Любовь — это серьезно

Ей не нужны ни деньги, ни поместье. Она только хочет, чтобы ее признали в семье, некогда заклеймившей позором и презрением ее мать, а ее называют самозванкой, претендующей на чужое наследство.

Она хочет любить и быть любимой, а человек, который поклялся быть с ней «и в горе и в радости», обвиняет ее во всех смертных грехах и отказывается признать собственного ребенка.

Но судьбе наперекор Виктория Ллойд продолжает надеяться на лучшее и бороться за свое счастье...

Пролог

Затаив дыхание, она на цыпочках переступила порог погруженной во тьму комнаты. Плотные шторы были задернуты, и она оставила приоткрытой дверь в коридор, чтобы ненароком не налететь на мебель и не загреметь.

Она еще никогда не была в его спальне. В спальне человека, который будоражил ее воображение, а сердце заставлял биться в сумасшедшем ритме от восторга и страха одновременно.

Вот и сейчас ей казалось, что стук ее сердца подобен бою барабана и оглушительным грохотом наполняет не только комнату, но и весь дом. И как бы в подтверждение ее ощущений спящий на кровати человек заворочался и неожиданно сел, прикрывая глаза от света, проникающего в спальню из коридора. В следующее мгновение, узнав ночную гостью, он спрыгнул с постели и предстал перед ней.

Впервые увидев почти полностью обнаженного мужчину, да еще мужчину своей мечты, она так растерялась, что в ответ на вполне резонный вопрос, что она здесь делает, только и смогла пролепетать:

— Я... я не знаю... Мне хотелось тебя видеть.

1

Комья мерзлой земли глухо ударились о крышку гроба. Последние скорбящие разошлись. Тори осталась у могилы одна.

Роджер Ллойд. Ее дед. Человек, который сломал жизнь своей дочери, а потом вдруг пожелал повидаться с единственной внучкой, которую до этого знать не знал... Для чего? Чтобы она простила умирающего старика, и он смог бы отойти в лучший мир со спокойной совестью?..

Зловещая тень упала на свежезасыпанную могилу. Тори вздрогнула и напряглась. Даже не оборачиваясь, она знала, что это Винс, Винсент Ллойд, преуспевающий бизнесмен, за чьими рискованными предприятиями Тори следила с другого конца земли. Внутренне подобравшись, она повернулась к нему. Его выразительное лицо было суровым, взгляд — пронзительным и жестким.

— Прошу прощения, а вы кто?

Голос был холоден, точно смерзшийся снег, который еще не растаял в низинах под слабеньким мартовским солнцем. И Тори даже поежилась, услышав его.