Королева Чёрного Побережья

Поделиться с друзьями:

Не желая осуждения невиновных, юный киммериец сам оказывается на пороге тюрьмы. Но это не входит в его планы и он мечом прорубает себе дорогу на волю. Оставаться после этого в Аргосе было бы верхом безрассудства, поэтому Конан в буквальном смысле слова запрыгивает на палубу торгового судна, выходящего в море! Попытка спастись от пиратов, а потом и жестокая битва с ними, ставят Конана не только на грань гибели, но и дарят встречу с прекрасной Белит, Королевой Черного побережья и его первой любовью! Неведомые земли, несметные сокровища, крылатый монстр, кровавые битвы — и на этом фоне любовь Конана и Белит….

I ПИРАТЫ

Был полдень — время, когда сонное знойное марево заливало город. Улицы, ведущие к порту, в этот час выглядели пустынными; даже собаки укрылись в тени домов и заборов. Торговец сидел у своей лавчонки, лениво отмахиваясь от жирных мух, рядом копошился в отбросах нищий старик. За углом, у порога таверны, прикрыв голову рваной мешковиной, дремал какой-то гуляка в разорванной на спине тунике.

На высокобортной галере, стоявшей возле пирса, разомлевшие от жары моряки неторопливо ставили большой полосатый парус. Крепкий бородатый мужчина, видимо шкипер, бранясь, подгонял их.

Царившие вокруг тишина и покой внезапно были нарушены гулким стуком копыт и шумом погони. Вдали, в самом начале улицы, ведущей к морю, показался всадник на черном коне и, ураганом промчавшись мимо по пыльному тракту, вылетел на пристань. Там он осадил жеребца — так, что скакун присел на задние ноги; затем всадник спрыгнул на землю и помчался к пирсу и готовой отплыть галере. На бегу он обнажил меч — огромный, длиной в четыре локтя. Впрочем, это внушительное оружие не помешало ему с легкостью перепрыгнуть на палубу судна.

— Отчаливай! — заорал незнакомец и одним взмахом клинка перерубил причальный канат.

— Ты кто такой, бандит? Нечего тут распоряжаться! — вскипел шкипер. — Кто тебе дал право взойти на мой корабль?

II ЛОТОС ЗАБВЕНИЯ

По всему южному побережью, от богатой и обильной Зингары до далекой жаркой Атлаи, ни купец, ни моряк, ни просто житель прибрежного поселения не знали покоя. Всех взбудоражила весть: Белит, эта жестокосердная ведьма, кровожадная тигрица, обзавелась любовником, свирепым варваром с севера. Их погромы, грабежи и разбои на море и на суше заставляли трепетать всех. Неуловимые и, казалось, неуязвимые пираты появлялись тут и там, исчезали вместе с награбленным добром, вырезали команды, топили корабли, поджигали города. Черные бестии Белит не миловали никого, сея ужас и ненависть. Проклятия неслись вслед «Тигрице», и каждый молил своих богов избавить его от встречи с шемитской ведьмой и ее грозным спутником.

А те беспечно наслаждались жизнью и друг другом. Так шло время, пока в один прекрасный день «Тигрица» не пришвартовалась в устье большой мрачной реки. По ее берегам сплошной зеленой стеной тянулись непроходимые джунгли.

— Это Зархеба, река смерти, — молвила Белит. — Как-то мы преследовали стигийскую галеру, и она, удирая, поплыла вверх по течению… Прошло несколько дней, и река вынесла к нашей стоянке стигийский корабль. Он не был поврежден, и груз никто не тронул, но на борту из всей команды остался единственный человек, лишившийся рассудка. Он умер в бреду, так и не сказав, что случилось с экипажем. Черные избегают этих мест, Конан! Они говорят, что вверх по реке есть город, полный невиданных сокровищ… Стены его высоки, улицы вымощены камнем, здания прекрасны… Он безлюден — но то ли древний бог, то ли демоны хранят его… Впрочем, то россказни трусливых людишек! Вдвоем нам ничего не страшно, любимый, ведь так? Давай поднимемся по реке и посмотрим на этот Мертвый Город!

Конан долго не размышлял; поход сулил новые приключения, и он одобрительно кивнул своей прекрасной возлюбленной. Варвар привык соглашаться с Белит, зная, что она всегда с трезвым расчетом продумывает свои планы, кои его меч и отвага воплощали в жизнь. И хотя команда «Тигрицы» совсем поредела в бесчисленных стычках, на борту оставалось еще достаточно отчаянных головорезов. И никого из них не интересовало, куда плыть, с кем сражаться, — главное, они были рядом с Белит, дрались за нее и во имя ее.

«Тигрица» медленно вошла в устье. Течение было слабым, и гребцы вполсилы налегали на весла. За первым же поворотом корабль очутился в тени огромных деревьев. Ни пения птиц, ни плеска обитателей вод, ни привычного звериного крика; берега были пустынны, и за все время путникам не попалось ни единой живой твари. Странную тишину нарушали только леденящие душу стоны, загадочные скрипы и шорохи в джунглях, глухой далекий вой. Неожиданно раздался и тут же смолк дикий нечеловеческий крик.