Лукоморье. Программа обмена

Бадей Сергей

Глава 11

 

Как-то странно складываются у меня отношения с Арантой. Я стал часто ловить на себе ее взгляды. А обернусь, подниму глаза, так нет, она смотрит в другую сторону. И со мной творится что-то странное. Представляете, мне нравится на нее смотреть. Она такая ловкая, умная, изящная и… красивая. Но, как только она начинает реагировать на мой взгляд, я сразу же, отвожу его в сторону. Это, наверное, на меня так местная пища действует.

Вот уже три дня подряд, Аранта уходит куда-то. И это вместо того, чтобы заниматься преступными помыслами толстяка Тугуса! Ведь решили же, установить за ним слежку. И вот, вместо того, чтобы принять активное участие в этом, несомненно, нужном мероприятии, Аранта уходит куда-то. Впрочем, я знаю, куда она уходит. К озеру. Там ночью, действительно, очень красиво. А не пойти ли и мне туда? Схожу, пожалуй. Заодно спрошу ее, что с ней творится…, если решусь спросить.

Ассар поднялась над Волтурмесом уже достаточно высоко, когда я вышел на берег. Я различил силуэт Аранты, сидящей на большом камне, выступающем над водой озера. Подошел и присел рядом. Блестящая дорожка протянулась от противоположного берега к моим ногам. Гладь воды была абсолютно спокойна. Говорить не хотелось. Я и молчал, любуясь нереальной в свете Ассар картиной. Молчала и Аранта. Мы сидели так довольно долго. Наконец, я услышал, как Аранта вздохнула.

– Спасибо! – тихо сказала она, – спасибо за молчание.

Я почувствовал легкий поцелуй на своей щеке и обернулся к ней. Глаза Аранты таинственно мерцали в свете Ассар. Гладя на нее, я вдруг ощутил щемящее чувство нежности к ней и желание, обняв, защитить от всех опасностей. Что я и сделал, обнял ее. Ари не сопротивлялась. Наверное, надо ее поцеловать, но я совершенно не умею этого делать, а Аранта подняла ко мне лицо. Я неумело ткнулся губами в ее губы. Ее сильные руки, вдруг ставшие такими нежными, легли на мои плечи. Умница Ари все поняла и решила взять инициативу на себя. Поцелуй, которого я так боялся, обжег мои губы. Я снова почувствовал себя, как на первом уроке левитации. Не было земли, не было притяжения, только я и она во всей Вселенной…

Аранта немножко повозилась, устраиваясь поудобнее у меня на груди, затем тихо хихикнула:

– Коль! А ты что, в первый раз целовался?

Я почувствовал, как краснею.

– Ну, в первый, – выдавил я из себя.

Аранта отстранилась, ее глаза задорно блеснули в свете Ассар.

– Нет, правда?

– Ну, да.

– И у тебя не было девушки?

– Не было, – беспомощно промямлил я.

А что я еще мог сказать, если девушек у меня действительно не было? Так сложилось. Разве Наташку со второго подъезда можно считать моей девушкой, если я только млел, глядя на нее издалека, и ни разу не поцеловал, даже в щечку?

– Позор! – укоризненно покивала головкой Аранта. – Считай, что тебе повезло! Отныне у тебя будет девушка. Причем одна! Причем, – и тут ее глаза осветились алым, – единственная!

А целоваться ты не умеешь, – вдруг вынесла Аранта вердикт, и вздохнула, – значит, будем тренироваться.

Вот тренироваться я был совсем не против…!

– Так что там у нас по толстяку? – спросила Ари, в то время как я озабоченно щупал припухшие губы (тренировка проходила в усиленном режиме).

– Его взял на себя Тимон, – поделился я сведениями, – тем более что он может сойти за местного.

Ну да, Тимон имел смуглую кожу и карие глаза. Разве что волосы слишком светлы для местных, но это легко исправить, накинув на голову капюшон сароха.

– Что? В одиночку? Да это же опасно! – встревожилась Аранта.

– Нет! – заступился я за друга, – к тому же его подстраховывает Жерест.

– Час от часу не легче! Ты еще скажи, что Жереста подстраховывает Тартак, – рассердилась Аранта.

– Тартак не подстраховывает. Он дома сидит.

– Команда придурков! – с отвращением констатировала Аранта. – Я буду страховать Тимона. Где он сейчас?

– Следит за особняком ас Тугусов.

– Это где? Только точнее! – деловито распорядилась Ари.

– Квартал служителей Владыки, третья улица от дворца, четвертый особняк по левой стороне.

– Через десять…, нет, через пятнадцать минут я буду там.

– Подожди! Как ты найдешь Тимона? Ты что, думаешь, он стоит среди улицы и пялится на этот особняк?

– Я? Найду! – решительно сказала Аранта, потом проказливо улыбнулась, – а ты продолжай тренировки!

– Ага, продолжай, – со вздохом сказал я, – на кошках, что ли?

– Смотри, поймаю у тебя такую кошечку, я ей лапки-то повыдергиваю! – пригрозила Аранта, вскакивая с камня.

Я в заторможенном состоянии смотрел ей вслед. Надо же такому случиться! Такая красивая, я ей нравлюсь. И что теперь делать? Подпрыгнуть до самой Ассар, сорвать ее с неба и принести Ари? Или оборвать клумбу у центрального здания Академии? Там цветов навалом.

Так и не решив, какой из подвигов ради Аранты совершить, я пошел к термину.

Я сидел у окна и предавался сладким, но туманным мечтаниям. Тартак любовно начищал бляху своего ремня. В коридоре послышался шум быстрых шагов.

– Жерест идет! – проинформировал Тартак, подставив бляху под свет светильника, выискивая еще не надраенное место.

– Жерест пришел! – откликнулся я, когда дверь распахнулась, являя нам нашего рыжего друга.

– Аранта совсем рехнулась! – пробурчал Жерест, падая на кровать.

– Эй, поаккуратней! – потребовал я.

– А как еще назвать ее действия? – возмутился Жерест. – Я стою среди кустов. Замаскировался, понимаешь, слежу за Тимоном. Тут сзади меня в…, ну, вы сами понимаете, куда, как кольнет! Я бы заорал и подпрыгнул, но мне и этого не дали сделать! Кто-то зажал мне рот и удержал за штаны. Оборачиваюсь. Мама родная! Черный человек смотрит на меня красными глазами. Хочу заорать – не дают! Потом этот человек голосом Аранты и говорит:

– Вали домой, рыжий. С такой страховкой, как твоя, все равно, что без нее.

Жерест возмущенно посмотрел на меня, приглашая присоединиться к его негодованию.

– Значит, ты затаился среди кустов, да? – спросил Тартак, с интересом рассматривая возмущенное лицо Жереста.

– Ну да!

– Хорошо затаился?

– Ну, да, – менее решительно сказал Жерест.

– А хочешь, я тебе скажу, как Аранта тебя вычислила? – Тартак откинулся на спинку лежака, заменяющего ему кровать.

Жерест закивал головой, желая знать, каким это способом, коварная Аранта смогла его такого классного вычислить.

– А от тех сладостей в большом кульке, который ты захватил с собой, что-нибудь осталось? – благожелательно спросил Тартак.

– Не! – честно признался Жерест.

– Вот! – поднял палец Тартак, – она тебя по чавканью вычислила. Даже в самых густых кустах, твое чавканье тебя выдаст.

– Это же надо! – укоризненно покачал я головой, – твой товарищ в опасности, а ты чавкаешь на посту. Позор!

Голова Жереста печально опустилась. Уши пылали от стыда. Ничего-ничего! На ошибках учатся!

Лирическое отступление:

Лекция Фартуха ас Серина о "рассекающем" защитном экране.

– Так это вы иномирцы? Меня зовут Фартух ас Серин, и Тулин ас Тулин попросил меня заменить его на этой лекции…Где он? А вам какое дело? У него важный эксперимент! Если он останется после этого эксперимента жив, то, может быть, он сам вам об этом поведает.

Так. А это что такое лохматое и большое?…Ты смотри, оно еще и разговаривать умеет!…Бить этой штукой по чему…? Тоже умеет?

А кто ты, собственно?…Нет, то, что Тартак – это я понял раньше. Как называют твой народ?

Тролли? Почему мне никто не сказал, что я буду читать лекцию троллю?…А кто такой Кер ас Кер, чтобы он мне что-то говорил?…А кто такой я, чтобы уважаемый Гашага ас Турохт, да продлит Шаршуд его дни, мне что-то говорил?

А вот этого не надо! Тролль, так тролль.

Итак, я хочу вам дать материал по "рассекающим" защитным экранам. Что это за экраны? Эти экраны – мощное защитное заклинание. Не в смысле затраченной на него энергии, а в смысле защиты от атакующих заклинаний. В чем суть? Суть заключается в том, что экран имеет форму угла, и угол направлен на нападающего мага. Таким образом, когда атакующий пытается поразить вас заклинанием, что-нибудь типа "плети коричневых змей", то заклинание встречает на своем пути угол защитного экрана. Угол рассекает клубок энергий, и заклинание расходится по сторонам, не причиняя вам ни малейшего вреда…

Нет, против шара огня этот экран бесполезен… Я слышал, что кто-то из вас владеет этим заклинанием. Это правда, или очередные сплетни?…Ты? Как зовут?…Колин ас… Колин ас Бут. Неплохо!… Нет-нет, демонстрировать не надо! Лучше записывайте…

Тимон некоторое время смотрел на меня, а потом с печалью в голосе спросил:

– Ты, какие цветы предпочитаешь на своей могилке, синенькие, или красненькие?

– Могилке? – не понял я, – что это ты плетешь?

– А как же? Ты теперь почти не жилец!

Что это с ним? На солнце перегрелся? Я выразительно постучал пальцем по лбу.

– Тимон срочно признавайся! Ты что, проходя мимо Тартака, пригнуться не успел? Он тебя палицей по голове сильно зацепил?

Тимон насупился.

– Видел я вчера, как вы с Арантой у входа целовались.

– Не понимаю, какая связь между нашими поцелуями и могилой?

– Ты хоть понимаешь, что это сейчас она – "мур-мур", а если, не дай Единый, ты ее разозлишь? Вряд ли мы сможем собрать воедино то, что от тебя останется. Да и останется ли что?

– А раньше мы ее, значит, ни разу не злили? Или разговаривают тут два духа убиенных?

Тимон печально покачал головой.

– Я заметил неприятную особенность. Чем ближе человек, тем хуже и беспощаднее к нему относятся тогда, когда любовь немного угасла. Ведь ты же не будешь убеждать меня, что ваше чувство бессмертно, потому, что прекрасно?

Я бы может, и задумался, если бы не сдавленное похрюкивание, вырвавшееся из недр предательского Тимонова организма.

– Так, решили поиздеваться? – мягко сказал я. Ничего, теперь моя очередь.

– Какое поиздеваться? – делая честные глаза, постарался удивиться Тимон.

– Я думаю, Аранта тебе подробно объяснит. Я ей сегодня вечерком сообщу, что ты меня уже в покойнички записал. Или ты предпочитаешь, во избежание мучений, что бы я тебя сейчас пульсарчиком побаловал?

– А вот этого, не надо! – с достоинством отказался Тимон. – Я, между прочим, твой единственный близкий друг. Рассказать Аранте – не проблема, а вот что ты без меня делать будешь? Ага! И что ты скажешь моим родным, когда они придут и спросят тебя, а куда это их любимый Тимон подевался?

– Я начинаю думать, что это не такое уж большое несчастье. Просто удивительно, как тебя раньше с таким характером не прибили!

– Парни, а вам не надоело еще заниматься этими разговорами? – Жерест, до этого, что-то тихо грызший, выжидательно смотрел на нас.

– А что делать? – вяло отозвался я.

– Мозги включать! За неделю, что мы наблюдаем, Тугус никуда не ходил, только академия и дом. Какой из этого следует вывод?

– Самый простой и незамысловатый! – откликнулся Тимон, – толстяк понял, что ему с нами не совладать, и оставил эту затею.

– Не думаю! – я потер подбородок, – не такие они люди, чтобы оставлять это дело без последствий. Это – "потеря лица"! А для благов, "лицо" – это очень важно! Вот ты бы смог, получив такое оскорбление, тихо утереться и все забыть? Можешь не отвечать, мне достаточно взгляда, который ты в меня только что метнул. Не сожги случайно.

– Так что вы ответите на мою просьбу, уважаемый? – Хултуф ас Тутус выжидательно смотрел на своего собеседника.

Тот не спешил с ответом. Лениво протянув руку, взял наполненный вином бокал за тонкую ножку, глотнул, посмаковав вино во рту, поставил бокал и потянулся к грозди винограда.

– Не знаю, право. Мне они не нужны, кроме одного, вернее, кроме крови одного из них, – наконец сказал мужчина, одетый в черное.

– Но уважаемый Салтук, вы обещали мне содействовать, и я плачу за это, – напомнил Хултуф.

– Да? – одна бровь Салтука поползла иронично вверх, – вы, уважаемый, считаете, что это плата? Эти, с позволения сказать, гроши – плата? Я делаю это только из уважения к вам. Но если вы и дальше будете так оценивать мои услуги, то я, пожалуй, передумаю.

– Я ведь могу нанять просто убийц! – со значением и скрытой угрозой в голосе, заявил Хултуф.

– Убийц? Ха! – улыбка, которую и при очень большом желании, трудно было бы назвать приятной, появилась на губах Салтука. – Вы меня разочаровываете, уважаемый. Это маги! Пусть и недоучки, но маги! Я уже посылал убийц. И подготовленных, поверьте мне. И что? Этот змееныш один смог с ними справиться, и даже перенести удар "черного шара", которым я снабдил самого опытного. А тут вы имеете дело не с одним, а с пятью! Ладно, пусть двоих из этих пяти не следует брать в расчет – слабы, но остальные! Тролль и вампирша – это не просто!

– Ладно, – поморщился Хултуф, – сколько вы уважаемый хотите за этих пятерых.

– Я сделаю это из личной приязни к вам, уважаемый, – поднял на Хутуфа глаза Салтук.

Глаза были черного цвета. На мгновение Хултуфу показалось, что на него глазами Салтука взглянула сама бездна. Толстяка передернуло. Но раз уж дело начато, его надо закончить.

– Но ваша приязнь, уважаемый, как я понимаю, должна быть подкреплена каким-то количеством денег?

– Мне очень нравится ваша догадливость, уважаемый, – благосклонно кивнул головой черный маг, – скажем сумма, втрое большая той, что вы мне заплатили в прошлый раз.

Хултуф некоторое время молчал, раздираемый внутренней борьбой, но удар по самолюбию, нанесенный этими пришлыми был очень уж силен. Закончилась борьба, неуверенным кивком головы, означавшим согласие.

– Вот и отлично! Теперь надо будет заманить их в ваш дом в назначенное мною время.

– В мой дом?! – Хултуф выглядел испуганным и встревоженным, – почему в мой дом?

– Ну не во дворец Владыки же их заманивать! – раздраженно огрызнулся Салтук, – для моих целей они должны быть в помещении.

– А для моих – лучше было бы, чтобы они находились подальше! – пробормотал Хултуф.

Вы хотите от них избавиться? – глаза Салтука снова впились в лицо хозяина дома, – если хотите, то действуйте по моим указаниям!