Лукоморье. Программа обмена

Бадей Сергей

 

Предисловие

Да будут благословенны и неисчислимы дни Харшада, нежащегося под жизнедающими лучами светила, в окружении вод великого океана! Да воздаст свои блага великий Шаршуд в доброте своей!

Широки и прекрасны земли Харшада, дающие жизнь великому множеству обитателей своих. Но, как жемчужина среди простых каменьев, возлежит среди иных государств, государство великое среди великих – Нарадун. Да продлит его дни Шаршуд! Плодородны земли Нарадуна. Тучные стада пасутся на зеленых пастбищах его. Сладки плоды, произрастающие на древах его. Женщины Нарадуна – наипрекраснейшие среди женщин Харшада, а мужи ликом суровы и преисполнены силой и доблестью.

Столица сего государства достойна песен и стихов поэтов, со всех концов земли, стремящихся в нее. Белокаменные строения Радуна видны издалека путникам и караванам, что стремятся достичь его стен. Ибо за стенами уставших от долгого пути ожидает сень листвы древ, скроющие от палящих лучей светила, фонтаны и источники, дающие прохладу и утоляющие жажду. На многочисленных базарчиках, желающие найдут разнообразную снедь, недорого и сытно.

Прекраснейшие здания и храмы услаждают своим видом око видящих их. Но, по истине, прекраснейшими из них являются Дворец правителя Нарадуна – Хевлата и здание Академии магических Искусств, расположенные среди огромных парков, изысканные и воздушные от многочисленных арок, переходов и минаретов.

Расположена столица у величайшей горы Харшада, Волтумерса. Вершина Волтумерса подпирает небо. Облака не в силах достичь высот, на которую вознеслись белоснежные склоны. А ночью, над горою, дарит свой свет людям чудесная звезда Ассар, названная оком неба, за величину свою и изумительный голубой цвет.

(Из записей великого бродяги по мирам Сусанина Ивана).

 

Глава 1

Кер ас Кер сидел у окна. Подперев голову руками, он хмуро смотрел, как капли дождя прокладывали мокрые дорожки по стеклу. Что поделать? Заканчивался период дождей, судари мои, и ничего с этим не сделаешь. Этот дождь, наверное, последний из дождей. Низкие тучи висели над столицей Нарадуна. Хлестало, лило и капало. Огромные лужи морщились под порывами ветерка. Редкие прохожие старались быстро проскочить открытые пространства, прикрываясь, кто, чем может. На улице, несмотря на полдень, было мрачно и противно.

Настроение Кера у окна, было под стать погоде за окном. А каким же ему еще быть? Он раз за разом возвращался в мыслях на несколько дней назад.

Как тогда все было прекрасно! Даже день, отвечая настроению Кера, был солнечным и ясным. Кер ас Кер шел по выложенной плитками дорожке Академии магического Искусства, хотелось петь, танцевать, кричать и делать различные глупости. Он, Кер ас Кер, наследник небогатого, но благородного рода, закончил Академию! В кармане сароха, свободного одеяния белого цвета, для защиты от лучей палящего солнца, приятно ощущалась тяжесть фирмана. Фирман выпускника Академии! На груди переливался всеми цветами радуги замысловатый знак цеха магических схваток. Сам ректор, Гашага ас Турохт, да продлит дни его Шаршуд, предложил Керру остаться в академии на должности преподавателя. А кому же еще предлагать? Кер ас Кер закончил Академию с высшими баллами. Такой магической мощи, как у него, не было у выпускников уже давно. Голова была полна множеством идей и проектов о дальнейшей жизни. Да, пройдет немного времени, и его имя займет достойное место среди имен великих магов, преподавателей Академии, портреты которых висели на стенах зала Славы. И заметьте, не обязательно дожидаться смерти. Некоторые из тех, чьи портреты он рассматривал, живы и поныне. А в том, что это произойдет, и его портрет таки будет в зале Славы, Кер не сомневался ни на мгновение.

Но вчера эйфория закончилась. Неприятности начались с того момента, как Кер узнал, что оставили не его одного. Оставили и Зулуса ас Турха. Это ничтожество, ничем, кроме богатого и древнего рода, не блистающее. Конечно, не иначе, как стараниями папочки, имеющего огромные связи среди власть имущих. Но мало того, ему, Керру дали должность преподавателя пятого ранга, наинизшего ранга среди преподавательского состава Академии, а Зулусу дали четвертый ранг. Этот неуч стал ассистентом профессора Халахата ас Кутука! А его, Кера вызвали к ректору (тут Кер обхватил голову руками и застонал).

Войдя в кабинет ректора, Кер ас Кер сразу увидел незнакомца, вольготно расположившегося на подушках, рядом со столом Гашаги ас Турохта. Был одет незнакомец в одеяния непривычные и странные. Балахон, но не белый, что само по себе странно, а синий. Темные волосы до плеч. Серые глаза, выдавали выходца иного мира. Но это не смутило Кера. Он великолепно знал о множественности миров, и выходцы оттуда были частыми гостями ректора, хотя сами маги Харшада не любили шастать между мирами. Смутило Кера другое. Кер действительно обладал сильным магическим даром. Он мог просканировать ауру любого мага. Это вызывало восторг у преподавателей академии. Никто не мог закрыть ее, даже сам ректор. Но тут, попытка просканировать ауру незнакомца потерпела сокрушительную неудачу. Кер как будто наткнулся на серую неприступную стену. Отдача была настолько сильной, что молодой маг едва устоял на ногах. Незнакомец заметил его попытку и хмыкнул. Серые глаза гостя внимательно и цепко осмотрели фигуру прибывшего. Гашага ас Турохт не стал терять времени даром. Он не счел нужным представлять своего гостя Керу.

– Гор! Это тот преподаватель, о котором я говорил.

У Гора левая бровь поползла иронично вверх.

– Гаши, ты думаешь, он справится?

– Но ты же говорил, что там нет выдающихся знаний, – нахмурился Гашага.

– Ну, в общем, да! – кивнул головой незнакомец, по имени Гор.

– А это наш самый сильный выпускник! – победно усмехнулся ректор.

Гор еще раз внимательно посмотрел на Кера, сказал непонятную фразу: "третий уровень, хм, неплохо!", и, кивнув ректору на прощание, покинул кабинет.

Гашага ас Турохт, помахав в ответ ручкой, времени даром тратить не стал и сразу ввел Кера в курс дела. А дело заключалось в том, что в Академию, по программе обмена студентами, прибывает группа таких студентов. Вот эту самую группу и надлежит курировать ему, Керу. Ему предстояло стать нянькой для группы великовозрастных балбесов! Утирать им носы, предохранять от опасностей и следить, чтобы они вовремя поели и вовремя поспали. Это ли не издевательство? В то время, как ничтожный Зулус будет красоваться в аудитории, рядом с профессором Халахатом, он, лучший выпускник Академии, будет заносить хвосты неучам, прибывшим из другого мира. В том, что это неучи, Кер не сомневался. Богатые родители отправили своих чад на прогулку в другой мир. Себя показать и на других посмотреть, на экскурсию, так сказать. А что? Деньги решают многое! Даже, если ты круглый дурак, но папаша богат, деньги сделают свое дело. Ну, ничего, он им устроит экскурсию! Такую экскурсию, что эти мамины сыночки и дочки, навсегда зарекутся соваться в другие миры!

Кер оторвался от окна и энергично встал. Нет, не привык он сдаваться обстоятельствам. Он был лучшим, благодаря тому, что никогда не сдавался и упорно шел к результату. Кер решил, что так загоняет этих несчастных первокурсников, что они с ревом побегут к ректору, просить о замене куратора. Гашага вынужден будет это сделать. А кого им еще могут дать, кроме Кера? Правильно! Только Зулуса.

– Бедный Зулус! – пробормотал себе под нос Кер, с нехорошей улыбкой на губах.

Кер взглянул на редкую диковинку, висящую над его кроватью. Часы называются. Показывает время дня. Да и ночи, если разобраться. Одно плохо! Ночью спишь и темно. Эти две причины мешают определять время. А ведь на первых курсах не спал! Ах, какие были прекрасные дни! Дружеские пирушки, ночные посиделки. А приключения, сопровождавшие ночные вылазки в город? Жаль, разъехались друзья – однокурсники. Кер грустно вздохнул и, набросив на плечи плащ, отправился в дастор почтенного Ташиша. Надо было хорошо поужинать. Завтрашний день обещал быть нескучным.

Кера разбудил заунывный голос мудлина, сзывающий единоверцев на утреннюю молитву. Каждое утро Кер нехорошими словами описывал главный недостаток дома преподавательского состава, недопустимо близкое соседство с храмом Шаршуда. Ну, верите вы в Шаршуда, верьте! Зачем же других по утрам будить? До назначенного часа, времени еще осталось достаточно, можно было бы и поспать, но разве под такое музыкальное сопровождение заснешь? Хотя, назвать эти вопли музыкой – это слишком. Скорее ария кота, которому регулярно наступают на хвост, а этот кот настолько туп, что не сообразит убрать хвост подальше от ног прохожих. Слава тому же Шаршуду, что он не требует слишком большого поклонения себе!

Кер понял, что заснуть ему уже не светит. Нехотя поднялся с кровати и поплелся к столу яств. Щелкнув пальцами, послал искру в горючий камень. Камень еще с вечера был уложен в тигельке. Зачерпнув воды из кувшина черпачком, поставил его на огонь. Дальше путь лежал в умывальню. Кер подошел к маленькому бассейну с проточной водой и сбросил ночную одежду. Несколько мгновений стоял, глядя перед собой и настраиваясь. Пора!

Зажмурив глаза, Кер рухнул в воду. В момент соприкосновения сонного тела с водой раздался мощный вопль. Любой мудлин, услышав этот вопль, немедленно бы удавился от зависти. Зато, проснулся на все сто! Качественно и бесповоротно. Побултыхавшись в воде в свое удовольствие, Кер мощным рывком выскочил из бассейна. Несильно напрягаясь, создал "сухой ветер", приятным теплом охвативший покрытое пупырышками тело. Взглянул на себя в большое, в рост, зеркало. А что? Вид стоящего против него мужчины ему нравится. А небольшая полнота, так это даже и не плохо! Добавляет представительства, что необходимо при общении с сорванцами студентами.

Молодой человек как раз облачился в сарох, когда свистнул магический свисток у столика. Вода вскипела. Кер поспешил на звук. Завтрак, по давно уже заведенному Керром обычаю, состоял из овечьего сыра и травяного отвара из собранных на склонах Волтумерса трав. Эти травы имели ряд целебных свойств и продавались на Большом базаре Радуна, расположенном недалеко от дома Кера, где Кер и имел обыкновение закупать составляющие для своих завтраков.

После завтрака следовала обязательная медитация. Резерв сил и энергии должен быть всегда полон! Это основное правило члена цеха магических схваток. Южные племена представляли постоянную угрозу границам Нарадуна. Шаманы этих племен не прощали ошибок противостоящим им магам. И, уж конечно, истощенный резерв мага, являлся для них подарком. Страшная и жестокая смерть была уделом таких магов. Кер такого не допустит!

Точно, во время второго звона, Кер вышел из дома, направляясь к зданиям Академии. Погода стояла великолепная. Дождь, навевавший вчера грустные мысли, прекратился. На чисто вымытом небе сияло солнце. Где-то вдали, у горизонта, проплывала парочка кучевых облачков, но близости дождя это не предвещало. Может быть сегодня один из первых дней начинающегося жаркого сезона? Кер шел по широкой улице, с наслаждением вдыхая чистый воздух и улыбаясь встречным девушкам. Жаль, очень жаль, что бесформенные сарохи скрывают фигуры. Но, судя по соблазнительным движениям, они у встречных девушек весьма неплохи!

Так. Вот и Академия. Срочно надо настроиться на деловой лад. Его сейчас у корпуса магических схваток должны ожидать подопечные. Перед ними он должен предстать величественным и авторитетным преподавателем, одним своим видом, внушающим почтение и трепет этим несчастным. Кстати, вон и они! Пять фигур в непривычных одеяниях стояли у широкой лестницы, ведущей в корпус. Харуш – распорядитель привел их сюда и, по своему обыкновению, исчез в неизвестном направлении, преследуя свои, глубоко интересные ему, Харушу, цели. Кер в ближайшее время его отчитает за такие действия. Надо было дождаться его Кера ас Кера! Кер остановился, рассматривая кандидатов в мученики.

Первым, кто привлек к себе его внимание, был великан. Он возвышался над всеми, как скала. Мощные мышцы бугрились под его, покрытой шерстью кожей. На носу красовались очки, выполненные из непонятного прозрачного вещества, защищающие его глаза от яркого солнца. На плече этого типа покоилась огромная палица, которую этот гигант без особого напряжения удерживал одной рукой за рукоять. Лицо гиганта не наталкивало на мысль, что он обременен большим интеллектом. Тупая гора мышц, решающая проблемы ударами кулаков и той самой палицы, что на плече.

Вторым, вернее второй, была девушка. Черные, как вороново крыло, волосы пышным водопадом стекали с головы и растекались по плечам. Она была очень красива, но на взгляд Кера, слишком худа. Ее можно было бы принять за здешнюю уроженку, если бы не очень белая кожа. Она старалась держаться в тени гиганта, заслоняясь им от солнца.

Еще один парень имел удивительно рыжие волосы. Он был непоседлив. Постоянно в движении, даже стоя на одном месте. Сейчас он что-то вещал, а остальные его слушали. Рыжий размахивал руками, переступал с ноги на ногу. Улыбки на лицах свидетельствовали, что рассказчик поведал своим слушателям что-то веселое. "Угу! Сейчас вам будет очень весело!" – со злорадством подумал Кер.

Еще два парня ничем особым не выделялись. Только об одном из них можно сказать, что это несомненно дворянин. Эго выдавала осанка и движения, свойственные аристократическим потомкам дворянских родов. Да и длинный клинок, притороченный к поясу, наталкивал на такую мысль. Уж в этом Кер, разбирался. Его до Академии очень долго учили определять происхождение человека, не спрашивая этого человека, дабы не оскорбить ненароком.

Кер ас Кер прикрыл глаза, рассматривая ауры прибывших, и улыбнулся. Ауры, хоть и были насыщенными, но все же слабее его. А уж если говорить об ауре пятого парня, так она вообще светилась очень слабо. И как его в боевые маги взяли? Ему бы помощником устроителя огненных феерий работать. Наверное в мире, откуда они прибыли, очень плохо с магами, если даже таких берут. Ну что же, заранее сочувствую тебе парень.

Увлекшись рассматриванием кандидатов в мученики, Кер ас Кер вдруг понял, что и сам стал объектом наблюдения. Заметив его интерес к ним, ребята замолчали и, в свою очередь, выжидательно смотрели на Кера. "Для начала, я вас построю" – решил Кер и, не спеша, пошел к подопечным. Подопечные смотрели дерзко, недопустимо дерзко. Это надо обламывать сразу!

– Вы здесь по обмену? – отрывисто спросил Кер.

– Да, – ответил парень со слабой аурой. – А вы кто?

– Я ваш куратор. Хочу предупредить сразу: забудьте про мамины пирожки и бабушкины разносолы. Здесь вам будет не до них. Вы поймете, что стать магом – задача очень сложная, и вы не раз и не два проклянете тот миг, когда решили стать магом. Разве что, вот девушка может рассчитывать на некоторые послабления.

Кер благосклонно взглянул на черноволосую красавицу.

– Очень нужно! – фыркнула эта неблагодарная особа, – в послаблениях не нуждаюсь!

Простак, а именно так решил пока называть парня со слабой аурой, про себя Кер, хмуро уставился на куратора.

– Первокурсник не должен поднимать взгляд на преподавателя, пока тот не разрешит ему это сделать, – наставительно и грозно сказал Кер Простаку.

– Так то, первокурсник! – хмыкнул Рыжий.

– А вот интересно, если я этого куратора сейчас ударю, нам нового дадут? – пробасил вдруг Громила.

– А где гарантия, что и другой не будет таким? – нейтрально поинтересовался Аристократ. – Этак мы здесь всех преподавателей изведем.

"Да что же это они себе позволяют?" – вскипел праведным гневом Кер.

– Молчать! – рявкнул он.

Для эффекта, Кер наложил заклятие молчания на всех пятерых. Судя по изумленному выражению на лице аристократа, это было неожиданно.

– Первокурсники должны молчать в присутствии преподавателя и отвечать на его вопросы тогда, и только тогда, когда он разрешит это! – отчеканил Кер, – первокурсники должны выслушивать преподавателя, опустив глаза, выражая тем самым уважение к преподавателю. Первокурсники должны строго и неукоснительно выполнять распоряжения преподавателя. Первокурсники должны добросовестно изучать предмет, под руководством преподавателя.

Кер замолчал, с удовольствием предвкушая, что сейчас-то эти детки поймут, что тут им не курорт.

– Никак не возьму в толк, где вы тут первокурсников увидели? – внезапно спросил Простак.

Это было, как удар мешком из-за угла. Как он смог? Заклятие Кером было наложено тщательно.

Громила насупил брови и решительно шагнул к Керу, снимая с плеча свою палицу. Лица Рыжего, Аристократа и Девушки тоже были далеко не дружелюбны.

Простак сделал останавливающий жест рукой. К удивлению Кера, это на Громилу подействовало. Громила наклонился к Простаку и начал показывать руками на свой рот, мол, не могу говорить. Простак нахмурился и жестко сказал:

– Немедленно снимите свое заклятие!

Этот несчастный смеет еще что-то требовать? Подозрительно, что он может говорить, разберемся чуть позже с этим феноменом.

– Я сам решаю, когда снимать заклятия, – высокомерно сказал Кер ас Кер, подготавливая новое, более мощное заклятие.

А вот того, что последовало за этим, не мог ожидать никто. Кер ас Кер уж точно не ожидал. Вопреки ожиданиям Кера, эти пятеро не испугались и не смирились. Он почувствовал, что перед ним сплоченный отряд, готовый немедленно ответить ударом на удар, и единственное, что их сдерживает, так это то, что здесь не их территория. В руке Аристократа блеснуло холодное оружие, тонкое, длинное, чем-то похожее на очень похудевший меч. Рыжий вытащил кинжал. Глаза девушки налились алым светом, и, о ужас, клыки показались из-под верхней губы. Кто же она? Громила раскрутил свою палицу, и она со зловещим шорохом, уподобилась туманному кругу. Самые странные и непонятные для мага превращения произошли с Простаком.

О, Простаком его уже назвать было нельзя! В потемневших глазах мелькали оранжево-зеленые сполохи, ладони рук, окутались желтым светом. Но этого мало! Вот в левой руке начал наливаться силой "огненный шар", искусство создания которых было утеряно магами Харшада в незапамятные времена, и только легенды хранили сведения о том, что это было.

Кер почувствовал, как вокруг Простака начали закручиваться могучие силы, природу которых Кер уяснить себе не мог.

Кер понял, что своими действиями он вызвал к жизни могучие силы, о природе которых он даже не имеет понятия. Эти силы грозят выйти из-под контроля! Чем это закончится? Кер знал, нет, чувствовал – ничем хорошим!

Торопливо снял заклятие и отступил на шаг, подняв руки в знак мирных намерений.

– Все-все! Спокойнее! Не стоит на территории Академии устраивать магические поединки! Спокойнее, я сказал!

– Магические поединки? – взревел, обретший голос Громила. – Да я тебя без всяких поединков, тут урою! Спорим, что с одного удара улетишь, вон за ту скульптуру?

– Не спеши Тар! – прошипела Девушка, скользящим шагом двинувшись в сторону Кера, – Всем ясно, что лишать даму голоса – самая большая бестактность! А в данном случае, еще и большая глупость! В чем, этот конкретный кандидат в покойники, сейчас и убедится! Преподаватель нашелся! Сейчас он снова потеряется!

– Стоп! – приказным тоном, вдруг, сказал Простак.

Свечение вокруг его ладоней исчезло, как исчез и "огненный шар". Недооценил, ох недооценил его Кер! Среди этих ребят, Простак пользуется авторитетом, как предводитель. Девушка остановилась, а Громила перестал раскручивать свою палицу.

– Не стоит начинать свое пребывание здесь с убийства невежливого преподавателя! Мне кажется, что имеет место быть, недоразумение. Давайте сначала разберемся! – решительно сказал Простак.

– Тем более, что перед казнью, осужденному всегда дают последнее слово! – с серьезным выражением на лице, добавил Рыжий.

– Вы почему-то считаете, что мы первокурсники. Почему? – спросил Простак, отмахнувшись от замечания Рыжего.

– Желательно, чтобы это было подробное объяснение, – сердито сказал Аристократ, – Вы меня оскорбили, и я теперь обязан вызвать Вас на дуэль, как дворянин дворянина. Вы ведь дворянин?

Кера вдруг прошибло холодным потом. Он вспомнил, что по положению, принятой три года назад программы обмена, обмен может происходить только начиная со второго курса! Значит эти студенты, уже отучились не менее года! Если о конфликте станет известно ректору, то Керу светят очень большие неприятности. Если он, конечно, до этого момента доживет, вынужден был добавить Кер, принимая во внимание многообещающие выражения на лицах пятерки. C другой стороны, он может потерять "лицо" перед студентами. Проблема! Но все-таки лучше потерять "лицо", чем все остальное.

– Ладно-ладно! У меня вчера был тяжелый день, и я погорячился. Давайте попробуем сначала?

Студенты некоторое время недоверчиво созерцали Кера, потом Простак кивнул головой:

– Попробовать можно.

– Я преподаватель пятого ранга, Кер ас Кер. Назначен к вам куратором на период обучения. Представьтесь, пожалуйста! Кто, как зовут, откуда и какой курс.

Аристократ вышел на шаг вперед и вежливо поклонился:

– Тимон ад Зулор, человек, прибыл с Магира, второй курс Школы Боевой Магии, Чародейства и Целительства, пятый уровень Дара. Потомственный дворянин.

– Тартак, тролль, – пробасил Громила, не двигаясь с места и подозрительно глядя на Кера, – прибыл оттуда же, четвертый уровень Дара. Горный тролль.

– Жерест ад Туран, человек, – рыжий ехидно ухмыльнулся, – пятый уровень, дворянин.

– Аррантарра дер Тордерресс Хамра Коэрресс! – гордо вскинула головку девушка, – вампиресса, четвертый уровень, клан "Виа Дента"

Последним представился Простак:

– Колин ад Бут, человек, прибыл с Земли, вне уровней, дворянин.

Только тут Кер с ужасом осознал, на сколько он ошибся, и каких последствий можно было ожидать! О магах вне уровней, он слышал на лекциях по множественности миров. О них рассказывали легенды, в которые поверить было очень сложно. И вот перед Кером стоит один из тех, кто был легендой. Ну, Гашага, вот это подставил!

– Прости…, э-э-э, Колин, – выдавил Кер, – а почему твоя аура не светилась? Я могу сканировать ауры. У четверых из вас они прослеживались четко, а вот твоя – еле-еле.

– Мой друг – тан Тюрон…

– Дракон-оборотень, между прочим! – вклинился рыжий Жерест.

– Да! – Колин недовольно поглядел на разговорчивого товарища. – Он научил меня скрывать ауру. Это в целях безопасности. Я пока не очень многое умею. А вот желающих грохнуть меня найдется предостаточно.

– Я бы не советовал желающим пробовать! – пророкотал Тартак. – Ты не один! А вместе нас не проглотишь! Подавятся!

Кер поискал взглядом, куда бы присесть, нашел скамеечку и тяжело на нее опустился. Пришлось создать поток прохладного ветерка, чтобы остудить разгоряченное лицо.

– Я слышал про драконов. Это же мифические существа! Они исчезли в незапамятные времена!

– Вот-вот! – откровенно забавлялся Жерест, – вот это самое мифическое существо и обучило!

– Рыжик, отстань! – Тимон, присел на скамеечку рядом с Кером.

Тот, по инерции, недовольно покосился на вольность, но промолчал.

– У вас здесь что, нет разумных, кроме людей? – задал вопрос Колин.

– Ну почему же? Есть, – Кер усилил поток прохладного воздуха, солнце уже припекало достаточно сильно. – По слухам, на севере, за горной грядой, есть эльфы. Но с ними нет никаких контактов. Они отгородились от всего света.

– Как это? – не понял Колин.

– С одной стороны горы. Со всех остальных море, – пояснил Кер, и, заметив нездоровый блеск в глазах студентов, добавил:

– И не надейтесь! Берега, практически, везде неприступны. Есть, опять-таки по слухам, одно место, где можно пристать, но там всем оказывают такое "горячее" гостеприимство, причем буквально, что поток желающих быстро иссяк. Эти ребята сначала стреляют, и делают они это чрезвычайно метко, а потом спрашивают: – "Чего, мол, надо?".

– Вы мне, лучше, другое объясните, – с интересом спросил Кер. – Я учил, что вампиры и тролли не могут, в принципе, стать магами. А тут вы, и, вдруг, маги?

– В любых правилах есть исключения, – взмахнув своей палицей, пояснил Тартак. – Я, к примеру, единственный тролль, владеющий магией.

В доказательство своих слов, Тартак, несколько тяжеловато, но уверенно воспарил над землей.

Кер удивленно поднял брови. Этого от здоровяка он не ожидал.

– А вампир? – не мог успокоиться Кер. – Вот вы…, Арранторранта…

– Можете называть мена просто Аранта, – мило улыбнулась девушка.

Кер, при этой улыбке, с содроганием, снова увидел клыки. Правда, они стали уже поменьше и не вызывали такого ужаса.

– Вы же не переносите солнца! – не отставал он.

– Да? – делано удивилась Аранта, – вот уж не знала! И что теперь делать?

– Что делать? – Кер ас Кер почесал затылок. – А давайте я вас научу простейшей защите от внезапных чар! Вы были мною захвачены врасплох, когда я применил заклятие молчания, а ведь я мог с равным успехом применить и заклятие остановки сердца, или "перекрытие воздуха".

– Это кому вы воздух собрались перекрывать? – грозно нахмурился Тартак.

– Это я, к примеру! – поторопился объяснить Кер. – Но есть возможность значительно ослабить, а то и, нейтрализовать внезапное заклятие.

– Это очень интересно! – Тимон ад Зулор оглянулся на товарищей.

Все придвинулись поближе, готовые слушать.

Вот так, импровизированно и начался первый урок новоявленного преподавателя и второкурсников из другого мира.

 

Глава 2

Начало второго учебного года повергло меня в шок. Оно было полным повтором первого года. Разве что мы теперь стояли под светящейся цифрой два, и с тоской смотрели на разворачивающееся действие, в котором можно было предсказать каждый последующий шаг. Я посматривал влево, где галдели первокурсники, для которых все это было внове, и вправо. Там делились впечатлениями от каникул третьекурсники. Нам пока делиться было нечем. Не явилось неожиданностью для меня и появление двух собак, которых в очередной раз развеял тан Горий. И в этом заключалась разница. Тан Горий на секунду прервал свою вдохновенную и пламенную речь, и, вонзив взгляд куда-то в толпу старшекурсников, грозно сказал:

– Боллард! Еще один такой фокус, и, вместо морока собачек, я развею тебя!

Отличие начал учебы стало заметным после первой пары. У нас было прекрасное настроение. Тан Хараг начал первую лекцию с воспоминаний о том, как он ухаживал за девушкой, применяя для покорения ее сердца весь арсенал своих умений. Надо ли говорить, что на тот момент умений было не много, а вот желания было более чем? Рассказывать тан Хараг умел. В результате, Тартак сломал парту, случайно нажав на амулет. Жересту, которого увеличение Тартака отбросило к стене и основательно приложило об оную, было не смешно, но это не уменьшило хорошее настроение остальных. Мы уже собирались идти на занятия по медитации и воспарения, когда появилась танесса Валеа, секретарь директора, тана Гория. Окинув нас строгим взглядом, он, сверяясь с маленьким списочком в руке, сказала:

– Колин, Жерест, Тартак, Тимон и Аранта, вас вызывает директор.

Мы в замешательстве переглянулись.

– Неужели ему стали известны подробности нашего пребывания на Земле? – после того, как танесса Валеа ушла, озвучил всеобщий вопрос Тимон.

– Тогда почему не всех вызывают? – задала встречный вопрос Морита.

– Может потому, что самых активных… – предположил Фулос.

– А ты, значит, с братиком был белым и пушистым? – прищурилась Аранта.

– Я пойду с вами! – заявила Гариэль. – Отвечать, так всем вместе!

– И мы пойдем! – встал Харос.

Фулос самоотверженно кивнул головой.

– Вот только не надо фанатизма! – поморщился я. – Мы еще не знаем, по какому поводу будет "разбор полетов".

– А ведь я там, таки летал! – почесал затылок Тартак.

– Это я образно! – поспешил успокоить Тартака я.

– Да, тогда я был в образе, – признал Тартак.

Знаете ли вы, что испытывает осужденный на казнь по пути на эшафот? Вряд ли. Потому что, после такой прогулки, они как-то не расположены к рассказам. Хорошо. Возьмем не такой экстремальный случай. Ощущения человека, вызванного начальством "на ковер" вам знакомы? Ага! Вот это уже ближе к теме! Вот именно такие чувства владели нами, когда мы заходили в кабинет тана Гория. Он стоял у окна спиной к нам. Дурной знак! Заслышав шум, производимый нами, он обернулся, заулыбался и радушно предложил:

– Проходите, присаживайтесь! Вижу каникулы пошли вам на пользу. Похорошели, отдохнули.

Интересно, он решил еще, и поиздеваться перед экзекуцией? В том, что будут громы и молнии на наши головы, я не сомневался. Но дальнейший разговор показал, что мои опасения беспочвенны. Тан Горий не знал о наших похождениях на Земле.

– Я хочу поговорить с вами об одном деле, – начал тан Горий, после того, как мы расселись. – Три года назад, на Совете Миров была принята программа обмена студентами высших магических учебных заведений.

– Простите, – не удержался я. – А что, есть еще миры, подобные нашим?

Вообще-то, я иногда слышал о том, что есть что-то такое, но не придавал этому особого значения, полагая, что Земля и Магир являются исключением из всего остального пространства.

– О да! – бодро воскликнул Горий, – есть! И не мало! У нас свои методы связи. И поверьте, они весьма эффективны. Так вот: мы обмениваемся студентами второго курса с миром под названием Харшад. Правда, там несколько специфичное общество. Они поклоняются своим богам, которые сильно отличаются от наших. Мне очень интересно, как вы сможете влиться в этот мир. Но только прошу вас не увлекаться! Этот мир имеет право на существование, не меньше нашего. А то, знаю я вас! Итак, Вы отправитесь туда, а группа второкурсников тамошней Академии прибудет на ваше место тут. Ваша задача – получить максимальное количество знаний о методах местной магии и реализации их на практике. Я знаю, что магия того мира, в некоторых деталях, отличается от нашей магии. Есть и заклинания, о которых нам ничего не известно. Поработайте хорошенько над этим вопросом!

– Простите, тан Горий, а что Гариэль, Морита и братья? Они-то как? – задал вопрос Тимон.

– Хм, – тан Горий нахмурился, – я, конечно же, был бы более спокоен, если бы и Гариэль поехала бы с вами. Все-таки, она более взвешенно подходит к различным ситуациям. Но договор со Светлым лесом строг! Она, Морита и братья ад Шейт поступили в Школу по иным условиям, нежели вы. Они останутся здесь. Владыка Светлого леса хотел, чтобы и Колина оставили, он де, тоже попадает под юрисдикцию Светлого леса. Но я решительно пресек это поползновение. Вот окончит Школу, тогда да! Но пока он учится здесь, мы решаем все вопросы по его учебе.

Тан Горий возбужденно прошелся по кабинету. Мы синхронно поворачивали головы вслед его перемещениям.

– И никакого подарка мы Харшаду не делаем! Маг вне уровней тоже человек и имеет право на обучение! – видимо продолжая спор с кем-то, Горий решительно потряс рукой. – А Тюрон тоже хорош! Нет чтобы поддержать мою точку зрения, так он еще начал сомневаться! Ничего, я директор, или просто погулять вышел?

Тан Горий остановился, и, вдруг, увидел нас.

– Вы еще здесь? Значит так. Вам день на сборы и подготовку. Послезавтра, утром, жду вас у телепортов. Теплых вещей не брать! Там тепло. Я бы даже сказал, слишком тепло!

Сидим в беседке. А где же еще? Сидим в гнетущем молчании, хотя, нет. Вон Аранта бормочет длинный перечень ругательств. Тартак старательно ей помогает. Подсказывает, напоминает, если, по его мнению, Аранта что-то забыла. Братья хмуро смотрят перед собой. Гариэль и Морита сидят в обнимку. По-моему, у них глаза на мокром месте. Ну, точно! Морита уже хлюпает носом. Тимон сопит и избегает смотреть по сторонам. Даже Жерест, и тот невесел.

– Так ведь только на год! – пытаюсь я утешить остальных, но сам понимаю, что мой голос звучит неубедительно.

Ага! Утешил. Хлюпанье соло плавно перешло в хлюпанье дуэт.

– Так хочется сейчас кому-нибудь по кумполу дать! – доверительно и душевно сказал Тартак.

– За что? – вяло поинтересовался я.

– А за так!

– А у тебя на физиономии это желание было написано воот такими буквами, – вмешался Жерест, – как мы только от Гория вышли. Вот все и разбежались.

Тартак осмотрелся по сторонам, и вынужден был признать правоту Жереста. Никого по близости не наблюдалось. Эти несознательные обладатели кумполов скрылись в неизвестном направлении.

– Релаксации ему захотелось! – фыркнул Тимон. – Девочки, хватит плакать! Не на войну же, в конце концов, идем!

– Если бы на войну, я бы не беспокоилась, – ворчливо сказала Гариэль. – И на войне, я бы была вместе с вами.

Особо громкий всхлип Мориты подтвердил слова Гариэль.

Жерест решил взять на себя роль утешителя:

– Ну, вот мы поедем туда, а сюда приедут другие ребята, оттуда. Может они вам понравятся, подружитесь.

– Ты сам-то, веришь в то, о чем говоришь? – возмутился Фулос. – С вами мы прошли огонь и воду! А те, кто прибудет. Что мы с ними прошли?

– Это чистой воды дискриминация! – присоединился к брату Харос, – мы этого так не оставим! Посмотрим еще!

Сами понимаете, что к телепортам мы пришли в том еще настроении. В виду того, что в Харшаде, как сказал нам тан Горий, очень жаркий климат, мы оделись очень легко, и это правильно! Я даже вспотел, пока дошел до телепортов. Моя сумка "Nike" может вместить многое, и это она доказала на практике. Я ее еле волок, хотя не считаю себя слабаком. Применять левитацию, настроения не было. Тяжесть сумки, как-то отвлекала от грустных мыслей. Братья подарили мне кинжал. Самый любимый, как сказал Фулос. Морита вручила мне стрелу. Она сказала, что это счастливая стрела. А Гариэль всунула в руку какую-то закрученную деревяшку. По ее словам, она мне поможет в трудную минуту. Что это за трудная минута, она разъяснить не пожелала. Думаю, что у остальных ребят из нашей команды, есть аналогичные подарки.

Тан Горий стоял около входа, нетерпеливо поглядывая на часы.

– Время перехода строго рассчитано! – пояснил он нам. – Мы должны минута в минуту начать состыковку каналов. А сейчас каждый подойдите по очереди ко мне.

У каждого из нас, тан Горий подержал сомкнутые руки над головой и пошептал какие-то слова. Я, лично, ничего не почувствовал. Это что, молитва? На мой вопрос тан Горий удивленно расширил глаза:

– Это "лингра".

– Я ее сразу узнал, по походке. Как только подошла, так и узнал, – постарался я добавить как можно больше яда в слова, – только не понял, что она здесь делает?

Ну, в самом деле, что за манера, говорить так, как будто всем все известно, а ты один дурак! Тан Горий закатил глаза. Еще одна привычка, кстати, вызывающая у меня раздражение, если это делаю не я.

– Колин, а ты не думал, что там говорят на другом языке?

– Вообще-то,… нет, – честно признался я.

– Вот! А я как раз подумал! – строго сказал тан Горий. – "Лингра" применяется для экспресс – обучения какому-либо языку магическим методом. Теперь вы, попав туда, не будете стоять, не понимая слов тех, кто к вам обращается.

– А там есть тот, кто будет к нам обращаться? – озабоченно поинтересовался Тимон.

– Конечно, есть! Давай, пошли! – отмахнулся тан Горий от Тимона.

– Пусть только попробуют к нам не обратиться! – обнадежил Тимона Тартак.

– Подождите!

Мы обернулись. В нескольких шагах от нас стояла Гариэль.

– Гариэль, в чем дело? – сухо осведомился тан Горий.

– Почему вы не берете всех? – напрямую спросила Гариэль.

Из-за кустов вышли остальные ребята. Глаза Гариэль требовательно смотрели на тана Гория. Я увидел, как мученически исказилось лицо Тимона. Да и мне, честно говоря, было тяжело уходить.

– Гариэль! – тан Горий немного замялся. – Давайте потом соберемся у меня в кабинете, и я вам все объясню. Договорились? А сейчас не мешайте, мы не можем опаздывать!

 

Глава 3

– Я Харуш, – представился нам тип в белом одеянии.

Мы только вышли из телепорта, и не успели еще осмотреться. Правда, и смотреть пока было не на что. Вокруг белые круглые стены. Ни одного уголка, который можно было бы зажаться. Состояние отвратительное, по крайней мере, у меня. Никакой жажды исследований нового мира. Судя по тому, как ласково Тартак взглянул на этого Харуша, настроения нет не только у меня.

– Ну, Харуш. А дальше что? – сварливо задал вопрос я.

– Я распорядитель и должен вас сопроводить к розовому зданию академии, – несколько обескуражено ответил Харуш.

– Ну, раз обязан, веди! – разрешил Тартак, подхватывая свой маленький мешочек. Харуш опасливо взглянул на его палицу:

– На территории академии запрещено пребывание с оружием, – сообщил он Тартаку.

– Да что ты говоришь? – удивился Тартак. – А при чем тут я?

Ну, так вон, у вас – оружие, – Харуш указал рукой на палицу Тартака, мирно отдыхавшую у хозяина на плече.

– Это не оружие – нахально заявил Жерест.

– А что? – удивленно спросил распорядитель.

– Вентилятор, – выпалил Жерест, подмигивая Тартаку. – Тартак покажи, как он крутится!

Тартак не стал упрямиться и раскрутил свою палицу. Лица наши стал обвивать прохладный ветерок.

– Понял? – поучающе спросил распорядителя Жерест.

– Уж очень этот вентилятор большой, – подозрительно пробормотал распорядитель.

– А от маленького ветер не тот, – важно пояснил Тартак.

Потерпев неудачу с палицей, Харуш с вожделением уставился на наши с Тимоном рапиры.

– Слушай, ты, чучело, – не слишком вежливо сказал Тимон, – мы дворяне, а рапиры непременный атрибут одежды дворян.

– Да? – с сомнением протянул Харуш.

– Вот ты бы без этих штанов, ходил бы по улице? – закинул свое слово и я.

На лице Харуша отразился мучительный мыслительный процесс. Наконец, он отрицательно покачал головой:

– Мужчина не может показаться на улице без штанов!

– А дворянин не может показаться на улице без рапиры! – отрезал я.

Взгляд распорядителя на кинжал Жереста, тот моментально отвел фразой:

– Та же рапира, только еще не выросла!

У Харуша округлились глаза:

– Это как, не выросла?

– В нашем мире, мы оружие выращиваем, – вдохновенно начал врать Жерест. – Сначала оно маленькое, вот такое, – Жерест показал пальцами, – потом оно начинает расти. И вырастает до того размера, какой нам необходим.

– А потом что? – с жадным интересом спросил распорядитель.

– А потом, мы перестаем давать им таблетки для роста, – включилась в розыгрыш Аранта.

Только теперь Харуш увидел Аранту. Лицо его приобрело хищное выражение. Мне даже показалось, что он облизнулся. В глазах зажегся плотоядный огонек. Хотя его и трудно было в чем-то обвинять, Аранта в своем летнем костюме действительно очень соблазнительна, но у меня, все равно, сами собой сжались кулаки.

– Смотри, под вентилятор не попади! – ласково сказала Аранта.

Когда она начинает говорить таким тоном, я, лично, сразу начинаю искать глазами, куда бы спрятаться.

– А чего бы я туда попал бы? – игриво заулыбался Харуш.

– А оттого, что я тебе бы, помогла бы! – с нажимом сказала Аранта и широко улыбнулась.

Я всегда говорил, что улыбка Аранты неотразима. Харуш постарался цветом лица слиться с белизной стен, и надо сказать, он в этом преуспел. Зная Аранту, я могу предположить, что от слов она перейдет к делу, тем более, что Тартак уже занял подходящую позицию, не прекращая крутить палицу. Надо срочно вмешиваться!

– Хватит разговоров! – скомандовал я. – Давай веди!

Харуш мелко закивал и первым бросился к выходу. Мы последовали за ним. Видимо улыбка Аранты произвела незабываемое действие на распорядителя. Он старался держаться от Аранты подальше. Как только мы вышли из здания, на нас обрушилась жара. Под немилосердным солнцем, казалось, плавились даже камни мостовой, по которой мы шли. Тартак засопел и, остановившись, начал копаться в своем мешочке.

– Эй, Тартак! Не отставай! – оглянулся Тимон.

– Тролли под таким солнцем не ходят! – пробурчал Тартак, копаясь в мешке.

– А что делают тролли под таким солнцем? – поинтересовался я, вытирая пот.

– А ничего! – ответствовал Тартак. – Тролли под таким солнцем не бывают. Они в домах спят. Один я, не как все!

Харуш нетерпеливо приплясывал, ожидая нас, но торопить, не решался. Наконец, Тартак извлек из мешка темные очки, приобретенные им на киевском вокзале. Да-да! Мы всей группой побывали на Земле, и на экскурсии в Киеве. Тартак обычно пребывал в базовом лагере, но когда решили пойти в зоопарк, не выдержал и присоединился к нам. Конечно же, не в натуральном своем виде, а преобразившись, при помощи амулета тана Гория и наложенных на себя иллюзий. Солнце в Киеве было тогда не менее яркое, и еще в электричке, Тартак начал бурчать, что ему такой яркий свет режет глаза. На площади перед вокзалом собрался стихийный рынок. Среди прочего там стояли стеллажи с различными очками. По простоте душевной, моя мама, сопровождавшая нас в этой поездке, предложила купить Тартаку солнцезащитные очки. Тартак отказываться не стал, и подошел к этому процессу обстоятельно. Он приобрел две пары очков. Одни поменьше, он сразу же нацепил себе на нос, вторые самые большие он запрятал в сумку, на плече. На мой вопрос – "зачем тебе две пары очков?", он растолковал мне, что от жары я, видимо, совсем отупел.

– Я же не всегда буду в таком виде! – рассказал он, – а солнце, оно и когда я большой, светит.

Сам зоопарк произвел на нас тогда тягостное впечатление. Вид вялых животных в тесных клетках, вызвал возмущение у ребят. Особо переживали Гариэль и Морита. Животные льнули к решеткам, когда Гариэль приближалась к ним. Печальные глаза, полные безумной надежды, что кто-то их защитит. Гариэль молча плакала, не в силах помочь им. Тартак даже всерьез настроился разгромить клетки и выпустить животных. Нам с большим трудом удалось отговорить его от этой затеи.

Ну, что-то я отвлекся! Тартак водрузил на нос темные очки и выразил готовность следовать дальше. Мы, одарив его завистливыми взглядами, поддержали это благое начинание. Харуш снова торопливо затрусил впереди нас.

Наш проводник привел нас к довольно большому зданию. Почему оно носило название розового, я не понял. Розового там было как-то не очень много. Честно говоря, розового там вообще не было. Широкая лестница белого мрамора в десяток ступеней. По бокам большие чаши из такого же материала, что и ступени. В чашах что-то произрастало.

– Мне надо доложить преподавателю, что вы уже прибыли, – проблеял Харуш. Еще раз опасливо взглянул на Аранту и проворно исчез в переплетении дорожек.

– Ну, так что? – насупился Тартак, – мы так и будем тут стоять под палящим солнцем?

– Что-то тут, как-то неуютно, – пробормотал Жерест, оглядываясь по сторонам.

– Ничего, Тартак пару кумполов пересчитает, сразу почувствует себя, как дома, – хмыкнул я.

Дружный смех ребят подтвердил, что шутку они оценили.

– Подождите, – вдруг прервала смех Аранта, – у меня такое впечатление, что вон тот тип, в белом балахоне, проявляет к нам нездоровый интерес.

– "Нездоровой" – это потому, что он скоро это здоровье потеряет, – добавил Жерест.

Мы обернулись в указанном направлении. Действительно, стоит мужик в балахоне. Глаза полуприкрыты. Заметив, что мы обратили на него внимание, он решительно подошел к нам.

– Вы здесь по обмену? – задал вопрос он.

– Да, – ответил я, – а вы кто?

 

Глава 4

Кер ас Кер, наш куратор, обвел нас взглядом и поморщился:

– Знаете, молодые люди, в таких нарядах здесь не ходят. У нас нравы строгие и патриархальные. Любые новшества проходят очень трудно. Вам, и в первую очередь девушке, надо срочно поменять одежду.

Аранта недоуменно посмотрела на свой наряд.

– Чем вам не нравится мой наряд? – осведомилась она.

– Дело не в том, что он мне не нравится, а в том, что он будет вызывать ненужный ажиотаж, – пояснил Кер ас Кер.

– У кого?– продолжала допытываться Аранта.

– У обывателей, – пояснил Кер, – мы-то, маги, всякого повидали.

Кер невольно бросил оценивающий взгляд на Аранту. Что-то я слишком сердит сегодня. Вон, даже взгляд мне неприятен! Я предупреждающе прокашлялся. Кер с трудом перевел взгляд с Аранты на меня. Сфокусировал. Я с напряжением смотрел ему в глаза. В глазах мелькнуло понимание.

– Тем более! – торопливо сказал Кер, – надо одеть традиционные сарохи. Хорошая защита от солнца и… от взглядов.

Я побренчал в кармане деньгами, которые выдал нам тан Горий.

– А сколько это будет стоить?

– Сарохи – повседневная одежда наших жителей, стоят недорого, – Кер ас Кер щелкнул пальцами, снова направляя на себя поток прохладного воздуха, – можно уложиться в один тархен. Есть, конечно, и праздничные сарохи, они дороже. Но вам-то праздничные сарохи, ничему.

– Это еще почему? – возмутился Жерест, – мы к вам приехали – вот вам и праздник!

– Или траур, – пробормотал Тимон.

– Этого хватит? – я извлек из кармана горсть монет.

– С головой! – Кер ас Кер изумленно взирал на денежные знаки. – Спрячьте. Такую сумму не надо показывать в открытую. Не провоцируйте воров!

– Пусть только попробуют! – улыбнулась Аранта, – сразу у вас количество преступных элементов пойдет на убыль.

– Да что вы им сделаете? – махнул рукой Кер ас Кер.

– А вот это видите? – Тартак подсунул под нос Керу свою палицу. – Вот этим разок по кумполу, сразу воровать перестанет!

– Мертвые не воруют, – хмуро прокомментировал Тимон.

– А вот этого делать нельзя! – с достоинством сказал Кер ас Кер. – По законам, принятым нами, как цивилизованным государством. Все преступники должны предстать перед судом. Только по решению суда вору рубят руку и отправляют в каменоломни. Пусть поворочают камни одной рукой! Жаль только, что воришек очень трудно поймать. Бегают они очень быстро!

– Палицей по кумполу – далеко не убежит! – убежденно сказал Тартак.

– А вот это я и имел в виду! – внезапно сказал Кер, кивком головы указывая направо.

Мы повернулись в указанном направлении. Недалеко от нас стоял индивидуум мужского пола и, отвесив нижнюю челюсть, пожирал глазами Аранту, разве что, слюна не текла.

– Ну, я ему сейчас! – шепнул Жерест, исчезая в кустах.

Не знаю, что там ему сейчас Жерест, а я потянул из ножен рапиру.

– Голову ему, что ли, отвинтить, – спросила Аранта, задумчиво рассматривая мужичка.

Мужичок внезапно подпрыгнул на месте и резко обернулся назад. На пятой точке у него расплывалось мокрое пятно. За мужичком стоял Жерест, растерянно смотрящий на свои руки. Счастливый обладатель мокрого пятна завопил самым несчастным голосом:

– Ты что себе позволяешь сопляк? Стража!

Второй раз позвать стражу ему помешала лапа Тартака, легшая мученику на плечо, самым дружеским образом. От такого проявления дружеских чувств, мужичок даже присел.

– Еще раз скажешь "стража", сразу надо будет кричать "лекаря"! – дружелюбно сообщил Тартак, – но скорее всего, кричать придется нам. Как тут у вас зовут похоронных дел мастера?

Мужичок тихонько икнул.

– Пусть идет! – разрешил Кер. – А вы, любезный, раз уж зашли на территорию академии, должны соображать, что тут может случиться всякое.

– Жере, а что ты ему устроил? – нейтрально поинтересовался Тимон, глядя вслед поспешно убегающему мужичку.

– Да вот, хотел ледяную стрелу, – растерянно пробормотал Жерест.

– Ледяную стрелу? – изумленно повернулся к нему Кер, – на такой жаре?

– Да вот, она-то получилась, но растаяла в полете, – закончил Жерест под наш дружный хохот.

Кер ас Кер повел нас в лавку сарохов. Там, как он сказал, можно купить и мужские сарохи, и женские. На вопрос Тартака, насчет тролльих сарохов, Кер обещал решить эту проблему. Всю дорогу до лавки, Аранта нервно ежилась и пряталась за Тартака. Даже у меня, в общем-то, человека мирного, взгляды встречных мужчин на Аранту, вызывали желание сразу дать в челюсть этим самым мужчинам. Но когда один толстячок завопил вслед нам:

– Ай, какая дэвюшка! Слюшай красивыя! Оставь этих нищих иди ка мнэ – в золоте купаться будишь!

Плотина было успешно прорвана! Аранта мгновенно возникла возле толстячка и рванула его из паланкина, в котором он со всеми удобствами располагался. Четверо флегматичных слуг, державшие ручки от паланкина на плечах, даже бровью не повели.

– А ты говорил, что будет скучно! – услышал я радостный возглас Жереста, но мне было не до того. Я рванулся к Аранте. К счастью, она не спешила размазывать толстячка по стенке. Взяв его за сарох на груди, Аранта без труда вздернула толстяка вверх. Было странно видеть тонкую, хрупкую, но чрезвычайно разъяренную девушку, держащую на весу такую тушу.

– Предпочитаю купаться не в золоте, а в крови, – почти ласково сказала она, – для начала, выкачаю всю кровь из тебя. На ванну, пожалуй, не хватит, но таких, как ты, тут немало. Если постараться, то небольшой бассейн крови я наберу.

– Аранта, оставь его! Я сам с ним поговорю, – Кер ас Кер безбоязненно тронул Аранту за плечо.

Аранта досадливо мотнула головой:

– Я таких хорошо знаю. Эти типы водятся везде. С ними только так надо разговаривать, – процедила она, зло прищурившись, фиксируя взглядом постепенно расширяющиеся глаза сластолюбца.

– Можно и по другому, – тихо сказал Кер, – поставь его на землю, и предоставь мне решить эту проблему. Пожалуйста!

Аранта, нехотя разжала руки, и толстяк мешком осел на мостовую. Кер стал над ним, упер руки в бока и грозно нахмурил брови.

– Иль ты пьян, варвар? – гневно загремел его голос. – Как ты посмел оскорбить женщину на земле Нарадуна? И не просто женщину, а мага из цеха магических схваток!

Кер некоторое время помолчал и, вдруг, обычным голосом, даже как-то буднично сказал:

– Стража.

– Нэт-нэт! Гаспадын! Нэ нада! Куктун попутал! – взвыл толстяк.

– Вот, чтобы тебя Куктун больше не путал, и надо тебя от него оградить, – назидательно сказал Кер, – стража проводит тебя в каменные хоромы. Там тебе некого будет оскорблять. Таким образом, и куктуну там делать будет нечего.

– Вай, гаспадын! Давай я тебе дэньги дам! – запричитал толстяк, бухаясь на колени и ползя к Керу.

– Исчезни отсюда! – с омерзением поморщился Кер, – еще раз за этим замечу, то даже не буду звать стражу…

– А отдашь его мне! – взревел Тартак, взмахивая палицей, – спорим, я ему с одного удара все оскорбительные мысли выбью!

– Ага, вместе с башкой! – добавил Жерест.

Я в это время с удивлением рассматривал слуг толстяка. Они стояли с таким видом, будто все происходящее их не касалось. Странно!

Пока толстяк, униженно кланяясь, пятился к паланкину и взбирался на него, я, подойдя к Керу, молчал. Но как только восьминогий экипаж стал удаляться, потребовал объяснений.

– Как такое возможно? – начал я, – Хозяину сейчас секир башка делать будут, а слуги стоят хоть бы хны? И почему вы, тан Кер, так пренебрежительно с ним разговаривали?

Кер, сурово смотрящий вслед паланкину, вроде как очнулся. Он встряхнул головой и сфокусировал взгляд на мне.

– Я не тан, и преподаватель я, только номинально, – сказал он усталым голосом. – Я при вас нянька и распорядитель. Я должен обеспечить вам условия для жизни и учебы на год. Если честно, то я только в этом году закончил академию и ненамного старше вас.

Так вот в чем дело! Теперь понятна его попытка выглядеть и говорить внушительно. Сейчас он понял, что студиозы, ой простите, студенты, ему достались не сахар. Этак и комплекс, какой заполучить недолго!

– "Тан" – это уважительное обращение к магу в нашем мире, – спокойно и доброжелательно сказал я. – Преподаватель вы не номинальный. Только что полученный нами урок по защите от внезапных заклинаний, это доказал.

– А уж после нашего дурного влияния, – просиял улыбкой Жерест, – вам никакие студенты-лоботрясы не будут страшны!

Кер благодарно улыбнулся, начиная отвечать на мой вопрос:

– Это слуги-носильщики. Их задача – только носить клиента. Никаких иных действий они выполнять не должны. Для иных действий, есть другие слуги. Это особый тип слуг. Они обслуживают только иноземных гостей, имеющих деньги, чтобы заплатить за эти услуги.

Иноземные же гости – они ниже нас, по истинному повелению Хевлата, да пребудет с ним милость Шаршуда! Это царьки племен, расположенных за благословенными границами Нарадуна. Сюда их впускают только после того, как они приносят клятву выполнять все ограничения, накладываемые на них при пребывании в великом Нарадуне. А в Нарадуне, высшие классы – это благородно рожденные и члены магических цехов.

– Кстати, о вашем статусе, – вдруг встрепенулся Кер, – каким статусом обладали вы, там в вашем мире? Это важно.

– Мы дворяне, – вскинул подбородок вверх Тимон, – то есть, выражаясь вашим языком, благородно рожденные.

– Даже э-э-э…? – Кер невольно кинул взгляд на Тартака и Аранту.

– Даже "э-э-э"! – решительно сказал я. Надо расставить все точки. – У нас так: Если ты дворянин, то необязательно маг. Но если ты маг, то обязательно дворянин. Это закон нашего мира, установленный в незапамятные времена.

– Это очень хорошо! – с чувством сказал Кер ас Кер. – Это снимает многие проблемы.

– А какие это проблемы? – прищурилась Аранта.

– Дело в том, что в Академию поступают дети разных социальных статусов. Так вот, все студенты, кроме благородно рожденных, на время учебы, лишены всех прав. Они должны беспрекословно выполнять любые распоряжения преподавателей или благородно рожденных студентов.

– Ну, ничего ж себе! – присвистнул Жерест.

– Так уж сложилось, – философски пожал плечами Кер.

– То есть, если бы я был неблагородным, – нехорошо улыбнулся Тартак, – мной мог бы здесь помыкать какой-нибудь благородный хлюпик?

– Получается, что так, – кивнул головой Кер.

– Представляю, сколько бы голов украсило бы мою коллекцию! – мечтательно проговорил Тартак.

Кер с некоторой опаской окинул взглядом внушительную фигуру Тартака.

– Но ты же благородный, – нерешительно сказал он.

– А то! – Тартак развернул плечи и выпятил грудь, – Наше племя все сплошь благородное. А кто в этом сомневался, получил палицей по кумполу, и больше не сомневается.

В лавке сарохов, все было, как и полагается, чинно и солидно. Дородный хозяин, не спеша, выплыл из недр лавки нам навстречу. Двигался он плавно и движения рук его напоминали движения дирижера.

– Благородные сатхары желают, чтобы я помог им в выборе одежды? – тихо и мягко прозвучал голос хозяина.

– Как он нас обозвал? – подозрительно спросил Жерест.

– Сатхар – это уважительное обращение к благородному человеку, – пояснил Кер.

Хозяин лавки невозмутимо смотрел на нас.

– Мы хотим приобрести несколько сарохов для всех этих молодых сатхаров, – вежливо улыбнулся Кер хозяину лавки, – а также сарох для этой молодой сарумэ.

– Уважительное обращение для благородной дамы – со знанием дела прокомментировал Жерест.

Кер только кивнул головой в знак согласия. Хозяин окинул нас взглядом, понятливо покивал и исчез среди рядов висящих на вешалках сарохов. Кер двинулся за ним следом. Нам ничего не оставалось, как толпой протопать туда же. Хозяин выхватывал из различных кучек все новые и новые сарохи, прикидывал на взгляд. Что-то укладывал обратно в стопку, что-то откладывал на широкий стол, стоящий перед ним.

Короче через двадцать минут примерок и переодеваний, каждый из нас стал счастливым обладателем пары сарохов. Хозяин умудрился угодить даже скептически настроенной Аранте. Ей он отобрал белоснежные одеяния и праздничный сарох, сделанный по какой-то особой методе. Благодаря каким-то штукам внутри ткани, он не только отражал солнечные лучи, а и превращал их энергию в приятную прохладу внутри сароха. Надо ли говорить, что каждое предложение сопровождалось целым потоком хвалебных описаний сароха, прекрасной сарумэ, ума и щедрости старшего сатхара, коим хозяин посчитал Кера и, конечно, самого хозяина, как лучшего и честнейшего торговца во всем городе.

Но вот настала очередь Тартака. Все мы приготовились к бесплатному спектаклю. Тартак и хозяин несколько долгих мгновений подозрительно рассматривали друг друга.

– Вы очень большой, – наконец вынес здравое суждение хозяин лавки.

– Мне об это говорили, – вежливо согласился Тартак.

– Подобрать сарох на такого представительного сатхара очень трудно, – проинформировал хозяин.

– Но не подбирать сарох, еще труднее! – прогудел Тартак и ласково улыбнулся хозяину.

Видимо что-то в этой улыбке было такое, потому, что хозяин торопливо покивал головой и согласился с Тартаком.

– Тартак, да не мучайся ты, – подал совет Тимон, – воспользуйся амулетом.

– Да? – повернул к нему голову Тартак, – а потом случайное нажатие, и плакал мой тархен?

– Да купи ты несколько сарохов, жлоб несчастный, – не удержался Жерест, – один разлетится, новый оденешь.

– Я не жлоб! – с достоинством ответил Тартак, – я – бережливый. Ну, так как, хозяин, будем подбирать сарох?

Владелец лавки торопливо ринулся в гущу висевших сарохов и начал энергичную деятельность среди них. Через некоторое время раздался радостный возглас, и мы узрели ворох белой материи, на ощупь выбирающийся из недр лавки.

– Нашел! – слегка придушенно донеслось из-под кипы белой материи.

Владелец свалил все принесенное на стол и гордо взглянул на нас:

– В моей лавке благородные сатхары найдут все, что им потребуется!

Тартак шагнул к столу и взял один из сарохов. Встряхнул его на вытянутых руках. Да, это был сарох сшитый на гиганта! Мне показалось, что он и на Тартака будет велик.

– Примерьте его уважаемый! – предложил хозяин.

Тартак натянул через голову сарох. Вот это да! Глазомер у нашего владельца отличный. Тютелька в тютельку!

– Но откуда здесь такие сарохи? – изумился Кер. – У нас таких людей, отродясь, не водилось.

– Людей – да, – кивнул головой владелец, – а вот манекены на карнавал – водились. Для них и сшито было несколько сарохов. Не думал, что они пригодятся, но все же сберег.

Снова пекущее солнце над головой, но нам оно уже не страшно! Мы в сарохах. То есть голову, ели она не под капюшоном, припекает, но все остальное, то, что под сарохом – отдыхает.

– А сейчас поесть бы! – вздыхает Тартак.

– А здесь неподалеку есть дастор, таи очень неплохая кухня, – предложил Кер.

– Меня не интересует, какая там кухня, и есть ли она там вообще. Меня интересует большой и хорошо прожаренный кусок мяса, – ворчливо ответил Тартак.

– Но это не возможно! – воскликнул Кер, – Сейчас священное время Слез Сулус ас Сушей, и это время поста. Ни один из последователей Шаршуда, да пребудет он в веках, не употребляет в это время животной пищи.

– Так то последователи, этого, как его там, Шуршута, – рявкнул Тартак, – почему из-за этого должен страдать порядочный тролль?

– Не Шуршут, а Шаршуд! – не менее свирепо ответил Кер, – Он наш бог, и никто не имеет права его оскорблять!

– Да не оскорбляю я его, – сбавил обороты Тартак, – но я же не являюсь его последователем, значит слезы…, кхм,… не для меня.

– Идем в дастор! – вмешался я. – А там и поглядим. Может, осталось что-нибудь из прошлых запасов. Ведь, если я не ошибаюсь, этот пост у вас начался совсем недавно?

– Ну да, – кинул головой Кер ас Кер, – два дня назад.

– Два дня на такой жаре! – заволновался Тартак. – Пошли скорее, пока оно не испортилось!

 

Глава 5

Местный дастор – это что-то! Начать надо с того, что дастор располагается обязательно на открытом воздухе. Нет, конечно, крыша имеется, на случай дождя, ну это, собственно, и все. Широкая, ровная, безукоризненно убранная площадка. На ней имеются места для потребления пищи, причем на разное количество потреблентов это самой пищи. Столики на двоих, троих и даже на десять человек, за исключением того, что собственно столиков-то и нет. Круглые невысокие помосты – это столиком, как-то, трудно назвать. Каждое место обозначается подушечкой, куда надо примащивать свою пятую точку. Куда девать ноги – это уже ваша проблема. Справа и слева от посетителя находятся еще небольшие возвышения. На них ставятся вазы с фруктами, соусы и специи. А помост предназначен для самого главного блюда. Огромной, в нашем случае, чаши с чем-то похожим на кашу.

Кое-как умостившись, я нерешительно осмотрел предложенное нашему голодному вниманию. На лицах остальных ребят, за исключением Тартака, алчно шевелящего ноздрями, отражалась такая же осторожная недоверчивость. Никаких столовых приборов не наблюдалось, разве что, свернутые в трубочку, салфетки довольно большого размера. Надо сказать, что фрукты, на блюде, были аккуратно порезаны на небольшие кусочки, дабы их можно было положить в рот целиком. Фрукты имели вид совершенно мне незнакомый.

– Что-то не так? – осведомился Кер, заметив нашу нерешительность.

– А это можно есть? – поинтересовалась Аранта.

– Но я же их ем! – резонно заметил Кер.

– Это еще не значит, что и нам это можно есть, – поспешил на помощь Аранте я. – Вы едите их веками. Ваш желудок к ним привык, что нельзя сказать о наших желудках. Как они воспримут эту еду?

– Значит, наступило время для второго урока, – довольно улыбнулся Кер.

Лирическое отступление:

Лекция тана Кера – заклятие определения ядов.

– Действительно, бывают продукты, которые ядовиты для вашего организма, в то время как другие организмы эти продукты потребляют без последствий для себя.

Соберитесь возле этой вазы с фруктами! Это всех касается. Тартак, я сказал всех! Что?… Тебе и оттуда все видно? Ну, хорошо.

Посмотрите внимательно. Я делаю вот такой жест, он не сложен. Все видят? Жерест, повтори. Еще раз! Еще…, Если ты еще раз сделаешь именно такой жест, ближайший к тебе Сатхар, немедленно вызовет тебя на поединок! Я тебе что, такую пошлятину показывал? Вот так…, Да-да, именно так! Колин, отлично! Жерест смотри на Колина, и, лучше, проси его определять отсутствие яда.

Слово, сопровождающее жест: "хастамар". Не забудьте вложить в него некоторое количество энергии, иначе это будет пустое сотрясение воздуха.

Итак, я, над продуктом, вызвавшим мое сомнение, делаю такой жест… Хастамар!… Видите, появилось зеленое свечение? Значит, для моего организма этот фрукт не опасен!

Тимон, прошу тебя проделать подобный опыт… Прекрасно! Аранта… Колин, твоя очередь… Тартак… Тартак! Та…, Ик!

Наступившая вокруг тишина, привлекла наше внимание. Все присутствующие во все глаза смотрели на Тартака. Тартак же, удовлетворенно рассматривал опустевшее блюдо, прислушиваясь к ощущениям внутри себя.

– Тар, ты как? – осторожно спросил Жерест, после небольшой паузы.

Глаза Тартака сфокусировались на Жересте и приняли осмысленное выражение.

– Неплохой "хавчик", – изрек Тартак.

– Тартак! Так же нельзя делать! – драматически воскликнул Кер, – Ты нарушил все устоявшиеся традиции церемонии еды в дасторе!

– Огласите, пожалуйста, весь список, – буркнул я.

– Список чего? – не понял Кер.

– Список церемоний и традиций, – пояснил я.

– Ладно, попробуем, – решился Кер. – Хозяин! Еще одну порцию сарташа!

Судя по скорости, с которой была выполнена команда Кера, Тартак произвел впечатление на контингент дастора. При виде нового блюда, Тартак снова подобрался.

– Тартак! Не спеши! – попросил Кер.

Тролль расслабился и кинул, виновато взглянув на нас.

– Самое главное, правильно соблюсти порядок действий при подготовке к еде! – провозгласил Кер. – Справа от каждого из вас стоит емкость с омывающим раствором…

– Уже не стоит! – пробурчал Тартак.

– Почему? – потребовал объяснений Кер.

– А я им запил эту вашу кашу, – пояснил Тартак.

Вот тогда Кер икнул второй раз.

– Тартак, у тебя же будет расстройство желудка, – слабым голосом сказал Тимон.

Я так понял, слабым оттого, что Тимон сдерживал готовое вырваться истерическое ржание.

– У троллей не бывает расстройства желудка, – твердо сказал Тартак.

– Но ты же мог по вкусу понять, что это не еда! – добивался ответа Кер. – Оно же не вкусное!

– Троллю не важно, вкусное или не вкусное, – бубнил Тартак. – Троллю важно – съедобное или несъедобное.

– Ну, так это – несъедобное! – потерял терпение Кер.

– Вообще-то, я это понял, – поделился с ним Тартак, – но когда оно уже упало в желудок.

Я еле сдерживался. Сдавленное похрюкивание, доносящееся со стороны ребят, свидетельствовало о том же состоянии.

– Хозяин! Еще одну чашу с омывающим раствором! – рявкнул Кер, прожигая Тартака разъяренным взглядом.

Чаша немедленно была поставлена.

– Охо-хо! – вздохнул Кер, – чувствую, этот дастор мне дорого обойдется!

– Не волнуйтесь, уважаемый! – поклонился хозяин, – за это уже урлачено!

– Кем? – вскинулся Кер.

– Вон теми сатхарами, – хозяин кивком головы указал на группу мужчин, сидящих за соседним столиком, – они поспорили, сколько сможет съесть ваш большой сатхар.

Мужчины, увидев, что мы обратили на них внимание, дружно встали и вежливо нам поклонились. Мы ответили тем же. Все, кроме Тартака.

– Тартак! Почему ты не ответил на поклон? – обернулся к нему Кер.

– Поффомуфо быф заняф! – ответил Тартак.

Кер растерянно смотрел на вновь опустевшее блюдо.

Дом студентов, а попросту – общежитие, куда нас привел, после посещения дастора, Кер, представляло собой полукруглое двухэтажное здание. Оно было разделено на две части – мужскую половину и женскую. Всем нам предстояло обитать на мужской, а Аранте, что характерно, на женской половинах.

Я посмотрел на женскую половину, что-то в ней меня смущало. Ану, взглянем так…! Женская половина была круто защищена. Не знаю, сколько туда вбухали заклятий и энергии (эта часть здания буквально светилась в магическом диапазоне), но незваным гостям, в лице озабоченных молодых людей и мартовских котов, туда, лучше было бы, не соваться. Кер сначала поселил Аранту, а потом занялся нами.

Привратник на входе начал было ворчать на тему: "мест нет!", "куда я такую ораву дену?", "а они не будут безобразничать?". Кер моментально его брюзжание пресек. Он доходчиво объяснил привратнику, что если поселение не состоится, то куда нас девать, будет думать уже другой привратник. Этого, конкретного привратника Кер отдаст на растерзание вон тому, большому и недружелюбному. Тартак многозначительно поиграл мускулами и крутанул палицу. Пробегавшая мимо фигура в сарохе кинула на ходу:

– Отдайте его в любом случае! Он из нас кровь пьет!

– О крови лучше спросить Аранту, – внес конструктивное предложение Тимон, – она специалист в этом вопросе.

Я наклонился к уху Тимона:

– Ей передать твое мнение о ней?

Тимон явственно вздрогнул:

– Э-э-э, не стоит, пожалуй. По обмену отправлялось пять студентов, а вернется четыре. Тебя же, между прочим, и спросят: – "А куда вы подевали бедного Тимона?".

– Я скажу правду – вампир съел! – пообещал я.

Привратник тем временем оценил по достоинству добрую и ласковую улыбку Тартака, его представительную фигуру в сарохе и предпочел общаться с ним на расстоянии. То есть выдал нам два ключа от свободных комнат. Одной на втором этаже и одной на первом. Мы в один голос сказали, что первый этаж для Тартака – самое то!

 

Глава 6

Так уж сложилось, что мы с Тимоном решили разделить комнату на втором этаже. Мы и на Магире жили вдвоем в домике. Так что, нам не привыкать друг к другу. Жереста определили к Тартаку. Хм, бедный, бедный Жерест.

Хи-хи! В эту ночь первый этаж поднялся по тревоге. Они подумали… Да Бог его знает, что они подумали, когда Тартак начал храпеть. Жерест в истерике прибежал к нам, и начал умолять сообразить нашу комнату на троих. Это что, бутылка водки, что ли? Попутно Жерест рассказал, что разбуженные студенты обсуждают планы жестокой мести и надругательства над спящим, и что самое главное, храпящим Тартаком. Ну, если они все решили покончить счеты с жизнью, то кто я такой, чтобы им мешать? Тартак, особенно разбуженный Тартак, совершенно лишен чувства юмора. Единственная шутка, на которую он в таком состоянии способен – это палицей по кумполу. Спору нет, это конечно весело, если наблюдать за процессом с расстояния метров в сто, а то и более. И совсем уже невесело объекту, над которым шутит Тартак. Да и не грустно ему тоже. Ему вообще уже никак.

Впрочем, задачи сокращения населения по части студентов, не были для нас приоритетными. Мы сползли со своих тюфячков и, неспешной трусцой, отправились отговаривать местных мафиози от самоубийственных планов. Жерест, вот негодяй, сразу же воспользовался освободившимся местом Тимона и разлегся, заявив, что он слабый и помощи от него никакой.

– А кто тебе помогать стаскивать его с тюфяка будет? – спросил я, заметив неподдельное желание Тимона тоже сказаться слабым.

Тимон, быстро взвесив в уме все "за" и "против", высказал энтузиазм в благом деле спасения студентов.

Местные уже столпились у двери комнаты, из которой гулко доносились раскаты Тартакового храпа. Вроде бы мы успели вовремя! Они уже готовы войти.

– Стоять! – крикнул я. – Прежде чем вы начнете что-то делать, скажите мне, что именно вы хотите сделать?

– Мы хотим, чтобы этот урод прекратил храпеть! – заорал мне в ответ худощавый парень с растрепанными черными волосами и в одной сандалии на босу ногу. – А вы кто такие, чтобы нас спрашивать?

Я выщелкнул осветительный пульсар, так как в коридоре было все-таки темновато. Это, кстати, произвело впечатление. Не на всех, правда, но на первокурсников.

– Ты когда-нибудь встречался с горным троллем, мой отважный друг? – осведомился Тимон у нервного парня. – А там находится самый настоящий горный тролль. Если разбушуется, то спать вам будет уже негде. Мы специалисты по горным троллям.

– А что такое тролль? – поинтересовался толстячок, стоящий справа от меня.

– Не что, а кто, – поправил я. – Он очень большой, и с большой палицей…

– Гуль, что ли? – перебил меня толстяк.

– Нет. Гуль будет у тебя, если тролль тебя чуть-чуть зацепит. А если не чуть-чуть, то гуль останется от тебя. То есть, от тебя останется с гулькин нос. Улавливаешь мысль? – сердито ответил я. Терпеть не могу, когда меня перебивают.

– В любом случае, – заметил Тимон, – я вам туда заходить не рекомендую.

– А как же нам спать? – опять взвился растрепанный парень.

– Единственный приемлемый вариант, – задумчиво изложил Тимон, – это ушные затычки.

– Или полог тишины в комнате Тартака, – добавил я, искренне сожалея, что не выучил это крайне полезное заклинание.

– Что здесь происходит? – вдруг раздался за нашей спиной скрипучий неприятный голос.

Судя по, разом поскучневшим лицам находящихся тут парней, им, как-то сразу, расхотелось тут находиться.

– Не слышу ответа! – снова раздалось со спины.

Мы с Тимоном оглянулись. В коридоре стоял организм худой и нахмуренный. Злые глазки, в свете сияющего над нашими головами пульсара, впились в наши лица.

– А у вас как со слухом, вообще? – поинтересовался я.

Храп Тартака невозможно было не услышать.

– Ты как разговариваешь со мной, щенок?! – сорвался на визг наш ночной гость.

Храп Тартака вдруг прервался.

– Да нормально я с вами разговариваю, – пожал плечами я, – если вы не понимаете того, что я вам говорю, так это уже не мои проблемы.

Вы можете сказать, что я разговаривал не особенно вежливо. А если вас поднять среди ночи? Да еще с вами разговаривают тоже не особенно вежливо?

Мужик, вдруг, взмахнул рукой, и что-то коричневое с ядовито зеленым полетело в меня. Тимон резко рванул меня к себе, и эта гадость пролетела мимо. Мы чуть не упали. Спасла нас от падения стена, к которой мы привалились. Оттолкнувшись от стены, я быстро встал в боевую стойку, готовый встретить новый удар противника. Я уже сформировал защитный кокон, но этот тип почему-то медлил. Я вгляделся в его лицо. Он не смотрел на меня! Он смотрел куда-то за меня. Я быстро оглянулся, и мне поплохело. У дверей своей комнаты стоял Тартак. Он прижимал руку к груди. Лицо его кривилось от боли. Тартак засопел и убрал руку. Грудь пересекал багровый рубец. Тартак некоторое время, наклонив голову, рассматривал его. Потом он медленно поднял голову и вперил взгляд в мужика. Ох, и нехороший это был взгляд!

– Ах ты плесень! – зарычал он. – Да я тебя сейчас по стенке размажу!

– Сгинь чудище! – заверещала плесень, снова поднимая руки в атакующем жесте.

Но я уже был настороже, и новый удар этой своеобразной плети встретил на своем пути защитный кокон, окруживший Тартака. Тартак зловеще улыбнулся, и, крутанув палицей, сделал скользящий шаг в сторону противника.

– Тартак, стой! – крикнул я, становясь у него на пути, и раскинув руки. – Удар предназначался мне. Просто попал в тебя. Мне на него и отвечать!

– Ответишь трупу! – рявкнул Тартак, но остановился.

– Я Колин ад Бут, барон Магира, вызываю вас на поединок! – повернулся я к обидчику. – Представьтесь.

– Я Котлан ас Тартон, принимаю ваш вызов! – гордо выпрямилось это чучело, – но боюсь, что поединок наш произойдет очень нескоро. Вы напали на дежурного преподавателя при исполнении им своих обязанностей. И вам предстоит узнать, что это очень серьезное нарушение! Но для начала я вас спеленаю заклятием неподвижности, дабы вы не ускользнули от правосудия.

Котлан внезапно раскинул руки и свел их вместе. Эффектно! Ничего не скажешь! Внутри меня что-то напряглось и схлынуло. Что-то я не утратил возможности двигаться.

– Колин! – зашептал за моей спиной Тартак. – Ну, один разок, а? По кумполку, а?

– Это мясо мое! – зло улыбнулся я дежурному преподавателю, озадаченному тем, что его заклятие не подействовало.

"Воздушный кулак" отбросил его к стене. Я начал, не спеша, приближаться к Котлану. В правой руке засветился, набирая мощь, боевой пульсар.

– Так вы говорите, что мы на вас напали? – осведомился я, – при исполнении, да? Вы думаете, что в двойную ложь, кто-то поверит? Да если бы мы на вас напали, то можете быть спокойны. Ваш трафарет послужил бы делу искусства в этом коридоре.

Котлан, с ужасом глядя на меня, вскинул руку и выкрикнул какое-то слово. Воздух слева от нас заискрился миллионами синих блесток. Тартак, перехватив свою палицу поудобнее, быстро переместился поближе к блестящему облаку. Облако медленно сформировалось в человека. Полный, представительный дядька сонно покачнулся и с видимой неохотой открыл глаза.

– Уважаемый Гашага ас Турохт, да продлит ваши дни Шаршуд, простите ничтожного, разбудившего вас, но обстоятельства сложились так, что я вынужден был это сделать, – зачастил скрипучим голосом дежурный препод, – на меня при исполнении моих обязанностей напали эти отродья Куктуна! Прошу вас, о великий, предпринять меры к наказанию этих недостойных.

Мы с интересом рассматривали этого самого "великого". Мне он не показался слишком страшным. Гашага ас Турохт, в свою очередь, проморгавшись ото сна, с интересом уставился на нас.

Котлан начал вдохновенно описывать наши злодеяния и свои героические действия по пресечению оных. Причем врал он от начала и до конца. Кучка местных аборигенов-студентов, в священном ужасе внимала ему, хотя некоторые и морщились от слишком явной лжи. Гашага, как мне показалось, его совершенно не слушал, но исправно кивал головой, поднимал изумленно брови и хмыкал в особо удавшихся местах.

– И вот сии отроки, были свидетелями случившегося! – патетически произнес Котлан и грозно глянул на кучку отроков.

Отроки испуганно закивали головами, и оттуда донеслось что-то, вроде "одобрямс".

– Да, Горий был прав, сказав мне, что это тот еще подарок, – пробормотав это себе под нос Гашага, повернулся к дежурному преподавателю, грозно нахмурив брови:

– Так ты смеешь говорить мне, что находишься при исполнении обязанностей? – вдруг грозно рявкнул он Котлану, – хорошо же несение своих обязанностей в спальном сарохе! Ничтожный! Ты вздумал обманывать меня? Как мог ты исполнять свои обязанности, если не знаешь, что в термине стало на пять благородно рожденных больше? Где ты был, когда достойный Кер ас Кер вселял их?

– Но этот сын Куктуна, посмел вызвать меня на поединок. Разве на запрещены подобные вызовы великим Хевлатом, да пребудет с ним благодать Шаршуда? – промямлил Котлан.

– Да, – согласился Гашага, – но только на территории Академии. Так что, я надеюсь, ты пригласишь нас посмотреть, как ты будешь учить уму-разуму этого мальчишку. Кстати, я не успел сказать, что он маг вне уровней. Но ведь это тебя не остановит, правда?

Котлан стремительно бледнел в процессе речи Гашаги. При последнем известии, ноги подвели несчастного, и он оперся об стену.

Гашага, явно наслаждаясь моментом, подошел к нему и положил руку на плечо.

– Не волнуйся! Пепел, что останется от тебя, будет собран шелковым веничком в золотой совочек. Конечно, похоронен ты будешь со всеми почестями, которых достоин преподаватель нашей академии, – доверительно сказал Гашага.

– Но я не хочу! – вырвалось у Котлана.

– Тогда тебе остается одно. Никогда не покидать пределы Академии и носить прозвище труса, – сухо сказал Гашага.

– Лучше быть трусом, но живым, – проскулил Котлан.

Гашага презрительно скривился и повернулся к нам:

– Я предлагаю всем разойтись по своим комнатам и лечь спать! – громко сказал он. – А вас, молодые люди, я хочу видеть завтра, скажем, в час чайки, у себя в кабинете. Вместе с вашим куратором, Кер ас Кером, естественно.

Гашага подошел к Тартаку, осмотрел рану, и, покачав головой, наложил на нее руку. Тартак благодарно засопел. Видимо рана все-таки доставляла ему беспокойство. Конечно же, когда Гашага руку убрал, от рубца на груди не осталось и следа.

Жерест подошел к окну и отодвинул створку в сторону. Правильно! Хоть чуть прохлады нам нужно! Тартак умостился на разложенной постели и с интересом рассматривал то место на груди, где была рана. Мы с Тимоном присели на пуфики у стены.

– Кажется, нас отправят назад, – Жерест подошел к нам. – Неплохо для начала.

– Не мельтеши! – пробурчал Тартак. – Здесь такая жара, что я, пожалуй, даже рад буду, если нас отсюда попросят.

– Надо бы Аранту позвать, – сказал я, – то, что произошло, касается всех нас.

– Интересно мальчики, а как вы собирались меня звать? – раздалось от окна.

Мы аж подпрыгнули от неожиданности.

– Ари? Ты что тут делаешь? – недоверчиво уставился на Аранту Тимон.

– У меня нюх на неприятности.

– Что-то ты поздновато унюхала, – уныло сказал Жерест.

– В самый раз! – отрезал я. – Не хватало, чтобы она завалила это чучело одной из своих смертоносных штучек. Это трактовалось бы, как убийство, с соответствующими выводами, не очень приятными для нас.

– А так ты его вызвал на поединок, – встрял Тимон, – тут могут быть не только выводы, но и последствия. Ты уверен, что справишься? Он все-таки знает и умеет побольше, чем ты.

– Тимка, не нагнетай! – прогудел Тартак, – ты что, не видел, как он сдрейфил? Пока мы здесь, этот Котлан с территории академии – ни ногой!

Я подвинулся, и Аранта присела рядом со мной.

– А все-таки, откуда ты здесь?

– Ну, шум в этом крыле не услышал бы только глухой, – усмехнулась Аранта, – а меня глухой назвать нельзя. А если есть немного соображения, то становится понятно, что шум среди ночи – здесь, явление не традиционное. Нетрадиционный шум могли создать только нетрадиционные личности!

Аранта настолько выразительно обвела нас взглядом, что мне сразу стало понятно, кто у нас эти личности.

– Лучше расскажите, что произошло? – попросила она.

– Да, – присоединился к ней Жерест, – а то я застал только окончание этого происшествия.

После того, как Тимон, с большой экспрессией, расписал события, восцарилась тишина. Аранта, нахмурив брови, раздумывала.

– Абзац! – наконец прервал тишину Жерест. – Это нам так просто не пройдет!

– Пожалуй, хорошо, что меня тут не было, – произнесла Аранта, – я точно не смогла бы сдержаться. Задержалась, когда старалась незаметно покинуть комнату.

– Возможно, не все так плохо, – заметил Тимон, – во всяком случае, этот Шарага, не был сердит на нас. Скорее он был сердит на дежурного преподавателя.

– Дежурного стрелочника! – фыркнул я, – и не Шарага, а Гашага.

– Кто такой стрелочник? – поднял брови Тартак.

– А, проехали, – отмахнулся я, – долго объяснять! Давайте ложиться спать! Завтра будет нелегкий день.

– А мне теперь, опять таки, незаметно, надо попасть назад в комнату, – вздохнула Аранта.

 

Глава 7

– Так вот почему Великий Горий был иронично настроен по отношению к нашей системе обучения! – Гашага ас Турохт задумчиво выпустил клуб дыма изо рта и отложил мундштук кальяна в сторону.

Мы стояли у двери и созерцали пышное убранство кабинета ректора академии. Ну да. Кер по пути объяснил нам, что нас к себе позвал никто иной, как ректор. Интересно, какая разница между ректором и директором? Гашага, оказывается, возглавляет академию больше ста лет. За это время были взлеты, но вот падений, что-то не наблюдалось. Жерест не подумав, ляпнул, что мол, с нашим прибытием, падение начнется. За что и получил дружный подзатыльник от меня и Аранты, а также неодобрительный взгляд от Кера.

– Присаживайтесь, возмутители спокойствия, – Гашага сделал приглашающий жест рукой.

Как и водится, стулья в помещении, заменяли всякие подушечки и пуфики. Тартак покосился на них, но садиться не стал, предпочтя постоять у двери. Остальные умостились, кому как удобно.

– Как это вы умудрились в первый же день вызвать преподавателя на поединок? – приятно улыбнулся мне Гашага.

– А что мне оставалось делать? – пожал плечами я. – Если бы я не вызвал его, то у вас освободилась бы вакансия. Мой друг, в таких случаях, дело до поединка не доводит. Не доживают до поединка те, кто его обидел.

Мы оба взглянули на Тартака, который флегматично наблюдал за беседой, прислонившись к косяку дверей, благо в академии все строилось с размахом, что потолки, что двери.

– Охотно верю, – согласился Гашага, – но мне есть, что вам сказать, молодой человек. Вы – маг вне уровней, и слишком надеетесь на свою силу. А зря! Конечно, сила – немаловажный фактор, но знания и опыт имеют большое значение. Даже Котлан ас Тартон, которого мы держим исключительно, как пугало для студентов первого и второго курсов, имея большой опыт, представлял для вас существенную опасность. Он владеет Плетью Коричневой Змеи, и владеет ею весьма уверенно, могу вас заверить. Один удар не смертелен, но весьма болезненен. А если нанести несколько ударов? Ваше счастье, что он оказался труслив. Какие заклинания вы можете противопоставить ему?

– Боевой пульсар, Воздушный кулак и Ледяная игла – перечислил я.

– Для того чтобы реализовать эти заклинания, необходима сосредоточенность и время, – заметил Гашага, – вы ведь еще не умеете подвешивать заклинания Мгновенного ответа. Одного удара плетью достаточно для того, чтобы сбить вас с концентрации. А голой силой, несформированной в заклятия, вы ничего не сделаете. Повторюсь, Котлан владеет Плетью весьма уверенно.

– А я владею палицей весьма уверенно, – пробасил Тартак от двери.

– Да и я бы, в стороне не остался! – тихо, но решительно сказал Тимон.

– Мы бы, в стороне не остались! – поправил Жерест.

– Если бы ваш Котлан что-то сделал Колину, он прожил бы ровно столько, сколько мне понадобилось бы, что бы добраться до него, – ровно сказала Аранта. – Уверяю вас, это очень небольшой отрезок времени.

– Вот этим вы и сильны! – подумав, высказался Гашага. – Завидую Горию. Уже на втором курсе, иметь готовую Команду!

– Мы не в полном составе, – вздохнул Тимон, – у нас еще четыре члена на Магире остались.

– Ничего, это всего лишь на год, – успокоил Гашага, – эти оставшиеся члены вашей команды такие же необычные, как и вы?

– Да, нет, – пожал плечами Тимон, – три человека и эльф, вернее эльфийка.

– Карр…, – глубокомысленно сказал Гашага. – Кто?

– Эльфийка, – мило улыбнулась Аранта, – эльфы, это такая разумная раса. У них кончики ушей острые, и…

– Я отлично знаю, какие у них кончики ушей! – отмахнулся Гашага. – Меня удивляет другое. То, что у вас, видимо, эльфы не настроены так недружелюбно к людям, как у нас.

– С чего бы это?! – возмутился Жерест. – Мы почетные гости Светлого леса, если хотите знать. А Колина, так вообще, хотят учить эльфийские маги.

– Интересно, за какие такие заслуги? – поднял брови ректор.

Кер тоже выглядел очень заинтересованным. Жерест нерешительно взглянул на меня. Вон, как ему хочется потрепаться, аж подпрыгивает.

– Да давай уже, рыжий! – прогудел Тартак.

И Жереста понесло.

– Мда! – выдал Гашага, подтягивая к себе пуфик и делая из него подлокотник. – Занимательно. Но, должен сказать, что здесь вы не на экскурсии, а для того, чтобы учиться далее. И я прослежу за тем, чтобы вы научились. Кер ас Кер будет моими ушами, глазами и… Нет мозгами ему, пожалуй, еще рановато быть.

Очевидно, что вы не вписываетесь в рамки нашей системы образования. Особенно вон тот, здоровый. Он так и выпирает из этих рамок.

Тартак недовольно заворчал.

– И не ворчи! – воинственно задрал подбородок Гашага, – имеется в виду дисциплина. Боюсь, что если мы будем требовать такой дисциплины от вас, то, либо вас придется уничтожить, либо нам придется набирать новый преподавательский состав. И если второе еще можно как-то перетерпеть, то за первое, нас, несомненно, ожидает крупный скандал с далеко идущими последствиями. Как следствие, придется набирать и нового ректора академии. Пресветлый Хевлат, да продлит дни его Шаршуд, скор на суд и расправу.

Ректор вздохнул и снова потянулся к кальяну.

– Следовательно, надо будет предупредить преподавателей второго курса об особом отношении к вам, – глубокомысленно следя за растекающимся дымом, сказал Гашага. – Особое внимание надо будет уделить защитной магии. Наши маги славятся именно защитной магией. Она оказывается, порой, более действенной, чем атакующие заклинания. К этому классу заклинаний также относится заклинание мгновенного ответа. Когда маг может применить заклинание, даже не задумываясь. Очень полезная вещь для боевого мага.

Кер, прошу вас также обратить внимание на сканирование аур и следов магических действий. Для мага важно знать с кем, и чем он имеет дело.

А вас ребята, я попрошу быть поосторожнее. Все-таки в другом мире. Тут обычаи и нравы другие, знаете ли.

– Вот пускай эти обычаи, нравы и будут поосторожнее! – буркнул Тартак. Повернулся и, уже выходя из кабинета, бросил:

– Мы все-таки из другого мира! Они нас еще не знают.

Гашага ошарашено смотрел вслед Тартаку. Мы, хихикая, потянулись за троллем.

– Кер! – взревел Гашага за нашими спинами. – Головой отвечаешь за этих лоботрясов! Ах, какая команда! Какая команда!

Первое занятие в академии. Сухенький препод, с торчащими во все стороны седыми волосами – сосульками уныло взирал на нас с кафедры. Мы, в свою очередь, подозрительно его рассматривали. Преподаватель, вдруг, с неожиданной живостью извлек из-под кафедры здоровенный том и грохнул его поверх пюпитра. Взвился столб пыли, красиво раскрасив лучи солнца, пробивающиеся сквозь неплотно прикрытые жалюзи. Мы подпрыгнули на своих местах, от неожиданности. Тартак вскочил, схватившись одной рукой за амулет, прихватив другой палицу.

– Заклинания личной защиты, – хрипло произнес преподаватель, – А ты сядь! Я тебя еще не вызывал. Да и что ты можешь мне ответить?

– Не что, а чем! – пробурчал Тартак, усаживаясь на место.

– Меня зовут Тулин ас Тулин, – представился преподаватель. – Я вас научу ставить защиту от атакующих заклинаний. Если вы конечно, не слишком тупы для этого.

– Кхм! – предупреждающе кашлянул в своем углу Кер.

– А ты, Кер там не кашляй! – сварливо отозвался Тулин, раскрывая свой том и начав водить там пальцем, – я преподаватель старой закалки и меня не испугаешь тем, что тут кое-кто из другого мира! Студент должен знать свое место! Я мастер защитных заклинаний. Пусть попробуют что-нибудь мне сделать. Ха!

– Уважаемый Тулин ас Тулин! – Кер говорил вежливо и почтительно, – это распоряжение уважаемого ректора Гашага ас Турохта, да продлит Шаршуд его дни.

– Я старейший преподаватель академии! Мастер защитных заклинаний! Вот ты, здоровый, попытайся меня достать!

Тулин развел руки. Палица свистнула в опасной близости от его носа, и с грохотом врезалась в пюпитр, превратив его и кафедру в груду не поддающихся восстановлению щепок.

– Ты что делаешь? – внезапно севшим голосом спросил Тулин.

– Чуть-чуть не достал! – смущенно улыбнулся Тартак, – вы очень ловко уклонились.

– Варвар! – завопил преподаватель. – Я тебя что, палицей просил размахивать?

– В следующий раз, точно, достану! – прогудел Тартак. В голосе его явственно сквозила угроза.

Я сказал достать в магическом плане! – вопил Тулин. – Вот ты!

Палец Тулина указывал на Тимона:

– Примени ко мне свое сильнейшее атакующее заклинание!

Тимон пожал плечами.

– Только магическое! – уточнил Тулин, с опаской взглянув на рапиру, которую Тимон прицепил на пояс, одетый поверх сароха.

Тимон применил свой излюбленный "воздушный кулак". Никакого эффекта! Только почудилось движение воздуха, перед стоящим Тулином. Та же судьба постигла ледяную стрелу Аранты. Ледяная игла Жереста заставила Тулина напрячься, уж очень хитро ее Жерест запустил.

– Ха! Видите? Теперь ты! Сильнейшее!

– Уважаемый Тулин, – попытался угомонить расходившегося преподавателя из своего угла Кер, – не стоит!

– Стоит! Давай!

Ну, раз уж он так просит… Я, привычно уже, качнул энергию в левую руку и швырнул боевой пульсар в Тулина. Тот еле успел уклониться. Пульсар врезался в стену, пронзил ее, и слышно было, как в соседнем помещении коротко и глухо грохнуло.

Тулин зачарованно пялился на дыру в стене.

– Это же "огненный шар"! – потрясенно проговорил он, – я думал, что это легенды…

На пол шумно упал камень из кладки стены.

– Кер, напомни мне, сколько ты уже с ними провел времени? – вдруг спросил Тулин.

– Три дня, – донеслось из угла.

– И еще живой? Надо же, я тебя недооценивал! – констатировал Тулин, не отводя взгляда от дыры.

Входная дверь с грохотов распахнулась. В проеме стояла личность, обгоревшие остатки сароха на которой, свидетельствовали о том, что она имела несчастье, находится в соседнем помещении в момент взрыва.

– Тулин! – завопила личность, – опять вы со своими дурацкими опытами! Где вы, кстати, достали "огненный шар"? Неужели они действительно существуют? Немедленно прекратите свои упражнения в помещениях! Я сейчас же иду к ректору и потребую, чтобы вас перевели в казематы! Может быть, они выдержат ваши сумасшедшие опыты! Каким заклинанием вызывается "огненный шар"? Я же чуть не погиб! А защитное заклинание от него, Вы уже нашли?

Все это было высказано на одном дыхании. Мы восторженно внимали этому экспрессивному монологу.

Тулин, кряхтя, поднялся с пола, на который он сел в момент взрыва.

– Уважаемый Хостос! Приношу вам извинения. Я, знаете ли, сам не знал, что "огненный шар" существует. А с вами, молодой человек, я хотел бы пообщаться более тесно, – Тулин со значением посмотрел на меня.

А меня внезапно окатило волной запоздалого ужаса. Я очень ясно понял, что у Тулина никакой защиты от пульсара не было. Я чуть было не убил человека, который ничего плохого мне не сделал.

Мое лицо, видимо, настолько изменилось, что ко мне сразу с двух сторон бросились Тимон и Аранта.

– Колин, что с тобой?… Что случилось?… Тебе плохо?

Я виновато посмотрел на Тулина, отводя в стороны руки друзей:

– Тан Тулин, простите. У вас же не было защиты, да?… Я не подумал…

– Нет-нет! – Тулин торопливо подошел ко мне, – извиняться не надо! Это я виноват! Не подумал… Да что там не подумал! Признаться, не подозревал, что есть такое чудо в вашем распоряжении! Теперь, с вашей помощью, естественно, мы найдем защиту от такого убийственного, в прямом смысле, заклятия, как "огненный шар". Раз уж им владеете вы, то значит, может владеть еще кто-нибудь.

– Владеют! – кивнул головой я, – у нас все сильные маги владеют.

– Тем более, тем более! – радостно, в предвкушении большой работы, закивал Тулин, – Кер, ты слышал? Этот юноша будет уделять мне время, необходимое для разработки защиты! Ты слышишь, что я говорю?

– Слышу! – простонал Кер со своего места.

Теперь ежедневно, исключая выходные и праздничные дни, я, вместе с Тулином, спускаюсь подвал академии. С удручающим однообразием, там, я крушу боевым пульсаром, все экраны и защиты, которые выстраивает наш препод. Каждый раз, после этого Тулин смачно крякает, и начинает придумывать новые экраны и защиты. Что его больше всего удивляет, так это то, что я не испытываю упадок сил после всех этих пульсаров. Меня, кстати, это тоже удивляет.

Однажды, после очередного безрезультатного вечера, мы сидели с пиалами ароматного чая.

– Тан Тулин, можно я задам вопрос?

Тулин, в задумчивости, пожевал сухенькими губами.

– Задавай, – разрешил он.

– А почему вы не остановили удар Тартака, тогда, в первый день.

Тулин смущенно улыбнулся:

– Понимаешь Колин, мы мастаки в магической защите от магических же нападений. В физическом плане, как это ни странно, мы существенно уязвимей.

– Так враги могут к вам пробиться и перебить, а потом их маги нанесут удары по вашим войскам, – построил тактическое соображение я.

– Это маловероятно! – хмыкнул Тулин, – магов в наших войсках защищают лучшие воины. И эти воины, в немалом количестве! А лучше наших воинов в землях Харшада, никого нет. Вот в отношении наших врагов, да! Этот вариант не исключен. Мало того, его часто и применяют.

 

Глава 8

Кер растерянно смотрел на наши решительные лица. Видно было, что он не понимал, зачем нам эта головная боль.

– Физическая нагрузка? Ежедневные забеги? Отработка боевых приемов? Это что и зачем? Вы не забыли, кем собираетесь быть? Могу сказать точно, не воинами. Это им нужны все эти штуки.

– Ну, мы же боевые маги, – попытался втолковать ему Тимон, – нам надо владеть не только магическими приемами, но и боевыми навыками.

– Не понимаю! – пожал плечами Кер, – для боя есть бойцы! Маги не должны встревать в грубые кровавые стычки этих мясников. Искусство магии, – оно тонкое и чистое! Маги должны быть представительными и внушающими уважение одним своим видом.

– А давайте, после того, как мы здесь отучимся, вы поедете с нами, -вкрадчиво предложил я, – и все это вы расскажете нашему преподавателю боевых искусств, Баграну Скитальцу.

– Боюсь, что он до конца не договорит, – задумчиво пробурчал Тартак, – Багран мужик нетерпеливый и заломает его, прежде чем он закончит.

– Это кто меня заломает? – взвился Кер, – я маг! Меня заломать, весьма проблематично!

– Он таких магов, на завтрак, пачками ест, – доверительно сообщил Жерест.

– Короче! Если мы не будем заниматься сейчас, то у нас будут проблемы потом! – решительно заявил я. – Нам нужны условия для ежедневных тренировок.

– Ну, ладно, – снова пожал плечами Кер, – а где вы собираетесь устраивать свои…, гм, тренировки?

– Пару кругов вокруг комплекса, хорошая площадка вблизи термина…, – начал перечислять я.

– Все это можно организовать! – нетерпеливо перебил меня Кер, – но есть одна проблемка, и эта проблемка носит имя Аранта!

– У кого-то сейчас действительно будут проблемы со мной! – грозно заявила Ари. – Это что еще за дискриминация женщин, а?

– Нет-нет! – торопливо заговорил Кер. – Ты неправильно меня поняла. Но твоя одежда для этих тренировок не подходит. Ее могут счесть вызывающей.

– Так что нам в сарохах бегать? – удивился Тартак, – а боевые приемы как отрабатывать? Тоже в сарохах?

– Да дались вам эти сарохи! – возмутился Кер, – их носят только под солнцем, когда очень жарко. Просто жарко у нас, почти, всегда. Ночью вы видели хоть один сарох? Но наши женщины не носят таких облегающих одежд, как Аранта. У них одежды свободные, ниспадающие…

– Чтобы телеса скрыть! – саркастически добавил Жерест.

– Какие телеса?! – Кер аж закипел от возмущения, – наши женщины весьма привлекательны! Худоба – признак бедности.

Кер с неудовольствием взглянул на худощавую Аранту. Я увидел, что Аранта начинает заводиться. Чем это может окончится, я хорошо себе представлял.

– У каждого свои представления о красоте! – дипломатично сказал я, – у вас ценится полнота, а у нас – красота! Аранта соответствует нашим представлениям вполне!

За эту фразу, я удостоился благосклонного взгляда Ари.

– Собственно, я никогда не видел толстого вампира… – задумчиво пробурчал Тартак.

– И не дай Единый, тебе его увидеть! – отрезала Аранта, – это будет означать, что пришел конец света.

– Если не будешь заниматься, то конец света таки придет, Для отдельно взятых пятерых студиозов, – печально заметил Тимон.

– Если вы согласитесь на одну идею…, – задумчиво сказал Кер.

Ранним утром немногие "жаворонки" могли наблюдать процессию, наматывающую круги вокруг комплекса Академии. Впереди, как всегда, бухал лапами Тартак. И как это у него получается? Наверное, специально старается. За Тартаком сосредоточенно сопит Жерест. Далее следует наша троица. В середине Аранта, старательно прикидывающаяся парнем в свободных одеяниях, развевающимися от встречного напора воздуха. По сторонам – я и Тимон. С каждым кругом "жаворонков" становилось все больше. Подозреваю, что некоторые были раньше "совами", но буханье Тартака по мостовой их спешно перебросило в противоположный лагерь. Не сказал бы, что их лица лучились радостью. Вся эта, все возрастающая толпа, изумленно пялилась на нас, не понимая, зачем этим пятерым все это надо. К пятому кругу, я понял, что народ стал заключать пари, кто раньше добежит, и добежит ли вообще. Ничего ребята, к окончанию нашего пребывания здесь, вы все станете убежденными "жаворонками", Тартак постарается.

По тому, как стал порыкивать Тартак, я понял, что шестой круг будет лишним. Пробежка закончена, переходим к упражнениям возле термина. Любопытный народ нас не видит – это плюс, но появились любопытные студенты – это минус. Любопытные студенты так же непонятливы, как и горожане. Ну, не понимают они, какого лешего, эти пятеро старательно сгоняют с себя пот! Вон стоят несколько индивидуумов, приоткрыв рот, заворожено уставились на Тартака, превратившего свою палицу в туманный круг, бешеного вращения. Аранта в темпе проводит комплекс упражнений, включающий в себя растяжки, прыжки и силовые приемы. Жерест метает ножи в самодельную мишень, деревянный щит, который он, по-моему, стащил у вечного дежурного преподавателя Котлана. Вон он осторожно выглядывает из-за двери и, недовольно поджав губы, подозрительно вглядывается в щит. Мы с Тимоном отрабатываем фехтовальные па. Большое количество зрителей, нервирует. Особенно неприятно то, что они бездельничают, в то время как мы усердно потеем. Пришлось перехватить очередной бросок Жереста и вонзить нож в косяк двери, рядом с торчащей головой Котлана. Голова мгновенно исчезла из поля зрения, а остальные зрители правильно поняли намек. Любопытные испарились, от греха подальше. Теперь, если и наблюдали, то, стараясь не показываться на глаза.

После плотного завтрака (за это отдельное спасибо местным поварам, на нас не экономят), начинаются занятия. Так уж совпало, что здесь, на втором курсе, как раз, проходят комплекс защитных заклинаний и действий. Такого разнообразия защит, я не представлял. Особо впечатляли всевозможные силовые щиты и контрзаклятия. "Разрушающий щит", "отводящий экран", "зеркало", "Возьми себе с подарком" – лишь немногие названия того, что нам придется изучать. Кроме того, нам предстоит изучить технику "немедленного ответа", подвесить соответствующие заклинания, правильно распределить, какое заклинание, в каком случае должно срабатывать.

Пока Кер, заведя глаза к потолку, перечислял нам предстоящее, мы уныло наблюдали за бедной мухой, наматывающей круги вокруг светильника.

Жерест не удержался. С его пальца сорвался маленький ярко красный шарик и врезался в потолок. В муху не попал, но оставил на белоснежном потолке безобразное черное пятно.

Кер замолчал, так как его глаза смотрели именно на эту точку потолка.

– Кто? – безразличным голосом спросил он.

Дружное молчание Кер за ответ принимать не захотел.

– Я спросил, кто? – повторил он и опустил взгляд на нас.

Мы все смотрели на него преданными глазами.

– Как преподаватель, я должен отреагировать на подобные действия, – мило улыбнулся нам Кер, – раз уж никто не собирается признаваться, я сам выберу провинившегося.

– Это нечестно! – неуверенно сказал Жерест.

– Честно-честно! – заверил Кер, – а потом, тот, на которого падет мой выбор, скажет спасибо тому, по чьей вине он пострадал.

Тартак предостерегающе засопел. Все выжидательно смотрели на Кера. Тот выдержал паузу, благожелательно нам улыбаясь. Когда он набрал воздуха, собираясь вынести свой приговор, Жерест неожиданно встал:

– Это сделал я, – упавшим голосом признался он.

Кер утвердительно кивнул головой:

– Я, вообще-то, так и подумал. Значит, сделаешь так, чтобы этого пятна больше не было!

– Мне бы тряпочку и лестницу, – неуверенно попросил Жерест.

– Э-э-э нет! – ухмыльнулся Кер, – сделаешь это магическим способом. Как запачкал, так и оттирай!

– Для Колина – это не проблема! – вдруг бухнул Тартак, – Он бы боевым пульсаром, вынес этот кусок потолка к лешему. Нет пятна – нет проблемы!

– Уважаемый Кер! – вежливо заговорила Аранта, – разрешите мне, как лицу незаинтересованному, покинуть помещение.

– Ага! – согласился Тартак, – нет преподавателя – нет еще одной проблемы!

– А потолок в этой аудитории, – мечтательно внес свою лепту Тимон, – будет такой веселенькой расцветочки.

– Не думаю, – заметил я, – краски зависят от настроения, а настроение у Жереста будет пасмурное.

Наш разговор насторожил Кера.

– Это вы к чему? – потребовал объяснений он.

– Когда Жерест начинает магические действия, находится с ним в одном помещении, мягко говоря, опасно, – разъяснил Тимон. – Сами понимаете, неправильная буква, неправильное ударение, чуть-чуть неправильный жест и все…!

– … Митькой звали! – добавил я.

– Ну, почему? – возмутился Жерест, – иногда у меня все получается правильно!

– Напомни мне, когда у тебя, хотя бы раз, получилось правильно, с первого захода, если не считать ледяных стрел? – мурлыкнула Аранта.

Жерест наморщил лоб, вспоминая.

– А, Вот! – воскликнул он. – Когда я с беседки упал, но не упал!

Кер, тихо косея, слушал нашу беседу.

– Это как это может быть? Упал, но не упал? – слабым голосом спросил он.

– А я завис! – с обаятельной улыбкой, признался рыжий.

– Ну, так повиси под потолком! – вдруг рявкнул Кер и швырнул Жересту, внезапно материализовавшуюся в руке тряпку.

Мы с Арантой столкнулись и застряли в дверях. Нас вынес, налетевший Тартак. Тимон, притормозив, обернулся и напомнил Керу:

– Заклинание левитации очень похоже на заклинание от запора, – и, зловеще улыбнувшись, закрыл за собой дверь.

 

Глава 9

Я с уважением смотрел на Жереста. Надо же, пятно очистил, час под потолком провисел, но очистил же! Ну, не при помощи левитации провисел, Кер подвесил, ну и что? Тимон похрюкивал от смеха рядом. Аранта кусала губы, силясь не расхохотаться, а Жерест жаловался Тартаку на садистские замашки нашего куратора.

– Я хотел начать левитировать, а он вдруг, как зарычит: " Молчать! Думаешь, я не понял, о чем твои друзья говорили?"

– Это о чем? – отреагировал Тартак.

– Ага! И я спросил, о чем, – Жерест покивал головой, – а он говорит, что это я хочу на него заклинание перенести.

– Это как? – уже заинтересовался и я.

– Пока я висел под потолком и тер его тряпкой, этот изверг наш куротор, читал мне лекцию о том, как это делается, – уныло поведал Жерест.

Лирическое отступление:

Лекция Кера ас Кера для Жереста о переносе заклинаний.

– Тебе удобно, Жерест? Нет-нет, не отвечай, а три! Вот так, активнее, вот так! Я чуть было не был введен в заблуждение, но твои друзья дали маху! Я, между прочим, совсем недавно закончил академию, и еще не разучился понимать скрытый смысл студенческих намеков.

Ты хотел перенести на меня неправильное заклинание!… Не отнекивайся! Меня не проведешь!… Ты не знаешь, как переводить? А почему тогда твои друзья так спешно убежали?… Они боятся твоих заклинаний? Да что ты можешь?… Нет-нет! Показывать не надо! Лучше три!…Активнее!…Три!…Удобно?

Вообще-то, умение переносить на других неправильное заклинание, бывает очень полезно! Это одно из защитных заклинаний. Достаточно простое – это несомненный плюс! Но действует только на тех магов, кто слабее тебя по силе, или сильнее, но максимум, на два уровня. Должен заметить, что это заклинание можно легко перебить контрзаклинанием "поворот". Хотя, для этого надо быть готовым к тому, что против тебя применят заклинание переноса. Заклинание "поворот" вы еще будете изучать. Уважаемый Тулин об этом позаботится. А я расскажу тебе о заклинании переноса…Ты три! Не останавливайся!

Для начала надо войти в резонанс с аурой противника. Как войти в резонанс? Да очень просто! Ты видишь ауру?…Отлично!…Ах, не всех?…Понятно! Ты не сможешь увидеть ауру тех, кто ее скрывает. А скрывать ее могут только очень сильные маги, или те, на кого эти сильные маги наложили соответствующее заклятие. Я, например, вижу ауру каждого из вас, кроме Колина. Догадываюсь, что его ауру закрыл кто-то из сильных магов. Сам Колин просто не знает, как это делать…Не отвлекайся!…Ну и что, что муха прилетела? Если будешь следить за мухой, то мухой в окно и вылетишь!

… Да! Так вот. Увидев ауру, ты мысленно притягиваешь ее к себе и входишь в нее…Войдешь-войдешь! Если противник не силен, то он даже не заметит этого! Вот, если он силен, тогда – ой. После того, как ты вошел в его ауру, следует произвести неправильное заклинание, дать энергию и щелкнуть пальцами – вот так. И сразу, после этого, же покинуть ауру противника! Попробуй!…Да не так, а вот так!…Ха, я же готов! Меня не возьмешь!…Еще раз попробуешь эту гадость – будешь висеть под потолком до ужина!

– Нда, нормально, – констатировал я, выслушав рассказ Жереста, – так ты понял чего, или нет?

– Понял! – заверил меня тот, – я, почти, применил заклинание на Кере, но он был к нему готов.

– Научишь нас заклинанию? – Тимон заинтересованно смотрел на Жереста.

– Жизнь надоела? – фыркнула Аранта. – Да этот кадр тебя такому научит, что можно будет сразу на погост топать.

– Не хочешь, не учи, – пробурчал Тартак, – а я все-таки рискну. Это, пожалуй, мне может пригодиться.

Я с Тартаком был согласен.

Внезапно за нашими спинами раздалось легкое покашливание. Мы обернулись. Перед нами стояло несколько человек. То, что они не обитатели термина, местного общежития студентов, было видно по их сытым, ухоженным лицам, полным фигурам и белоснежным сарохам. Видимо это и есть благородно рожденные, о которых речь шла в термине. Что-то они поздновато появились.

Тем временем, стоящий чуть впереди толстячок с брезгливо оттопыренной губой, чуть повернул голову и сказал своему товарищу:

– Эти, что ли, благородно рожденные, которых поселили в термине?

Раздавшееся ехидное хихиканье, дало понять, что эти слова восприняты, как шутка.

– Что-то не похожи они на благородно рожденных, – продолжал лидер этой шайки-лейки, – особенно вон тот, рыжий.

– А девчонка, ничего, симпатичная, хоть и худа, – поддержал предводителя второй субъект, с такой же презрительно оттопыренной нижней губой.

Я обернулся к Тимону:

– Граф, вам это стадо ничего не напоминает? Я имею в виду первый день занятий на первом курсе.

– Очень даже напоминает, – согласился Тимон, – а вам, барон, вот это, ничего не напоминает?

Тимон кивнул в сторону Жереста. Тот стоял с крепко сжатыми кулаками и, набычившись, зло смотрел на благородно рожденных.

– Какая прелесть! – восхитилась Аранта. – Такие милые, толстенькие, чистенькие мальчики. И главное, они убеждены в своей полной безопасности. А обед еще нескоро.

– Какую тушку предпочитаешь? – пророкотал Тартак.

– Вы, кажется, осмелились заговорить без разрешения? – приподнял левую бровь предводитель.

– Жерест, а давай-ка, все-таки примени свое заклинание левитации, – тихо проговорил я, наклонившись к плечу Жереста, – только, направь его не на себя, а на него, с учетом новых знаний. И постарайся, чтобы получилось точь-в-точь, как на первом занятии по левитации.

Жерест вздохнул, отходя от злости, с признательностью взглянул на меня, расплылся в плутоватой улыбке, прикрыл глаза и, через пару секунд, щелкнул пальцами.

Предводитель, вдруг изменился в лице, чуть пригнулся, сдавленным голосом пробормотал: "Я сейчас!" и опрометью кинулся вдоль коридора.

– Не успеет! – со знанием дела, глядя предводителю в след, заявил Жерест.

– Вы посмели применить магию по отношению к благородно рожденному? Свиньи! – шагнул к нам друг предводителя.

Надо же! Быстро сообразил.

– А вот мы сейчас и посмотрим, кто у нас будет свинками, – шагнула вперед Аранта.

Она уже достаточно себя взвинтила и была очень зла. Это чувствовалось по отрывочным, чуть смазанным движениям. Глаза налились алым, из-под верхней губы, быстро вылезали острейшие клыки. Я взглянул на ее ногти, простите, уже когти. Только смертоубийства нам и не хватало!

– Дорогая, может все-таки, потерпишь до обеда? – Я шагнул вслед за Арантой и обнял ее за талию.

Аранта бешено взглянула на меня, раздосадованная помехой. Потом до нее дошел смысл сказанного мною. От удивления, произошла обратная трансформация, и передо мной снова стояла милая и хрупкая девушка. Но Аранта быстро взяла себя в руки. Благородно рожденные зачарованно смотрели на нее.

– Ты прав, милый, – улыбнулась Аранта мне, – я подожду. Но эти невежи меня утомили. Барон Тартак, будьте так добры, оделите каждого по кумполу.

Тартак довольно хрюкнул, выдвигаясь вперед:

– Я уж думал, что ты сама ими займешься, а о друге и не вспомнишь! Ну что толстячки? Не хотите магии, так я и без магии могу!

– Только не перестарайся, хорошо? – проворковала Аранта.

– Без фанатизма, Тартак, без фанатизма! – поддержал я.

– Ага! – легко согласился Тартак, – и без него тоже. Я только с палицей.

Наши противники в панике переглянулись, и толпой рванули по коридору вслед за своим предводителем.

– Странно! – проговорил Жерест, – я ведь направлял заклинание на одного, а подействовало на всех. Ну, эти точно не успеют!

– Так вы говорите, уважаемые, что эти монстры напали на ваших сыновей?

– Да, уважаемый Гашага. И мы требуем убрать их, оградить от них благородных молодых студентов. Лучше всего было бы отослать их обратно, туда, откуда они прибыли.

Гашага обернулся и посмотрел на посетителей. Сытые, самоуверенные лица, повелительные интонации, поведение людей, привыкших приказывать. Это ему, что ли приказывать? Великий Хевлат – повелитель Нарадуна, да продлит Шаршуд его дни, ясно дал понять Гашаге, что заинтересован в успехе программы обмена, и одобрит любые действия ректора. Уж больно велики были выгоды для Хевлата, при успешном окончании программы. А эти двое пришли сюда требовать. Ну, он, Гашага, им сейчас в два счета поменяет выражение лиц!

– А знаете ли Вы, уважаемые, что в нашей академии у стен есть и уши и глаза? И, что немаловажно, у наших стен есть отличная память. А у меня есть соответствующие средства, просмотреть эту память. И я, знаете ли, не преминул. Ага, уделил. Ваши сыновья, уважаемые, вели себя далеким от достойного образом. Они вели себя, не побоюсь этого слова, хамским образом. Я даже удивлен, что наши благородные гости сдержались, и сразу не оторвали им выступающие части тела.

– Уважаемый ректор, как вы позволяете себе такое говорить, нам?! – возмутился один из посетителей. – Я Хултуф ас Тутус, заведующий департаментом поставок повелителю, да пребудет с ним милость Шаршуда, подушек! Моих связей хватит, чтобы вас, несмотря на ваш пост, стереть в порошок!

Гашага с интересом рассматривал Хултуфа. Этот тупой вельможа, самозабвенно роет себе яму. Второй, видимо, умней. Молчит. Чует, что дело не простое.

– Знаете, уважаемый Хултуф ас Тутус, вот как раз хорошо, что вы мне напомнили о повелителе, да пребудет с ним милость Шаршуда. Он просил меня принести ему что-нибудь забавное. Понесу-ка я ему запись нападения страшных монстров на ваших сыновей. Посмотрим, посмеемся, ну, а потом, как водится, Великий примет решение. А он, почему-то, заинтересован в наших гостях. Благородных гостях, уважаемый Хултуф! Там, откуда они прибыли, иные взгляды на внешний вид благородных людей. Там ценится подтянутость, сила и умелое владение оружием. Я, конечно, не понимаю, зачем это? Если есть магия, то этого достаточно, но не мне устанавливать законы в других мирах.

Гашага помолчал, с удовольствием рассматривая, разом потерявшего лоск, Хултуфа.

– Я вот думаю, а может показать Великому и этот наш разговор? Может быть, его заинтересуют ваши связи, при помощи которого можно стереть в порошок? А вдруг и ему надо будет кого-то стереть?

– Э-э-э, Уважаемый Гашага, мы несколько погорячились, – начал срочно отрабатывать назад Хултуф. – Вы же понимаете, тревога за сына…

– Посоветуйте своему сыну держаться подальше от наших гостей, – сухо сказал Гашага, – а наши гости будут проходить обучение здесь столько, сколько потребуется. И тогда я, пожалуй, забуду эти записи на своем рабочем столе. И не хотелось бы, чтобы я о них, как-нибудь, вспомнил! Надеюсь, мы поняли друг друга, уважаемые?

Мы сидели в пустой аудитории и наблюдали за тем, как Аранта раздраженно расхаживала по свободному от парт пространству. Для ее раздражения была причина. И причину звали Тулин. Аранта заявила, что против действительно внезапного нападения, маг защиту поставить не успеет. Тулин парировал в смысле того, что это чушь. Если маг действительно хорош, то успеет поставить защиту, тем более, если будет пользоваться его, Тулина, технологией.

– Я четыре раза выходила на него! Четыре раза! – Аранта резко повернулась к нам. – Я ведь на него выходила не просто так, а в темпе. На сверхскорости…

– Угу, – поддакнул Жерест, – то-то я смотрю, идет Тулин, никого не трогает. Проходит мимо коридора, а тут – раз! И ты, к стенке прилипшая! Очень это меня впечатлило!

Не знаю, на что рассчитывал Жерест, сказав это, но ответ он получил справедливый – по шеям.

– А потому, что тут скоростью не возьмешь, – рассудительно заметил Тартак, сделав вид, что не заметил подзатыльника Жересту. – Тут надо не извращения всякие со сверхскоростью, там, или темпом вашим. Тут надо конкретно…

– … Палицей по кумполу! – хором подхватили мы с Тимоном.

– Вот! Народ знает! – многозначительно кивнул Тартак. – Если постараться, так он вместе с его защитой успешно блином прикинется. Я бы попробовал, но так мы здесь всех толковых преподавателей выведем.

– Ну, не мог же он все это время держать защиту! – продолжала возмущаться Аранта, не обращая внимания на рассуждения Тартака. – Это сколько же энергии надо затратить! Может, он нашел источник, из которого постоянно подпитывается?

– Точно! И носит он его в кармане сароха! – озарило Жереста.

Жерест быстро нырнул под парту, спасаясь от очередного подзатыльника разгневанной Аранты. От подзатыльника он спасся, а от хорошего пинка под зад – нет.

– Аранта, ты случайно не путаешь Жереста с Тулином? – не выдержал я, – он же вообще защиты не имеет!

– А пусть не говорит под горячую руку! – сварливо отозвалась Аранта, – а будешь вмешиваться, так и тебе достанется.

– Эй-эй! – сразу стал серьезным Тимон, – только ссор нам и не хватало!

– Надо не злиться, а научиться от него этим премудростям, – решительно сказал Тартак.

Я подошел к Аранте, и положил ей руки на плечи. Она раздраженно посмотрела на меня.

– Ну, чего ты кипишь Ари? – я почувствовал, как ее плечи под моими руками расслабляются, – Тартак прав. Если это защита, то нам надо научиться ей. Если он, человек с обычными рефлексами, может, то представь, как это будет полезно для тебя. И не надо сердиться. Я болел за тебя, и огорчался, когда твои попытки проваливались.

Взгляд Аранты изменился – все такой же решительный, но злость оттуда ушла.

– А ты умеешь убеждать, – неожиданно мягко сказала она, – наверное, ты сможешь убедить меня в чем угодно.

– Кхм, кхм! – громко прокашлялся Тимон, – мы вам не мешаем, нет?

– Но кто-то, пока не обзавелся защитой Тулина, у меня сейчас получит! – мурлыкнула Аранта, выворачиваясь из-под моих рук.

 

Глава 10

Да, что и говорить, отношения со студентами академии у нас сложились никакие. Я могу еще понять благородно рожденных. То ли, оттого, что хорошо получили по носу в первый раз, то ли по какой другой причине, но нас больше не задевали. Вообще делали вид, что нас не существует. Впрочем, особого желания общаться с ними у нас тоже не было. Но вот простых студентов я сразу понять не мог. Им бы радоваться, что местную элиту слегка поставили на место, так нет. Потом до меня дошло, в чем дело. При встрече с нами, некоторые стали униженно кланяться, а большинство старалось, вообще, прошмыгнуть незаметно. Аранту это страшно нервировало.

– Мы же этих белохламидников опустили! Чего остальные к нам так относятся?

Я терпеливо разъяснял ей:

– Да опустили! Опустили их, а не подняли остальных! Вот если бы мы подняли всех простых студентов, вот тогда было бы другое дело.

– Не вижу разницы – нетерпеливо отвечала Аранта.

– А разница есть! – рассуждения и мне помогали определиться. – Они же были бесправными? Так они ими и остались. Что-нибудь по отношению к ним изменилось? Нет! Наша разборка с благородно рожденными, остальных, как бы и не касается. В их понимании, просто появилась еще одна группа, которую тоже надо опасаться!

– Но мы, же никого из них не тронули!

– Мы сильно обидели благородных. А если мы сильно обидели тех, то еще неизвестно, как мы можем обидеть остальных. Лучше не рисковать, чтобы узнать, как именно!

– Да что вы паритесь? – удивлялся Тартак. – Это же стадо! Настоящие друзья там – в Школе! Скорее бы тут закончить, и домой!

Тимон с Жерестом придерживались той же точки зрения, что и Тартак.

В итоге, мы только теснее замыкались в нашей группе.

Тулин заложив руки за спину, прохаживался у кафедры. Пять шагов в одну сторону, остановка, задумчивый взгляд в стену, поворот кругом, пять шагов в другую сторону, остановка, задумчивый взгляд в окно, и снова по кругу. Мы, сидя на низеньких скамейках, за низенькими столиками, наблюдали за ним, синхронно поворачивая головы.

– Да! – внезапно остановившийся, Тулин повернулся к нам, – вы думаете, что я о вас забыл, и приготовились продремать пару часов. Не пройдет! И не мечтайте! Тем более что я сейчас вам дам очень нужное, я бы даже сказал необходимое, любому магу заклинание. Ну, не дам, конечно, а научу этому. Заклинание мгновенного ответа!

Тулин многозначительно посмотрел на наши растерянные лица с таким видом, с каким смотрел Прометей на тех, кому он принес огонь.

– Не вижу радости! Вы что, не знаете что такое заклинание мгновенного ответа? А ведь ты Аранта, в течение некоторого времени, с ним сталкивалась! И каждый раз, ты терпела поражение.

По тому, как напряглась Ари, я понял, что этот выпад ее достал. За мной возбужденно зашевелился Тартак. Я тоже насторожил уши. Эта штука может быть очень полезной.

– Ага! – удовлетворенно сказал, заметивший нашу реакцию, Тулин, – наконец-то вижу заинтересованность на лицах студентов. И что странно, эта заинтересованность не вызвана сигналом об окончании занятий.

Лирическое отступление:

Лекция Тулина о заклинании мгновенного ответа.

Да, неучи, да! Заклинание мгновенного ответа позволяет магу остаться в живых при внезапном нападении. Ну, если и не остаться, то, во всяком случае, повышает его шансы. Это заклинание одно позволяет подвесить до четырех боевых заклинаний для мгновенного ответа.

Без ложной скромности скажу, что это одна из лучших моих разработок! Но, увы! Как нет ничего совершенного в этом мире, да благословит его Шаршуд, так и мою разработку нельзя назвать совершенной.

– Тимон, ты там, рядом сидишь, Дай этом рыжему, как его там,…Жересту, по шее!…А за то! Ты не кривись, когда я рассказываю крайне важные для вас вещи!…А мне плевать, что ты какой-то там барон! Для меня вы все простые студенты. У меня даже сын Главного советника Владыки, да продлит его дни Шаршуд, стоял навытяжку, и боялся, стервец он этакий, слово сказать.

– Так вот. Рассмотрим некоторые особенности этого заклинания. Его, так сказать, положительные и отрицательные стороны. Положительная сторона, это, как вы понимаете, то, что эти заклинания срабатывают сразу, мгновенно, не требуя от мага никаких особых действий для активизации. Их активирует опасность, грозящая магу. Еще одна, несомненно, положительная черта, это избирательность. Заклинание построено таким образом, что когда требуется защита, то срабатывает защитное заклинание, и, никоим образом, атакующее.

Сами заклинания, могут быть какими угодно, это зависит от силы мага.

Отрицательные стороны. Это заклинание не стабильно. Требуется поддержание его, что, конечно же, истощает резервы мага. Поэтому рекомендуется применять его только тогда, когда без него совсем не обойтись. И еще одно. Если ваш противник более силен, то ваши заклинания могут только ослабить его удар, но не защитить полностью.

А теперь разберемся с этим заклинанием более подробно и попрактикуемся в его применении…

Для того чтобы разнообразить жизнь, мы стали больше ходить по городу, знакомясь с достопримечательностями и жизнью людей. Пару раз мы ходили к озеру, лежащему у подножия горы Волтумерса. Такой горы я еще ни видал. Высоченная! Думаю, что это потухший вулкан. Уж больно правильная формы, и вершина срезана. Вечером, когда стемнеет, над горой появляется яркая звезда. Этакий голубой шар, дающий достаточно хорошее освещение, сравнимое со светом земной Луны. Озеро, окаймленное редкими высокими деревьями и, покрытыми травой, холмами, при свете этой звезды производят, ошеломляющее по своей красоте, впечатление.

При свете местного солнца, озеро приобретало синий насыщенный цвет. Купающихся людей, я что-то не видел. Наверное, тут это не принято. Мы не рисковали выяснять. Чужой монастырь все же!

– Мгновенный ответ, мгновенный ответ! А что я могу подвесить на этот ответ? – вопрошал Тимон, расхаживая по комнате, – простенький "воздушный кулачок"? Или примитивный "защитный кокон"? Что можно подвесить достойного при пятом уровне Дара?

– Ну почему? – я развалился на кровати и развлекался тем, что создавал прохладный поток воздуха, которому научился у Кера. – "Воздушный кулак" у тебя, кстати, весьма неплох! Более того, ты научился делать его троистым. А это уже достижение! Насколько я знаю, троистость – это четвертый уровень. Растешь!

Тимон отмахнулся, но по лицу его было видно, что мое замечание ему понравилось. Вдруг Тимон насторожился, к чему-то прислушиваясь. Я мгновенно сел на кровати. Тимон сделал быстрый шаг к двери и рванул на себя дверь. Через порог кувыркнулось тщедушное существо со стриженной на лысо головой и в потрепанном сарохе. Тимон быстро ногой задвинул в комнату то, что осталось за порогом, и закрыл дверь. Лязгнула рапира, вытаскиваемая из ножен. Клинок приставлен к горлу клиента. Обстановка для задушевной беседы создана.

– Тебе не рассказывали, что подслушивать под дверью – вредно для здоровья? – вежливо поинтересовался Тимон у прибывшего.

Прибывший испуганно таращился на Тимона, боясь пошевелиться, и еще больше боясь открыть рот.

– Советую отвечать! – негромко добавил я, – а не то, я смогу предложить тебе множество неприятных процедур, на выбор. От прожаривания "шаром огня" в моем исполнении, до обработки головы палицей в исполнении того большого дяди, живущего на первом этаже. Предварительно можно устроить маленькое кровопускание. Наша боевая подруга не откажется от стаканчика – второго кровушки.

– Да тут стаканчик – второй и есть, – заметил Тимон, брезгливо рассматривая "шпиёна".

– Меня послали… – проблеял тщедушный.

– Я тебя сейчас тоже пошлю! – пообещал Тимон, – только подальше. Давай отвечай! Кто, когда и зачем?

В дверь постучали. Я быстро накачал боевой пульсар в левую руку, нашаривая ножны с рапирой правой. Тимон тоже изготовился к встрече, поднимая левую руку в жесте, характерном для "воздушного кулака".

– Войдите! – доброжелательно сказал я.

Дверь медленно приоткрылась, и в щель просунулась рыжая голова Жереста. Быстро осмотрев обстановку и проникшись, Жерест втиснулся в щель и прикрыл за собой дверь. Я дезактивировал пульсар, на который пойманный таращился с откровенным ужасом, и махнул Жересту – "присоединяйся!".

– А я его заметил еще раньше! – с удовольствием наябедничал Жерест, – но пока я раздумывал, чем его угостить "ледяной иглой" или хорошим "воздушным пинком" в зад, он нырнул к вам в комнату.

– Нырнуть-то нырнул! А что толку, если он молчит, как гном на допросе, – осуждающе зарычал Тимон, – ну, ничего! Это временно.

– Давай я начну! – предложил Жерест, – я самый слабый по магии.

– Нет, Жерестик, тебя мы оставим на закуску, – возразил я, – может ты и самый слабый, зато заклинания у тебя самые извращенные. Никогда не знаешь, что у тебя может получиться в итоге.

– Да, я такой! – самодовольно согласился Жерест.

Дверь распахнулась, и на пороге нарисовался Тартак.

– Да что же это такое! – возмутился Тимон, – никаких условий для работы! Не комната, а проходной двор!

– Это что? – вместо ответа осведомился Тартак, рассматривая мученика.

– Это лазутчик, – разъяснил я, – подслушивал, понимаешь, секретные сведения.

– Молчит? – деловито поинтересовался Тартак, подходя к дошедшему до последнего предела ужаса "лазутчику".

– Не успели расспросить, – посетовал я, – все время, кто-нибудь в дверь ломится.

– Ага! – подтвердил Тимон, – я не удивлюсь, если сейчас и Аранта прикатит.

– Не удивляйся, – согласилась Аранта, выходя из-за спины Тартака. – Так что, вы в течение часа не можете разговорить это несчастье?

– Какого часа? – возмутился я, – не успели мы его поймать, как сразу вы набежали!

Я посмотрел на пойманного с беспокойством, как бы его Кондратий не хватил. Надо срочно налаживать взаимовыгодный успокоительный разговор.

– Так, малый. Тебя как зовут?

– Санар, – ответил тот, находясь на грани обморока.

– Санар…, а как дальше?

– Куда дальше? – не понял "шпийон".

– Да не куда! Дальше как зовут? Санар ас…

– А дальше нет, – с некоторой печалью поделился Санар.

– Ладно, Санар, не бойся. Мы вообще-то не злые. Ты отвечаешь на наши вопросы, и целый, я бы даже сказал, невредимый, выходишь из этой комнаты. Договорились?

Санар быстро закивал головой, договорились мол.

– Только не ври! – предупредил сурово Тартак, похлопывая палицей по руке.

– Итак, Санар. Кто тебя послал?

Санар нахохлился, но ответил:

– Татоф ас Тутус.

– Что за Татоф такой? – удивленно спросил Тимон.

– Он благ! – объяснил Санар.

– Благ?…Благой что ли? – не понял Тартак.

– Точно благой, раз на нас наехать захотел! – буркнул Жерест.

– Нет-нет, – заспешил Санар, – благ – это благородный.

– А ты из каких? – заинтересовался я. Впрочем, я и так видел из каких, но мне нужна была формулировка.

– Я – прост, – печально выдал информацию Санар.

– Весьма прост, раз за нами наблюдать согласился, – продолжал Жерест выдавать комментарии.

– Нее! – протянуло это чудо, – он обещал, что меня больше бить не будут.

Я поперхнулся. Санар имел такой вид, что создавалось впечатление, будто его одним чихом перешибить можно. Бить его – себя не уважать! Мы-то его просто припугнули, чтобы все рассказал.

– Да кто он-то? – жестко сказал я, – мыслеобраз брось!

По пустым глазам Санара я понял, что мыслеобраз для него все равно, что синхрофазотрон.

Да чему же вас тут учат? – воскликнула Аранта.

– Дисциплине! – браво отрапортовал Санар. После чего немного подумал и добавил, -…послушанию.

– Куктун знает что! – возмутился Жерест, – и это называется академия?

– Спокойнее Жерест! – распорядился я, – здесь свои законы. Не нам их менять.

– А я бы, все-таки попробовал бы, – флегматично заметил Тартак.

– Вернемся к нашим баранам. Вернее к барану. А еще точнее, к козлу, то есть неизвестному доброжелателю, решившему прекратить избиение этого милого парня по имени Санар! – решил я и, обращаясь к Санару, терпеливо заговорил:

– Представь себе его, а потом попытайся толкнуть его образ, мысленно, мне. Понял?

Санар кивнул, поежился и закрыл глаза. На его лице отразилось напряжение. Кое-что, я все-таки от него получил. Образ был неясен, размыт, но я все, же узнал его!

– Люди! – громко сказал я, – да это же тот толстяк, которого Жерест левитировать в направлении туалета научил.

– Ну-ну! – довольно проурчал Тартак, – это очень даже хорошо! Чур, я буду с ним разговаривать!

– Бросим на пальцах, – заспорил Тимон.

– Потом решим! – остановил их я, – Санар ты есть хочешь?

Санар закивал головой, как китайский болванчик. Я протянул ему порцию мороженного. Не бог весть что, но ничего другого, в данный момент, я достать не смог. Ну не шампанского же ему предлагать?

 

Глава 11

Как-то странно складываются у меня отношения с Арантой. Я стал часто ловить на себе ее взгляды. А обернусь, подниму глаза, так нет, она смотрит в другую сторону. И со мной творится что-то странное. Представляете, мне нравится на нее смотреть. Она такая ловкая, умная, изящная и… красивая. Но, как только она начинает реагировать на мой взгляд, я сразу же, отвожу его в сторону. Это, наверное, на меня так местная пища действует.

Вот уже три дня подряд, Аранта уходит куда-то. И это вместо того, чтобы заниматься преступными помыслами толстяка Тугуса! Ведь решили же, установить за ним слежку. И вот, вместо того, чтобы принять активное участие в этом, несомненно, нужном мероприятии, Аранта уходит куда-то. Впрочем, я знаю, куда она уходит. К озеру. Там ночью, действительно, очень красиво. А не пойти ли и мне туда? Схожу, пожалуй. Заодно спрошу ее, что с ней творится…, если решусь спросить.

Ассар поднялась над Волтурмесом уже достаточно высоко, когда я вышел на берег. Я различил силуэт Аранты, сидящей на большом камне, выступающем над водой озера. Подошел и присел рядом. Блестящая дорожка протянулась от противоположного берега к моим ногам. Гладь воды была абсолютно спокойна. Говорить не хотелось. Я и молчал, любуясь нереальной в свете Ассар картиной. Молчала и Аранта. Мы сидели так довольно долго. Наконец, я услышал, как Аранта вздохнула.

– Спасибо! – тихо сказала она, – спасибо за молчание.

Я почувствовал легкий поцелуй на своей щеке и обернулся к ней. Глаза Аранты таинственно мерцали в свете Ассар. Гладя на нее, я вдруг ощутил щемящее чувство нежности к ней и желание, обняв, защитить от всех опасностей. Что я и сделал, обнял ее. Ари не сопротивлялась. Наверное, надо ее поцеловать, но я совершенно не умею этого делать, а Аранта подняла ко мне лицо. Я неумело ткнулся губами в ее губы. Ее сильные руки, вдруг ставшие такими нежными, легли на мои плечи. Умница Ари все поняла и решила взять инициативу на себя. Поцелуй, которого я так боялся, обжег мои губы. Я снова почувствовал себя, как на первом уроке левитации. Не было земли, не было притяжения, только я и она во всей Вселенной…

Аранта немножко повозилась, устраиваясь поудобнее у меня на груди, затем тихо хихикнула:

– Коль! А ты что, в первый раз целовался?

Я почувствовал, как краснею.

– Ну, в первый, – выдавил я из себя.

Аранта отстранилась, ее глаза задорно блеснули в свете Ассар.

– Нет, правда?

– Ну, да.

– И у тебя не было девушки?

– Не было, – беспомощно промямлил я.

А что я еще мог сказать, если девушек у меня действительно не было? Так сложилось. Разве Наташку со второго подъезда можно считать моей девушкой, если я только млел, глядя на нее издалека, и ни разу не поцеловал, даже в щечку?

– Позор! – укоризненно покивала головкой Аранта. – Считай, что тебе повезло! Отныне у тебя будет девушка. Причем одна! Причем, – и тут ее глаза осветились алым, – единственная!

А целоваться ты не умеешь, – вдруг вынесла Аранта вердикт, и вздохнула, – значит, будем тренироваться.

Вот тренироваться я был совсем не против…!

– Так что там у нас по толстяку? – спросила Ари, в то время как я озабоченно щупал припухшие губы (тренировка проходила в усиленном режиме).

– Его взял на себя Тимон, – поделился я сведениями, – тем более что он может сойти за местного.

Ну да, Тимон имел смуглую кожу и карие глаза. Разве что волосы слишком светлы для местных, но это легко исправить, накинув на голову капюшон сароха.

– Что? В одиночку? Да это же опасно! – встревожилась Аранта.

– Нет! – заступился я за друга, – к тому же его подстраховывает Жерест.

– Час от часу не легче! Ты еще скажи, что Жереста подстраховывает Тартак, – рассердилась Аранта.

– Тартак не подстраховывает. Он дома сидит.

– Команда придурков! – с отвращением констатировала Аранта. – Я буду страховать Тимона. Где он сейчас?

– Следит за особняком ас Тугусов.

– Это где? Только точнее! – деловито распорядилась Ари.

– Квартал служителей Владыки, третья улица от дворца, четвертый особняк по левой стороне.

– Через десять…, нет, через пятнадцать минут я буду там.

– Подожди! Как ты найдешь Тимона? Ты что, думаешь, он стоит среди улицы и пялится на этот особняк?

– Я? Найду! – решительно сказала Аранта, потом проказливо улыбнулась, – а ты продолжай тренировки!

– Ага, продолжай, – со вздохом сказал я, – на кошках, что ли?

– Смотри, поймаю у тебя такую кошечку, я ей лапки-то повыдергиваю! – пригрозила Аранта, вскакивая с камня.

Я в заторможенном состоянии смотрел ей вслед. Надо же такому случиться! Такая красивая, я ей нравлюсь. И что теперь делать? Подпрыгнуть до самой Ассар, сорвать ее с неба и принести Ари? Или оборвать клумбу у центрального здания Академии? Там цветов навалом.

Так и не решив, какой из подвигов ради Аранты совершить, я пошел к термину.

Я сидел у окна и предавался сладким, но туманным мечтаниям. Тартак любовно начищал бляху своего ремня. В коридоре послышался шум быстрых шагов.

– Жерест идет! – проинформировал Тартак, подставив бляху под свет светильника, выискивая еще не надраенное место.

– Жерест пришел! – откликнулся я, когда дверь распахнулась, являя нам нашего рыжего друга.

– Аранта совсем рехнулась! – пробурчал Жерест, падая на кровать.

– Эй, поаккуратней! – потребовал я.

– А как еще назвать ее действия? – возмутился Жерест. – Я стою среди кустов. Замаскировался, понимаешь, слежу за Тимоном. Тут сзади меня в…, ну, вы сами понимаете, куда, как кольнет! Я бы заорал и подпрыгнул, но мне и этого не дали сделать! Кто-то зажал мне рот и удержал за штаны. Оборачиваюсь. Мама родная! Черный человек смотрит на меня красными глазами. Хочу заорать – не дают! Потом этот человек голосом Аранты и говорит:

– Вали домой, рыжий. С такой страховкой, как твоя, все равно, что без нее.

Жерест возмущенно посмотрел на меня, приглашая присоединиться к его негодованию.

– Значит, ты затаился среди кустов, да? – спросил Тартак, с интересом рассматривая возмущенное лицо Жереста.

– Ну да!

– Хорошо затаился?

– Ну, да, – менее решительно сказал Жерест.

– А хочешь, я тебе скажу, как Аранта тебя вычислила? – Тартак откинулся на спинку лежака, заменяющего ему кровать.

Жерест закивал головой, желая знать, каким это способом, коварная Аранта смогла его такого классного вычислить.

– А от тех сладостей в большом кульке, который ты захватил с собой, что-нибудь осталось? – благожелательно спросил Тартак.

– Не! – честно признался Жерест.

– Вот! – поднял палец Тартак, – она тебя по чавканью вычислила. Даже в самых густых кустах, твое чавканье тебя выдаст.

– Это же надо! – укоризненно покачал я головой, – твой товарищ в опасности, а ты чавкаешь на посту. Позор!

Голова Жереста печально опустилась. Уши пылали от стыда. Ничего-ничего! На ошибках учатся!

Лирическое отступление:

Лекция Фартуха ас Серина о "рассекающем" защитном экране.

– Так это вы иномирцы? Меня зовут Фартух ас Серин, и Тулин ас Тулин попросил меня заменить его на этой лекции…Где он? А вам какое дело? У него важный эксперимент! Если он останется после этого эксперимента жив, то, может быть, он сам вам об этом поведает.

Так. А это что такое лохматое и большое?…Ты смотри, оно еще и разговаривать умеет!…Бить этой штукой по чему…? Тоже умеет?

А кто ты, собственно?…Нет, то, что Тартак – это я понял раньше. Как называют твой народ?

Тролли? Почему мне никто не сказал, что я буду читать лекцию троллю?…А кто такой Кер ас Кер, чтобы он мне что-то говорил?…А кто такой я, чтобы уважаемый Гашага ас Турохт, да продлит Шаршуд его дни, мне что-то говорил?

А вот этого не надо! Тролль, так тролль.

Итак, я хочу вам дать материал по "рассекающим" защитным экранам. Что это за экраны? Эти экраны – мощное защитное заклинание. Не в смысле затраченной на него энергии, а в смысле защиты от атакующих заклинаний. В чем суть? Суть заключается в том, что экран имеет форму угла, и угол направлен на нападающего мага. Таким образом, когда атакующий пытается поразить вас заклинанием, что-нибудь типа "плети коричневых змей", то заклинание встречает на своем пути угол защитного экрана. Угол рассекает клубок энергий, и заклинание расходится по сторонам, не причиняя вам ни малейшего вреда…

Нет, против шара огня этот экран бесполезен… Я слышал, что кто-то из вас владеет этим заклинанием. Это правда, или очередные сплетни?…Ты? Как зовут?…Колин ас… Колин ас Бут. Неплохо!… Нет-нет, демонстрировать не надо! Лучше записывайте…

Тимон некоторое время смотрел на меня, а потом с печалью в голосе спросил:

– Ты, какие цветы предпочитаешь на своей могилке, синенькие, или красненькие?

– Могилке? – не понял я, – что это ты плетешь?

– А как же? Ты теперь почти не жилец!

Что это с ним? На солнце перегрелся? Я выразительно постучал пальцем по лбу.

– Тимон срочно признавайся! Ты что, проходя мимо Тартака, пригнуться не успел? Он тебя палицей по голове сильно зацепил?

Тимон насупился.

– Видел я вчера, как вы с Арантой у входа целовались.

– Не понимаю, какая связь между нашими поцелуями и могилой?

– Ты хоть понимаешь, что это сейчас она – "мур-мур", а если, не дай Единый, ты ее разозлишь? Вряд ли мы сможем собрать воедино то, что от тебя останется. Да и останется ли что?

– А раньше мы ее, значит, ни разу не злили? Или разговаривают тут два духа убиенных?

Тимон печально покачал головой.

– Я заметил неприятную особенность. Чем ближе человек, тем хуже и беспощаднее к нему относятся тогда, когда любовь немного угасла. Ведь ты же не будешь убеждать меня, что ваше чувство бессмертно, потому, что прекрасно?

Я бы может, и задумался, если бы не сдавленное похрюкивание, вырвавшееся из недр предательского Тимонова организма.

– Так, решили поиздеваться? – мягко сказал я. Ничего, теперь моя очередь.

– Какое поиздеваться? – делая честные глаза, постарался удивиться Тимон.

– Я думаю, Аранта тебе подробно объяснит. Я ей сегодня вечерком сообщу, что ты меня уже в покойнички записал. Или ты предпочитаешь, во избежание мучений, что бы я тебя сейчас пульсарчиком побаловал?

– А вот этого, не надо! – с достоинством отказался Тимон. – Я, между прочим, твой единственный близкий друг. Рассказать Аранте – не проблема, а вот что ты без меня делать будешь? Ага! И что ты скажешь моим родным, когда они придут и спросят тебя, а куда это их любимый Тимон подевался?

– Я начинаю думать, что это не такое уж большое несчастье. Просто удивительно, как тебя раньше с таким характером не прибили!

– Парни, а вам не надоело еще заниматься этими разговорами? – Жерест, до этого, что-то тихо грызший, выжидательно смотрел на нас.

– А что делать? – вяло отозвался я.

– Мозги включать! За неделю, что мы наблюдаем, Тугус никуда не ходил, только академия и дом. Какой из этого следует вывод?

– Самый простой и незамысловатый! – откликнулся Тимон, – толстяк понял, что ему с нами не совладать, и оставил эту затею.

– Не думаю! – я потер подбородок, – не такие они люди, чтобы оставлять это дело без последствий. Это – "потеря лица"! А для благов, "лицо" – это очень важно! Вот ты бы смог, получив такое оскорбление, тихо утереться и все забыть? Можешь не отвечать, мне достаточно взгляда, который ты в меня только что метнул. Не сожги случайно.

– Так что вы ответите на мою просьбу, уважаемый? – Хултуф ас Тутус выжидательно смотрел на своего собеседника.

Тот не спешил с ответом. Лениво протянув руку, взял наполненный вином бокал за тонкую ножку, глотнул, посмаковав вино во рту, поставил бокал и потянулся к грозди винограда.

– Не знаю, право. Мне они не нужны, кроме одного, вернее, кроме крови одного из них, – наконец сказал мужчина, одетый в черное.

– Но уважаемый Салтук, вы обещали мне содействовать, и я плачу за это, – напомнил Хултуф.

– Да? – одна бровь Салтука поползла иронично вверх, – вы, уважаемый, считаете, что это плата? Эти, с позволения сказать, гроши – плата? Я делаю это только из уважения к вам. Но если вы и дальше будете так оценивать мои услуги, то я, пожалуй, передумаю.

– Я ведь могу нанять просто убийц! – со значением и скрытой угрозой в голосе, заявил Хултуф.

– Убийц? Ха! – улыбка, которую и при очень большом желании, трудно было бы назвать приятной, появилась на губах Салтука. – Вы меня разочаровываете, уважаемый. Это маги! Пусть и недоучки, но маги! Я уже посылал убийц. И подготовленных, поверьте мне. И что? Этот змееныш один смог с ними справиться, и даже перенести удар "черного шара", которым я снабдил самого опытного. А тут вы имеете дело не с одним, а с пятью! Ладно, пусть двоих из этих пяти не следует брать в расчет – слабы, но остальные! Тролль и вампирша – это не просто!

– Ладно, – поморщился Хултуф, – сколько вы уважаемый хотите за этих пятерых.

– Я сделаю это из личной приязни к вам, уважаемый, – поднял на Хутуфа глаза Салтук.

Глаза были черного цвета. На мгновение Хултуфу показалось, что на него глазами Салтука взглянула сама бездна. Толстяка передернуло. Но раз уж дело начато, его надо закончить.

– Но ваша приязнь, уважаемый, как я понимаю, должна быть подкреплена каким-то количеством денег?

– Мне очень нравится ваша догадливость, уважаемый, – благосклонно кивнул головой черный маг, – скажем сумма, втрое большая той, что вы мне заплатили в прошлый раз.

Хултуф некоторое время молчал, раздираемый внутренней борьбой, но удар по самолюбию, нанесенный этими пришлыми был очень уж силен. Закончилась борьба, неуверенным кивком головы, означавшим согласие.

– Вот и отлично! Теперь надо будет заманить их в ваш дом в назначенное мною время.

– В мой дом?! – Хултуф выглядел испуганным и встревоженным, – почему в мой дом?

– Ну не во дворец Владыки же их заманивать! – раздраженно огрызнулся Салтук, – для моих целей они должны быть в помещении.

– А для моих – лучше было бы, чтобы они находились подальше! – пробормотал Хултуф.

Вы хотите от них избавиться? – глаза Салтука снова впились в лицо хозяина дома, – если хотите, то действуйте по моим указаниям!

 

Глава 12

Кер явился к нам сегодня утром необычайно торжественный, в белоснежном сарохе, с замысловатой прической на голове.

Тартак с особым интересом отнесся именно к прическе.

– Кер! А чего это ты на голове накрутил? – был первый вопрос тролля.

– Тартак, ты воспитанный человек? – возмутился Кер, – Воспитанные люди сначала здороваются, рассказывают о новостях…

– Кто я? – изумился Тартак, – человек?

Тартак недоверчиво осмотрел свою упитанную тушу на предмет спрятавшегося там коварного воспитанного человека. Не нашел! Успокоился и строго взглянул на Кера.

– Тролли не человеки, Кер. Не путай! Я – тролль! Значит, могу обойтись без этих ваших воспитательских штучек. Ты чего себе на голове накрутил?

Кер страдальчески поморщился и жалобно посмотрел на нас с Тимоном. Типа, хоть вы-то что-то скажите! Мы не могли! Мы, поскуливая от смеха, медленно отползали за спину Тартака.

– А давайте я! – радостно вмешался Жерест, – здравствуйте уважаемый Кер ас Кер! Новостей никаких, да продлит их дни Шаршуд… или Шаршуда надо было раньше вставлять?…впрочем, главное, что вставил!… Вот! У вас шикарная прическа! По какому поводу? Что, война началась?

– Какая война? – оторопело выдохнул Кер.

– Да откуда я знаю, какие у вас войны? Просто у вас волосы уложены так, как будто вы на них сейчас шлем надевать будете.

– Так! Значит, чувство юмора прорезалось, да? – вдруг, благожелательно поинтересовался Кер. – А знаешь ли ты, мой юный рыжий друг, что и старые хрычи, вроде меня, тоже пошутить любят?

На лице Жереста явственно отразилось беспокойство, как Кер умеет шутить, он знал не понаслышке.

– Знаю! – поспешно согласился Жерест, – проверять не стоит!

– Ты уверен? – на всякий случай поинтересовался Кер.

– Уверен-уверен! – покивал головой рыжий.

– Доброе утро, Кер ас Кер! – поздоровался я, – что так рано? Сегодня день отдохновения, занятий нет.

– Занятий нет, – согласился Кер, – но Гашага ас Турохт, да пребудет с ним милость Шаршуда, получил высочайшее соизволение великого Хевлата, да продлятся его дни вечно, на познавательное посещение вашей группой его дворца. А посему, вы сейчас должны умыться, позавтракать, одеть праздничные сарохи и хорошенько подумать, как привести в пристойный вид вон того, невоспитанного тролля.

Кер осуждающе воззрился на Тартака. Тот не менее, а то и более, осуждающе смотрел на Кера.

– Я горный тролль! – напомнил Керу Тартак, – в самом расцвете сил. Что тебе не нравится?

– Все! – очень смело и безрассудно ответил Кер. – Твой вид, друг мой, таков, что охрана сразу же, не выясняя обстоятельств, выхватит мечи…

– Подумаешь! – перебил Жерест, – что вам стоит потом заменить охрану. Сколько там охраны-то? Человек пятьдесят? Я слышал, что-то похожее. Что, новых пятьдесят человек набрать сложно? И потом, может кто-нибудь из этих в живых останется.

Кер оторопело воззрился на разглагольствующего Жереста.

– Ты…, это…, – внезапно охрипшим голосом, сказал он, – это же дворец!…Владыки дворец, между прочим! Ты соображаешь, что ты сейчас ляпнул?

– Уважаемый Кер, – раздалось от двери, – это же Жерест! Его временами заносит. Исправляется такой занос просто и быстро. Колин, продемонстрируй!

Аранта легкой танцующей походкой прошла в комнату, кивнув всем нам в знак приветствия. Я, прекрасно поняв ее просьбу, залепил Жересту подзатыльник.

– Эй! – завопил тот, – ты чего?

– Вот видите? – ослепительно улыбнулась Аранта, – Нести престало, в глазах появилась мысль, вопросы задавать начал. Жерестик, может еще один, для профилактики?

– Да ну тебя! – Жерест, почесывая пострадавшее место, поспешил убраться за широкую спину Тартака.

– Чего собрались? – Аранта ласково прижалась к моему плечу.

– Я собрал! – сообщил Кер и погрозил Жересту пальцем, – смотри мне, за такие речи…!

– Так чем я тебе не нравлюсь? – Тартак явно не хотел отклонения от выбранной темы, – Что не так может быть у достойного тролля?

– Да, не то, чтобы не так…, – замялся Кер, – но во дворце надо предстать в самом лучшем виде.

Тартак взглянул на меня. Я подмигнул глазом, который был скрыт от Кера моим носом, и, сохраняя серьезный вид, сказал:

– Валдис будет доволен, особенно если это будет пальмовый лист.

Скажете, что за абракадабра? Это для вас абракадабра, а Тартаку, например, все понятно, да и Тимон в курсе. А все, между тем, очень просто! На каникулах, мы ко мне в гости, на Землю, приезжали. Да-да! Все вместе. И Тартак тоже. Как вы понимаете, он достаточно сильно от людей отличается. Тан Горий его даже отпускать не хотел. Вот тогда-то и придумал Тартак свою хитрость. Тан Горий ему амулет сделал. Нажал на один конец – уменьшился, на другой – снова стал таким, каким был. Сделано это было для того, чтобы Тартак за партой мог уместиться. Вот Тартак и задумался: а что будет, если два раза на уменьшительный кончик нажать? Рискнул, попробовал. И вот получился Тартак ростом с десятилетнего мальчика. Только вес прежний остался, да бас его никуда не исчез. А для того, чтобы его от людей совсем уже отличить нельзя было, наложил он на себя иллюзию, которую я ему посоветовал. И стал Тартак похож на друга моего земного, Валдиса. А палицу свою, что характерно, Тартак под сосновую веточку замаскировал. Представляете, что будет, если он этой веточкой от кого-нибудь отмахнуться захочет? Но, сосновая веточка тут будет выглядеть странно, а вот пальмовая – в самый раз! Теперь понятно, что я имел в виду?

И вот, перед оторопевшим Кером, стоит "Валдис" – Тартак, и застенчиво улыбаясь, помахивает пальмовой веточкой. Причем Тартак, умница, еще и поправку на местный колорит сделал. Валдис стоял с белоснежном сарохе!

Кер обошел Тартака несколько раз, с явным интересом осматривая его в новой ипостаси.

– Иллюзия очень добротно сделана, – наконец выдал Кер свою оценку.

– А то! – согласился Тартак и, от избытка чувств, взмахнул веточкой.

Только быстрая реакция спасла нас. Мы дружно рухнули на пол, избегая взмаха, который мог бы стать для нас финальным аккордом!

– Ты что делаешь? – возмущенно завопил Кер, – ты же нас чуть-чуть не убил!

– Извините! – шаркнул ножкой "Валдис".

Аранта, нахмурившись, смотрела на Кера.

– Что еще не так? – заметил ее взгляд Кер.

– Значит, к мальчикам пришел звать, – опасно ласковым голосом заговорила Аранта, – а про одинокую девушку забыл? Или к Владыке только мужчинам в гости можно ходить? А женщинам можно только в одном качестве – наложницы, да?

– Да что ты такое говоришь? – изумился Кер. – Мы – цивилизованные люди! У нас наложниц не бывает. Жена – да, бывает! А наложниц – нет!

– Понятно! – сделала вывод Аранта, – пока были не цивилизованными, это называлось наложница. А как стали цивилизованными, начали их назвать женами. И сколько этих самых "жен" у Владыки?

– У Владыки, да продлит его дни Шаршуд, всего одна жена, – раздельно сказал Кер, – Он ее встретил, более сорока лет назад, полюбил, и долго уговаривал стать его женой. Многоженство процветает у южных варваров. У нас принято жениться на одной женщине.

– Тогда я тем более, не понимаю, почему ты меня не позвал? – стояла на своем Аранта.

– Я один раз зашел на женскую половину термина, – печально поведал Кер, – надо было одну студентку позвать.

– Еще бы! – понятливо покивала головой Аранта, – там охранных заклинаний понатыкано…

– Да на преподавателей эти заклинания не действуют! – пояснил Кер, – а я к тому времени уже получил этот статус.

– Ну, и…? – нетерпеливо поерзал на подушке Жерест, – что там вышло?

– Что-что? – досадливо махнул рукой Кер, – эти девушки сами, хуже всяких охранных заклинаний! Я сам себе пообещал, что больше туда – ни ногой! Короче, через час, нам надо быть у ворот. Тут недалеко, так что, подготовиться успеете. Тартак, вот в таком виде и иди! Все равно тебя не переделать.

Я наклонился к Жересту:

– Ты хоть там не ляпни лишнего, Владыка все-таки.

– Так это же не мой Владыка, – фыркнул рыжий.

– Это ты палачу будешь объяснять? – прищурился я.

Лицо Жереста поскучнело.

– А что же мне делать? – нерешительно спросил он.

– Молчать, – пожал я плечами, – самое то.

Перед воротами входа на территорию дворца Владыки стояли два звероподобных стража. В белых накидках (сарохов, на них не нашлось, что ли?), с обнаженными здоровенными мечами в руках, прислоненными к плечам, эти парни добросовестно потели на толпу зевак, собравшуюся у ворот.

Кер, работая локтями, начал продираться через толпу. Мы пристроились в кильватер куратору. Толпа пропускать не хотела и активно упиралась. Кер беспомощно оглянулся на нас.

– Что, не получается? – сочувственно пробурчал Тартак.

Кер виновато улыбнулся и пожал плечами.

– Ладно, помогу! – буркнул преображенный тролль, и, помахивая веточкой, направился к цели.

Мы с интересом следили за ним.

– Предупреждаю по-хорошему! – пробасил Тартак, продолжая движение, – я иду!

Кто-то обернулся на бас, окинул мальчика взглядом, оценивая угрозу. Угрозы не увидел, и снова отвернулся.

– Я их предупредил? – обернулся Тартак к нам, – предупредил. Теперь пускай не обижаются!

Тартак танком ринулся на толпу. Раздались вскрики, перерастающие в вопли.

С противоположной стороны раздались команды:

– А ну отойди!…Не напирай!…Осади назад!

Тартак просто хватал впереди стоящего за что попало и отшвыривал за себя. Следом начали движение и мы. Уклоняясь от тел, попавших Тартаку под горячую лапу, мы довольно быстро продвигались вперед. И вот между нами и воротами никого, кроме стражников, конечно, и нескольких солдат с командиром, оттиравших от ворот людей. Все действующие лица, включая часовых, которым по уставу, шевелиться не положено, изумленно уставились на маленького невинного мальчика с веточкой в руке, оказавшегося перед ними.

Никто не мог понять, что именно это и есть источник шума, криков и свободного полета некоторых тел.

Мальчик застенчиво улыбнулся солдатам и, басом Тартака, спросил, обернувшись к Керу:

– Этих тоже с дороги убирать?

Кер мученически закатил глаза, выхватил фирман и, размахивая им, поспешил к командиру стражи. Командир, как раз, выходил из ворот, чтобы узнать причину шума. Подскочив к командиру, Кер начал что-то горячо ему втолковывать, постоянно тыча пальцем в фирман и нервно поглядывая на нас. Мы стояли тесной группой, ожидая нашего куратора.

Командир, или вернее, начальник стражи, представительный, полный мужчина в форменной накидке, некоторое время слушал Кера, потом, не спеша, подошел к нам. Солдаты, выпучив от старания и служебного рвения глаза, усилили напор на толпу, отодвигая ее подальше.

– И это их пригласили во дворец? – лениво цедя слова, начальник стражи рассматривал нас, – не слишком ли много чести? Но, впрочем, это не мое дело. Сейчас во дворец я вас пропустить не могу.

– И почему же? – Тартак, помахивая веточкой, сделал шаг к начальнику.

Тот свысока взглянул на нахала, но ответил, обращаясь к Керу:

– Сейчас время прогулки Пресветлого Владыки, да продлит Шаршуд его дни, и если я вас пропущу, то тот же Шаршуд может сильно сократить мои дни.

– Но нам назначено именно на это время, – Кер проникновенно взглянул начальнику стражи в глаза.

– Возможно, это ошибка того, кто выписывал это приглашение, – отмахнулся начальник стражи, – я вас сейчас не могу пропустить. Приходите позже.

Кер стоял печально разглядывая фирман и о чем-то усиленно размышляя. Я взглянул на ворота, которые нам так и не открыли. За воротами зеленел листвой шикарный парк. Ровная, как стрела дорога вела от ворот к дворцу, взметнувшему вверх многочисленные шпили и минареты, сверкающие на солнце всеми цветами радуги. По дроге к воротам трусила достаточно быстро пестро разодетая фигура. По раскрасневшемуся лицу, каплям пота, тяжелому дыханию и проступающим на сарохе мокрым пятнам, было видно, что бег не входит в разряд любимого времяпрепровождения это кадра. Видимо, этот забег вызван достаточно серьезной причиной.

Подлетев к воротам, этот человек усиленно зашарил глазами по лицам окружающих. Нашел глазами Кера, и покраснел еще больше. На этот раз от праведного возмущения.

– Вы…еще здесь?…Вы позволили себе опаздывать?… Это так просто вам с рук не сойдет! Пресветлый уже спрашивал о вас. Почему вы здесь, а не там? – Разодетый человек указал рукой в сторону дворца и парка.

– Нас не пропускают, – лицо Кера стремительно бледнело от осознания того, что он вызвал гнев Пресветлого Владыки.

– Кто посмел?! – вельможа, а судя по властным ноткам в голосе, этот человек и был им, яростно сверкнул глазами, пронзая взглядом разом подобравшегося начальника стражи.

– Но сейчас время прогулки Пресветлого, – начал оправдываться начальник стражи, – мне даны указания никого в это время не впускать.

– Презренный! – завопил вельможа. – Или ты читать не умеешь, или ты смерти моей хочешь? Нет! Ты хочешь стать ровно на голову короче! Ибо я доложу Пресветлому, да продлит его дни Шаршуд, что только по вине недостойного среди недостойных, бывшего начальника стражи, ему, Владыке, пришлось тратить свое бесценное время на ожидание. Немедленно пропусти этих долгожданных гостей, и усиленно моли Шаршуда, чтобы тебя отправили на каменоломни, а не на плаху!

Начальник стражи слился цветом полного лица с белоснежной накидкой, глаза вылезли из орбит. Он яростно замахал руками стражам, чтобы они открывали ворота.

– Пропустишь, Шаршуд сократит дни, не пропустишь, Шаршуд тоже сократит дни, – философски изрек Тартак, – тяжела у тебя служба мужик! Надеюсь, когда мы будем возвращаться, ты еще будешь живой.

Начальник стражи машинально опустил глаза на Тартака. Тот ему непринужденно улыбнулся, помахал веточкой и направился к открытым воротам. Стараясь не отставать, за ним направились и все мы. Кер, поникший, шел замыкающим.

 

Глава 13

До дворца мы не дошли. Из густых кустов, вдруг, выскочили воины в блестящих доспехах, и как-то очень ловко и быстро взяли нас в кольцо. Лица их были далеки от дружелюбия. Что за…?

– Это личная охрана Пресветлого! Если вы не будете делать резких движений, то все будет хорошо! – громко сказал ведущий нас вельможа.

Очень вовремя он это сказал! В тот же миг, как эти ребята выскочили, в руках Тимона и Жереста сверкнули клинки. Тимона – рапиры, а Жереста – кинжала. Аранта и Тартак пригнулись, готовые нападать и защищаться. Правда, Тартак в его нынешнем виде выглядел несколько комично. Малыш, раскручивающий пальмовую веточку. Я же, уже привычно, качнул энергию в левую руку, правой рукой ухватившись за рукоять рапиры.

Как только прозвучала эта фраза, мы замерли. С глухим и тяжелым стуком на плиты дорожки упала веточка Тартака, вывернув при этом, несколько брусков. Это произвело впечатление на рядом стоящего воина. Он с изумлением смотрел на несчастную веточку. Но желаемое избегание резких движений было все же достигнуто. У меня в голове мелькнула мысль: – "Ну, замерли. И что? Долго так нам стоять?".

Долго стоять не пришлось. Из боковой дорожки показалась процессия. Впереди важно вышагивал невысокий дядя, за ним перебирали ногами два тощих субъекта с большими опахалами в руках. По одному с каждой стороны. Дальше плотной толпой двигались разряженные во всевозможные цвета придворные. Я обратил внимание на высокого смуглого человека, судя по расшитому золотистыми звездами сароху, придворного мага. Он расслабленным взглядом скользнул по нашей группе, зацепился за меня и моментально насторожился. Жаль, что я не закрыл ауру, как учил меня тан Тюрон.

Невысокий предводитель остановился перед Тартаком. Он был не намного выше Тартака в его нынешнем обличье. По тому, как ловко кувыркнулся в ноги этому человеку Кер, я понял, что это и есть Пресветлый Владыка. Глядя на оттопыренный зад Кера, у меня появилось дикое желание пнуть в него ногой. Еле-еле сдержался, честное слово!

– Так это и есть иномирцы? – мягко сказал Владыка.

– Да, Пресветлый! – льстиво склонился перед ним придворный.

– А этот, похоже, из моих подданных, – опустил взгляд на Кера Хевлат.

– Совершенно верно, Пресветлый. Он куратор этой группы, – снова внес ясность придворный.

– Мне говорили, что один из них громила. Я что-то не вижу среди этих людей особо выдающихся пропорций, – Хевлат обвел нас взглядом, в котором сквозило удивление, и даже некоторая обида.

– Он среди нас, о Пресветлый! – проговорил Кер, не поднимая, однако головы.

–Да? И где же он? – Хевлат с интересом взглянул на простертого перед ним Кера. – Можешь встать.

Кер с облегчением и готовностью вскочил на ноги.

– Вот он! – рука Кера легла на плечо Тартака.

– Это? Он? – Хевлат удивленно смотрел на скромно стоящего Тартака и Кера, – ты, кажется, пошутить решил? Я тоже шутки люблю. Хочешь, я сейчас пошучу?

Через толпу придворных к Владыке радостно начал проталкиваться человек, чьи темно красные одеяния и устрашающих размеров меч, давали однозначное представление о роде его деятельности.

– Если в результате вашей шутки, мы лишимся куратора, то это будет не очень удачная шутка, – пробасил малыш.

– Интересно-интересно!

Хевлат, отстранив рукой Кера, обошел Тартака, внимательно того рассматривая. Круг был бы полным, если бы не веточка, лежавшая у ног Тартака. Владыка, не придав ей значения, успешно зацепился за нее ногой, и рухнул бы, если бы не Аранта. Она успела его подхватить и удержать от падения. Я заметил, что стражник, который держал ее под контролем, ошеломленно пялится на пустое место, где мгновения назад стояла Ари. Чего смотришь? Сверхскорость – это тебе не просто так!

Хевлат утвердился на ногах и благодарно кивнул Аранте.

– Вот! Учитесь! А ведь никто из вас не пришел мне на помощь, а вот эта красивая девушка – успела! А теперь я хотел бы знать, что это значит?

– Иллюзия, Пресветлый! – заговорил маг, – метод наведения ее необычен, поэтому я не сразу разобрался. Развеять ее?

– Иллюзия? Любопытно, А кто ее навел?

– Ну, я и навел, – пробурчал Тартак.

– Так развей ее! – приказал Хевлат.

Тартак пожал плечами и нажал на окончание амулета, одновременно снимая образ Валдиса. И вот перед Владыкой стоит Тартак во всем своем блеске и великолепии. Хевлат восторженно рассматривает то великана, для чего ему приходится задирать голову вверх, то палицу, которая внезапно материализовалась у его ног.

– Вот за что я люблю такие визиты, – поучительно сказал Хевлат магу, – так это за то, что всегда следует что-то удивительное. Как ты думаешь, мои воины справились бы с ним?

На лицах воинов явственно обозначилось нежелание проверять это предположение. Тем более что Тартак уже подхватил свое оружие, и палица снова уютно устроилась в его руке. Посмурневший палач, досадливо махнув рукой, начал проталкиваться назад.

– О, не только этот, несомненно, выдающийся, представитель Магира представляет интерес, Пресветлый, – заговорил маг, – и даже не эта прелестная девушка, которая является представителем древнейшей разумной расы, которая у нас уже исчезла, а вот этот молодой человек! Вот кто действительно вызывает удивление и представляет большой интерес.

Ну, вот! Не хватало мне попасть в число экземпляров местной кунсткамеры!

– Да? – Хевлат повернулся ко мне, – и чем же он интересен? Вроде бы обычный молодой человек? Конечно, черты лица отличаются от местных, но я бы не назвал их необычными.

– И, тем не менее! – твердо вел маг свою линию, – если я не ошибаюсь, а я в таких вопросах не ошибаюсь, то это очень необычный молодой человек.

– Еще не хватало, чтобы ты ошибался! – хмыкнул Владыка, – Ты же знаешь, что бывает с теми, кто ошибается!

Мужик в темно красных одеждах, снова начал проталкиваться в нашем направлении. На этот раз, его взгляд алчно был направлен на мага.

– Представьтесь, юноша! – торопливо обратился ко мне маг.

Хевлат сделал останавливающий жест рукой палачу. Тот досадливо сморщился, но остановился.

– Барон Колин ад Бут, дворянин, прибывший из реальности "Земля", студент второго курса Школы Боевой Магии, Чародейства и Целительства.

– И что же? – поднял брови Хевлат.

– Юноша не счел нужным добавить, что он маг высочайшего уровня! – укоризненно покачал мне головой придворный маг.

– Хм, – по-новому начал меня рассматривать Хевлат.

В его глазах я уловил нездоровый блеск. Видимо этот блеск уловили и остальные, потому что первые ряды придворных начали осторожно пятиться от Владыки.

– Вы нам что-нибудь, покажете? – вкрадчиво спросил Владыка.

– Хотя бы "шар огня"? – поддакнул маг.

– "Шар огня"? – повернулся к магу Пресветлый. – Это парень владеет таким заклинанием?!

– Мне об этом сказал Тулин ас Тулин из академии, – доверительно проинформировал Владыку маг.

– Тогда продемонстрируйте нам этот "шар огня" – милостиво согласился Владыка.

– Вы укажете мне цель? – стараясь, чтобы мой вопрос звучал вежливо, спросил я.

Цель…, цель…, – владыка задумался.

Он стал озираться, выискивая подходящую цель. Несколько раз его взгляд останавливался на группе придворных. Среди тех началась тихая паника. Два кадра с опахалами, продолжали ритмично качать ими, но правый осторожно задвинулся за Владыку, справедливо полагая, что туда-то, шар не полетит.

– О! Вот! – Владыка радостно поднял палец. – Вон та скульптура. Она мне не нравится, а значит, ее все равно надо менять. Ничего страшного, если ты ее слегка опалишь. А если ты ее разрушить сможешь, так вообще – прекрасно!

Дружный облегченный вздох донесся ко мне со стороны придворной братии.

Я пожал плечами:

– Ваше желание для меня закон, Пресветлый.

Я запустил в указанную статую пульсар средних размеров. Заставил перед статуей сделать горку и вонзил пульсар в голову статую сверху вниз. Впечатление было такое, как будто статую разорвало изнутри, впрочем, так оно и было. Осколки разлетелись в разные стороны. От произведения местного скульптора остался только искореженный каменный постамент.

Владыка, некоторое время, молча, рассматривал результат демонстрации.

– Это же чудесно! – наконец прорезался у него голос. – Это прекрасно! Скажите, а на… Что там у вас! – Владыка повернулся к магу.

– Где? – маг удивленно поднял брови.

– Да в вашей академии, – нетерпеливо сказал Хевлат, – там что, нет никаких испытаний перед выпуском?

– Есть, конечно, испытательный срок для проверки подготовки, перед самыми выпускными испытаниями.

– Вот! – значительно поднял палец Владыка. – Вот на этот самый срок, милости просим, к нам. Обещаю, что испытательный срок будет крайне насыщенным и положительный отзыв гарантирован.

Я только смог издать неопределенный горловой звук, который был воспринят Хевлатом, как согласие. Удовлетворенный, он обратил внимание на моих товарищей.

– Так ты говоришь, что эта милая девушка представитель расы, которая у нас исчезла? Жаль! Очень жаль! Такая прелестная раса и исчезла.

Маг поперхнулся, но справился с собой.

– Это, Пресветлый, вампиры!

– Вампиры? – Хевлат удивленно поднял брови, рассматривая Аранту, – никогда бы не подумал, что вы вампир!

– В том-то и дело! – возбужденно втолковывал маг. – Никто не думает, что вампир – это вампир, а когда понимает, что это вампир, то это последнее, что он понимает в своей жизни.

– Любишь ты закручивать фразы! – похвально кивнул Хевлат. – Прямо, как мой советник… Мда, погорячился я тогда. Как мой покойный советник.

Хевлат некоторое время печально помолчал, отдавая скорбную дань советнику, потом снова обратился к Аранте:

– Может быть и вы, милая, что-нибудь нам продемонстрируете? Всегда интересно было, как это происходит. И есть на ком.

Хевлат сделал широкий жест в сторону своей свиты, которая в очередной раз напряглась.

– Только палача не трогайте! Хороший палач, исполнительный! Где я еще такого достану?

Аранта растерянно взглянула на меня. Понятно. С одной стороны, пожелание Владыки равносильно приказу, но с другой…!

Я поспешно бросился на выручку:

– Пресветлый Владыка, разрешите мне обратиться!

– Да, – обернулся ко мне Хевлат.

– Дело в том, что эта девушка пошла светлым путем, а это значит, что она дала клятву не пить кровь. Вы понимаете?

– Какая жалость! – расстроился Владыка. – Это что же, она нам ничего не может показать?

– Ну почему же, – постарался я успокоить Пресветлого, – у нее есть еще масса достоинств. Например: сверхскорость!

Я кивнул Аранте. Она понятливо улыбнулась. На мгновение ее силуэт смазался. И вот она стоит, небрежно покачивая в руке здоровенный меч палача, тот стоял, недоуменно рассматривая свои пустые руки.

Владыка некоторое время соображал, что же собственно произошло. Сообразил. И лицо его расцвело в широкой улыбке.

– Однако! Это впечатляет. Я думал, что мой палач, никогда не выпускает меч из рук. Может, он не настолько хорош? – Хевлат задумчиво посмотрел на палача.

– Простите, Пресветлый, но это Аранта настолько хороша! – вежливо поправил я Владыку, спасая палача.

– Так, а из какой исчезнувшей расы этот воин? – Владыка обратил свой взор на Тартака.

Маг в некотором затруднении взглянул на меня. Я им что, палочка-выручалочка?

– Это тролль, Пресветлый, – проинформировал я Владыку.

– Я горный тролль, Тартак Хоран Банвириус – гордо прогудел Тартак. – И мы никуда не исчезали! Пусть только кто-нибудь попробует нас исчезнуть!

Тартак многозначительно крутанул свою палицу.

– Да, – улыбнулся Владыка, – таких славных воинов исчезнуть трудно.

Дальше Пресветлый воззрился на веснущатую физиономию Жереста.

– Ну, что такое выдающееся может наш огненно – волосый друг?

– Меня зовут Ве…, -Жерест покачнулся от моего тычка. – Жерест я. Хороший разведчик, вот! Ну, и магии обучаюсь.

– Угу! – кивнул Хевлат. И уже обращаясь к Тимону:

– А вы, как я вижу, из благородной семьи?

Тимон изобразил нечто рукомашистое и ногошаркающее.

– Мы здесь, Пресветлый, все благородные.

Хевлат поморщился.

– Они, в силу разных обстоятельств, основатели, первые из родов, достигшие дворянства. А в вас чувствуется кровь.

– Я младший сын графа ад Зулор – Тимон.

Владыка повелительным жестом подозвал кого-то из топящихся неподалеку придворных. К нам шустренько приблизился старичок и остановился, преданно глядя на Владыку.

– А напомни мне, граф это как? – Владыка выжидающе уставился на старичка.

– Граф это дворянское звание, распространенное во многих мирах и соответствующее благородно рожденному не королевских кровей, – отбарабанил старичок.

Король…, король…, – задумчиво пробормотал Хевлат. – Ах, да! Вспомнил! Это вождь, и немножко больше.

– Совершенно верно, о Пресветлый! – облегченно выдохнул старичок.

– Хорошо! Можешь идти, – милостиво кивнул головой Владыка старичку.

Старичок так же бодренько зарысил к группе придворных.

– Стая, – задумчиво глядя на придворных, изрек Хевлат. – Так и смотрят, где бы чего ухватить. Боятся, но смотрят.

Маг кашлянул.

– Ах да! – Хевлат очнулся от печальных мыслей. – Вот этот советник ас Малур проведет для вас экскурсию. Вы увидите все. Конечно, все, что дозволено увидеть. А Гашага позаботится о том, что бы вы смогли изучить как можно больше.

Величественно нам кивнув, Пресветлый Хевлат двинулся в сторону ворот. Свита бодрой рысцой ринулась вслед за ним. Рядом с нами осталась унылого вида фигура, с отчаянием глядящая на удаляющуюся группу.

– Ну, чего стоим? Кого ждем? – осведомился Тартак. – Назначили проводить эту…, как его?…Экскурсирую, так проводи!

Ас Малур явственно вздрогнул от баса тролля.

 

Глава 14

Экскурсовод настолько активно боялся экскурсантов, что мне становилось неудобно. А вот Жересту нравилось. Он то и дело сурово хмурил рыжие брови, вытаскивал на пару сантиметров кинжал из ножен и, с громким щелчком, загонял его обратно. Малур дергался и с испугом смотрел на Жереста. Так, впрочем, продолжалось не долго. После очередного щелчка, Жерест схлопотал от меня по шее. На его гневный вопрос о причине, последовал ответ от Аранты, что ему (Жересту) повезло, она (Аранта) тоже собиралась ему накостылять, но Колин ее (Аранту) опередил.

– Нет, Жере. Тебе еще больше повезло! – заметил Тартак. – Если бы я тебе по шее дал, то тебе было бы уже не до вопросов о причине.

Тартак еще постоял, посмотрел на гида, взглянул на солнце, стоящее в зените и нетерпеливо прогудел:

– Слышь, советник? Ты давай проводи свою экскурсивую, только давай отойдем в другое место, что бы там тень была, и сесть было где.

– Тартак! Экскурсия – это значит, что он нас проведет по дворцу, покажет интересные вещи и расскажет об этих местах, – поправил Тартака я.

– По такой жаре? – с сомнением поинтересовался Тартак.

– Ну, не ночью же идти! – высказался Тимон.

Малур выпал из ступора и поклонился нам:

– Я готов выполнить повеление Владыки, да продлит Шаршуд его дни. Прошу вас следовать за мной, благородные господа!

– Вот это другое дело! – одобрительно заметил Тартак. – Только по тени веди, не по солнцу!

Дворец Владыки представлял собой нечто кружевное, казался невесомым и летящим, благодаря тонким поддерживающим аркам. А вот охрана дворца была весомой и конкретной. Зверообразные стражники из личной гвардии Владыки стояли, если и не на каждом шагу, то уж на каждом углу.

Ас Малур оказался неплохим рассказчиком. Хевлат знал, кого назначить гидом. Малур знал о дворце, если и не все, то очень многое. Он провел нас по многочисленным залам. Деревья вольготно чувствовали себя и вокруг дворца и внутри его. Многочисленные замысловатые фонтаны, вывешивая кружева из струй, звенели на разные лады. Искусственные озерца и пруды, покрытие листьями плавучих растений, давали приют водным тварям. На поверхности некоторых, я рассмотрел уток и лебедей. Правда, лебеди отличались немного от тех, которых я привык видеть. Широкая черная полоса проходила по их крыльям, но это были лебеди.

Во многих уютных закоулках таились заботливо установленные диковинки. Ас Малур интересно рассказывал нам историю их появления и что, собственно, они собой представляют.

В одном таком закоулке в золотом горшочке рос чахлый кустик. Мы в недоумении постояли над ним, потом Тимон озвучил вопрос, который вертелся на языке у каждого:

– Ну, и что же тут такого?

Малур закатил глаза и вдохновенно начал вещать:

– О! Это яблоня. Она очень редкая, можно сказать единственная. Яблоки с нее даруют веселье душе и силу членам!

Стоящий рядом страж подозрительно на нас косился, меч наголо в его руке подрагивал, готовый прийти в действие и покарать любого, кто покусится на вверенный объект. Жерест насколько раз, в свою очередь покосился на стража, потом не выдержал:

– Ну, чего ты тут нервничаешь? Яблок же нет! Красть нечего!

Лицо стража начало наливаться красным, но он молчал. Зато Малур поспешил вмешаться:

– Стражам на посту запрещено говорить!

– Ага! – сообразил Жерест. – Чего там говорить? Как что не так – мечом вжик! И никаких разговоров. А чего этот кустик такой чахлый?

Малур замолчал в затруднении.

– Вы бы поставили ее на свет, – не выдержал я, – подпитали бы ее удобрениями, пересадили в новый горшок. А так она у вас зачахнет. Я удивляюсь, что она у вас плодоносит, в таких условиях.

– Э-э-э…, – протянул Малур. – Вообще-то она плодоносила в последний раз года четыре назад.

Я внимательно осмотрел кустик. Ну, не верится, что он тут рос четыре года, да еще и плодоносит.

– Колин прав, – наконец заговорил Кер, после длительного молчания. – Сделайте так, как он посоветовал, и ваша яблоня начнет расти лучше.

– Но в другом месте ее могут украсть! – ужаснулся Малур.

– А этот тип тут зачем? – ткнул пальцем в стражника Жерест. – Пусть мечом помашет! Разомнется, а то стоит, как истукан. Пользы никакой!

Лицо стражника стало угрожающе багровым. Глаза бешено косили на Жереста. Жерест откровенно и злорадно ему улыбнулся:

– Хороший стражник! Хорошо стоит!

Дальше Малур подвел нас к постаменту, на котором стоял здоровенный лук. Тут же лежал колчан со стрелами. И стражник, конечно же! Как без него? Хотя, нет! Это не стражник. Вон как орет и машет руками на слуг, занятых уборкой!

– А это лук Сарсута ас Сарсута, богатыря и легендарного воина! – вещал Малур. – Этот лук настолько тугой, что еще ни один из воинов нашего мира не смог его натянуть. Я уже не говорю о том, чтобы выстрелить из него!

При этих словах Тартак не выдержал и скептически хмыкнул.

– Я сказал, что ни один из воинов НАШЕГО МИРА! – значительно проговорил Малур.

Толстяк, который распоряжался слугами, в то время как раз, наткнулся на Жереста, стоящего к нему спиной.

– А ну не путайся под ногами, малец! – рявкнул распорядитель.

Жерест отошел в сторону, но по его сдвинутым бровям, я понял, что этот окрик ему очень не понравился. А значит, будет продолжение.

Так оно и получилось. Жерест все время поглядывал на распорядителя и, улучшив момент, когда распорядитель кричал на одного из слуг, сложил пальцы в характерном жесте. Я не успел помешать Жересту и смачный "воздушный кулак" врезал распорядителю пониже спины. Толстяк покачнулся и замолчал на середине фразы. Жерест быстро отвернулся и сделал вид, что внимательно слушает Малура, который что-то вещал о батальном полотне, вывешенном на стене. Я с интересом наблюдал за действиями распорядителя. Он медленно повернулся вокруг оси и грозно уставился на пустое место. Не обнаружив обидчика на этом месте, глаза начали обводить весь зал. На секунду наши взгляды встретились. И тут этот глупец, поступил самым неожиданным образом. Уставив на меня палец, он закричал:

– Ты! Да-да! Ты! Сейчас я тебе покажу, как меня пинать!

После выдачи этой фразы, которая привлекла внимание всех, кто находился в этом зале, Толстяк грозно двинулся ко мне.

– Мне показалось, или кто-то позволил себе по-хамски разговаривать с дворянином? – почти лениво спросил Тимон, становясь слева от меня.

– Тимончик! Не торопись! – промурлыкала Аранта, занимая позицию справа. – Колин сам может постоять за себя! Ах, куски мяса и кровь, по всему залу! Это так романтично!

– Ну, какие куски, Ари? – прогудел Тартак, – скорее хорошо прожаренная тушка! Колин, хочешь, я его разок по кумполу, чтобы тебе удобнее прицелиться было?

Я услышал, за спиной, как Кер быстро сказал Малуру:

– Примите меры! Вы же понимаете, что в случае чего, этот толстяк обречен!

Малур протиснулся между нами и встал на пути распорядителя.

– Как ты посмел так обращаться с личными гостями Владыки, да продлит Шаршуд его дни? Ты хочешь свести близкое знакомство с его мастером заплечных дел?

Толстяк остановился и продемонстрировал нам, как он быстро умеет менять цвет лица, с темно-багрового на пепельно-серый.

– Ну, зачем же так? Палач – это так обычно! – ангельским голосом примерного мальчика сказал Жерест. – Только что вы лишились еще одной диковинки для вашей коллекции, хорошо прожаренной тушки этого дяди.

На распорядителя жалко было смотреть! Он как-то весь съежился, стал меньше, и уже ничем не напоминал того грозного орла, каким был только что.

– Я не делал тебе ничего плохого! – ровно сказал я. – Я думаю, что мы можем забыть этот инцидент.

Я удостоился удивленных взглядов моих друзей, довольно-признательного Малура и заискивающе-испуганного распорядителя.

Следующий экспонат был для нас неожиданным. Мы зашли за очередной поворот, и перед нами предстала фигура здорового ящера с оскаленными зубами.

– Это самая страшная тварь нашего мира! – патетически произнес Малур, – только великий богатырь Сарсут смог справиться с ним, и благодаря нему, вы можете лицезреть здесь эту грозную тварь.

Тартак весь подобрался и мягко двинулся вокруг чучела, внимательно его рассматривая.

– Он? – тихо спросила Аранта.

– Мой был больше и страшнее, – буркнул Тартак, – но это он. Точно!

– Ты уверен? – спросил я, заранее зная ответ.

– А то! – повернулся ко мне Тартак, – я его сразу узнал!

Кер нерешительно кашлянул:

– Я хотел бы знать, о чем речь?

– Но Гариэль говорила, что эта тварь с островов Серединного моря! – воскликнул Жерест.

– Нет! – решительно отмахнулся Тартак. – Те сине-зеленые, а этот – желто-зеленый.

– Вы слышите, о чем я говорю! – рявкнул Кер. – О чем вы говорите? Какое отношение имеет эта тварь к вам?

– Да она в гости к нам заглянула! – проинформировал Жерест, с интересом рассматривая ящера.

– И что? – настаивал Кер.

– А? – отвлекся от созерцания Жерест. – Да ничего! Тартак приготовил фирменное блюдо…

– Какое фирменное блюдо? – не понял Кер.

– Тартак! Какое у тебя фирменное блюдо? – хмыкнул рядом со мной Тимон.

Мелькнула палица Тартака, и чучело с грохотом рухнуло к нашим ногам.

Когда пыль и труха, которой было набито чучело, немного рассеялись, перед нами предстал Великий Тартак, поставивший одну ногу на "убитое" чучело, и красиво опирающийся рукой на палицу.

– Ну, вечно он выпендривается! – возмутилась Аранта. – Ты зачем ногу туда поставил? Стоял бы скромно рядом. И так понятно, что это ты.

– Что вы наделали? – дрожащим голосом спросил Кер.

Малур так вообще лишился дара речи и только открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег.

– Ну, вы же просили объяснить, какое фирменное блюдо? – удивился Тартак, – а мне, как раз, второй такой башки не хватает! Я их по сторонам очага повешу.

– Мы просили объяснить! – раздраженно заговорил Кер. – Объяснить! А ты что сделал?

– Лучше один раз показать, чем сто раз объяснять, – философски ответил Тартак, наклонившись и сосредоточенно щупающий зубы ящера.

– Владыка меня в порошок сотрет! – слабым голосом проговорил Малур.

Громкий смех заставил его подпрыгнуть на месте. Владыка стоял у входа в зал и откровенно ржал.

– Отлично!…Большой, ты молодец! – проговорил он между приступами хохота. Мне чучело этой твари не нравилось с самого начала. Но нужен был повод, чтобы от нее избавиться. А повода не было! Реликвия и все такое… Теперь можно с легким сердцем сказать, что эта реликвия отправлена на реставрацию. И реставрироваться она будет долго!

При этих словах Владыка грозно взглянул на придворных.

– Короче, я тебя, пожалуй, награжу, – задумчиво изрек Пресветлый, – за находчивость и умение исполнить невысказанное пожелание меня. Чего хочешь?

Вечером Тартак тихо втолковывал бедному дежурному Котлану, что ему вот сам Владыка подарил вот эту голову, и если с этой головы пропадет хоть волосок, то…

Слабую попытку Котлана указать на то, что на голове твари нет ни одного волоска, Тартак решительно отвел, как несущественную, заявив, что за волоском дело не станет, ежели что, так он и свой может на голову положить. Уходя, Тартак пригрозил проведением регулярных инспекций на предмет наличия головы.

 

Глава 15

Снова потянулись будни занятий. Все с такой же удручающей однообразностью мой пульсар пробивал защиты Тулина. И так не отличавшийся округлостью форм Тулин, совсем спал с лица. Сарох болтался на нем, как новая простыня на привидении. А когда я ему проболтался, что могу делать самонаводящиеся и управляемые пульсары, он только тихо застонал и отодвинул от себя полную чашку свежезаваренного чая. Но сегодня он появился с высоко поднятой головой. В тубусе, который заменят местным портфели и дипломаты, он тащил кипу бумаг. Глаза блестели от еле скрываемого возбуждения.

Я с интересом смотрел на преобразившегося Тулина. Он тяжело обрушил свою ношу на стол:

– Вот! Это должно нам помочь! – cрывающимся голосом возвестил он.

– Да? И каким образом? – недоверчиво протянул я. – Ты думаешь, что я не смогу пробить эту кипу пульсаром?

– При чем здесь кипа? – возмутился Тулин. – Это записки Салтука – темного мага. Талантливый был стервец, хоть и темный!

– Был! – выделил я ключевое слово.

– Ну да! Был, – невозмутимо ответил Тулин, – но в один, поистине прекрасный день, исчез! Видимо стал жертвой одного из своих сумасшедших опытов. И это очень хорошо! Очень уж он был силен. А записки, вот, остались. Может они нам помогут?

Тулин вывалил бумаги на стол и стал в них копаться, не хуже курицы, в поисках вкусного червячка. Я тоже, с любопытством, склонился над бумагами.

– Интересно! – Тулин выхватил один листок. – Создание телепорта с минимальными затратами Дара! А вот тут, создание возможности отправить телепортом любое существо с пробоем в соседнюю реальность… Так вот интересный расчет универсальной защиты…, так…, так. А этот параметр откуда?… Вот даже как! Очень интересно! Я попробую это! Обязательно!

Я взглянул на покрытый непонятными закарлючками листок и решил не напрягаться. В свое время Тулин меня сам просветит. Лучше я сейчас потренируюсь в зажигании огня под чайником. Так. Как там надо закачать энергию?…Нет, если это вспыхнет, то чайничек вместе с куском стены отправится в недолгий, но разрушительный полет…Надо чуть убрать. Вот! Теперь самое то!…Точечный пульсар… Готово, горит!

– Шарик должен быть еще меньше! – заметил, не отрываясь от листа Тулин.

– Так я и так, самый маленький сделал! – возмутился я.

– Это потому, Колин, что у тебя энергии много, а дозировать ее ты так и не научился, – назидательно изрек Тулин.

– Научился! – упрямо сказал я, – я вот микроскопические действия сам освоил!

– Видел! – кивнул Тулин, – но твои микровоздействия, по затраченной энергии, сходны с затратами на разрушение стены Радуна. Это надо же столько впустую расходовать!

Я надулся и стал следить за огнем под чайником. Впустую-впустую! Главное результат, а, сколько чего – это вторично!

– Очень интересно! – Тулин отложил листок и, в предвкушении потирая руки, прошелся к шкафчику, чтобы достать сладости к чаю. – Я сегодня же вечером попробую. Завтра подойди пораньше!

Я кивнул головой, наливая чай в чашки.

Ох уж эти заклятия мгновенного ответа! Сегодня Жерест что-то перепутал, и теперь, при каждом обращении к нему, с него осыпается град мелких ледяных игл, тут же тающих под жаркими лучами местного солнца. Причем, что он там перепутал, никто не может понять. Пришлось сгонять за Тулином, Кер оказался бессильным нам помочь.

– Ну что тут у вас? – вид Тулина был раздосадован. – Вы оторвали меня от интереснейшего опыта!

– Вот! – Тартак ткнул лапой в сторону Жереста, – Что-то напутал в заклинании.

– Жерест! – Обратился к рыжему Тулин, и тут же отскочил подальше, когда вокруг Жереста взвилось облако ледяных иголок.

– Может его хорошо потрусить, чтобы все иголки высыпались? – внес предложение Тартак.

За это он получил от Жереста убийственный взгляд и "воздушный кулак", в придачу. На кулак Тартак никак не отреагировал, а на взгляд ответил невинной улыбкой.

– Ясно! – вынес вердикт Тулин, – он настроил заклятие на любое обращение к нему! Сейчас снимай заклятие и поставь его снова, только не забудь о параметре опасности!

– Да я не умею его снимать! – рассержено выпалил Жерест.

– А зачем тогда ставил? – резонно спросил Тимон. – Надо было сначала разобраться с деактивацией, а потом уже и ставить.

– Хотелось побыстрее, – застенчиво сказал Жерест.

– Тебе что, кто-то угрожает? – заинтересовалась Аранта.

– Пока нет. Но это-то меня и тревожит, – вздохнул рыжий.

– Да, – вздохнул Тулин, – придется еще и на это время тратить. У меня его и так нет! Стань сюда! Да не швыряйся ты этими иголками, они при такой жаре, все равно без толку!

– Подождите! – вмешался Тартак, – есть предложение: Вы запаковываете себя вместе с ним в какой-нибудь экранчик, и снимаете это самое заклятие. А мы отойдем подальше и там понаблюдаем.

– Есть опасения? – обернулся я к Тартаку.

– Есть предположения! – веско сказал Тартак.

Лирическое отступление:

Лекция Тулина ас Тулина по цепной молнии.

– Так, успокоились! Жерест, я же вроде снял с тебя то заклятие. Почему тогда с тебя снова иголки сыпятся?

Кер, как меня называют студенты?… Правильно! "Главный защитник академии". Да я занимаюсь, в основном, защитными заклинаниями. Но для правильного защитного заклинания необходимо владеть атакующими заклинаниями. И сегодня я Вас удивлю. Сегодня я вам дам не защитное заклинание, а…

Тартак, это ты что, решил юмор проявить? Учти, это тебе не идет. Твое суперзащитное заклинание – это твоя непробиваемая голова! Причем, непробиваемая – в прямом смысле.

Так вот, сегодня я вам дам атакующее заклинание. Называется оно – "Цепная молния". Судя по вашему интересу, вы с ним еще не сталкивались. Для защиты есть и заклинание, я его вам потом дам.

Так, предупреждаю: ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС НЕ ПЫТАЙТЕСЬ ЕГО ИСПОЛЬЗОВАТЬ! Это заклинание относится к опасным. Жерест, это касается, в первую очередь, тебя. Может тебе на время рот зашить?…Ну, если ты хотя бы раз попытаешься – зашью! Ты меня знаешь. Пробовать будем в подвалах академии. Там есть такие места.

Это заклинание доступно всем, кто достиг силы "понятия с колен". По вашей классификации – это пятый уровень, если я не ошибаюсь. Количество поражаемых и сила удара зависит от мощи мага, который применяет это заклинание. Учтите, оно энергоемкое. Поэтому применяется в том случае, когда уже ничего другого не остается. После него маг сравним с выжатым сулсутом…

Тимон, а что ты выжимаешь в чай утром?… Вот это и есть сулсут!

Итак, записываем: " Цепная молния"…

 

Глава 16

Я сидел на ступеньках термина и ожидал Аранту. Она сказала, что сейчас выйдет. Угу, сейчас! По-моему этих "сейчасов" прошло уже штук десять. Не понимаю! Раньше Ари, если надо было куда-то идти, была одной из первых, а тут – сиди и жди ее!

Ну, наконец-то! Ой, что это она сотворила со своим лицом? Нет, красиво, конечно, но ее узнать трудно. И платья этого я раньше не видел. Когда и где она успела его прибарахолить?

И что мне не очень понравилось, так это то, что я себя почувствовал рядом с ней, не очень достойно. Я-то не старался выглядеть, да и особо не в чем мне выглядеть.

Я неловко встал, отряхивая сарох. И зачем я его нацепил? Вечер же на дворе. Аранта, озорно улыбаясь, подошла, чмокнула в щеку.

– Колин, ты, куда это в таком наряде собрался?

– Ари, я сейчас мотнусь, переоденусь?

Аранта отрицательно качнула головой:

– Вот этому отдай!

Она ловко прихватила за шиворот пробегавшего мимо первокурсника с налысо стриженой головой. Я быстро стянул через голову сарох и протянул его первокурснику, который испуганно переводил взгляд с Аранты на меня и обратно.

– Знаешь, где я живу?

Паренек испугано закивал головой.

– Отнеси туда! Постучи только перед тем, как войти. Там благ Тимон сидит. Ему и отдай! Понял?

Еще одно быстрое кивание.

Мы шли по темным улочкам Радуна. Прохожих было очень мало. Изредка можно было заметить то тут, то там спешащих домой людей. Это меня устраивало. Можно было остановиться и поцеловаться, не обращая внимания на окружающих. Мы, не сговариваясь, направились к озеру. Идти по пустынному ночному городу, держась за руки, с самой красивой девушкой во всех мирах! Я млел.

Но Аранта вдруг насторожилась. Ну, вот! Кто там посмел мне всю малину испортить? Краем зрения я заметил что-то вроде движения в переулке, справа от нас. Резко повернул голову. Нет, кажется ничего. Но лирическое настроение уже пропало. Появилось ощущение, что кто-то внимательно на нас смотрит. Хорошо было бы, если бы просто смотрел! Но паршивое ощущение, что смотрят через оптический прицел, не забыв прикрепить к нему винтовку, на худой конец поверх стрелы на тетиве лука, усиливалось.

Вокруг нас на мгновение затянуло зеленью. Сработал защитный кокон, реагируя на опасность! Его я подцепил на мгновенный ответ. Две стрелы, направленные в нас, замерли на границе кокона и, с тихим стуком, упали на брусчатку.

Аранта молниеносно среагировала. Я не успел еще осознать, что же собственно произошло, а Ари уже вошла в темп и бросилась в направлении стрелков.

– Хотя бы одного живым! – крикнул я ей вслед, впрочем, мало надеясь на то, что она услышала.

Я настороженно просканировал окружающее пространство. Вроде больше ничего опасного. Надо поспешить за Арантой, а то она же прибьет тех, кто испортил ей все удовольствие! А какой спрос с мертвяков? Правильно, молчат, как…!

Я чуть было не полетел кувырком, споткнувшись об преграду, лежащую на брусчатке. Ага! Этой преградой стал один из нападавших. Одет в темную одежду. Рядом лук. Один конец тетивы зацеплен, а второй элегантно затянут на шее. А я сразу заподозрил, что Ари не будет доброй. Не удивлюсь, если и второй будет где-то поблизости. Тяжелое дыхание и шарканье ногами слышно за углом. Наверное, это второй. Непонятно только, что он там шаркает? Я завернул за угол. Точно! Второй. Выставил перед собой парные клинки и шустро ими вращает. Ари не спешит. Понимает, что даже в темпе не пробиться. Время от времени мокрушник-неудачник делает выпады, пытаясь достать Аранту. Она легко и изящно уклоняется.

– Ари, он мне нужен живым, – заметил я тихо.

– А мне, не нужен, – так же тихо, но зло.

Аранта сделала пируэт, и, в развороте, выбросила руку в сторону нападавшего. Тот явно не был готов к "воздушному кулаку". Темного отбросило к ограде дома. Аранта, мгновенно войдя в темп, рванулась за ним. Серебристыми рыбками, разлетелись в разные стороны мечи. Короткий хрип, и наш "язык", уже не "язык".

– Ну что ты наделала? Как мы теперь узнаем, кто их на нас натравил?

Аранта, не отвечая, начала методично обшаривать одежду на трупе. Вот она издала удовлетворенное хмыканье, вытащив кошель из кармана. Подбросила на руке, потом приблизила к лицу, рассматривая.

– Все ясно!

– Ну и что тебе ясно? – уныло спросил я.

– Кто натравил, ясно.– Аранта улыбнулась.

Я вздрогнул. Ничего доброго тому, кто на нас натравил убийц, эта улыбка не сулила. А как бы, даже, наоборот.

– Кто? – голос мой дрогнул.

– А Тутус, тебе ничего не говорит? – прищурилась Аранта.

– Понятно! – я запустил пальцы в шевелюру, – так вот почему он затаился и не возникал больше. Надо срочно сообщить Керу, а он пускай выходит на Гашагу.

– И что мы им предъявим? – беря меня под руку, мурлыкнула Ари, – парочку трупов и кошель, который мы взяли не известно где?

– Ну, зачем ты их прибила? – воскликнул я, – мы бы из них выбили бы все сведения.

– Мы сами разберемся с этим толстяком! – дернула плечиком Аранта. – А сейчас я хочу прогуляться к озеру, и не советую никому мне в этом помешать!

Мне ничего не оставалось, как подчиниться ее напору. Действительно, разберемся, но это все потом, а сейчас мне не хочется думать об этом.

– Я его лично по стене размажу! Вот так возьму, и оторву все, что выступает! – рык Тартака, по-моему, был слышан во всем термине, причем, не только в его мужской половине, но и в женской.

– И мне оставь, что-нибудь оторвать! – кровожадно подтягивал Жерест.

– Тихо! – приказал я. – Не надо выносить это событие за пределы нашей группы.

– Тар, ты еще прямо назови по имени того, кому ты это собираешься сделать! – пробурчала Аранта, выглядывая за дверь.

Правильно! Я распахнул окно и выглянул наружу. Никого!

– Ясно одно! – удобнее умащиваясь на подушках, изрек Тимон. – Надо установить более тщательное наблюдение за домом Татофа. Обращать внимание на всех, кто туда заходит и выходит.

– А ты стратег! – восхищенно заметил я, тщательно закрывая окно.

– Ребятки, а вам не кажется, что обсуждать тут эти вопросы глупо? – Аранта сердито смотрела на меня.

Интересно, а я тут причем? Я, что ли, рычал на весь термин?

– А где? – Жерест озвучил вопрос, который был готов задать я.

– На природе! – Аранта внимательно осмотрела коридор, – давайте по одному! Не привлекая внимания.

– Издеваешься? – поднял брови Тартак. – Это я-то, не привлекая внимания?

– Кто издевается? – удивилась Аранта. – Обернулся мальчиком, с уклоном в местный колорит, подхватил веточку и трусцой на озеро.

– А на нас не попытаются напасть снова? – с опаской осведомился Жерест.

– Ну не среди белого же дня! – Тимон решительно натянул сарох. – Колин, пошли!

Итак, классическая форма военного совета. Жерест на дереве, Тартак под деревом, мы – кружком вокруг. Тартак хотел установить свой полог для слонов, но я его убедил, что мой полог надежнее. Полог должен был предупредить нас, если кто-то попытается приблизиться к нам незамеченным.

На середине пространства лежало вещественное доказательство – кошель. Пустой. Содержимое, со словами "деньги не пахнут", было изъято Арантой.

– Я думаю, что мы должны выработать план действий, – начал совет Тимон.

– Палицей по кумполу! – сразу же внес конструктивное предложение Тартак. – Нет Татофа – нет проблемы!

– Не пойдет! – резко сказала Аранта. – Очевидно, что тут не только Татоф завязан. Такие деньги он один собрать не мог. Думаю, что его папаня тоже в стороне не остался.

– Два раза по кумполу! – радостно предложил Тартак.

– Тар, успокойся! – я поморщился. – Они приближенные Владыки. Мы не можем так просто дать им по кумполу. Надо четко обосновать наши действия. Доказать, что они пытались нас убить, а мы действовали в целях самообороны.

– Вот я и говорю! – кивнул Тимон, – самое верное средство – это наблюдение за их домом. Я думаю, что днем там ничего предосудительного не происходит. Значит надо следить за домом вечером и ночью. Наберем фактов, проследим, кто к ним приходит, кто уходит и…,

– Палицей по кумполу! – радостно заключил Тартак, которому надоели все эти сложности.

– …И там уже будем решать! – возмущенно взглянув на Тартака, закончил Тимон.

Решали долго и до хрипоты. Тартак обиделся, когда ему сказали, что он наблюдать не будет. Уж очень он заметный. В ход был пущен образ Валдиса. Тартак демонстрировал, какой он может быть незаметный и наблюдательный. Наконец мы сдались, и после клятвенных заверений Тартака, что он не будет никого лупить по голове веточкой, тролль был допущен к операции. Было решено, что дежурить будем поочередно. Каждый, по два часа. Ходить ночью осторожно, подвесив все защитные заклинания на мгновенный ответ. Я сказал, что напитаю эти заклинания энергией так, что никакая магия их не пробьет. Тулин на днях рассказал мне, как это делается.

На том и порешили.

– Тот, кто нам нужен – в доме, – Жерест нетерпеливо приплясывал у двери в ожидании нашей реакции

– Не факт! – уперся я, – откуда ты знаешь, что это именно тот, кто нам нужен? Надо проверить.

За дверью, по коридору, судя по дробному топоту, кто-то быстро пробежал. Потом в обратную сторону, уже несколько человек.

– Что там у них творится? – задал риторический вопрос Тимон.

Жерест, поднявшийся было, чтобы выяснить причину переполоха, прислушался и снова уселся.

– Это Аранта, – пояснил он, – ее пытаются не пустить.

– Что? – я вскочил на ноги и опрометью выскочил из комнаты.

Ну вот. Так и знал! Мое вмешательство запоздало. Да к тому же, около Аранты нарисовался Тартак. Сегодня на входе в термин дежурили старшекурсники. Они установившегося статус-кво не знали, и грудью встали на пути одинокой и бедной девушки, попытавшейся войти на мужскую половину термина.

Когда я подошел, один из рьяных защитников сидел у стеночки и пытался рассмотреть кончик своего носа. Двое со священным ужасом в глазах обозревали палицу Тартака, которая находилась в опасной близости от их организмов. Аранта же, взяв за грудки одного, по моему мнению, не самого симпатичного, доверительно объясняла ему изменения, произошедшие за время нашего присутствия здесь. Этот несимпатичный орел, зачарованно смотрящий на Аранту, кивал головой каждому слову и, судя по всему, мечтал, чтобы лекция побыстрее прекратилась. Совершать какие-либо магические действия эти ребята не торопились. И то хорошо! Впрочем, как мне удалось выяснить за время, что мы здесь живем, общий уровень магии здесь не так высок, как на Магире. В основном упор делается на защитных заклинаниях и бытовой магии. Но защитные заклинания тут предназначены для отражения магических атакующих заклинаний. О физическом воздействии местные маги не позаботились. Их от таких воздействий защищают войска, если уж появилась такая надобность. У термина войск не наблюдалось, а действия Тартака и Аранты носили ярко выраженный физический характер.

– Ну, надеюсь, что все формальности улажены, – дипломатично сказал я, светски улыбаясь тихо косеющим старшекурсникам, – и мы можем пройти к себе?

– Подожди, – попросил Тартак, – я тут еще не объяснил траекторию движения палицы перед соприкосновением с кумполом наиболее рьяных клиентов. Траекторию я могу воспроизвести хоть сейчас, вот только рьяного клиента никак не могу найти.

Судя по выражению лиц окружающих, с клиентом у Тартака на этот раз не сложилось. Тартак это понял и без моих слов. Горестно вздохнув, он направился в комнату. Мы с Ари, переглянувшись и улыбаясь, двинулись за ним. Но перед тем как двинуться я обернулся к "церберам":

– Надеюсь, и в следующий раз благородному Тартаку не удастся найти клиента.

Когда мы все победным строем ввалились в комнату, Тартак первым делом спросил:

– Ну что? Что делать дальше будем? А то у меня настроение портится начинает. А вы знаете, что такое тролль с испорченным настроением?

Мы, конечно, не знали, да и знать не желали. Ну, как-то, не возникало у нас такого желания.

– Да говорю же, что он там, в доме! – снова возбужденно заговорил Жерест.

– Так, это уже интересно! – насторожился Тартак, – кто?

– Я уверен, что тот, кто нам нужен!

– Ну почему ты в этом уверен? – вздохнул я.

В мои планы на этот вечер, визиты куда-либо не входили. А входил в них всего один пункт – пройтись с Арантой к озеру и обратно. И вот является этот рыжий балбес и тянет нас, причем всех, к надоевшему уже мне дому. Ну, где романтика спрашивается?

– Он весь в черном!– Жерест растопырил руки, стараясь придать больше веса своим словам. – Он прокрался к входу и очень таинственно вошел.

– Ну, как можно таинственно войти? – не вытерпел я. – Кто-то, либо входит, либо выходит. Войти может только таинственный, но не таинственно!

– Нет, Тимон, ты только погляди на него! – пожаловался Тимону Жерест, – я бежал, весь запыхался, а он еще и привередничает!

– Подожди! – вмешалась, принявшая серьезный вид Аранта, – что значит в черном?

– А то и значит! – возбужденно пояснил Жерест, – человек одет во все черное, и даже на голове какая-то черная шапка.

– Ну и что? – я не понимал, какое это имеет значение, – проследил бы его, куда пошел, что потом сделал.

– Коль! – остановила меня Аранта, – те, которые пытались нас убить, тоже были во всем черном.

– Ага! – обрадовался Тартак, – еще один убивец наклюнулся. Надо бы нанести визит к этому Татофу и Тугусу. Популярно объяснить им, что лучше нас не трогать. Заодно и этого, который в черном, прищучим.

– Татофу ас Тугусу, – поправил я. – Ребята, вламываться ночью в дом к вельможе, могут быть большие неприятности.

– А если он убийц нанимает, и мы не прекратим это дело, то у нас точно будут неприятности! – возмущенно заговорил Тимон.

– Молодец Тимка! – загудел Тартак, – правильно рассуждаешь! Пошли!

Тартак решительно повернулся, намериваясь тотчас же отправиться на охоту.

– Жерест! – распорядилась Аранта, – давай к дому, а мы сейчас подойдем.

Я только вздохнул, расставаясь с надеждой на романтический вечер.

 

Глава 17

Четыре тени скользнули к группе кустов, стараясь не попадать в свет редких светильников, стоящих вдоль улицы. Навстречу им из кустов выбралась пятая.

– Ну что? – спросила одна из теней голосом меня.

– А ничего! – парировала тень, выбравшаяся из кустов, – сидит в доме, если уже не ушел.

– Если это наемный убийца, то уйти так быстро не должен, – тень Аранты, повернувшись к наблюдаемому объекту, старательно всматривалась в темноту.

– Если уже ушел, то чего мы сюда приперлись? – возмутилась моя тень.

– Так чего стоим? Пошли и выясним! – предложила самая высокая и широкая тень.

– Перебраться через ограду – не проблема, – Жерест оценивающе смотрел на кованую решетку забора вокруг особняка Тугусов.

– Не спеши! – одернула Аранта, – за решеткой ничего не видишь?

– Нет, – неуверенно ответил Жерест.

Я всмотрелся в темноту деревьев, стоящих за оградой. Вот! Два скользящих силуэта, промчались вдоль забора. Один из них, как по заказу, остановился на участке, куда падал слабый свет одного из светильников. Мда, красивым это не назовешь! Пасть крокодила, может чуть меньше, но не красивее, на коротком теле с длинными голенастыми лапами. Короткий хвост, вытянутый параллельно земле. Глаза, источающие слабый красноватый свет. И ко всему прочему, это неподобство еще чешуей покрыто!

– Этого у меня в коллекции еще нет! – алчно заметил Тартак.

– Нет, их убивать не надо! – отозвалась Аранта.

– Почему?

– Жалко.

– Значит людей тебе не жалко, а этих тварей жалко! – взвился Жерест.

– Тише! – обернулась к нему Аранта. – Да, жалко! Они лишь выполняют свой долг, а люди, не все, конечно, подлы и жестоки!

– Ну, не убивать, так не убивать! – вмешался я.

Мне эта дискуссия о людях, почему-то не понравилась. Впрочем, в голове мелькнуло решение этой проблемы. Осталось только рассчитать временную составляющую и сфокусировать заклинание на "собачек". Оп-па! Готово! Обе тени поднялись вверх, на высоту метра-полтора и зависли, яростно молотя лапами воздух и сдавленно шипя.

Не говоря больше ни слова, мы быстро перелезли через забор. Аранта и Жерест двигались впереди. За ними скользил Тимон. Я шел четвертым. Замыкал нашу маленькую колону Тартак. Мы осторожно обошли барахтающихся в воздухе тварей. Я оглянулся. Тартак как раз обходил вторую тварь, когда она, невероятным образом изогнувшись, и все-таки умудрилась цапнуть его за левую руку. Реакция Тартака была молниеносна. Засопев от гнева, он ловко перебросил палицу в левую, укушенную руку, а правую опустил со всего маха на темечко неразумной твари. Сила удара была такова, что я почувствовал рывок удерживающих сил. Естественно, твари этого удара по голове, хватило с головой, простите за тавтологию. Она безвольно повисла в воздухе, из открытой пасти свисал клок Тартаковой шерсти. Тартак удовлетворенно засопел, с интересом рассматривая животное. Тимон раздраженно обернулся и зашипел на Тартака:

– Ну что ты сопишь, как гном под мешком с рудой?

Тартак не смог удержаться и засопел обиженно. Тимон с досадой махнул рукой и продолжил движение вслед за удаляющимися Арантой и Жерестом. Мы с Тартаком поспешили сократить разрыв. Аранта начала забирать в сторону правого крыла здания.

– Куда ты пошла? – зашипел Тимон, – вход же не там.

– У входа слишком много открытого пространства, там нас могут заметить, – так же шепотом, ответила Аранта.

– И есть кому, – подтвердил Жерест, – там по два лоботряса стоят, и днем, и ночью.

– Ты думаешь, у черного входа не стоят? – не унимался Тимон.

– А кто тебе сказал, что я собираюсь идти через черный ход? – удивилась Аранта.

– А как же ты собираешься войти?

– Как все уважающие себя наемные убийцы – через окно, – отрезала Аранта, двигаясь дальше.

– Можно подумать, что тут специально для нас держат открытое окно с транспарантом "Входите, уважаемые наемные убийцы!" – пробурчал Тимон.

– Держат не для нас, а для прохлады, – ехидно заметил Жерест.

– Ох уж эти благородные! – вздохнул Тартак, – обязательно надо создать себе трудности.

– На себя посмотри! – обиделся Тимон, – ты-то сам благородный уже более года!

– Да? – удивился Тартак, – надо же! Вот что значит – попасть в дурную компанию!

Права, и это закономерно, оказалась Аранта. Открытое окно обнаружилось. Правда, на втором этаже, но это нас не остановило. Ловко карабкаясь по ветвям деревьев, мы пробрались в комнату. Тартак остался внизу. Мы осторожно спустились вниз, по темным коридорам и открыли окно внизу, куда с большим трудом втиснулся Тартак. Плечи никак не хотели пролазить.

– Теперь куда? – проводя ревизию того, что пролезло в окно, спросил Тартак.

– В господские покои, конечно! – мило улыбнулась Аранта.

– Ну, наконец-то! – удовлетворенно вздохнул Тартак, – а то всякие обходные маневры меня сильно утомляют. Я бы просто прошел в главный вход, не мудрствуя! Кто не успел бы убежать, сам виноват!

– Был бы шум! – сухо сказал я, – а нам он не нужен!

– Пока! – со значением добавила Аранта.

– Вообще! – закрыл тему я. – Двинулись!

Потянулась череда темных комнат, обставленных с варварской роскошью. Общее направление мы знали, но тут было столько закоулков, дверей, занавесок, что мы невольно путались и попадали не туда, куда хотели. Наконец последняя преграда была преодолена, и мы вышли на балкон центральной залы.

Внизу, в креслах располагались два человека. Перед ними стоял третий. В стоящем человеке, я без труда узнал Татофа. Сидящий в белом сарохе – скорее всего, его отец. А вот третий в черной свободной одежде…? Что-то знакомое! Ну да! Это тот милый типчик из моего сна, которого я видал за уроком химии и философскими рассуждениями о каком-то спящем и одиноком! Что-то привлекло его внимание, несмотря на то, что мы появились на балконе практически бесшумно. Черный резко развернулся в нашу сторону. Его глаза зло прищурились.

– Это хорошо, что ты зашел к нам в гости! Но время жертвы еще не пришло, да и место не то. Впрочем, это поправимо, – черный резко поднялся.

Я времени не терял, энергия уже струилась в мою руку. Боевой пульсар со свистом рванул в сторону черного мага. Да, вот то, что он маг, да к тому же, не хилый, я как-то не учел. И с сожалением в этом убедился. Над черным разлилось какое-то зеленое свечение, которое поглотило мой пульсар. Пульсар втянулся в маленькую, ослепительную точку и погас. Темный быстро метнулся в одну из боковых дверей. Мы, не думая об опасности, пылая охотничьим азартом, рванулись к центральной лестнице, практически не касаясь перил, слетели по ней вниз и устремились к той двери, в которую только что нырнул наш враг. Все произошло так быстро и неожиданно, что Тугус старший успел только подняться на ноги. Младший смотрел на происходящее, приоткрыв от изумления рот. Времени на церемонии с этими приспешниками не было. Зашуршал, распарываемый палицей Тартака, воздух и старший из Тугусов, мир с ними обеими, отлетел к стене. Младшего Аранта жестким ударом уложила на пол. Интересоваться смертельный это удар, или так, чтобы просто отключить, не было ни времени, ни желания. Мы на полной скорости вломились в дверь. В конце коридора мелькнула черная тень.

Ну, ведь один раз уже попадался на это! Знал, что черный мастер по порталам! И все же, в который раз, наступил на одни и те же грабли. Одно утешает, не один я наступил. Все вместе и наступили. Не обратив внимания на зеленую полупрозрачную полосу, пересекающую коридор, мы промчались дальше.

По инерции, мы пробежали еще несколько метров. Шаги гулко прозвучали по каменистой почве.

– Не туда бежим, ребята! – постарался обратить наше внимание на изменения обстановки Жерест.

Мы остановились, озираясь по сторонам. Справа, заслоняя часть звездного неба, вертикально вверх поднималась какая-то стена, и поднималась она на достаточно большую высоту. Слева простиралась холмистая равнина. Света Ассар было маловато, но у меня появилось нехорошее предчувствие, что эти холмы состоят из песка и дюны – их фамилия.

– Ну, и что это предположительно значит? – задал я риторический вопрос.

– Ничего не понимаю! – Тимон ошеломленно оглядывался по сторонам, – как мы сюда попали? Мы же по коридору бежали!

– Смылся! Куктун черный! – Тартак с досадой махнул палицей.

– Откуда там взялся портал? – Аранта привычно пригнулась под свистнувшей над головой палицей Тартака, – Почему не было видно оттуда этого места? Ведь через портал, если он не стационарный, виден конечный пункт перехода.

– Я теперь не уверен, что это обязательное условие, – угрюмо ответил я.

– Что-то здесь прохладно! – поежился Жерест.

– Если ты найдешь дрова для костра, то я, так и быть, разожгу костер, – буркнул Тартак, продолжая озираться.

Жерест обвел безнадежным взглядом окружающее пространство. Не обнаружив ни единого кандидата на роль дров, он с надеждой взглянул на меня. А что я? Я же не полный маг! Я только на него учусь.

– Вон там какой-то выступ! – махнул лапой в сторону стены Тартак, – давайте туда заберемся и посовещаемся.

– У нее и заночуем, – пробормотал я.

– Чего? – обернулся ко мне Тартак.

– Ночевать там придется! – с досадой ответил я.

Мы двинулись в направлении указанного Тартаком выступа. Ему-то что? У него хорошее ночное зрение. Завидую…Завидую? Я напряг глаза, пытаясь рассмотреть окружающий меня ландшафт более четко. Внезапно мир вроде как посветлел и приблизился. Стало видно очень хорошо! Не день, конечно, но вполне приемлемо!

– Эй, Колин! Ты чего творишь? – толкнул меня в бок Тимон.

– А что? – обернулся я на друга.

– У тебя глаза светятся! – с испугом глядя на меня, просветил Тимон, – зеленые, и зрачок вертикальный!

Мир потускнел и потемнел.

– Вот теперь – потухли! – констатировал Тимон. – Что это было?

– Я только хотел рассмотреть, что тут вокруг, – смущенно пояснил я.

– О чем вы там шепчетесь? – подозрительно спросила, шедшая впереди Аранта.

– Делимся впечатлениями об окружающем, – откликнулся Тимон, и уже мне:

– Больше так не пугай меня!

 

Глава 18

Меня разбудили лучи солнца, упершиеся в мое лицо. Я спал на боку, повернувшись в сторону востока. Я досадливо поморщился. Тело ломило от "мягкого" ложа, которым являлся пол выступа.

Ну да! Мы же вчера забрались на этот выступ. Ну, не взобрались. Ну, взлетели! Какая разница? У Тимона с левитацией, пока, проблемы, но дружный подхват Аранты и меня с обеих сторон, эти проблемы временно отвел в стороны. Тартак, имея опыт парения в эффектных позах, смог-таки подняться на высоту нескольких метров и уцепиться лапами за край выступа. Подтянуться и перевалить за этот край, для него не составило труда. Выступ покряхтел, но устоял, не обвалился. Даже Жерест смог (в первый раз без ошибок!) взлететь и долететь. Вот так, ничего толком и не решив, мы заночевали, надеясь утром, когда толком осмотримся, закончить начатое обсуждение.

Я, кряхтя, сел. Все дрыхли, и это было возмутительно! Я подобрался к краю выступа и, свесив ноги вниз, умостился для обозревания окрестностей. Справа и слева, на сколько хватало глаз, вверх круто уходила стена из скал. Прямо, передо мною, вовсю светило утреннее солнце над бесконечной грядой дюн и барханов. Кто бы мне объяснил, чем они отличаются? И ни одного, радующего взгляд, зеленого пятнышка! Вот ведь, что называется, влипли! Вид откровенно вызывал жажду только своим видом. Ну-ка, вспомним свои упражнения!

Я попытался вызвать двухлитровую бутылку минеральной воды. Не получилось! Может здесь что-то другое? А попробую, хотя бы полулитровую… Оп-па! Я вынул из воздуха мгновенно запотевшую бутылочку "Софии Киевской". Странно, если бы это было что-то другое! У нас в магазинчике только ее и продавали. Несколько жадных глотков своим шумом разбудили Жереста. Судя по решительному виду, с которым он начал подгребать ко мне, и он не прочь сделать пару глотков. Я вытащил еще одну бутылочку и без слов протянул ее Жересту.

– Живем! – хриплым со сна голосом, провозгласил Жерест и с наслаждением припал к горлышку.

– Ты так жадно пьешь, что можно подумать, будто ты с похмелья! – мрачно пошутил я.

– Капли в рот не брал! – клятвенно заверил меня Жерест.

Зашевелились остальные члены нашей группы.

– Ты где воду взял? – Тимон с интересом смотрел на меня.

– Там же, где и мороженное.

– Ребята, извините, я на минутку! – Аранта спрыгнула с выступа.

– Куда она?– заволновался Жерест.

– Тебе подробно объяснить, или сам поймешь? – огрызнулся я.

Через некоторое время, умывшись добытой мной водой и свалив невиданную здесь пластиковую тару под выступ, мы снова собрались на месте ночлега, превратив его в зал заседаний. Вступительное слово взял на себя Тартак:

– Жрать охота! – просветил он собравшихся.

Кворум принял это заявление к сведенью. Так как все были согласны с оратором, то обошлось без прений.

– Здоровья не хватит, – ответил я на вопросительные взгляды друзей, чувствуя неприятную слабость после извлечения воды, в количестве одиннадцати бутылок. Хотя и резерв быстро пополнялся, но перспектива наполнить ненастную утробу Тартака меня искренне пугала. Оставим мое умение на крайний случай.

Мы сидели, переваривая информацию и с унылым видом обозревая окрестности.

– Тартак, – Тимон приятно улыбнулся, – а тебе голов тех двух тварей хватает?

– Это ты к чему? – очнулся от тяжелых дум тролль.

– Да так. Просто интересно.

– Ну…, – Тартак почесал макушку, – вообще-то хватает.

– Это хорошо! – откинулся на камень Тимон.

– Хорошо! – согласилась с ним Аранта, напряженный вид которой, заставил меня встрепенуться.

Крупный образец вышеупомянутых ящеров, не спеша, ковылял вдоль стены в нашу сторону. Засопел и зашевелился Тартак.

– Тар, у нас нечем отрубить ему голову, да и подумай сам, на такой-то жаре…!

Тартак с сожалением кивнул головой, не сводя алчного взгляда с ящера, который настороженно поднял голову, выискивая источник шума. Не знаю, как у этих тварей с обонянием, или ветер дул не в ту сторону, но ящер нас не нашел и двинулся своим путем. А мы приняли к сведенью информацию о том, что здесь водятся и такие твари.

Тимон взял кинжал Жереста и начал что-то царапать на каменном полу.

– Не затупи! – заволновался Жерест, – и вообще, что ты там шкрябаешь?

– Я рисую карту Харшада, – Тимон увлеченно царапал какие-то загогулины на камне.

– Я и не знал, что ты тут и географию изучал, – с уважением заметил я.

– Ну, не то чтобы специально, – Тимон отклонившись, взглядом художника окинул свое творение, – но мне попался какой-то толстый том, вот я в него и заглянул.

Арии передвинулась поближе, всмотрелась, потом недоуменно пожала плечами:

– Что-то я тут ничего не могу разобрать! Какие-то царапины туда, две царапины сюда. Это что?

– Это так выглядят берега Харшада – начал пояснять Тимон, – вот тут и тут горы. Тут, где-то, находится Радун.

Я начал понимать чертеж Тимона.

– Подожди, если вспомнить, что солнце вставало вон там, на востоке, то мы можем находиться здесь, или здесь. Ведь горы у нас за спиной, – Я ткнул оттопыренным большим пальцем за спину.

– Юг и запад, – задумчиво сказал Тимон. – Если запад, то за горами – эльфы, если юг, то за горами – океан.

– Так давайте перевалим через горы и посмотрим, – радостно предложил Жерест.

– Если там эльфы, то мне что-то не хочется превращаться в ежика, – хмуро буркнул я.

– Какого ежика? – удивленно вытаращился на меня Жерест.

– Самодельного! Если верить местным авторитетам, то эльфы сначала истыкают тебя стрелами, а потом только начнут задавать себе вопросы – откуда ты взялся?

– Почему себе? – продолжал допытываться Жерест.

– Потому, что ежики не разговаривают! – отрезал я.

– Но идти через пустыню – это гиблый вариант, – заметила Аранта.

– А вы что, думали этот тип на местный курорт нас зашвырнет? – съехидничал я.

– Подожди! – наморщил лоб Тимон, – если и там, и там, двигаться в эту сторону, то не надо лезть через горы, и через пустыню тоже идти не надо. Вот тут и тут мы выйдем к океану, двигаясь вдоль гор.

– Голова! – ласково сказал Тартак.

Тимон от похвалы зарделся.

– Ну что, двинулись? – спросил Тартак, решительно подхватил палицу и сиганул с выступа.

 

Глава 19

Жерест уныло плелся впереди. Обмотанная рубашкой голова понуро опущена. Плечи красные, как у рака. За ним, тоже устало, бредет Тимон. Рапира бьется об его голые ноги, в одной руке недопитая бутылка минеральной воды, в другой палочка от съеденного мороженного. Тартак тоже выглядит не лучшим образом, но крепится и тащит перевязанную веревкой огромную вязанку дров. В его тени шагает Аранта, тоже с дровами. Ну и, наконец, я – держу тылы и снабжаю нашу компанию водой и мороженным. Скоро солнце полностью встанет над этими краями, и нам уже надо искать пристанище на день. Желательно, что бы в этом пристанище было побольше тени.

Первый же день похода нас многому научил. Первое, что мы усвоили, так это то, что солнце здесь если и печет, то делает это немилосердно. Рыжий пострадал в первую очередь. Его загар берет с трудом, а вот сгорает он молниеносно. Два часа перехода, и наш рыжик стал малиновым. Мы нашли большую скалу и, укрывшись за ней, срочно приняли решение идти по ночам, устраивая дневки. Так и двигались, выходя вечером и начиная искать место остановки утром.

На второй день пути мы столкнулись с какой-то очень большой и очень неповоротливой зверюгой. Надо ли напоминать, что голодный Тартак – это очень нервное и злобное существо? Поэтому, когда этот слонопотам, не обращая на нас внимания, попытался на наших глазах устроить себе большое почесание об стену, Тартак не выдержал. Взревев, как три медведя, он рванулся к ходячему мясному прилавку. Прилавок даже хрюкнуть не успел, как стал законной добычей торжествующего Тартака. Его радость омрачали только два фактора. Первый – нельзя взять с собой голову (там и головы-то как таковой было очень мало), второй – приготовить мясо не на чем. Впрочем, как здраво рассудила Аранта, если это чудо тут жило, то оно чем-то должно было питаться? Тартак вспомнил о том, что он горный тролль, шустро вскарабкался на достаточно высокий утес и взглянул вдаль. Потом радостно нам сообщил, что видит озерцо и несколько деревьев вокруг. Я с опаской вспомнил о миражах, но ребята, не подозревавшие о таких явлениях, дружно рванулись вперед.

К счастью, я ошибся. Это был довольно большой оазис, состоящий из нескольких прелестных озер, связанных между собой каналами. Начало этому оазису давал родник, бьющий из расщелины в скале. Берега озер густо поросли деревьями и кустарниками. Но свободного места тоже хватало. На таком вот пляже, выбрав местечко потенистее, мы и расположились. Тартак, вдохновленный перспективой плотно поесть, совершал несколько ходок с топориком к туше, прибитого им мастодонта. Конечно, это был не мастодонт, но я не знаю, кто это был, поэтому для простоты и называю его так.

Надо ли говорить, что топорик Тартаку вызвал снова я? К сожалению, заклинание вызова обладает рядом ограничений. Нельзя вызвать слишком большую вещь. Нельзя вызвать вещь, тяжелее трех килограмм. Нельзя вызвать живое существо. Этому заклинанию меня научила Гариэль, и я здесь вовсю им пользуюсь. Два дня постоянного вызова всяких мелочей, так меня натренировали, что я теперь вызываю что-либо без малейших трудностей.

Вся беда в том, что эти мелочи не могли насытить необъятную утробу Тартака. Да и выбор того, что я мог вызвать был не очень велик. Чипсы, мороженное, фисташки и так далее – это явно была не та еда, которая могла насытить нашего большого и лохматого.

Рецепты данные нам таном Пекарусом, преподавателем бытовой магии, оказались, мягко говоря, неудобоваримыми. То ли мы не умели это готовить, то ли тан Пекарус был таким нетребовательным в еде, но то, что у нас получалось, едой назвать нельзя.

Проблемы вызывала и готовка на огне. Не проблема была каждый вечер, гремя чайником, готовиться к чаепитию. Выливать из бутылок в чайник минеральную воду (в ином виде я воду, как-то вызвать не мог), садиться и ждать пока этот чайник закипит. Но вот вопрос – на чем? Конечно на точечном пульсаре! Этому искусству меня научил Тулин за время многократного распивания чаев в его лаборатории. Почему-то, все великодушно переложили эту повинность на меня. Да еще и носы воротили. Это, видите ли, не очень! Вот настоящий костер – это да! На дровах было как-то привычнее. А где я вам в пустыне дрова возьму?

Вот тут-то мы и смогли заготовить запас дров. Достаточное количество неизвестно кем поваленных деревьев, позволили нам это сделать. Неподалеку мы заметили еще несколько особей прибитого Тартаком вида. Но нас они уже не интересовали, так как мяса было вдоволь.

Мы пробыли в оазисе три дня, отъедаясь и купаясь в озерах. Я смог хорошо представить себе кусок веревки и вызвать его. Многострадальным кинжалом Жереста мы разрезали его на несколько кусков поменьше. Таким образом, мы двинулись дальше, уже достаточно упакованными.

Несколько дней, вернее ночей похода нас основательно изменили. И так не толстые, мы стали еще худее. Даже у Тартака пропала некоторая округлость форм. Четче проступили мускулы. И теперь Тартак был похож на культуриста в мохнатом комбинезоне.

В это утро мы вышли к узкому ущелью, уходящему вглубь гор. Остановившись, мы задумчиво его созерцали. Ох, что-то мне это не нравится!

– А давайте пойдем туда! – предложил Жерест, вглядываясь в тенистый проход.

– И что там делать? – вяло поинтересовался Тимон.

– А вдруг, оно выведет нас к морю? Вон оттуда даже прохладой веет!

– Не путай прохладу с могильным холодом, – хмуро буркнул я.

– Ты что-то чувствуешь? – встревожилась Аранта.

Ее вязанка рухнула на землю, а руки потянулись к рукоятям мечей в наспинных ножнах.

– Да ничего я не чувствую, но это-то мне и не нравится. Шли-шли, а тут бах, и ущелье к морю. Слишком это…, – я повертел в воздухе пальцами, не в силах объяснить чувство словами.

– Ничего себе – вдруг! – возмутился Жерест, – Мы сколько шли? Мы долго шли! И вышли! А тебе что-то не нравится! Надо было там, на утесе оставаться.

– Не шуми! – рыкнул на разошедшегося Жереста Тартак, и уже обращаясь ко мне:

– Мы теперь что, от каждого прохода шарахаться будем?

Я неопределенно пожал плечами. Ну, что я мог сказать? Какие-то, ничем необоснованные, опасения, тревожные предчувствия? Способности ясновиденья, если их у нас выявят, будут развивать на четвертом курсе. Там будет специальная программа.

– Не проверишь – не узнаешь! – философски вздохнул Тимон, направляясь к ущелью.

Мы всей толпой потащились за ним.

Мы вышли из ущелья на широкую долину и резко остановились. А как же нам было не останавливаться? Пред нами располагалась плотная масса людей, причем мужчин, причем вооруженных, причем явно ожидающих нас.

Мы некоторое время оторопело рассматривали эту картину. Процесс обозрения прервал грохот за спиной. Я резко обернулся. Проход был завален камнями. И завален он был – качественно.

– Ловушка! – выдохнула Аранта.

 

Глава 20

Вот и не верь после этого предчувствиям!

Палица в руках Тартака появилась одновременно с грохотом рухнувшей на землю вязанки дров. Прищуренные глаза цепко всматривались в противника.

– Ребята, давайте, попытайтесь перебраться через завал, а я тут их немного задержу. Только быстрее! – тихо сказал он нам.

Взвизгнули клинки, выхватываемые Арантой.

– Вечно ты Тар все веселье на себя перетягиваешь! – мягко сказала Арии. – Я думаю, что это не справедливо! И я думаю, что пара клинков тут будет не лишней.

Я ничего не сказал. Я просто качнул энергию в левую руку, и почувствовал жар, набирающего силу, боевого пульсара. Тимон, рядом со мной, тоже промолчал. Выхватив рапиру, он слегка пригнулся и поднял левую руку в классической стойке для мага, собирающегося попотчевать любителей "воздушных кулаков".

– Работаем: спина к спине! – торопливо сказал Жерест Тимону, вытаскивая свой кинжал и становясь рядом с моим другом.

Ряды вооруженных людей вдруг торопливо раздвинулись. По образовавшемуся проходу, к нам, неторопливо приближался всадник. Ну вот. Все становится ясным. Всадником являлся никто иной, как знакомый нам темный маг. Темный, черный – какая разница? Одет-то он был – в черные одежды! А на ком он ехал!? Да на знакомом нам ящере! Да-да! Этого, явно не травоядного, гада, он использовал в качестве верхового скакуна. Эффекты любишь дядя?

Выехав чуть вперед перед рядами своих вояк, он остановился, с удовольствием рассматривая нас. Мы, в свою очередь, хмуро рассматривали его.

– Помнится, я говорили не так давно, в одном знакомом вам здании, что еще не место и не время, – начал он, явно рисуюсь перед нами, но в первую очередь, перед собой. – Так вот, здесь – именно то место! И сейчас – именно то время! Если вы сдадитесь, то я вам обещаю, что ваша смерть будет быстрой и безболезненной! В противном случае – вы будете умирать долго и мучительно.

Он внезапно уставился на меня:

– Особенно долго и мучительно будешь умирать ты! Когда твоя кровь, по капле, будет выливаться на мой алтарь.

Какой добрый и милый, однако, нам дядя попался!

– Мы рискнем попробовать второй вариант! – внезапно охрипшим голосом ответил я, швыряя в черного пульсар.

Случилось то же самое, что и в особняке. Вокруг черного мага на мгновение сгустилась грязно-зеленое облако, мой пульсар превратился в яркую точку и погас. Вот та защита, над созданием которой мучался Тулин! Значит там, я не ошибся!

Темный насмешливо улыбнулся, развернул своего скакуна и махнул рукой свои войскам. Те, грозно зашумев, двинулись вперед. Я вытащил рапиру и обреченно шагнул вперед, занимая место в ряду друзей. Вокруг меня начало подниматься ярко-желтое марево. Наверное, это очередная пакость черного мага. Отчаянье начало охватывать меня. Марево становилось все гуще, покрывая меня с головой. Сквозь него я успел еще увидеть, как стрела попала в ногу Жереста, и он упал на каменистую почву, как над ним, заслоняя его, встали братья ад Шейт с обнаженными мечами в руках, как, яростно вращая палицей, косил передние ряды нападавших Тартак. Я увидел Аранту, готовую встретить набегавших врагов. Увидел, как за ее спиной, опустившись на одно колено, с немыслимой скоростью стреляли из луков Гариэль и Морита. Тимон попытался ударить "воздушным кулаком" врагов и, не преуспев в этом, встал рядом с Арантой. Что-то алое мелькнуло над моей головой… Все! Ярко-желтая стена закрыла от меня их. Все…!

"Ну, шшшто это делаетссся? Раньшшше перекинуться не мог? Только когда жжжаренным запахло?" – я с досады даже плюнул сгустком пламени в наиболее ретивых человечков, набегающих на тролля. Ретивые, во всяком случае, те, кому повезло уцелеть, не менее, а то и более, ретиво помчались назад. Алый малыш добавил огонька по фронту наступающих. Правильно! А жареным таки запахло! "Так, шшшто тут у нассс?". Я перенес вес на задние лапы (как учили меня во сне), и совершил сильный толчок вперед и вверх, одновременно с этим делая первый взмах распахнувшимися крыльями. Какое прекрасное чувство – взмыть над землей! Но, не отвлекаться!

Так, толпа человечков – это для меня не проблема. Алый малыш пристроился справа от меня… "Чччто?…Не малышшш, а тюрон?…Какой тюрон?…Тан Тюрон?…Ладно, сссправимссся ссс делом, потом посссмотрим, какой ты тан, и какой из тебя Тюрон. Я, межжжду прочччим, сссеребряный дракон из королевссского рода…Да откуда я зззнаю, какого! Всссе так сссмутно…, нет не помню!"

Кто метнул в меня темный пульсар? Нет, он мне не страшен, но моя великолепная чешуя на груди потемнела, а кто, спрашивается, ее чистить потом будет?…Стоп! Темный пульсар может метнуть только темный маг! А у нас, драконов, к темным силам особое отношение, я бы даже сказал – трепетное!

Я окинул взглядом долину. Вот! Все людишки сбегаются вон к тому темному пятну. Это он! Я начал планировать к нему. Навстречу мне снова понесся темный пульсар. Я же теперь был настороже, и легко уклонился от этого противного сгустка. А вот теперь – моя очередь! Я поднатужился и выдал струю чистого пламени…Вот ведь, негодяй! Вокруг темного вспыхнул изумрудом защитный кокон.

– Пламенем чччетвертого уровня! – услышал я совет от алого, летящего за мной и повторяющего все мои фигуры пилотажа.

Четвертый уровень? А, вспомнил! Это когда доспехи даже не нагрелись, а все, что внутри этих доспехов, хорошо и равномерно прожарено. Тем более что мой темный приятель собрался нас покидать. Я чувствую силы создания портала, какого же, какой истаивал на месте моего преобразования.

Я сделал боевой разворот и понесся, с, все возрастающей, скоростью на темного. Не успеешь уйти! Особым образом сфокусированное, пламя вырывается в направлении силового кокона. Он снова вспыхивает изумрудом, но это уже не имеет значения. Маг внутри его мертв! Ага, вот и сам кокон взрывается. Иду на посадку!

Я покачнулся, стоя на обожженной, еще дымящейся земле. В глаза мне бросилась картина – обожженный труп человека и рядом горы мяса, ранее бывшей его скакуном. Неприятная подробность, но меня вырвало от этого вида.

– Колин! Нельзя же быть таким чувствительным, – услышал я из-за спины.

– Тан Тюрон! – я резко повернулся на голос.

– Ну, наконец-то! А то все малыш-малыш! – тан Тюрон шагнул ко мне и крепко меня обнял.

– Как вы здесь оказались и так вовремя? – я не мог поверить своим глазам.

– Все очень просто, – ответил Тюрон, внимательно и озабоченно меня осматривая, – когда стало известно, что вы пропали, я сразу же, не теряя времени, помчался к порталу. Но весть о том, что вы пропали, была озвучена слишком громко.

Тут тан Тюрон озорно подмигнул.

– У порталов меня уже встречали эти четверо обормотов при полном вооружении. У меня не было ни времени, ни желания их отговаривать. Таким образом, мы все оказались тут. Я чувствовал тебя, но плохо. Не мог точно настроить портал. Вот когда ты начал преобразование, я сразу же смог определиться, и вот мы здесь!

– Преобразование? – я что-то смутно вспоминал, но всего припомнить не мог.

– Ты что, не помнишь, как был драконом? – тан Тюрон выглядел удивленным.

– Я был драконом?

Видимо мое лицо ощутимо изменилось, так как Тюрон торопливо начал объяснять:

– Когда происходит преобразование, то ведущей становится вторая часть твоего сознания. Оно твое, но им ты пока не владеешь. Ничего страшного! Я слегка об этом позабыл, это было так давно… Постепенно обе части объединяться, и ты будешь собою в обеих ипостасях.

Тан Тюрон немного помолчал. Я видел, что он хочет о чем-то спросить, но задать вопрос ему не дали. Набежали наши ребята. Поднялся веселый шум, девочки начали меня целовать, Жерест, на руках Тартака, весело махал рукой. Белая повязка на ноге Жереста свидетельствовала о его боевой ране. Подозреваю, что он специально не дал Гариэль залечивать ее, чтобы было чем гордиться в последствии.

Только Ари осталась чуть в стороне. Я подошел к ней. Она подняла на меня глаза. В них плавились слезы. Я сделал еще шаг вперед и обнял ее. Она уткнулась мне лицом в грудь, ее плечи, под моими ладонями, вздрагивали. Мы стояли молча. Да и не было нужды говорить разные слова, ведь все было понятно и так…

Текст скачан с http://zhurnal.lib.ru/b/badeshenkow_s_w/lkbm2obdoc.shtml