Либер Хаотика: Слаанеш

фон Штауфер Мариан

Рогатый человек

 

Краткое отступление по поводу предмета, возможно, имеющего отношение к моим исследованиям. Отрывок из поэмы «Рогатый человек» прилагается.

В некоторых из тех многочисленных текстов, которые я изучил, встречается упоминание о жестоком и коварном существе; у него много имён, но чаще всего его называют Рогатым человеком. Считается, что жертвами его становятся те, кто слаб, кто неспокоен духом, - в их сны он приходит и неведомым образом кормится их множащимися душевными страданиями.

Самое примечательное описание Рогатого человека я обнаружил в малоизвестном сборнике «Жнец снов и другие рассказы» анонимного автора из Тилии. В нём говорится о высоком человеке с посохом и оленьими рогами на голове. Он проникает в сны маленьких детей и старается убедить их днём совершать дурные поступки.

Это обычный назидательный рассказ, но мое внимание привлекла одна фраза:

«И когда она проснулась, оказалось, что разум её околдовали и похитили. На лице её была метка в форме круга и серпа, и до конца дней своих она не произнесла ни слова».

Я видел его – Рогатого человека – и во сне, и наяву. Он тоже может меня видеть, хотя я и не понимаю, как. Стоит мне закрыть глаза, и он оказывается рядом, он ждёт, он пристально следит за мной, его взгляд опаляет мой разум, а сердце стынет от его безжалостного смеха.

Может быть, он – один из солдат дьявольских легионов? Или что-то большее? Или что-то худшее? Возможно, чемпион? Шаман? Безусловно, он наделен силой, ибо он управляет моими мыслями, он притягивает меня к себе, стоит только сгуститься вечерним теням, а моему разуму – отвлечься от дел насущных.

Он постоянно нашептывает мне о том, что отметил меня, что теперь я принадлежу ему. Его речь настойчива и властна, словно слова эти говорит напористый поклонник или мстительный любовник.

Я пытался изгнать его из своего разума, кричал, требуя, чтобы он оставил меня в покое, и ногтями раздирал собственное лицо, как будто это был его лик. Но он постоянно рядом, он постоянно дразнит меня и смеется. И сейчас его голос звучит у меня в голове: он издевается надо мной, словно я какая-нибудь наложница, впавшая в немилость, и слова его в точности повторяют текст поэмы!

Твоя ярость – мой восторг, Моя радость, Моё желание. Иди ко мне, священник, Царапай моё лицо ногтями, Рви и сдирай кожу. Если и вправду меня так ненавидишь, Тогда выколи мне глаза И вырви волосы! Сожги их в своём огне Докажи, что в тебе есть страсть, Священник. Докажи, что чувствуешь страх. Мне знакомы все твои тревоги, Ибо тебе не хватит мужества Противостоять мне. Твой трепещущий дух уже приближается К трону моего господина.

Я затыкаю уши, но голос его все равно звучит в моём черепе. Я ступил на тот же путь к безумию, по которому ранее прошел Хёльзеер, но, даже зная это, я не могу свернуть в сторону.

Должно быть, я уже сошёл с ума! Как иначе объяснить то, что я вижу и слышу? Святой Зигмар! Всемогущий Отец человечества! Умоляю, помоги мне!

// Прим. Возможно, я слышу эти слова во сне, потому что уже читал их где-то. Да! В этом-то и дело. Я становлюсь параноиком и вижу тени и призраков там, где ничего нет.