Кредо негодяев

Абдуллаев Чингиз Акифович

Глава 24

 

В депутатскую они приехали за два часа до вылета самолета. Рафаэль Мамедович Багиров был в белом костюме и в шелковом галстуке от Валентино, а Гурам Хотивари, напротив, был одет подчеркнуто строго и представительно в серый костюм, специально привезенный для него из Италии. Оба сидели в креслах, предпочитая читать газеты. В баре и вокруг депутатской суетились «шестерки» и помощники обоих лидеров. У этих двоих были билеты первого класса на самолет «Дельта» в Нью-Йорк. Кроме них, в Америку вылетало еще четырнадцать человек. Шесть человек из охраны Багирова и пятеро из охраны Хотивари. Двое людей Хотивари, отправлявшихся вместе с ним, были американским и российским инженерами-компьютерщиками, без которых Хотивари, истово веривший в научный прогресс, никуда не ездил. И которые фактически приносили ему куда большую прибыль, чем все его люди, вместе взятые.

Багиров, кроме своих телохранителей, взял с собой в Америку и своего очаровательного секретаря — Зою, лидировавшую в прошлом году в конкурсе на звание «Мисс Россия». Багиров, сидевший в жюри, сделал все от него зависящее, чтобы молодая девушка не получила этого приза. Зоя ему сразу понравилась, и он твердо решил не отпускать ее во Францию. По традиции победительница конкурса получала контракт во Франции.

Он тогда добился своего, девушка не попала даже в тройку призеров. Но через несколько дней к расстроенной Зое приехали представители лучшего рекламного агентства России и предложили попробоваться у них. А еще через неделю она уже работала секретарем самого Рафаэля Багирова. В этой московской девчонке, дочери обычных российских инженеров, невероятным образом сочетались красота и какая-то внутренняя интеллигентность, которую эстет Багиров очень ценил в женщинах. Он давно уже не жил со своей женой, и увлечение Зоей было не просто сиюминутной вспышкой страсти. Ему все больше и больше нравилась эта красивая девушка, так быстро вписавшаяся в плотный график его собственной жизни.

Зоя немного опаздывала. Ее должна была привезти из дому специально посланная за ней машина, но, как и все женщины, перед первой поездкой в Америку она немного волновалась и долго выбирала для себя подходящую одежду и наряды, благо в этом она не испытывала никакого недостатка. Багиров делал ей королевские подарки, заказывая платья из лучших домов Европы.

Наконец за час до вылета она приехала и прошла в депутатскую в своем темно-синем костюме, в юбке, заканчивающейся значительно выше колен и так выгодно подчеркивающей красоту ее стройных ног. Хотивари с восхищением смотрел на девушку. У Багирова был хороший вкус, здесь с ним соревноваться было бессмысленно. Гурам ласково улыбнулся молодой женщине и отложил газету.

К ним подошла встревоженная дежурная.

— Простите, господа, — извинилась она, — но американцы не признают депутатских комнат. Они требуют, чтобы все их посетители проходили через специальный контроль и службу охраны компании «Дельта». Они настаивают, что таковы правила для всех. Даже для членов парламента и министров. Безопасность прежде всего.

— Безобразие, — сразу возмутился Хотивари, — для чего тогда мы купили билеты первого класса?

— Таковы правила, господа, — еще раз извинилась дежурная.

— Пойдем, Гурам, — кивнул Багиров, — раз такой закон, то ему нужно подчиняться.

И, пропустив вперед Зою, он пошел следом за ней. Гурам, бросив газету на пол, что-то гневно произнес по-грузински и отправился следом за ними.

Только в самолете он немного успокоился. Обслуживание в первом классе было на уровне мировых стандартов, красивые молодые стюардессы мило улыбались им троим, и полет прошел прекрасно. Нью-Йорк встретил их ярким солнцем, бьющим в правый иллюминатор, в аэропорту ДФК.

Их встречали. Прибывшие заранее помощники уже успели нанять целую команду частных детективов, взявшихся охранять столь высоких гостей. После прохождения необходимых таможенных и пограничных формальностей они вышли к ожидавшим их лимузинам и отправились в отель «Плаза», где им были заказаны соответствующие номера-сюиты. Для Зои был заказан отдельный номер. После того как они разместились в номерах, Хотивари и Багиров, по предварительной договоренности, встретились в холле и вышли прогуляться рядом с отелем, где стояли в ожидании клиентов красивые кареты, запряженные парами лошадей. Здесь их ждала какая-то машина, в которую оба известных лидера преступного мира сели без всякой охраны. За рулем автомобиля сидел доверенный человек Гурама Хотивари, а рядом с ним сидел не менее близкий человек Рафаэля Багирова. Первого звали Реваз, второго — Аскер.

— Говорите, — потребовал Хотивари, как только захлопнулась дверца машины.

— Мы все проверили, — начал Аскер, оборачиваясь назад, — Важу убили в отеле «Милфорд Плаза». Его зарезали прямо в ванной. И бросили там его труп.

— Как собаку, — разозлился Хотивари, но Багиров положил свою руку ему на плечо.

— Подожди, Гурам, пусть они нам все расскажут.

— Говорите, — прохрипел Хотивари, соглашаясь со своим партнером.

— Его зарезали в ванной, — продолжал Аскер, — а сам Нестор Каландадзе куда-то исчез. Мы думали, может, это он и зарезал Важу, но потом выяснилось, что он сбежал. Люди Аветисова следили за ним и даже отвезли его в Балтимор. Он по дороге опять сбежал. А потом приехал в Балтимор к Генералу. Тот его принял, накормил и решил вместе с ним в греческий ресторан съездить. Нестор даже вещи свои оставил у Генерала.

— Вещи нашли? — на этот раз не выдержал Багиров.

— Полиция нашла. Там даже его бритва была. И его зубная щетка. Теперь его везде ищут. А он полетел в Лос-Анджелес. Там встретился с Клыком. Вместе они избили четверых людей Аветисова. Вернее, их бил один Клык, а Нестор рядом стоял, так они потом рассказывали. И даже пистолет у них отобрал.

— Дальше, — потребовал Багиров.

— Они потом уехали. А Сказочник исчез. Никто не знает, где он был. Но он еще живой, это точно. Сегодня утром его в Нью-Йорке видели. Он приехал к Зверю домой, и теперь они там вместе.

— У него большая охрана? — поинтересовался Гурам.

— Помните Валю Трубочиста? — спросил молчавший до сих пор Реваз. — Он теперь его охраняет.

— Валек, — мотнул головой Гурам, — этот теннисист. Не думал, что и он здесь оказался.

— Он только недавно приехал, но сразу стал помощником Зверя. Говорят, они вместе сидели. Валек неплохих ребят подобрал. Человек пять.

— Они должны быть вместе, Сказочник и Зверь, — продолжал Аскер, — а в Лос-Анджелесе Палача не оказалось. Наши ребята все проверили и выяснили, что он в Хартфорд полетел.

— К Рябому? — понял Гурам, посмотрев на Багирова. Тот плотно сжал губы.

— К нему. А вот того кагэбэшника мы найти не смогли. Который Генералу звонил и теперь должен был встречаться с другими. Его след мы потеряли, нигде найти не можем. Но Аветисов уверяет, что его люди видели в аэропорту всех четверых.

— Кого четверых?

— Этого гостя, который приехал якобы от вашего имени, Рафаэль Мамедович. Там был и Нестор Каландадзе, и Клык. А четвертым, не поверите, с ними вместе был Цапля — человек Рябого.

— Так, — зловеще произнес Багиров, — значит, все-таки Рябой. Раз они были вместе с человеком Рябого, значит за всеми этими событиями стоит он. Решил мне за убийство Лазарева отомстить. Сукин сын.

— Если это он, — тяжело произнес Гурам, — нам нужно уезжать. Как можно быстрее. Здесь мы на его территории. У нас всего человек двадцать, не больше. Этих частных детективов я не считаю, им в кино сниматься нужно со своими бицепсами. На хорошее дело они не годятся. А нас ведь прямо в отеле пришить могут.

— Подожди, — провел рукой по лицу Багиров, — они были вчетвером в Лос-Анджелесе. А Палача там в это время не было. Так?

— Верно, — подтвердил Аскер.

— Тогда что они делали в Лос-Анджелесе, — у Багирова были неплохие способности аналитика, — почему они оказались все в этом городе?

— Просто приехали, — пожал плечами Гурам.

— Диснейленд смотреть? — недовольно пошутил Багиров. — Нет, Гурам, здесь что-то не так. Если они люди Рябого, то зачем приехали в этот город? Ничего просто так не бывает.

— Но Цапля его человек, — напомнил Гурам, — по нашим сведениям, именно он убрал Арчила Гогию, моего предшественника. И мы это ему так просто не простим.

— Потом расскажете мне о ваших обычаях кровавой мести, — перебил его Багиров, — лучше подумаем, как быть дальше. Если они люди Рябого, значит, вся операция была задумана как приманка, чтобы вытащить нас в Америку.

— Что мы и сделали, — огорченно кивнул Гурам, — у вас есть с собой оружие, Реваз?

— Да мы уже купили, — обернулся к нему Реваз.

— Смотри на дорогу, — приказал Гурам, — а вообще лучше давай разворачивайся, и поедем обратно в отель. Если сумеем доехать.

— Пока все спокойно, — сказал Реваз, — за нами никто не едет.

— Как глупо мы попались на эту удочку, — в сердцах сказал Багиров, — я просто поверил Гольдбергу, как все это глупо. В гостиницу возвращаться нельзя. Там может быть засада. Ты уверен в Ревазе?

— Как в самом себе, — кивнул Гурам.

— Аскер тоже не подведет, — нервно теребя носовой платок, произнес Багиров, — нам нельзя больше оставаться в этом городе. Они нас ждут в отеле, это точно. Хотят накрыть всех сразу. У меня на такие дела нюх. Может, они ждали кого-то в Лос-Анджелесе. Неужели Рябой придумал такую сложную комбинацию, только чтобы вытащить нас из России? Непонятно. Но в гостиницу, Гурам, нельзя возвращаться. Никак нельзя.

— Там наши люди, — напомнил Гурам.

— Черт с ними, — отозвался Багиров, — если все это придумано из-за нас, они найдут способ убрать наших людей и добраться до нас. Мы с тобой два дурака, Гурам, два старых дурака, попавшихся на дешевую удочку. В аэропорт, — приказал он Ревазу, — быстро в аэропорт.

Реваз повернул машину.

— Черт, — вспомнил Багиров, — у меня нет денег, а кредитная карточка осталась в отеле. У тебя есть деньги, Гурам?

— Да, кажется, тысяча долларов есть.

— Не хватит, — покачал головой Багиров. — У вас есть деньги? — спросил он у Аскера и Реваза.

— У меня восемьсот долларов, — кивнул Реваз.

— А у меня еще три тысячи осталось, — вытащил пачку денег Аскер.

— Хорошо, — кивнул Багиров, — этого хватит.

— А Зоя, — вспомнил Гурам, — вы ее оставляете?

— Без нас ее не тронут, — торопливо сказал Рафаэль Мамедович, — а с нами у нее будут проблемы. Вернется домой через несколько дней, ничего не случится.

Хотивари ничего не сказал.

— Реваз, — обратился к водителю Багиров, — ты лучше Аскера говоришь на английском. Позвони узнай, когда ближайший рейс на Москву и есть ли билеты.

Аскер набрал номер справочной, передал трубку Ревазу. Тот, кивнув, начал говорить по-английски. Затем чуть повернул голову.

— На Москву самолеты полетят только завтра. Аэрофлот и «Дельта». Первого класса места есть. В «Дельте» есть и простые места.

— На первый класс у нас не хватит денег, — быстро сообразил Багиров, — а до завтра мы ждать не можем. Спроси, куда есть самолеты вообще. В любой город России.

Реваз снова что-то спросил.

— Они говорят, есть билеты в Магадан, — ответил он.

Гурам поперхнулся. Багиров криво улыбнулся.

— Туда мы пока не торопимся. А в другие страны СНГ есть?

— Ночью нет. В Магадан летит рано утром.

— Перестань говорить глупости со своим Магаданом, — не выдержал Багиров, — спроси, в какую страну ближайший рейс. Куда не нужно визы. В Турцию есть?

— Через Франкфурт-на-Майне есть, — ответил Реваз, продолжая вести машину.

— У нас же нет турецкой визы, — напомнил Хотивари, — как мы попадем в Турцию?

— Для Турции не нужна виза. Достаточно заплатить десять долларов и пройти с туристическим паспортом. Проклятие, — вырвалось у Багирова, — вы правы. У меня дипломатический паспорт, а у вас синий, служебный. С ними в Турцию за десять долларов не пустят. Нужен обычный красный.

— Его у нас нет, — огорченно заметил Гурам.

— Тогда нужно думать. Куда можно попасть без визы и без приглашения с нашими паспортами? — задумался Багиров. — Спроси, в Пекин есть билеты?

— Куда? — изумился Хотивари. — Какой Пекин? Вы хотите лететь в Китай?

— Есть, — ответил Реваз, — самолет уходит через три часа. Какая-то китайская авиакомпания. Два места в экономклассе.

— Сколько они стоят? — спросил Багиров. Кажется, он впервые за последние двадцать лет волновался по поводу цены.

— Тысячу сто долларов туда и обратно.

— В один конец, — заорал Багиров, — мне нужно в один конец!

— Шестьсот долларов.

— Хорошо. Заказывай два билета. Срочно. Мы едем в аэропорт. Все деньги отдайте мне.

Аскер, взяв деньги Реваза и сложив их в одну пачку, протянул их Багирову. Тот быстро схватил деньги.

— Вот тысяча двести долларов, — сказал он Гураму, — я сам пойду брать билеты. Все остальные ждут меня в автомобиле.

— Может, я пойду? — предложил Аскер.

— Нет, — отрезал Багиров, — только я сам. Так надежнее. Потом вернемся из Китая в Москву.

— Зачем такие сложности, — не понял Хотивари, — и почему мы должны лететь одни?

— Так надежнее, — пояснил Багиров.

Через полчаса автомобиль остановился у здания аэропорта, там, где висела вывеска китайских авиалиний. Багиров, выйдя из машины, буквально побежал к кассам. Вернулся он через десять минут.

— Выходите, батоно Гурам, — сказал он, — а вы возвращайтесь в город, — приказал он обоим ребятам, — пусть наши не знают пока, что мы уехали. Скажете обо всем только завтра утром. Уезжайте.

— Может, мы вас проводим? — предложил Аскер.

— Нет, — не согласился Багиров, — лучше вы уезжайте, меньше будет подозрений. И по дороге нигде не останавливайтесь. Нигде. Это приказ. Только в гостинице.

Они вместе с Гурамом поспешили к стойкам регистрации пассажиров.

— Хорошо еще, что по старой советской привычке мы положили свои паспорта в карман, батоно Гурам, — вздохнул Багиров.

— Вы думаете, что все это придумал Рябой?

— Конечно, нет, — сказал Багиров, озираясь по сторонам и отдавая билеты и паспорта улыбающейся девушке.

— Смокинг? — спросила она.

— Ноу смокинг, — ответил Багиров и, уже обращаясь к Гураму, добавил: — Если бы все с самого начала было задумано как ловушка, они бы не убили столько людей. Это слишком сложная комбинация даже для такого гада, как Рябой. С самого начала там шла какая-то игра, а на этом этапе, когда мы прилетели в Нью-Йорк, Рябой может решить, что наступил удобный момент, и воспользоваться случаем. Понимаете, о чем я говорю? Он просто решит воспользоваться удобной ситуацией.

— Вы думаете, он захочет нас убрать? А почему вы не думали об этом в Москве?

— Там была другая ситуация, — объяснил Багиров, — мы летели сюда, уверенные, что ищем непонятного самозванца, выдающего себя за моего человека и зарезавшего вашего. Правильно?

Девушка протянула им паспорта, билеты и посадочные талоны.

— Пройдемте быстрее за контрольную полосу, — предложил Багиров, — там мы будем чувствовать себя спокойнее.

Они прошли к выходу из терминала и, показав свои паспорта, оказались в зале ожидания. Но дальше их не пустили. Они уселись в кресла, нервно поглядывая на часы.

— Я расскажу вам все, как только мы войдем в самолет, — торжественно пообещал Багиров.

— Вы начали говорить об этом человеке, — напомнил Гурам, — но мы ведь действительно приехали из-за него.

— Ладно, — сказал Багиров, оглядываясь, — сейчас я вам скажу. У моего человека, у Аскера, никак не могло быть трех тысяч долларов. По моим сведениям, у него должно было оставаться долларов триста, не больше. Откуда у него такие деньги? Но самое важное другое. Он ведь мне ничего не сказал о Трубочисте. Это ваш Реваз о нем говорил. А Валька Трубочист сидел в одной камере с Аскером. И я это помнил очень хорошо. Теперь понимаете?

— Вы думаете, нас все-таки ждали? — изумленно спросил Гурам.

— Думаю, да. Поэтому я и соврал. Сказал, что мы полетим из Китая в Москву. А на самом деле мы полетим из Пекина через Тегеран в Баку. В Иран нам тоже не нужна виза, туда пускают с дипломатическими и служебными паспортами без визы. На самолетах иранской авиакомпании мы сможем транзитом перелететь через Тегеран в Баку. А в моем городе меня никакой Рябой не достанет. Это уже будет не в его силах. Теперь вы поняли мой план?

Служащие аэропорта пригласили пассажиров к выходу. Началась проверка посадочных талонов. Одними из первых в самолет прошли Багиров и Хотивари.

— Последний раз я летел экономклассом лет двадцать назад, — сказал, не удержавшись, Багиров, — но выбирать не приходилось. Лучше сохранить жизнь, улетев таким самолетом, чем быть застреленным даже в таком отеле, как «Плаза».

— Я вас все-таки не понимаю, — развел руками Гурам, — почему вы не дали знак Ревазу просто убрать вашего человека? Или не позвонили в отель, чтобы там встретили этого Аскера?

— А если я ошибаюсь, — спросил Багиров, — а если это все лишь бред моего воспаленного трусливого воображения? Зачем убирать верного человека? Проверить правильность моей версии мы сможем уже завтра. Я позвоню в Америку и скажу рейс самолета, которым мы якобы прилетаем из Пекина в Москву. Если Аскер действительно готовил что-то в Америке, то в Москве меня будут ждать, прямо в аэропорту. Это очень легко проверить. Кроме того, вы представляете, какое дело мы сделали, если я прав? Улетели на деньги, выплаченные за наше убийство.

И он громко, истерически расхохотался.

— Поражаюсь вашему уму, дорогой Рафаэль Мамедович, — восхищенно произнес Гурам, — похоже, я теперь ваш кровный должник.

— Это нам еще предстоит выяснить, — отозвался Багиров, застегивая ремни у себя на животе.

В это время Аскер набирал чей-то телефон.

— Сорвалось, — сказал он, — этот мерзавец что-то почувствовал. Пусть его встречают в Москве.