Либер Хаотика: Слаанеш

фон Штауфер Мариан

Слаанеш и эльфы Ултуана

 

Краткий рассказ о том, как мне удалось добыть особую информацию касательно этой «старшей» расы, и значительная часть того, что я узнал из таинственного «Даруар ‘тал Минаи».

Во время нашей последней беседы с Маркизом я упомянул, что хотел бы обнаружить некие письменные свидетельства влияния Бога Удовольствий на мир смертных. Следуя его совету, я провёл множество долгих часов за изучением старинных рукописей, что хранятся в тайных библиотеках Колледжа Света. Однако в этот раз я не погрузился в чтение трактатов о Хаосе, в изобилии там имеющихся, а по рекомендации Маркиза обратился к томам, посвящённым древней истории.

Оказывается, Маркиз поразительно сведущ в таких вопросах! Хотя хроники магистров не могут претендовать на полноту, большинство текстов, касающихся времён до эры человека, были переданы им не кем иным, как самим Теклисом из Ултуана – основателем Великих Колледжей магии, - а потому они отличаются как древностью, так и точностью.

Хотя минуло уже почти два века с тех пор, как рукописи были переданы Колледжу Света, письменный язык эльфов настолько сложен, что, к сожалению, переведено было всего несколько строф, причем перевод многих в лучшем случае несовершенен.

Ниже приведен отрывок из «Даруар ‘тал Минаи», летописи Ултуана, который перевел для меня магистр Верспасиан Кант, нынешний патриарх Колледжа Света. В этом отрывке впервые в эльфийских хрониках имя Слаанеша упоминается открыто – возможно, это первое письменное упоминание его имени во всём мире.

«Но, освобождая мир от проклятия Хаоса, сами мы ослабели и стали самодовольны. Мы отринули идею единства, утратили гармонию духа, которая с незапамятных времён делала нас единым народом. Бдительность наша притупилась, и среди тех, кто погряз в праздности и стяжательстве, вновь появились слуги Старой Тьмы. Великолепие Ултуана позволило им жить в довольстве и пользоваться безвозмездно всеми благами, что наш светлый остров так щедро дарил. Они брали, ничего не давая Ултуану взамен, и тем самым позволили Хаосу вновь пустить глубокие корни в почву нашей любимой родины. Эти корни проникали всё глубже в сердца нашего народа, пока, наконец, не выросло ужасное древо, и ветви его протянулись к каждому княжеству светлого Ултуана, и древо сие принесло плоды, и плодами его был Слаанеш».

Больше упоминаний Слаанеша мне в этих хрониках не встретилось, но и этого было достаточно, чтобы пробудить во мне любопытство касательно связи между эльфами Ултуана и Хаосом.

Я спросил у магистра Канта, нет ли в его библиотеках других текстов, посвященных эльфийской истории. Он порекомендовал мне обратиться к другой любопытной рукописи, составленной магистром Волансом, первым патриархом Колледжа Света, также бывшим Верховным патриархом всех Колледжей магии. Кажется, знания и мудрость его наставника (им был упомянутый выше Теклис из Ултуана) настолько поразили Воланса, что он решил посвятить всю свою жизнь изучению эльфов и их культуры. Его сочинения и по сей день являются классическими в этой области.

Вот выдержки из его поистине монументального труда «Старшие расы», представляющие некоторые из сделанных им открытий:

«В отличие от нашей расы, наделённой неутолимым честолюбием и склонностью к соперничеству, Азур ещё на раннем этапе развития их культуры научились укрощать свои агрессивные наклонности. Необычайно долгая жизнь и практически полная невосприимчивость к болезням привели к тому, что в их бытии отсутствует ощущение быстротечности, которое свойственно нашей краткой жизни и которое является источником самых сильных наших страстей и страхов.

При строительстве первых городов и поселений Азур главную роль играли единство духа и стремление к эстетическому совершенству, а развитие сельского хозяйства и животноводства, в отличие от цивилизации людей, было вторичным фактором. Кажется, до тех пор, пока не возникла необходимость отразить первое великое вторжение Хаоса, у Азур не было даже сколь-либо оформленной концепции правительства или монархии.

Примечательно, что на заре их истории Азур были, по-видимому, во многом почти невосприимчивы к влиянию первых трёх Великих Сил Хаоса и их культов; я полагаю, именно поэтому они и оказались не готовы предотвратить своё последующее вырождение. Так велика была их вера в собственные мудрость и красоту, вера в своё превосходство над прочими расами (включая гномов), что населяли этот мир в доисторические времена, что Азур не замечали упадка, поразившего их народ, пока не стало слишком поздно.

По своей природе Азур сильно отличаются от людей, и хотя они похожи на нас внешне, на самом деле они являются совершенно иной расой. Их чувственное восприятие и мыслительные процессы достигли такого совершенства, что любое сопоставление их с человеческими способностями будет бессмысленным и спорным в своей обоснованности. Их эмоции и творческий потенциал так же превосходят по развитию человеческие. Хотя по сравнению с человеком эта раса более склонна к постижению и определению добра и зла, обычный Азур в равной степени способен как совершить самую гнусную жестокость, так и стремиться к самым возвышенным идеалам.

Благодаря столь тонким чувствам и богатому воображению мир для Азур стал практически неисчерпаемым источником чувственного и интеллектуального наслаждения. Даже если они и не предавались разнообразным удовольствиям, окружавшим их со всех сторон, их часы бодрствования были омрачены постоянным искушением.

Именно эта тревога, вызванная неиспытанными удовольствиями, и позволила Слаанешу проникнуть на их родину – остров Ултуан. Особенно сильно был поражен народ Нагарита, ранее оскверненный из-за того, что Аэнарион владел Вдоводелом – ужасным оружием их божества войны, Хаэла-Менша-Кхаином.

Постепенно, шаг за шагом, Слаанеш развивал в Азур эстетические и чувственные склонности – пока на берегах Ултуана не родился первый культ Удовольствия. Маскируясь под личиной познания и творческого самовыражения, культ подталкивал Азур к погружению внутрь себя и эгоизму. Их искусство, спорт, философия и эмоции, ими порождаемые, достигли крайности, и вскоре половина когда-то благородной и возвышенной империи Азур погрязла в самовлюбленности, стремясь только к удовлетворению своих прихотей.

Этот упадок привел к культурному разъединению, которое Азур позже назвали «Раскол», и в результате которого их народ разделился на два лагеря. Одну часть испепеляли ненависть Каина и эгоизм Слаанеша, и их единственным желанием было потакать любым своим прихотям; другая же считала, что такое новое мировоззрение противоречит всему, во что верили Азур. После убийства Короля-Феникса Бел-Шанаара, эти две фракции обрели лидеров в лице второго сына Аэнариона, жестокого Малекита, и Имрика, новоизбранного Короля-Феникса.

С тех пор эти две фракции находятся в состоянии постоянной войны, и раскол навечно разделил детей Ултуана.»

Если эльфы были подвержены влиянию Хаоса за много тысячелетий до того, как возникла человеческая цивилизация, почему же почти нет свидетельств о том, что они становятся воинами в армиях богов Хаоса?

Более того, каким образом эльфам Наггарота удается сохранить свою сущность, несмотря на то, что они ступили на путь поклонения Хаосу? Они почитают его тысячи лет, но, по-видимому, все еще являются хозяевами собственной жизни и культуры.

Я собираюсь более тщательно изучить этот вопрос.

// Рукописные примечания к иллюстрациям:

Стр. 138: Эти ужасные всадники, зачастую не облачённые в броню, в бою мчатся с необычайной скоростью.

Стр. 139: Эти существа жестоки и сильны, но в то же время изящны, как ни один из смертных.

Стр. 140: Защищенные искусными доспехами, эти тёмные родственники эльфов Ултуана вызывают ужас на поле боя.

141: Их зловещие знаки часто выполнены в виде украшений.

В своем грехопадении тёмные эльфы должны были неминуемо стать покорной добычей сил Хаоса, но им каким-то образом удалось сохранить независимость.