди для черных спор были частью неживой природы, которую можно изменять, уничтожать, перестраивать под себя. А это значит, что надо уносить ноги с планеты. Потому что здесь с одними излучателями они ничего не могут сделать с черными спорами и породившими их черными кораблями.

Илья вскинул излучатель и дал залп по черному жгуту. Он должен был попробовать. Излучение проделало дыру в инородном теле. Черный жгут взвился вверх, пробил дыру в потолке и обрушил вешалки с одеждой и стеллажи с обувью. Заискрились оборванные провода и замигал свет в коридоре, чтобы через мгновение потухнуть. Торговый центр погрузился в сумерки.

Илья не мог утвердительно сказать, но ему показалось, что дыра в черном жгуте зарастала. Тварь уже не так бесновалась, хотя ее метания в свете искрящейся проводки выглядели жутко.

– Эту дрянь можно попортить. Стреляйте по жгуту! – скомандовал Илья.

«Донники» расчехлились. Хорошо, что их не заставили сдавать оружие. А то сейчас выглядели бы они смешно с голым задом против врага. Затрещали излучатели, забился в агонии черный жгут. В его теле одна за другой появлялись оплавленные дыры. Но это избиение не остановило серый туман, который полз в сторону толпы. Толкающиеся на выходе люди словно пробудились от выстрелов. Они увидели новую опасность, подобравшуюся уже слишком близко, и резко отхлынули в сторону. Повинуясь стадному инстинкту, люди побежали прочь от серого тумана. И пробка на выходе постепенно рассосалась.

Илья первым это заметил и толкнул Танка, показывая на образовавшийся просвет. «Донники» прекратили огонь и побежали к выходу. Пока люди не опомнились, пока не дополз серый туман, надо воспользоваться случаем.

Они выбрались сквозь выбитые стены, опасно сверкавшие стеклянными зубьями, и оказались на улице. То, что они увидели снаружи, поразило их. Город в привычном виде прекратил существование.

Две черные споры виднелись неподалеку. Одна из них пробила здание и лежала в груде бетонных обломков, гнутых прутьев арматуры, стеклянного крошева и ломаной мебели, словно большая черная птица в гнезде. Другая спора вросла в асфальт прямо по центру проспекта. Десятки черных жгутов, раскинутых в разные стороны, переплетались между собой, извивались и тянулись дальше, захватывая все новые территории. Серый дым распространялся по улице. Одновременно с ним росла серая плесень, уничтожая все вокруг.

– Куда теперь? – задался вопросом Илья.

Если раньше они плохо ориентировались в городе, то теперь, когда споры преобразили все вокруг, ситуация ухудшилась. К тому же они потеряли единственного проводника. Как найти верную дорогу в меняющемся городе? Правильно, найти нового проводника. Только вот нет такого магазина, куда можно прийти и выбрать себе проводника по вкусу.

Но действовать надо быстро. Выбрать направление и двигаться. Пока серый туман не дотянулся.

Давыдов первым бросился по улице прочь от спор, увлекая друзей за собой. Они бежали куда глаза глядят. Лишь бы подальше от опасности. Параллельно Илья пробовал дотянуться через «разгонник» до «Ястреба Пустоты». Сейчас им требовалась поддержка ломщиков. Только они могли взломать городскую инфосеть и вытащить им необходимые карты. Но сеть не поддавалась воздействию. То ли «разгонник» не работал, то ли черные споры образовывали какое-то неизвестное поле, которое полностью блокировало связь в городе. Но Илья не бросал попыток восстановить контакт. В ломщиках они нуждались сейчас позарез. Не хватать же людей на улице с целью завербовать их в проводники.

Оставив позади преображающуюся площадь, они выбрались на перекресток. Пять углов – пять дорог. Куда пойти? Вот это выбор. И нет времени провести разведку на местности, чтобы выбрать безопасный маршрут. Пришла пора довериться своему чутью.

Два направления Илья отверг сразу же. Там громыхало, взрывалось, и черные нити мелькали вдалеке. Похоже, укоренение черных спор шло полным ходом. Еще одна дорога ему не понравилась просто потому что не понравилась. Что-то такое глубоко внутри заставляло его отвернуться от этого пути. Как оказалось, правильно, через четверть часа на проезжую часть упала черная спора. Оставалось два пути, один из которых Давыдов и выбрал.

Они побежали вперед. Повсюду виднелись брошенные машины. Можно было попытаться захватить одну, тем более владельцам, по всей видимости, они больше не нужны. Но передвигаться на транспорте по городу в сложившейся ситуации верх безумия. Повсюду пробки, завалы, преграды. Так что на своих двоих куда надежнее.

Илья неожиданно вспомнил мадам Жу-Жу, и как ему было хорошо с ней. Всего одна ночь, когда он смог забыть обо всех проблемах: о Магистрате, корсарах, черных кораблях. Когда он мог побыть Ильей Давыдовым, а не Имраном Октарским. Чудесная ночь. Достойная ночь. Жаль только, она так быстро закончилась.

Неожиданно включился «разгонник» и зазвучал голос Ульриха фон Герба.

– «Ястреб Пустоты» вызывает капитана. Что у вас там происходит? «Ястреб Пустоты»…

– Нет времени. Срочно соедини нас с ломщиками. Пусть добудут для нас карту Ричмонда!!! — прокричал Илья. Он и не догадывался, что можно кричать мысленно.

 

Глава 6

Выход из тупика

Давыдов подошел к окну и выглянул на улицу. За последние двадцать четыре часа ничего не изменилось. Серый туман плескался на соседних улицах, клубился в подворотнях, дымился из распахнутых окон дома напротив. Черная опухоль с раскинутыми в разные стороны жгутами оседлала крышу торгового центра, продавив ее. Спора пульсировала. Жгуты вибрировали, словно насосы, вбирая в себя материю из окружающего пространства, которую они перерабатывали и выпускали наружу в виде серого тумана.

Выбраться из города не получилось. Они носились по улицам, ища выход, и сами не заметили, как оказались заперты на пятачке, куда еще не дотянулся серый туман. Отрезанные от остального города и от собственного катера, они потеряли возможность вернуться на борт «Ястреба Пустоты». Застряли в проклятом городе, как последние неудачники.

Все попытки связаться по «разгоннику» с кораблем не увенчались успехом. Да даже если бы удалось восстановить связь, что они могли сделать. Призвать «Ястреб Пустоты» на помощь? Громоздкий корабль не сможет совершить посадку, ничего не разрушив. Слишком тесные улицы, слишком высокие дома. Да и к черту разрушения. От города и так почти ничего не осталось. Но какими бы ни были профессионалами его пилоты, они не смогут опустить корабль, не вляпавшись в серый туман. Илья не знал, какой эффект произведет на них контакт с серым туманом, но рисковать не хотел. К тому же черные споры могут атаковать жгутами их посудину. А эти твари опасные. Они запросто пробивали бетонные стены, корежили машины, железные конструкции транспортных магистралей сминали как картонные макеты. Илья не хотел проверять, выдержит ли их корабль прямое столкновение с чужаками.

Илья пробовал подсоединиться к городскому информаторию, чьи электронные сети опутывали весь город. При его помощи он собирался вызвать секторальный патруль. Пусть разбираются с черными кораблями и спорами. Это их прямая обязанность. Хотя он не сомневался, что их уже вызвали, но роль безучастного наблюдателя вызывала у него отвращение. У него ничего не получилось. Информаторий продолжал функционировать, но Илья, сколько ни бился, не мог получить к нему доступ.

Продвижение серого тумана замедлилось. Хорошая новость. Они видели, как он разъедал людей, словно кислота. Им не улыбалось оказаться переваренными этой инопланетной дрянью. Но и выбраться за пределы перекрестка они не могли. Туман был повсюду. Они планомерно исследовали все подступы к перекрестку, заглядывали в каждую улочку и тупик, пробовали пройти через дворы, но все напрасно. Серый туман растворил город в себе, оставив одну маленькую лакуну чистого пространства, где и застряли «донники» вместе с Танком.

На третьем этаже дома с большими башенными часами они нашли брошенную квартиру. Хозяева застряли где-то в городе и, вероятно, сгинули в тумане. Но дом был обитаем. Не все сбежали, как только черные споры упали на город. Нашлись и такие, кто забаррикадировался в квартирах, полагая, что дома и родные стены помогают. Им повезло, что серый туман не добрался до них. Но это лишь вопрос времени.

Илье было жалко этих глупых испуганных людишек, которые заперлись в четырех стенах в надежде пересидеть опасность. Нельзя их тут бросать, но и тащить их через весь город с собой утопическая идея. И сами не дойдут, и людей погубят.

Илья поделился своими соображениями с друзьями. Мнения разделились. Карен Серое Ухо сказал, что местные сделали свой выбор, и они не могут им помешать погибнуть. Фома Бродник засомневался, что у них получится вывести гражданских из города целыми и невредимыми. Они сами пока не знали, куда им идти. Сэм Крупп поддержал Илью. Нельзя бросать людей. Не по-человечески это. Последнее слово осталось за Танком, и он неожиданно встал на сторону Давыдова.

После непродолжительных споров они приняли решение. Илья с Кареном Серое Ухо обойдут подъезд и соберут всех гражданских. В это время Танк с Сэмом Круппом отправятся на разведку. Им предстояло обследовать территорию и узнать, насколько сильно продвинулся серый туман. Быть может, образовались просветы, сквозь которые они смогут выйти из ловушки. Они решили патрулировать перекресток каждые два часа. Нельзя пропустить момент образования слепых пятен.

Танк с Сэмом Круппом ушли. Илья с Кареном Серое Ухо отправились на поиски живых душ. Фома Бродник остался сторожить базу, на случай если придут мародеры.

Первое, что почувствовал Илья, выйдя на лестничную площадку, это жара. Температура повысилась на несколько градусов по сравнению с предыдущим днем. И это несмотря на то, что наступила ночь и воздух по идее должен остыть. Это наблюдение Илье не понравилось. Можно было не сомневаться, что повышение температуры связано с деятельностью черных спор. Эти инопланетные твари подогревали атмосферу в городе. Если температура и дальше будет повышаться, то можно не беспокоиться о сером тумане. Они раньше заживо сварятся, серый туман не успеет до них доползти. Вареные «донники», новое блюдо в ресторане Ричмонда. Надо найти способ выбраться отсюда, пока еще не поздно.

Они приступили к поквартирному обходу. Первые три квартиры оказались пусты. В четвертой их встретили отборной бранью из-за закрытой двери. Мужик, судя по голосу, заливал страх от вторжения чужаков горячительными напитками, поэтому даже не понял, кто к нему пришел и зачем. В следующей квартире им открыла молодая русоволосая женщина с позолоченным обручем на голове. Утром ее муж ушел на работу, так и не вернулся. А когда началось вторжение, она побоялась выйти на улицу. Одна да с маленьким ребенком среди уличного хаоса. Она в окно наблюдала за тем, как распространяется серый туман, пожирая все на своем пути. Ей было страшно, и она с ужасом ждала, когда туман доберется до них, понимая, что бессильна перед необъяснимой угрозой и не может спасти сына.

Девушку звали Ясмин. Илья постарался ее успокоить, сказал, что берут ее с ребенком под свою защиту и выведут их из этого кошмара. Правда, он не имел представления, как они будут выбираться из ловушки, но не сомневался, что выход из тупика есть, а его задача – вселить надежду в эту отчаявшуюся девушку.

В трех последующих квартирах они обнаружили двух кошек, тут же отпущенных на волю, мальчишку семи лет, ждущего родителей с работы, и дряхлую старушку в инвалидном кресле. Мальчишку они забрали с собой, а старуху оставили в квартире. Она не понимала, что происходит вокруг, думала, что ей пятнадцать лет и она отдыхает на ферме у бабушки в Пылевой Бухте, о чем не преминула сообщить шаловливым мальчишкам, которые пришли звать ее играть в Поющих гротах. В роли шаловливых мальчишек выступали Илья Давыдов и Карен Серое Ухо. Старушке они ничем не могли помочь. В инвалидном кресле против серого тумана и черных жгутов – утопия. Если они потащат ее за собой, то и ее погубят, и себя вместе с ней. А в их группе уже двое детей. С тяжелым сердцем они оставили ее одну в квартире. Больше в доме никого не было.

Они вернулись к себе.

– За время вашего отсутствия ничего серьезного не произошло, – доложил Фома Бродник, поднявшись из кресла. – Где вы ходили так долго? Жрать хочется. Долго мы еще будем тут торчать?

Тут он заметил Ясмин, к ногам которой жались двое мальчишек, и умолк. Заранее заготовленная гневная отповедь застряла у него в горле. Фома застыл как соляной столб. Видно, понравилась ему девушка.

Илья запер дверь и подошел к окну.

– Танк не возвращался?

– Нет. Пока, – рассеянно ответил Фома Бродник.

Серый туман за окном, казалось, стал гуще. Чистый пятачок перед домом выглядел лобным местом, на котором их всех скоро казнят. Илья вспомнил тот первый день в новом мире, когда он очнулся в теле Имрана Кровавого, приговоренного к смерти через гильотинирование. Какой ужас он испытал, когда осознал, что через несколько дней ему отрубят голову. Он не понимал, почему так получилось, как так вышло. За что ему все это? В чем он провинился? Вернулось давно забытое чувство обреченности. Неужели он выбрался из-под ножа тогда, ради того чтобы быть сожранным серым туманом. Верить в это он отказывался.

Внезапно Илье показалось, что в подворотне напротив кто-то есть. Прямо там в сером тумане кто-то шевелился, словно косяк рыбы ходил в грязном озере. Но как он ни вглядывался, не сумел ничего рассмотреть. Может, ему показалось? Обдумать это он не успел.

Входная дверь хлопнула, и раздался зычный голос Танка:

– Мы нашли дорогу.

 

Глава 7

Прорыв

Дышать становилось все труднее. Воздух густой и горячий, словно в парилке. Илья утер рукавом пот со лба и обернулся. Их отряд растянулся на несколько метров. Возглавлял отряд Танк. За ним шел Сэм Крупп. Позади Ильи ковыляла измученная Ясмин с детьми. Замыкали процессию Фома Бродник и Карен Серое Ухо. Так что Давыдов оказался в центре колонны. В его задачу входила охрана гражданских. Правда, непонятно было, от кого их охранять. Серый туман дрожал по обе стороны коридора, по которому они двигались. Если он внезапно их окутает, то они не успеют даже испугаться. Достаточно одного касания серого морока, чтобы человек превратился в гниющего заживо монстра. Но несмотря на это, Илья внимательно следил за окружающим пространством. Помимо черных спор и их ядовитых выделений в городе могли еще остаться люди, которые, как и они, оказались в ловушке. Как известно, загнанный в угол человек безумен и опасен. Он может пойти на любое преступление, лишь бы выбраться из западни. Так что не так страшна чужеродная тварь, как родной и привычный двуногий прямоходящий собрат.

Илья сжимал в руках излучатель. Рубашка мокрой тряпкой липла к телу. От жары вспотели даже ладони. А что если в самый опасный момент он выронит оружие. Эта навязчивая мысль не давала ему покоя, и он время от времени вытирал руки о штаны, но помогало плохо. Через мгновение они опять становились влажными.

Во время очередного разведывательного рейда Танк обнаружил, что серый туман отступил. В результате образовался чистый коридор. Они прошли по нему несколько километров. Коридор не кончался. Дорога вперед чиста. Куда она вела, другой вопрос. Но это все же выход. Нельзя же сидеть на заднице ровно в надежде, что за ними прилетят и спасут. Пусть впереди их ждет новый тупик, а Илья был уверен, что так оно и будет, но они хотя бы на несколько километров приблизятся к выходу.

Взвесив все за и против, они решили идти, хотя Ясмина пыталась возражать. Ее можно было понять. Она отчаянно боялась неизвестного пути, где за каждым углом ее ждала опасность. Куда спокойнее сидеть в собственном доме и ждать, пока за ней придут спасатели.

Илья знал, что никто не придет. Их давно списали со счетов. Вынужденные потери. Командование секторального флота, скорее всего, примет решение об уничтожении города. Куда проще выжечь всю заразу одним ударом. Рисковать людьми и техникой ради того, чтобы вытащить застрявших в городе гражданских, никто не станет. Неоправданный риск. Так что надо поторопиться, пока город не накрыло огненным колпаком.

Они пытались в мягкой форме объяснить это девушке, но она замкнулась в себе и продолжала твердить, что надо ждать спасателей, снаружи их ждет смерть. Танк в сердцах даже выматерился и предложил бросить лишний груз. Хочет сидеть в четырех стенах и ждать смерти, пусть сидит. Это не их проблема. Но Давыдов сказал, что они никого не бросят. Полчаса он потратил на то, чтобы уговорить Ясмин. Упирал на то, что им ничего не угрожает, она под надежной охраной. Они и не из таких передряг выпутывались. Он не знал, какое слово оказалось решающим, но она сдалась. Теперь она молча шла за ним, но Илья чувствовал дикое напряжение, в котором находилась девушка. Только присутствие детей останавливало ее в одном шаге от паники.

По чистому коридору они прошли два квартала. Сорок пять минут неспешным шагом. Танк пытался запустить в «разгоннике» режим сканирования местности, но функция не работала. Сплошной белый шум по всем каналам. Черные споры глушили все вокруг. Надеяться можно было лишь на собственные глаза и на то, что корсары называли «особой чуйкой на неприятности». Мыслеречь тоже не работала.

Серый туман преобразил окружающее пространство. Отступив, он оставил улицы и дома исковерканными, словно отраженными в кривом зеркале. Вроде все привычное и знакомое: уличные магазинчики, виртуальные театры и рестораны, окна жилых квартир с разноцветными жалюзи, голографические рекламные вывески.

На первый взгляд, все, как и прежде. Но за витринами магазинов плескался грязно-молочный туман. Стены виртуального театра поросли дрожащим на ветру черным мхом. Разноцветные жалюзи слиплись в одно целое и теперь напоминали аляповатый бронещит. Голографическая реклама включалась с перебоями. В клиповой кошмарной нарезке картинки сменялись одна за другой, разделенные серой рябью помех. Красивая блондинка с ярко-красными губами сидит за штурвалом флаера… серая рябь… брутальный мужик с накачанными руками взмахивает молотом… серая рябь… даль-проникатель ныряет в окутанную протуберанцами раскаленную звезду… серая рябь… мужчина в строгом деловом костюме погружается в виртуальную реальность с новой моделью «разгонника»… серая рябь…

Они старались идти по центру улицы, не приближаясь к домам. Мало ли какую дрянь оставил после себя серый туман, но и здесь им приходилось быть настороже. Проезжая часть была покрыта островками черного мха, который время от времени вздымался, а затем опадал. Создавалось впечатление, что пластикатная дорога дышит.

Туманные твари появились неожиданно. Огромная черная клякса, похожая на комок грязи, выпрыгнула из подворотни, заполненной серым туманом. Она приземлилась на проезжую часть, преградив дорогу отряду, и тут же плюнула в сторону Танка грязевым сгустком. Он успел уклониться от чужеродного снаряда, который приземлился у него за спиной перед ногами Сэма Круппа. Танк в ту же секунду активировал излучатель и полоснул зарядом по черной кляксе. Раздался мерзкий писк. Клякса разделилась на две части. Одна превратилась в кусок спекшегося стекла. Вторая зажила самостоятельной жизнью и отпрыгнула в сторону. В это время грязевой сгусток выстрелил в сторону Сэма Круппа серыми жгутами. Он не успел ничего сделать. Даже испугаться. Один жгут пробил ему грудь, насадил его словно бабочку на иглу. Второй ударил в голову, растекся грязной пленкой по коже и облепил череп со всех сторон, выедая живую плоть до кости.

Все это происходило на глазах у Давыдова слишком быстро и необратимо. Он ничем не мог помочь старому боевому товарищу. В тот момент, когда грязевой снаряд приземлился перед Сэмом, он был обречен. Илья мог лишь избавить его страданий. Что он и сделал, дав залп из излучателя. Правда, Илье показалось, что он опоздал. Излучение поразило уже мертвеца.

Ясмин истошно закричала. Нападение черной кляксы не осталось незамеченным, а гибель Сэма Круппа испугала ее. Она не смогла сдержаться.

Илья обернулся, чтобы ее успокоить. Он выпустил из виду Танка, который продолжал отчаянно сражаться с инопланетной тварью. Корсар поливал ее из излучателя, но никак не мог попасть. Она проворно уклонялась от его выстрелов, перескакивая с места на место. Танк так увлекся этой погоней, что не заметил появления на поле боя новых игроков.

Из ресторана с вывеской «Драколэнд» появились две фигуры, отдаленно похожие на человеческие. Только созданы они были не из плоти и крови, а из черной грязи, которая ходила волнами по их телу. Черные бродяги, сотворенные из поднятых неведомой силой мертвецов, направлялись в сторону Давыдова, раскачиваясь при ходьбе.

Фома Бродник первым увидел их и открыл огонь, который тут же поддержал Карен Серое Ухо.

Появление новых тварей еще больше испугало Ясмин. От ужаса она совсем потеряла голову. Завизжала, грубо оттолкнула Илью и бросилась в сторону вирттеатра, в котором еще вчера показывали нашумевший фильм «Катакомбы», а сегодня правил бал серый туман. Илья кинулся за ней. Надо перехватить дурочку, пока она сама добровольно не влипла в инопланетную гадость. Мальчишки, потерявшие женщину, за чьей спиной привыкли прятаться, оторопели. Родной сын Ясмин попытался бежать за мамой, но его схватил Карен Серое Ухо. А другой парень сел на проезжую часть, зажал голову руками и завыл.

Тем временем Танк прикончил огрызок черной кляксы и торжествующе взревел. Увлеченный схваткой, он не заметил, как к нему подкрались двое черных бродяг. Один вцепился ему в спину длинными изломанными руками. Танк ловко сбросил захват, развернулся и резко саданул прикладом излучателя ему в череп. Бродяга нелепо взмахнул головой, но на ногах устоял. В то же мгновение вторая тварь набросилась на Танка. Времени на выстрел не оставалось. Он даже не успел развернуться. Черный бродяга прилепился к его спине, и грязевая ткань, бывшая его телом, стала перетекать на Танка. Медленно она облепляла его как нефтяная пленка.

Танк закричал.

Карен Серое Ухо обернулся на крик. Этим воспользовался парнишка. Он резво крутанулся на месте, избавляясь от захвата «донника», и стремительно побежал вслед за мамой.

Ясмин уже была возле вирттеатра. Илья чуть-чуть отставал от нее. Еще немного и он бы ее остановил. Но ему не хватило самой малости.

Ясмин дотянулась до двери вирттеатра и потянула на себя ручку. Дверь резко распахнулась, и на нее выплеснулось море черной грязи. Оно мгновенно накрыло ее с головой и проглотило. Перед смертью она даже ничего не успела почувствовать. Толком и испугаться не успела. Черная грязь растворила ее в себе, преобразовала, и через мгновение из грязи поднялась новая фигура черного ходока.

Илья резко остановился. Он успел уловить краем глаза бегущего паренька и подхватил его на руки. Мальчишка забился в сильных руках Давыдова, заколошматил кулаками по его голове и закричал, осыпая спасителя отборными ругательствами. И где он только такого наслушался? Вроде с виду вполне воспитанный паренек.

Илья прижал его к себе и забормотал:

– Тихо. Тихо. Все прошло.

Неожиданно это подействовало. Мальчик успокоился. Или от пережитого ужаса потерял сознание. Проверять времени не было. На Давыдова надвигалась нелепая фигура черного бродяги, который еще несколько минут назад был красивой девушкой с именем Ясмин. Ее рваную ходьбу остановил слаженный залп Карена Серое Ухо и Фомы Бродника. Без всякого сожаления они сожгли ее на месте.

Тем временем инопланетная тварь полностью поглотила Танка. Еще одна потеря. Хорошо закончилась увеселительная прогулка, нечего сказать. Двое друзей, надежных боевых товарищей, навсегда остались на улицах этого города, став частью инопланетной биологической системы.

Илья поспешил вернуться в строй. Пока его товарищи расстреливали черных бродяг, мальчик у него на руках зашевелился.

Давыдов спросил:

– Как тебя зовут, парень?

– Юджин.

Надо убираться как можно дальше от проклятого места. Скоро сюда стянутся и другие мерзкие твари, почувствовав легкую добычу. Надо уносить ноги с планеты, пока их не разобрали на атомы порождения черных спор.

Илья прижал парня к себе:

– У меня есть друг – Гомер. Он тебе понравится. Хочешь, познакомлю?

 

Глава 8

Слипподы

Все новостные каналы транслировали одну и ту же программу, словно записанную по заказу министерства пропаганды. Популярный ведущий Нил Гордон стоял на ступеньках Дворца Советов в Октарии, столице Поргус. Он был одет в строгий черный костюм с гербом королевства на правом лацкане пиджака. Вид у него был торжественный, будто его пригласили на вручение профессиональной премии «Гэтсби» за выдающийся вклад в галовизионную журналистику.

– Мы присутствуем на исторически важном событии, способном изменить облик всего королевства Поргус, – говорил он заученные слова.

И можно было не сомневаться, его слушают все граждане королевства. То, что он говорил, не укладывалось в голове. В это хотелось верить, но выглядело все, как отчаянная попытка заманить его в ловушку.

Илья Давыдов сидел в кресле на капитанском мостике «Ястреба Пустоты» и смотрел в третий раз новостную программу.

Прошло три дня, как они выбрались из захваченного черными спорами Ричмонда. После того как дьявольские порождения черного тумана убили Танка, Сэма Круппа и поработили Ясмин, сделав из нее черного бродягу, они долго еще брели чистым туннелем, пока не вышли к городским стенам. По пути им больше не попалось ни одного порождения черных спор. Здесь возле городских стен они нашли множество брошенных катеров, но только флаертакси им удалось запустить. На нем они выбрались из пораженного черными спорами города.

Ричмонд с высоты полета выглядел как огромная черная плесень. Сотни черных спор проросли в улицы. Серый туман окутывал город, перестраивая его под себя, и уже выползал за пределы городских стен.

Стоило им удалиться на несколько километров от города, как вернулась связь. Эфир взорвался сотнями передач на разных частотах и диапазонах. Чрезвычайные службы Вербора докладывали о положении дел на орбите планеты, о продвижении черных спор по поверхности, запрашивали помощь у секторального флота, который уже выдвинулся к квадрату вторжения.

Полным ходом шла подготовка к эвакуации гражданского населения планеты. Для этого в трех точках, координаты которых постоянно транслировались в эфир, были организованы временные эвакуационные лагеря, куда свозили всех уцелевших граждан.

Фермеров и переселенцев никто спасать не собирался. Их владения были разбросаны по всей планете, к тому же доступ к ним затрудняло распространение белой плесени. Многие территории оказались отрезаны от цивилизации. Гонять флаеры и вывозить фермеров по одному – впустую жечь топливо. Всех все равно не спасти. Так что этот вариант признали нецелесообразным. Тех, кто сможет самостоятельно добраться до лагерей, внесут в списки подлежащих эвакуации. Остальным остается проклинать злодейку-судьбу.

Понятно, что такое решение не понравилось переселенцам, и они начали открытую борьбу с властями. Один из эвакуационных лагерей, на юге планеты, подвергся массированной атаке переселенцев. В ходе боестолкновения погибло двенадцать сотрудников полиции Вербора, двадцать один военнослужащий и тринадцать гражданских. Потери среди переселенцев в эфире не озвучивались.

Первым делом Илья вызвал «Ястреб Пустоты» и сообщил, что с ними все в порядке. Ответил Ульрих фон Герб. Сдержанно он высказал неудовольствие молчанием группы Давыдова, которая вышла на увеселительную прогулку и пропала. Доложил, что к Ричмонду отправили два поисковых отряда. Илья тут же приказал их отозвать. Через полчаса пропавшие поднялись на борт корабля, бросив флаертакси на опушке леса.

К старту было все готово. Корсарские союзники Семен Пивоваров и Святозар Север уже покинули пределы планеты, не став дожидаться возвращения группы Ильи Давыдова. Об этом сообщил Ульрих фон Герб. Они не улетели далеко. Остались в пределах системы Вербора, ожидая дальнейшего развития событий.

Илья приказал готовиться к отправлению. Но по пути они должны были заглянуть в один из эвакуационных центров, чтобы передать мальчишек в руки властей. Пусть они позаботятся о будущем мальчиков. Не с корсарами же им бороздить Пустоту. Правда, парни не хотели никуда уходить. Они успели сдружиться с Гомером, которому пришлось по душе их внимание. Он весело прыгал на месте, верещал что-то на своем лиантидском и лез обниматься. Фома Бродник предложил вместе с детьми ссадить и Гомера, но Илья отказал. Он сомневался, что власти о нем позаботятся надлежащим образом. Для них он всего лишь животное, покрытое шерстью. Пристрелят, чтобы не мучился. Так что пришлось мальчишкам прощаться. Слез было много. Да и Гомер разозлился. После того как ребята ушли, он забился в дальний угол каюты Давыдова и отказывался выходить на контакт. Рычал, плевался и показывал неприличные жесты.

Им удалось беспрепятственно покинуть планету. Через несколько часов контакт с Вербором оказался потерян. Планета полностью перешла под контроль черных кораблей. Несколько эвакуационных караванов благополучно покинули ее, но часть населения так и осталась на Верборе. Илья надеялся, что с ними ничего плохого не случится, хотя понимал, что это глупые надежды. То, что они видел в Ричмонде, не оставляло никаких сомнений, черные споры проглотят и переработают застрявших на планете людей.

Из системы Вербора они взяли курс к планете Цолн, система Канатоходца. Настала пора побеспокоить старого отцовского друга графа Кирилла Ребениуса, который долгие годы хранил для него законсервированный резервный флот.

Капитаны Святозар Север и Семен Пивоваров подтвердили союзнические обязательства и теперь сопровождали короля Имрана Возрожденного, как они его официально называли.

* * *

Две важные новости потрясли королевство. Первая – о вторжении черных кораблей. Проникновение произошло сразу в нескольких системах – Огненной колесницы, Смарагда, Песочных часов. Несколько планет разделили участь Вербора. Контакт с ними был потерян.

– Ученые дали название пришельцам – слипподы. Природа их неизвестна. Оттуда они пришли, пока не ясно. Также мы не располагаем информацией о целях, которые преследуют пришельцы. Одно известно точно, в местах высадки слипподов происходит полное преобразование планет. Они становятся не пригодны для жизни человека. Слипподы также нисколько не стесняются присутствия людей. Складывается впечатление, что они просто нас не замечают. Мы для них являемся частью природного ландшафта. Пока что абсолютно неясно, как остановить вторжение чужаков. В Октарии срочно созван Комитет по контакту, в который вошли лучшие ученые умы королевства. Перед Комитетом поставлена задача – установить природу слипподов и методы борьбы с ними.

Изображение Нила Гордона пропало, и появился вид на большой зал заседаний, где собралось несколько сотен человек. По всей видимости, это и был Комитет по контакту. Над залом висел огромный виртуальный шар, на котором постоянно сменялись какие-то цифры и графики. Люди в зале сидели неподвижно и молчали. Они были подключены к Единой операционной системе, в которой одновременно работали. На экран вернулось изображение Нила Гордона.

– Работа Комитета по контакту проходит при непосредственном участии представителей Министерства обороны Поргуса. Комментарии прессе пока не поступали. Мы ждем официальных заявлений от уполномоченных лиц.

Вторая новость заинтересовала Илью Давыдова куда больше. Если про черные корабли и их обитателей он уже все знал, то о политической обстановке в королевстве ему ничего известно не было. Как оказалось, не все шло гладко в Магистрате Поргуса.

– Как стало известно из официальных источников, на днях прошла волна арестов высших должностных лиц королевства с высочайшего распоряжения магистра Ивария Крота. Сегодня магистр Крот выступил с официальным заявлением, в котором рассказал о проведенных мероприятиях.

Далее следовала запись обращения магистра Крота. Илья увидел знакомое лицо судьи, и память Имрана Октарского проснулась. Он вглядывался в лицо старого друга, бывшего для него братом если не по крови, то по духу, и никак не мог понять, какие чувства испытывает к нему.

– Сегодня я говорю вам, народ Поргуса, о заговоре, который родился внутри Магистрата, заговоре, имеющем цель уничтожить королевство, продать его по кускам нашим извечным соседям и конкурентам королевствам Вардии и Дакордии. По моему приказу были арестованы все члены Магистрата Поргуса. У меня есть доказательства преступного сговора магистров с нашими историческими врагами. Также я располагаю информацией, что магистры с целью захвата власти ложно обвинили свергнутого короля Имрана Октарского в преступлениях, которые он не совершал. Напротив, большая часть этих преступлений была совершена по прямому приказу членов Магистрата Поргуса. Я был слишком слеп, чтобы распознать фальшивку. К сожалению, я поверил в обвинения и принял участие в государственном перевороте. Свою вину я признаю и готов понести заслуженное наказание, но только после того, как кризис с инопланетным вторжением будет преодолен.

Илья Давыдов слушал и не мог поверить услышанному. На его глазах происходило историческое событие. Злейший враг по каким-то неясным причинам реабилитировал свергнутого короля Имрана Октарского, одновременно избавившись от всех своих бывших союзников. Теперь Давыдов больше не беглый преступник, а полноценный гражданин своего королевства. Это не могло не радовать. Вот только Илья не понимал, какую игру затеял Иварий Крот. Он никогда ничего не делал просто так. Илья отказывался верить, что он простил его за смерть Эльзы. Правда, от этой реабилитации Илье ни жарко, ни холодно. Официально он числится казненным на гильотине, как злейший преступник королевства.

И вот тут наступил момент для самого важного заявления. Иварий Крот сделал настолько серьезное лицо, что казалось, он собирается зачитать смертный приговор самому себе.

– Народ Поргуса, я официально заявляю, что король Имран Октарский, несправедливо осужденный и приговоренный к смерти, жив. В последний момент смертный приговор был заменен каторжными работами на одном из мааровых рудников. По приказу мятежников, узурпировавших власть, перед гражданами королевства был показан спектакль. Казнили настоящего преступника. К сожалению, мы сейчас не располагаем информацией, где находится король Имран Октарский, поскольку ему удалось сбежать с рудников. Я обращаюсь к королю. Ваше величество, возвращайтесь. Мы готовы вернуть вам престол, принадлежащий вам по праву.

Илья Давыдов отказывался верить услышанному. Он собирался бороться, проливать кровь, чтобы вернуть престол. Но враги добровольно отдали его, публично покаявшись. Впрочем, он понимал Ивария Крота. У того просто не оставалось иного пути. Гражданская война в королевстве в условиях инопланетного вторжения ведет к гибели всего живого. Признав свои преступления, Иварий Крот пытался вернуть целостность государству, чтобы общими усилиями справиться с внешней угрозой. Это заслуживало уважения. Но возвращаться на престол без военной поддержки он не собирался. Слишком велик риск быть преданным вновь.

Их путь лежал в систему Канатоходца, к планете Цолн.

 

Глава 9

Спрятанная планета

– Признаться честно, я ждал вас, друг мой. Все, что происходило за последний год в королевстве, изрядно огорчало меня. А когда я услышал о вашей смерти на гильотине, то просто не поверил. Трудно поверить, что сын моего старого друга принял мучительную смерть, всеми преданный и проклятый. Но я не мог ничего сделать. Я обещал вашему отцу ни во что не вмешиваться. Главная моя задача – сохранить законсервированный флот для возрождения Поргуса. Ваш отец предчувствовал скорое падение королевства и старался подготовиться к этому.

Граф Кирилл Ребениус – высокий статный мужчина с окладистой бородой, выглядевший, несмотря на свой почтенный возраст, моложаво – принимал Илью Давыдова у себя в кабинете. Илья, как только увидел его, сразу вспомнил. Они встречались раньше. Ему было тогда от силы лет пять. Он без спросу вошел в кабинет отца. В дневное время заходить в кабинет было строго запрещено. Отец работал, занимался государственными делами, его нельзя отвлекать. Но тут Имран заигрался, забыл о правиле и забежал, весело хохоча, к отцу. В кабинете как раз находился граф Кирилл Ребениус. Они что-то обсуждали, но при появлении мальчишки умолкли. Граф поднялся из кресла, шагнул навстречу Имрану и протянул ему ладонь для рукопожатия.

Как это было давно. Но с той поры граф, кажется, совсем не изменился. Все тот же прищур карих глаз с хитринкой, то же суровое сильное рукопожатие и приятный с хрипотцой голос. Словно и не было всех этих лет. Все живы и ничего страшного не произошло, а собрались они как старые друзья за бокалом вина, поговорить обо всем на свете.

Сразу по прибытии на планету Цолн, система Канатоходца, Илья связался с другом отца, и после непродолжительной беседы навстречу им был выслан почетный эскорт, который доставил Илью в сопровождении Карена Серое Ухо, Фомы Бродника и Ульриха фон Герба в загородную резиденцию графа Ребениуса.

– Правда, я ослушался приказа вашего отца, молодой человек. Я начал процесс расконсервации флота. А сам с небольшими силами в три десятка крейсеров выступил к Октарии. Я надеялся коротким набегом отбить вас у богомерзкого Магистрата. Но я не успел. По всем каналам сообщили, что король Имран Октарский казнен. Тогда я вернулся назад. Горе мое было велико. Но я не мог вернуть вас. Спустя два месяца я решил готовиться к войне с Магистратом. И тут всплыла новость о вашем счастливом воскрешении. Я не мог в это поверить. Теперь я к вашим услугам, мой мальчик.

Илья смотрел на графа Ребениуса и не мог понять, можно ли ему доверять. Преуспевающий бизнесмен, богатейший человек королевства, готов все бросить ради того, чтобы исполнить клятву, данную несколько десятилетий назад давно умершему старому другу. Он готов был потерять все во имя старого обета. Разве возможно такое чудо в этом насквозь прагматичном мире.

– Я рад, что остались еще верные люди в Поргусе, – сказал Давыдов.

– Позвольте спросить. Почему вы не прилетели ко мне сразу? Почему только сейчас? – граф Ребениус пристально посмотрел на Илью. От этого пронзительного взгляда-сканера ему стало не по себе.

Илья не спешил раскрывать душу перед графом. Он еще не разобрался в этом человеке. Неизвестно, как он отреагирует на то, что в теле сына его старого друга засел гость из прошлого. Рискованно. Что если после этого граф посчитает, что ничего не должен Имрану Октарскому, потому что формально его больше не существует. Он откажется поддерживать его. И тогда все будет напрасно. Но и врать старому другу отца Илья не хотел. Как-никак личность Имрана растворилась в нем. И все, чем дорожил Имран, теперь дорого и ему.

– После мааровых рудников я многое не помнил. Потом память частично восстановилась, и вот я здесь, – сказал полуправду Давыдов.

– Это хорошо. За последние несколько дней столько всего изменилось в мире, что я даже не знаю, чему верить или нет. Я видел выступление вашего врага Ивария Крота. Слышал, некогда вы были очень близки. А потом он предал вас и возглавил Магистрат. Вы можете мне объяснить, что означает весь этот цирк с арестом и публичным покаянием?

Граф Ребениус поднялся из кресла, обогнул стол и подошел к большому глобусу, модели планеты Цолн. Открыв крышку, он достал бутылку вина и два бокала. Наполнив бокалы, один он протянул Давыдову.

– Пока я и сам не знаю, как к этому относиться. В условиях инопланетного вторжения воевать еще и внутри страны, это первый шаг к пропасти. Возможно, он это понимает и решил объединиться, чтобы совместными усилиями задавить слипподов, – высказал версию Давыдов.

– Кстати об этом. Ваш отец очень сильно интересовался червоточинами Штельмана. Он предполагал, что рано или поздно их прорвет и какая-нибудь иномирная гадость попрет к нам. Собственно, так и произошло. Он тратил большие деньги на исследование червоточин.

– Я продолжил его исследования. Мы наблюдали за червоточинами. После переворота Магистрат свернул все исследования, – перебил графа Илья.

– Все. Да не все. Я тоже интересовался червоточинами. Я помню еще время, когда их не существовало. Я был мальчишкой. И когда появилась первая информация о них, я читал все, что выходило, и собирал любые упоминания. В общем, я вел независимое исследование. Я мог себе это позволить. Я нанял группу ученых, которая пополнилась после того, как Магистрат прекратил исследования. Не остается сомнений в том, что червоточины – это проходы в другую вселенную, через которую к нам могут проникать иные объекты, такие, как черные корабли, а мы к ним – нет. Долго мы бились над этой проблемой. Наконец, могу сообщить, что решение найдено. Мы построили модель аппарата, который позволяет бурить проход в червоточину с нашей стороны. Мы назвали этот аппарат бурильная установка Хеймеца. В теории все работает. На ближайшее время назначены полевые испытания. Если все пройдет хорошо, мы можем отправить исследовательскую экспедицию на другую сторону червоточины, и тогда мы поймем, что собой представляют слипподы.

Новость понравилась Давыдову. Узнать природу происхождения врага, мир, из которого они пришли, означает найти ключик к победе.

– Я столкнулся со слипподами на Верборе. – Илья подробно рассказал о черных спорах, сером тумане и о его мерзких порождениях.

Граф Ребениус внимательно слушал и не перебивал.

Вино в бокалах закончилось, и граф вновь их наполнил. Вид при этом у него был весьма задумчивый. Он словно погрузился в другой незримый мир. Переваривал полученную информацию.

– Мы столкнулись с очень серьезным противником. Слипподы нас не замечают. Мы для них деталь интерьера в комнате, которая мешает им жить. Они просто избавляются от всего ненужного. Выносят из комнаты хлам. И мы для них и есть этот хлам. Мы не представляем для них никакого интереса. Они прибыли сюда, вероятно, с целью колонизации нашей вселенной и перестраивают ее под себя.

– Я тоже склоняюсь к этому мнению. Но мы не можем отдать наш мир без боя. Необходимо найти способ уничтожить слипподов. Пока же мы сильно проигрываем по всем статьям. А наше оружие малоэффективно против них, – поделился своими соображениями Давыдов. – Кажется, у меня есть идея. Если буровая установка Хеймеца способна справиться с червоточиной, то, возможно, на ее основе можно сконструировать новое оружие, которое могло бы эффективно уничтожать слипподов.

В глазах графа Кирилла Ребениуса засверкали бешеные огоньки. Идея ему понравилась, и он торопился эффективно ее реализовать. Он на мгновение отключился от реального мира, вероятно, связывался с кем-то по «разгоннику».

Наконец вернулся и сообщил:

– Я передал в аналитический центр задание. Мои умники обещали поработать над вопросом. Хорошо бы нам взять образец слиппода или одного из их порождений. Но мечтать не вредно. Будем работать с тем, что есть.

– Можно попробовать добыть образец. У нас есть информация о планетах, которые захвачены слипподами. Достаточно слетать и произвести захват. Я думаю отколупнуть кусочек от черного жгута возможно, – поделился соображениями Илья.

– Хорошая идея. Надо попробовать, – ухватился граф Ребениус. – Я распоряжусь, чтобы нашли ближайшие к нам планеты, захваченные слипподами, и отправлю экспедицию.

– Замечательно. А когда я смогу увидеть свое наследство – секретный флот? —спросил Илья.

– Вы думаете, он здесь, на Цолне? – спросил довольный граф Ребениус. – Цолн – промышленный мир. По сути это единый маароперерабатывающий завод. Наша продукция идет как в королевство Поргус, так и на экспорт. К нам периодически прилетают различные государственные комиссии с проверками. Прятать здесь флот просто верх безрассудства. Кто-то особо любопытный, пронырливый может случайно наткнуться на него. Но флот недалеко. Он базируется на спрятанной планете искусственного происхождения. Под ее оболочкой находятся верфи со спящим временно флотом.

– У меня только два вопроса. Первый, когда я могу его увидеть? И второй, откуда мы возьмем народ для экипажей?

Последний вопрос особенно волновал Давыдова. Он не представлял, где найти столько преданных людей, которые готовы воевать под его стягами, умирать за него. И важно, чтобы эти люди не имели бы никакого отношения к Магистрату.

– На завтра я запланировал полет к Схрону, так во всех документах называется спрятанная планета. Вы сможете убедиться, что все готово к выступлению. Что же касается экипажей, то я не вижу в этом большой проблемы. Большая часть флота автоматизирована. По сути это автономные боевые станции, управляемые одним-двумя операторами. В остальном же экипажи давно готовы и только ждут приказа о выступлении. Флот – это не только корабли, но и люди. Когда ваш отец распорядился создать секретный флот, под этим подразумевалась непрестанная подготовка боевых экипажей. Чем мы и занимались на Схроне все эти годы.

Граф Кирилл Ребениус выглядел довольным собой. Ему было чем гордиться. Он исполнил свою роль и обоснованно полагал, что справился с ней превосходно.

– Кто финансировал всю эту деятельность? – спросил Илья.

Спрятать флот одна статья расходов, а вот поддерживать его все эти годы, работать с людьми – тут требовались серьезные финансовые вливания.

– Ваш отец создал независимый стабилизационный фонд, которым я управляю до сих пор. Эффективное управление стартовым капиталом позволило не только сохранить эти деньги, но и преумножить их, несмотря на все расходы. Копилка постоянно пополняется от маароперерабатывающих предприятий Цолна, в которых я имею свою долю прибыли. Ваш отец все тщательно продумал.

 

Глава 10

Секретный флот

Ближайшая к Цолну планета, захваченная слипподами, находилась в системе Чандлера. На совместном совещании с графом Кириллом Ребениусом было принято решение выдвинуться к планете с небольшими силами, произвести разведку на месте и захватить образцы для исследований.

Илья полагал, что надо брать черную спору, но Карен Серое Ухо сомневался, что у них получится ее захватить. Черная спора слишком непредсказуемый объект. Даже если захват пройдет удачно, кто может гарантировать, что при транспортировке до Цолна не произойдет катастрофы. Черная спора может раскрыться и атаковать все живое, преобразовывая окружающее пространство под себя. И тогда они привезут научникам целый корабль для исследований, жаль только, сами при этом погибнут и превратятся в черных бродяг или еще какую гадость.

– Надо брать черные жгуты или порождения серого тумана, – настаивал Карен Серое Ухо. – И заранее подготовить на корабле грузовой трюм, оборудовав его системами автоматической ликвидации. Лучше потерпеть фиаско и смотаться туда-обратно просто так, нежели самим стать частью системы слипподов.

Илья вынужден был с ним согласиться. Осталось только понять, как технически осуществить захват образцов. Но тут граф Кирилл Ребениус заверил, что у них для такого случая разработан особый протокол и пусть у научников голова болит. Это их работа. Задача же военных обеспечить безопасность экспедиции и ее возвращение.

Подготовка к экспедиции заняла два дня. Граф познакомил «донников» с группой ученых научно-исследовательского института Цолна, которую возглавлял доктор Иван Семенович Моран. Мировое светило выглядел серо и буднично. Строгий коричневый костюм, густые усы, блеклые, словно выцветшие карие глаза и короткие черные волосы. Он сильно хромал на правую ногу, отчего научники прозвали его Перекат Перекатычем. Но в глаза его никто так не называл. Боялись. Характер у доктора Морана был скверный, вспыльчивый. Мог если что наорать от души, а в особом случае и «дать в морду», как он любил выражаться. За этот неуправляемый норов его с треском выперли из Октарского университета точных наук еще при правлении короля Имрана.

Илья помнил эту историю. Во время научного эксперимента он наградил сильной зуботычиной нерадивого ассистента. В результате выбил ему передние зубы. Все бы ничего. Но ассистент не согласился замять дело, взяв денежную компенсацию, и подал в суд, который присудил доктору Морану солидный денежный штраф. А ректорат университета посчитал, что человек с такой репутацией, пусть он хоть трижды гений, им не нужен. Ведь никто не может гарантировать, что подобный инцидент не повторится.

После знакомства с научниками в сопровождении графа Кирилла Ребениуса и его секретаря Сергея Карелина Илья Давыдов побывал на Схроне. Полетели на одном из кораблей графа, но Илья взял с собой Карена Серое Ухо, Фому Бродника и Ульриха фон Герба. Внешне ничем не примечательный безжизненный каменный шар, окруженный тремя спутниками, оказался шкатулкой с секретом. Они опустились на ничем не примечательную каменную равнину, которую граф называл Долиной Теней. Когда до посадки оставались считанные минуты, каменная поверхность разошлась в стороны, открывая посадочный тоннель, в который и опустился корабль графа.

Через четверть часа Илья Давыдов уже стоял перед огромными экранами в зале управления. Сюда транслировалась картинка с двенадцати уровней Схрона, заполненных спящими кораблями. Картина поражала воображение. Словно пули в магазине ровными рядами возвышались громадные корабли, сверкающие стальными корпусами. На борту каждого красовался личный герб королевского дома Октарии. Граф пояснил, что это принципиальная позиция – флот принадлежит Имрану Октарскому, а не Поргусу и служить будет только ему.

– С такими силами у Магистрата просто нет шансов, – оценил пораженный Карен Серое Ухо.

– Не с Магистратом нам воевать придется, а с черными кораблями, а против них бортовые излучатели, как слону дробина, – сказал Илья.

– Что такое слон и что такое дробина? Ты опять говоришь загадками, – проворчал Фома Бродник.

Илья не ответил.

Они вернулись на Цолн в тот же день. Все путешествие на Схрон заняло десять с небольшим часов.

* * *

По возвращении состоялось последнее совещание перед началом экспедиции, на котором выяснилось, что граф Кирилл Ребениус и Илья Давыдов по-разному видели ее осуществление. Илья полагал, что сам примет в ней участие. Как-никак они уже сталкивались с порождениями черных спор. Но граф был категорически против. Он заявил, что личное участие Имрана Октарского в этом опасном мероприятии не требуется. Нельзя рисковать королем в самом начале освободительной кампании. Он должен оставаться на Цолне. К тому же у Имрана есть и более важные задачи. Ему предстояло связаться с магистром Кротом и выяснить его намерения.

Информационные сводки, поступающие со всех концов королевства, доверия не внушали. Слипподы уверенно продвигались в глубь королевства, завоевывая все новые территории. Приблизительно одна четвертая владений Поргуса уже оказались под властью черных кораблей. Флот Поргуса терпел поражение за поражением и вынужден был отступать, оставляя сектор за сектором. Системы Огненная колесница, Кратта и Жнец оказались под полным контролем слипподов. На данный момент бои шли в системе Изумрудных глаз, но прогнозы аналитиков не внушали спокойствия. Солдаты Поргуса еще держались, но рано или поздно они вынуждены будут покинуть систему, оставив ее на поругание слипподов.

Магистр Иварий Крот метался по королевству от фронта к фронту, пытаясь управлять войной. Но у него плохо получалось. Он пробовал просить военной и финансовой помощи у соседей. Но король Дакордии Симеон II отказал в категоричной форме, не объяснив своего решения. Герман Вардийский выдвинул требования для предоставления помощи. Это были кабальные условия, на основании которых по сути королевство Поргус становилось вассалом Вардии и теряло по факту свою независимость. Магистр Крот не мог подписать такой договор. Но и отказываться не спешил. Если уж совсем прижмет и выхода другого не будет, можно согласиться и на эти условия. В противном случае они потеряют все королевство вместе с населением. И тогда Поргус будет уже не восстановить.

Илья Давыдов понимал, что надо идти на контакт с Иварием Кротом. Объединить все вооруженные силы Поргуса, включая секретный флот, под своими стягами – это единственный пусть спасения от неминуемой катастрофы. Если же ученым графа Ребениуса удастся найти оружие против слипподов, то они окажутся на коне. Но Илья как мог оттягивал переговоры с Иварием Кротом. Ему было противно смотреть в глаза предателя, слышать его голос и вспоминать несчастную Эльзу. Хотя Илья лично не встречался с ней и ее братом, но чувства Имрана после слияния стали частью его личности. Он не мог просто взять, вырвать и выбросить часть себя.

Илья согласился, что полевую работу может выполнить кто угодно. Ему не обязательно лично в этом участвовать.

– Я займусь этим, – сказал Карен Серое Ухо.

На следующее утро «Ястреб Пустоты» в сопровождении пяти боевых крейсеров улетел в систему Чандлер. От «донников» в экспедицию отправились Карен Серое Ухо и Салех, который в последнее время постоянно ворчал, что его не допускают до серьезной работы и держат постоянно в стороне от всего самого интересного.

Илья же остался в резиденции графа Кирилла Ребениуса в ожидании, когда закончится подготовка к переговорам с магистром Иварием Кротом. Группа ломщиков работала над запуском секретной выделенной линии связи с Октарией. К этой работе были привлечены Шуан Ури и Сервин Тулх, штатные ломщики «Ястреба Пустоты».

Наконец канал связи был установлен. Удалось найти прямую линию с Иварием Кротом. Дело оставалось за малым – провести переговоры, но Илья Давыдов не торопился их начинать. Он испытывал странную нерешительность, ему не свойственную. Сейчас он увидит старого друга и заклятого врага, будет говорить с ним и договариваться. Он думал, что его это не волнует. Это старые обиды Имрана Октарского, но, как оказалось, ненависть преданного короля передалась ему в полной мере. Он от всей души ненавидел Ивария Крота. Накладывались также его личные воспоминания. Первый день в новом теле в новом мире. Чувство полной беспомощности. Осознание того, что ты заперт в клетке за преступления, которые не совершал, и выход из нее только один – на гильотину. И довольное ухмыляющееся лицо магистра Крота, который пришел посмотреть на мучения бывшего друга. Илья запомнил это на всю жизнь. И теперь ему предстояло переступить через себя и протянуть руку помощи этому мерзавцу.

– Всё готово. Можно начинать, – настойчиво сообщил граф Кирилл Ребениус.

Илья настоял на том, чтобы он присутствовал при переговорах.

– Хорошо. Включайте шарманку, – потребовал Давыдов.

– Что включать? – переспросил граф Ребениус.

– Соединяйте.

Иварий Крот откликнулся на вызов мгновенно, словно все это время только его и ждал. Выглядел он вымотанным, выжатым и опустошенным. Ввалившиеся глаза, густая сетка морщин на лбу, потухший взгляд некогда искрящихся энергией глаз.

– Рад тебя видеть, Имран. Никогда не думал, что еще раз скажу это, – начал он разговор.

– А я тебе совсем не рад, – признался Илья Давыдов. – Но это к делу не относится. Я слышал, что у тебя дела идут плохо. Помощь клянчишь у соседей, позоришь достоинство королевства Поргус.

– Лучше достоинство позорить, чем позволить слипподам уничтожить наш мир. Мне жизни миллионов людей дороже, чем какое-то призрачное достоинство, – горячо возразил Иварий Крот. – Хотя возрожденцы имеют иной взгляд на всё. Они взяли под контроль треть нашего флота, который не участвует в боях против слипподов, поскольку не признают власть Магистрата. Они готовы подчиняться законному правителю, то есть Имрану Возрожденному. Так они тебя называют.

– Это, конечно, лестно. Только не время сейчас устраивать свары и склоки. Когда в доме пожар, тушить его надо всем вместе, а не решать, кому что принадлежит.

– Я согласен с тобой. Но в сложившейся ситуации я ничего не могу сделать, поэтому ищу союза с тобой. Хотя меня от одной этой мысли тошнит. – Иварий Крот скривился, и Илья начал опасаться, что его и правда вырвет прямо в прямом эфире.

– Чем же я так обидел тебя, что ты пошел на предательство? – задал вопрос в лоб Давыдов.

– Ты еще спрашиваешь? – зашипел от ярости Иварий Крот. —Ты убил мою сестру. Мою Эльзу.

 

Глава 11

Битва со слипподами. Начало

Бой в космосе не так величественен и красив, как это было принято показывать в научно-фантастических фильмах двадцать первого века. В реальности космическое сражение это настоящая мясорубка с кровью, кишками и остальной требухой, в которой человеческая жизнь не стоит даже миллиметра обшивки корабля. Люди стоят дешево, в отличие от стальных исполинов, оснащенных двигателями даль-проникателей, запасами маарового топлива и бортовыми излучателями. В этом Илья Давыдов убедился в очередной раз, когда «Ястреб Пустоты» вышел из даль-прыжка в системе Изумрудных глаз, где остатки поргусского флота под командованием мастер-командующего Марио Рамиреса отчаянно сражались с армадой черных кораблей, но терпели явное поражение.

Координаты «решающего сражения» Давыдову передал магистр Крот, предложив не откладывать дело в долгий ящик и отправиться на передовую, искоренять заразу, которая вторглась в их общий дом. Илье такой подход понравился. К тому же он и сам считал, что в столице ему сейчас делать нечего. Сперва надо изгнать слипподов, задача-минимум – остановить их продвижение, задача-максимум – уничтожить заразу, выжечь ее на территории королевства.

Параллельно этому в лабораториях Цолна проводились последние тесты бурильной установки Хеймеца. В ближайшие дни военно-исследовательская экспедиция под руководством Салеха должна попробовать червоточину Штельмана на зуб. Они пробурят дыру в параллельную вселенную, откуда пришли слипподы, проникнут внутрь и проведут первичную разведку. Задача – установить возможность прохода военных кораблей Поргуса с целью нанесения мощного удара по домашним планетам слипподов. Надо заставить почувствовать их, что люди – серьезная сила, с которой надо считаться, а не элемент ландшафта, который можно просто выкорчевать, потому что он мешает прямой дороге из точки «а» в точку «б». Давыдов посчитал, что для этой миссии лучше всего подходит Салех. У графа Кирилла Ребениуса хватало и своих специалистов, но Илья не мог пустить этот вопрос на самотек, поэтому поставил для контроля Салеха. Но экспедиция в преисподнюю дело грядущего будущего. Сейчас же они должны сосредоточиться на сражении, которому предстояло войти в историю королевства Поргуса как Капитолийская битва.

Выйдя из даль-прыжка, Илья Давыдов увидел большое скопление поргусских кораблей, которые сбились в кучу и атаковали слипподов, при этом отчаянно мешая друг другу. Складывалось впечатление, что сражением командовал выпускник Космической академии, а никак не прославленный мастер-командующий Марио Рамирес, легендарный герой Войны Фейерверков.

Предположения Ильи не были далеки от истины. Во время неудачного маневра нескольким черным кораблям удалось приблизиться к флагману поргусского флота, носящему имя «Буревестник». В результате массированной атаки флагман оказался поврежден. Полностью вышли из строя силовые щиты, несколько палуб выгорело, весь рой бортовых истребителей оказался полностью уничтожен, даль-двигатели не работали. К тому же флагман оказался полностью лишен связи.

Слепой и глухой горящий исполин парил в пустоте, атакуемый черной мошкарой вражеских истребителей.

Марио Рамирес, находясь в здравии, оказался отстранен от командования флотом. С трудом удалось восстановить «бортовое зрение», и мастер-командующий с ужасом наблюдал за избиением своего флота, не имея возможности вмешаться, навести порядок в строю, установить жесткую иерархию подчиненности, которая могла бы вырвать победу из щупалец слипподов.

Лишенные единого командования корабли сражались каждый сам за себя. Вследствие чего бой превратился в избиение.

Адмирал Карл Ротштейн, командир корабля «Атлантик», пытался взять командование на себя. Но у него не получилось навести порядок. Капитаны крейсеров отказывались слушаться кого-либо, кроме мастер-командующего Рамиреса. К тому же у барона Карла Ротштейна сложилась на флоте дурная репутация. Гуляка и повеса, добившийся поста благодаря благородному происхождению и хорошей протекции. Во время Войны Фейерверков он ничем себя не проявил, прикрывал фланги, тоже важная задача, но после войны прославился тем, что на каждом углу хвастался боевыми подвигами, количество которых росло с каждым прожитым годом. Отчего доверие к господину Ротштейну изрядно пошатнулось.

Илья весьма удивился, когда пролистал списки руководящего состава группировки Марио Рамиреса и увидел знакомую фамилию. Как можно было включить такую спорную фигуру в число боевых командиров, от службы которых зависит будущее не только королевства, но и всей обитаемой галактики. В памяти Ильи Давыдова всплывали информационные потоки, которые принадлежали королю Имрану Октарскому. Он чувствовал, что память свергнутого короля полностью открылась ему. Он мог воспользоваться любым его воспоминанием и знанием и при этом оставался самим собой.

Закончив даль-прыжок, «Ястреб Пустоты» замер в ожидании, когда остальные корабли флотилии закончат переход. Перед выходом граф Кирилл Ребениус пытался уговорить Илью, чтобы он оставил корсарский корабль и перешел на один из боевых крейсеров. «Ястреб Пустоты» не был предназначен для участия в масштабных космических боях, но Илья отказался наотрез. Он аргументировал это тем, что корсарский корабль небольшой и маневренный. В случае реальной опасности на нем легче будет уйти от противника. А в строю он будет под надежным прикрытием стальных гигантов флотилии. Так что ему ничего не угрожает. К тому же он уже однажды участвовал в сражении со слипподами и неплохо себя показал.

«Коней на переправе не меняют», – заявил загадочно Илья, и его опять никто не понял, но объяснять смысл пословицы он не стал.

Давыдов сидел в капитанском кресле и наблюдал за сражением, не имея возможности вмешаться. Он должен был дождаться, пока подойдут остальные корабли. Самое невыносимое в жизни – это ждать. Илья всегда ненавидел это. Но сейчас должен был держать себя в руках.

Справа от него за оперативными терминалами сидели старые боевые товарищи Фома Бродник и Карен Серое Ухо. Они работали в связке под управлением Ульриха фон Герба, который, как и в прошлый раз, взял на себя тактическое управление кораблем. Им было поручено отслеживать поступающую информацию о передвижении противника, которая в автоматическом режиме поступала на центральный терминал, где обрабатывалась, анализировалась, а на выходе получались инфопакеты с прогнозами действия противника. Но одно дело машинная обработка, другое дело человек. Тем более с таким противником человечество еще не сталкивалось. Даже пресловутые ругийцы, с которыми доводилось воевать людям, поддавались анализу и прогнозированию. Но слипподы не походили ни на что, с чем они раньше встречались. Быть может, они вообще не были живыми существами, а машинами, отправленными кем-то в другую вселенную для сбора информации. Такой вариант, высказанный научниками из группы по исследованию червоточин Штельмана, нельзя сбрасывать со счетов. Так что то, что не увидит компьютер, заметит человек и сделает соответствующий вывод.

Корабли секретного флота выходили из даль-прыжка один за другим. Вот появился огромный неповоротливый «Белояр», флагманский корабль, на котором находился граф Кирилл Ребениус с приближенными. За ним показались «Веримор» и «Кузнец», корабли прикрытия, в окружении нескольких десятков фрегатов. За ними появились корсарские корабли «Черная звезда» и «Громобой». Несмотря на все трудности и потери, корсарские капитаны Святозар Север и Семен Пивоваров остались верны договору, заключенному между Кругом Капитанов и королем Имраном Возрожденным. Илья очень удивлялся этой преданности, ставил ее под сомнение (доверяй, но проверяй), но запретить корсарам участвовать в походе не мог. Они исполняли свои обязательства. Не гнать же их из флота только потому, что они темного происхождения. Они потеряли всё и теперь пытались выслужиться, чтобы завоевать новое место под солнцем. Это достойно уважения.

Дольше тянуть нельзя. Надо атаковать противника, пока он не раскатал на атомы остатки флота мастер-командующего Марио Рамиреса. Появление короля, которому все еще оставались преданы многие офицеры флота, должно вселить уверенность в сердца тех, кто, быть может, уже в этот момент прощался с жизнью. Их сил хватит, чтобы ослабить хватку противника и ослабить натиск на корабли Рамиреса. У них появится возможность перестроиться, навести порядок в рядах и вернуться в бой.

Илья посмотрел на тактическую карту, висящую перед ним. Из даль-прыжка вышло около двадцати процентов кораблей. Этого должно хватить, чтобы больно ударить по слипподам.

– Мы начинаем, – тихо произнес он, но его услышали.

Ульрих фон Герб передал приказ на флагман «Белояр», откуда тут же пришел сигнал подтверждения. Прибывшие в сектор корабли пришли в движение.

Слипподы не замечали их появления. То ли они их не видели, то ли не расценивали как серьезную угрозу. Черные корабли тремя большими группами висели в Пустоте. Вокруг них вились рои юрких истребителей, плескались потоки излучений, которыми обильно поливали противника солдаты Поргуса, но это не наносило чужакам ощутимого вреда. Черные корабли напоминали ленивых спящих великанов, не обращающих внимание на досаждающую стаю мошкары, но только до поры до времени.

Внезапно слипподы просыпа́лись и резко огрызались. Мощные потоки излучений уничтожали все на своем пути. Горели стаи истребителей, которые не успели уйти из-под удара, вспыхивали фрегаты, раскалывались на части крейсеры. Защитные экраны переливались всеми цветами радуги и лопались от напряжения. Ничто не могло их спасти. Слипподы перемалывали противника, словно промышленная мясорубка. Но потом они опять засыпали, окутывались серебристыми облаками, словно накапливали энергию, и как ни бились солдаты Поргуса, пытаясь пробить их защиту, не могли этого сделать.

Секретный флот, под командованием короля Имрана Возрожденного, слаженно атаковал черные корабли слипподов. Они заставили обратить на себя внимание. Бурлящие потоки энергии выплеснулись из бортовых орудий крейсеров и фрегатов. Одновременно с этим несколько десятков стальных роев вырвались наружу, которые тут же рассыпались в стороны сотнями звеньев истребителей. Они тут же устремились к противнику.

Неожиданное подкрепление заметили подчиненные Марио Рамиреса. Сам мастер-командующий не мог говорить. Его корабль, потерявший дар речи, парил в Пустоте. Спасательные шлюпы кружили вокруг него, поспешно эвакуируя с горящего судна экипаж.

– Адмирал Карл Ротштейн, командир корабля «Атлантик», запрашивает ваши данные. Представьтесь. Кто командует группировкой?

– Я – король Имран Возрожденный.

 

Глава 12

Битва со слипподами. Финал

Подойдя на расстояние, достаточное для нанесения удара, корабли секретного флота разразились из всех бортовых орудий. Окружающее пространство вскипело вокруг. Черные корабли окутались серебристым свечением, сработали защитные поля, и разрушительной силы энергия, которая разложила бы на атомы любой из имеющихся в галактике боевой корабль, просто скатилась с их бортов, словно вода со шкуры злобного пса. Энергии, что плескалась вокруг, хватило бы на жизнеобеспечение целого королевства. Слипподы наконец-то заметили появление нового противника.

Одна из группировок слипподов распалась. Черные корабли разошлись в разные стороны. Три корабля чужаков, больше похожих на огромные черные кляксы, двинулись в сторону секретного флота. Они тут же атаковали корабли Имрана Октарского. «Белояр», «Велимор» и «Кузнец» попали под раздачу, приняв на себя основной удар. Засветились защитные экраны. Крейсера поргусцев огрызнулись скрутками пространства, но они ушли в Пустоту, не задев врага. Черные корабли каким-то чудом переместились в сторону, избежав столкновения со скрутками пространства. Только что корабли висели на траектории полета снаряда, в следующую секунду они оказывались в стороне, словно космический режиссер сделал монтаж, выбросив лишние кадры.

Защитные щиты поргусцев трещали от перенапряжения, но держались. Правда, так долго продолжаться не могло. Рано или поздно они начнут лопаться, как мыльные пузыри, и тогда пойдут потери. Секретный флот начнет таять как мороженое на солнце.

Время от времени смельчакам Поргуса удавалось дотянуться до черных кораблей. Дикое стечение обстоятельств, внезапно открывшееся окно в обороне противника, халатность слипподов или что-то еще приводили к тому, что черные корабли гибли. Но за один черный корабль поргусцы отдавали несколько десятков своих. Неравномерный обмен, ведущий к краю пропасти. Но Илья Давыдов мог гордиться: ни один корабль секретного флота еще не пострадал, что вселяло надежду на победу. Если им удастся победить в этом сражении, то они смогут выиграть войну со слипподами.

Выходящие из даль-прыжка корабли секретного флота тут же вступали в бой. Приказ о наступлении они получали, лишь только оказывались в реальном пространстве. Казалось, стальная лавина катится из пустоты, и нет ей конца и края. Она могла смести все на своем пути, уничтожить любой объект в Пустоте, но разбивалась о черные корабли и откатывалась в сторону.

Илья наблюдал за сражением, сидя в капитанском кресле. «Ястреб Пустоты» держался в стороне от боя. Корсарский корабль по сравнению с исполинами секретного флота выглядел воробьем на фоне стаи орлов. К тому же соваться под раздачу, рисковать жизнью короля было неразумно. По крайней мере, на этом настоял граф Кирилл Ребениус. Раз уж не получилось отговорить упрямого Имрана от участия в сражении, значит, надо спрятать его и держать глубоко в тылу.

Илья не мог отказаться от битвы. Он должен был видеть все своими глазами. К тому же они припасли для слипподов сюрприз. Если расчеты умников из научных лабораторий правильны, то сегодня чужакам придется несладко. На основе бурильной установки Хеймеца они разработали новый вид оружия. Кодовое название – Штопор. Его предложил Фома Бродник. У него было игривое настроение после третьего бокала превосходного красного цолхнского вина, которым угощал граф Кирилл Ребениус. Одна беда – для того чтобы применить Штопор, надо было подойти вплотную к черному кораблю. Ученым не хватило времени для того, чтобы разработать орудие, работающее на дальних расстояниях. Времени как всегда в обрез.

Когда они покинули систему Канатоходца, работа над дальнобоем продолжалась. Сейчас они владели только Штопором, и чтобы его применить, они должны были подобраться к черным кораблям как можно ближе. Поэтому Штопоры были установлены на истребители. Их было немного. Всего несколько десятков. Больше Цолнский ВПК не успел произвести. Но и этого должно хватить, чтобы отправить на тот свет весь флот слипподов. Главное – подобраться к тварям поближе. Для этого они и атаковали всеми силами, пытаясь отвлечь внимание черных кораблей на крупные цели. Крейсера и фрегаты подставлялись под удары, чтобы космической мошкаре удалось подлететь к противнику. Но, как водится, истребители гибли один за другим, попадая под удары противоборствующих сторон, проигрывая в космических дуэлях с юркими кораблями противника, напоминающими иглы, пронзающие пространство.

Илья Давыдов следил за сражением с передовой. Его терминал был напрямую подключен к бортовой следящей системе одного из истребителей, который пилотировал Чарли Ворон. Сперва предполагалось, что корсарские пилоты участвовать в сражении не будут. Но когда этот приказ был доведен до личного состава, поднялся шум. Рыцари Пустоты были возмущены тем, что им не доверяют. Они рвались в бой. Рвали на себе рубашки да играли клинками в воздухе, показывая, как они выпустят кишки проклятым инопланетным тварям. Тогда Илья Давыдов после совещания с Ульрихом фон Гербом принял решение – допустить корсаров к сражению. Так Чарли Ворон попал на передовую. Чему был несказанно рад. Он просто лучился от счастья, словно узнал о многомиллионном наследстве. На его борт был установлен один из Штопоров, и теперь Илья мог наблюдать ошеломительную и смертельную пляску в Пустоте.

Истребитель Чарли Ворона входил в шестое корсарское звено, которое базировалось на «Белояре». Решение о передислокации было принято в последний момент. Граф Кирилл Ребениус все же настоял на том, чтобы корабль Имрана Октарского не лез на передовую. Тогда и решили перебросить основные истребительные силы на ведущие крейсера. На «Ястребе Пустоты» оставили два оборонительных звена на всякий случай.

Ребята, которым выпал жребий нести службу на корсарском корабле, расстроились. В перспективе они даже сражение не увидят. Будут сидеть в безопасности в штормовых каютах, в ожидании приказа на вылет, который, вероятно, так и не поступит. Но спорить никто не стал. Все было по-честному. Жребий брошен. Выбор совершен.

Восемь крейсеров секретного флота держались на передовой, шараша по черным кораблям скрутками пространства. Одновременно они поливали противника простым излучением, которое не производило на него впечатления, но держало в напряжении.

Множество стай истребителей вились в пространстве, ведя свою игру против стальных игл противника. Они сыпались вниз, получив пробоины, как мука через сито. Десятки кораблей выбывали из строя, чтобы уступить место свежим силам.

Сегодня смерть собирала обильную жатву. Илья не знал, кем были в реальности слипподы (он не видел ни одного из них вживую), но надеялся, что они запомнят этот день надолго и будут рассказывать будущим поколениям о сокрушительном поражении, которое нанес им Объединенный флот Поргуса.

Чарли Ворон кружился в Пустоте вместе со всеми. Но старался держаться в стороне и на рожон не лез. Все пилоты, на чьих бортах были установлены Штопоры, получили приказ не рисковать жизнью, в драку первыми не лезть. Их задача – добраться до черных кораблей и уничтожить их. Не то чтобы командование дорожило пилотами. Нет. Просто количество нового оружия было ограничено. Разбрасываться Штопорами они не имели права. Но избежать боестолкновения у Чарли не получалось. То одна игла подвернулась под руку, и он разнес ее на атомы, то вторая вынырнула откуда-то из-под брюха его корабля и тут же сгорела от прямого попадания. Но и ему тоже досталось. Дважды иглы чужаков добирались до него, но защитные экраны держали удар, правда, запас прочности подходил к концу. Перезарядить экраны у него не было возможности. Так что если он останется в строю, то их хватит максимум на полчаса.

Первая крупная потеря флота Поргуса случилась через четверть часа после начала битвы. Два черных корабля приблизились на опасное расстояние к крейсеру «Кузнец», который методично наносил удары по противнику. Два сокрушительных потока энергии ударили в борт крейсера, сминая защитные экраны. Появилась первая пробоина на уровне третьей палубы. Там находились генераторы боевых установок. Сволочи, знали, куда бить. Вторым залпом слипподы накрыли генераторы, и сокрушительный взрыв расколол корабль на две части. Горящие половины стали медленно расходиться друг от друга в Пустоте, рассеивая вокруг горящие брызги, тела людей и всякий хлам, который еще минуту назад был частью корабля. Одна за другой серия взрывов превратила в пыль обе части корабля, оставив после него облако горящего мусора.

Чарли Ворону пришлось резко взять вверх, чтобы разминуться с горящим обломком, летящим в его сторону. Он ушел из-под удара, а вот одна из игл столкнулась и взорвалась. Минус один противник. Правда, ему на смену пришли еще трое. Они повисли на хвосте Чарли и, как он ни силился их стряхнуть, следовали за ним не отставая. Иглы хлестали его плетьми излучений, от столкновения с которыми он виртуозно уклонялся. Он крутил машину, бросал ее из стороны в сторону, то нырял вниз, то резко взмывал вверх, но сбросить противника с хвоста не получалось. Долго так продолжаться не могло. В конце концов, они загонят его, защитные экраны не выдержат и лопнут. Он должен успеть раньше.

Чарли Ворон рисковал, но риск – благородное дело. В этой смертельной гонке без него никуда. Он искал малейшую возможность, крохотный шанс, чтобы из преследуемого превратиться в преследователя. И наконец у него получилось. На вираже он совершил переворот, резко ушел вниз, крутанулся и вынырнул в хвосте преследователей. Они не ожидали этого, за что тут же и поплатились. Первая игла сгорела мгновенно. Вторая пыталась его переиграть, но в результате трехминутных танцев в Пустоте взорвалась после прямого попадания в энергетический блок. Остался третий корабль, который воспользовался тем, что Чарли был занят его коллегами, и резко ушел в сторону. Стряхнул корсара с хвоста. Но далеко он не ушел. Чарли нагнал его и зарядил ему в корму два потока излучений, которые разнесли иглу на части.

Пока Чарли Ворон был занят танцами в Пустоте, картина сражения немного изменилась. Черные корабли сосредоточили огонь на крупных кораблях секретного флота, казалось, полностью забыли о стаях истребителей, которые вились вокруг. Лучшего момента сложно себе представить, и Чарли поспешил им воспользоваться. Освободившись от плотной опеки игл противника, он резко набрал скорость, устремившись к ближайшему черному кораблю, который надвигался на флагманский крейсер «Белояр». Чарли аккуратно подвел истребитель под брюхо врага, резко вынырнул из-под него и включил Штопор.

Илья Давыдов видел ровно ту же картину, что и Чарли Ворон. Аккуратный сноп белого пламени вырвался из бортовой пушки корабля и ударил в борт слиппода. Защитные экраны не остановили смертоносный поток. Сперва ничего не происходило, и Илья уже готов был взвыть от разочарования, но через минуту в обшивке черного корабля появилась дыра. Сперва небольшая, но она расширялась на глазах, разрушая целостность корабля. Через несколько мгновений он взорвался изнутри, осыпая маленький истребитель тысячами осколков. Большую часть остановили защитные экраны, но несколько все-таки пробили защиту и ударили в борт. Корабль Чарли Ворона потерял управление.

Перед глазами Давыдова все завертелось. Он ничем не мог помочь Чарли. Теперь только он мог спасти ситуацию. Неужели радость победы омрачится горечью потери боевого товарища. Но не так прост был Чарли Ворон. Ему удалось справиться с управлением и выровнять полет корабля.

Чарли Ворон доложил на флагман об успешно выполненной миссии и запросил разрешение на посадку. С пробоинами в борту он больше не мог сражаться. Получив разрешение, Чарли направился не к «Белояру», как можно было предположить, а на «Ястреб Пустоты». Через несколько минут его уже встречали как героя на капитанском мостике.

Илья не смог удержаться. Схватил его за плечи и крепко обнял.

После гибели первого черного корабля психологический барьер оказался сломлен. Солдаты Поргуса почувствовали, что враг вовсе не бессмертен, его можно хорошенько поджарить, и навалились со всех сторон. Пилоты истребителей, следуя примеру Чарли Ворона, рвались к черным кораблям, и те один за другим взрывались под воздействием Штопора.

Это был конец. Слипподы еще какое-то время пытались огрызаться. Погиб крейсер «Велимор» и корсарский корабль под командованием Семена Пивоварова «Громобой», но они уже не могли ничего изменить. В этом сражении они проиграли. Осознав это, они приняли единственно верное решение. Один за другим черные корабли исчезали со следящих камер, проваливаясь в даль-пространство.

Совет капитанов принял решение их не преследовать. Сейчас они не были к этому готовы. Система освобождена. Осталось зачистить планеты от черных спор и их порождений. Серьезная работа для регулярных наземных войск.

Илья облегченно откинулся на спинку кресла, наблюдая ликование и радость, которые царили на капитанском мостике.

Сражение они выиграли, понеся страшные потери, но война со слипподами была еще впереди. И они должны подготовиться к ней, чтобы не оказаться стертыми с карты Вселенной.

– Корабль мастер-командующего Марио Рамиреса запрашивает разрешения на посадку, – доложил один из оперативных офицеров.

– Посадку разрешаю, – сказал Илья.

Сражение закончено, а вот политические игры еще только начинались. Настала пора королю Имрану Возрожденному взять королевство Поргус в свои руки, избавившись от всех предателей. И в первую очередь от магистра Ивария Крота.