Искусство притворства

Джордан Пенни

Глава 1

 

Лиззи взглянула на своих младших сестер — и ощутила знакомую потребность их защищать во что бы то ни стало.

— И что же ты собираешься делать? — взволнованно воскликнула средняя сестра, Чарли.

— Я вижу только один выход, — сказала Лиззи. — Мне надо ехать.

— Что? Лететь в Фессалоники?

— Больше я ничего не могу сделать.

— Но у нас нет денег! — Это сказала Руби, самая младшая из трех сестер.

Ей было уже двадцать два года, но в семье она всегда считалась кем-то вроде маленького ребенка. Ее пятилетние мальчики-близняшки, которым сегодня было позволено лишние полчаса посмотреть телевизор, необычно тихо сидели в соседней комнате, пока сестры обсуждали свои серьезные проблемы.

«Да, у нас нет денег, и это моя вина», — виновато признала Лиззи.

Шесть лет назад, когда погибли их родители, попав в страшный шторм во время отдыха на море, Лиззи дала себе обещание — сделать все возможное, чтобы сохранить их семью. Окончив университет, она нашла работу в престижном дизайнерском бюро, занимавшемся разработкой интерьеров, и таким образом воплотила в жизнь свою давнюю мечту. Чарли лишь недавно поступила в университет, а Руби готовилась к сдаче экзаменов в колледже.

У них была любящая, сплоченная семья, и потрясение, которое сестры испытали после смерти родителей, было очень велико. Особенно для Руби. Охваченная отчаянием, она бросилась на поиски любви и поддержки, которых ей так не хватало, и скоро оказалась в объятиях мужчины, очень быстро бросившего ее беременной.

Но сестрам предстояло пережить еще одно потрясение. Их красивый, замечательный отец и очаровательная любящая мать, которые создали для дочерей счастливый мир, сами жили словно в сказке, как оказалось, не имевшей никакой опоры в реальности. Прекрасный дом георгианского священника, стоявший в маленькой деревушке в Чешире, где выросли сестры, оказывается, был давно заложен, у родителей не оказалось низких страховок — ни на имущество, ни на жизнь, зато остались большие долги. В конце концов сестрам ничего не оставалось делать, как продать любимый родительский дом.

Движимая желанием защитить и поддержать младших сестер, Лиззи готова была пойти на все. Рынок жилья бурно расширялся, поэтому, собрав свои небольшие сбережения, она вложила их в собственное дело, зарегистрировав фирму в перспективном районе южного Манчестера. Теперь Чарли могла продолжить учебу в Манчестерском университете, да и Руби получила хорошие возможности начать учиться.

Сначала дела шли хорошо. Лиззи выиграла конкурс на оформление интерьеров нескольких офисных зданий, а потом посыпались заказы от частных лиц, которые хотели отделать дома, которые только что купили. Воспользовавшись успехом. Лиззи сама купила новый дом — гораздо больше прежнего — у одного из застройщиков, на которого она работала, при этом взяв еще более крупный ипотечный кредит. Новый большой дом был им очень нужен: двойняшкам и трем сестрам требовались отдельные комнаты. Кроме того, им был еще нужен большой автомобиль. Лизи — для того, чтобы ездить по объектам, а Руби — чтобы возить мальчиков в школу.

А потом разразился кризис — и буквально за одну ночь все изменилось. На рынке недвижимости обрушились цены, а это означало, что Лиззи не смогла выплатить ипотечный кредит, и конечно же заказы у нее резко сократились, а затем и вовсе исчезли. Деньги, которые Лиззи хранила в банке «на черный день», не дали прироста, как она ожидала.

Чарли все еще работала в местной фирме менеджером проектов, но Руби все же решила искать работу. Её сестры были против — обе хотели, чтобы Руби сидела дома, воспитывала близнецов. В конце концов положение настолько ухудшилось, что Лиззи уже была готова пойти работать в местный супермаркет. Но в этот момент пришло письмо, и теперь сестры оказались в еще более отчаянном положении.

Два прежних клиента Лиззи, для которых она когда-то выполнила большой заказ, предложили ей заняться интерьером небольшого дома, купленного ими в Северной Греции. Расположенный на живописном полуострове, этот дом был первым шагом в строительстве роскошного туристического комплекса — с виллами, тремя пятизвездочными отелями, причалом для яхт, ресторанами и всей прочей инфраструктурой.

Клиенты предоставили Лиззи свободу действий, попросив ее меблировать комнаты в «шикарном стиле Ноттинг-Хилла».

И хотя Ноттинг-Хилл находился далековато от их индустриального Манчестера, Лиззи сразу поняла, чего хотят ее клиенты: белые стены, роскошные ванные комнаты и кухни, сверкающие мраморные полы, стеклянная мебель, экзотические растение и цветы, мягкие диваны…

Лиззи слетала в Грецию, чтобы посмотреть дом ее клиентов — пожилой пары, которым, как ей казалось, она никогда не смогла бы угодить. Увидев это строение, она не смогла скрыть разочарования. Лиззи ожидала увидеть нечто креативное и инновационное по архитектурному замыслу, что прекрасно вписывалось бы в окружающий пейзаж, но то, что она увидела, буквально ужаснуло ее. Шестиэтажный дом в виде коробки, с так называемыми «сдвоенными апартаментами», с узкой подъездной дорогой, раздваивающейся в конце, и с кучей колючей проволоки на развилке. Этот дом было трудно назвать роскошным курортным отелем.

Лиззи поделилась своими сомнениями с клиентами, сказав, что эти «апартаменты» будет трудно продать, но те уверили ее, что волнуется она напрасно.

— Послушайте, мы купили этот дом по такой низкой цене, что не останемся в проигрыше, даже если он будет дешеветь каждую неделю, — весело пошутил Бэзил Рейнхилл. По крайней мере, Лиззи приняла его слова за шутку.

«Деньги были его родной стихией, — однажды с гордостью сообщила Лиззи жена Бэзила. — Он был рожден с серебряной ложкой во рту и обладает прекрасным чутьем насчет выгодных вложений. Это — дар свыше, уверяю вас. В его семье все обладают таким даром».

Но на этот раз чутье его подвело. И прежде, чем Рейнхиллы бесследно исчезли, оставив после себя кучу долгов, Бэзил Рейнхилл сообщил Лиззи, что, не имея возможности расплатиться с ней, он отдает ей двадцать процентов доли в этих греческих апартаментах. Лиззи предпочла бы получить деньги, которые супруги ей задолжали, но ее юрист посоветовал ей согласиться на предложение мистера Рейнхилла. Таким образом Лиззи стала совладельцем апартаментов, наряду с Рейнхиллами и Тино Маносом — греком, который владел этой землей.

Будучи прекрасным дизайнером, она постаралась как можно лучше спроектировать внутреннюю отделку дома, несмотря на ограниченные возможности, которые предоставляло это убогое сооружение. Лиззи обычно заказывала мебель в ближайших магазинах, экономя деньги заказчика, и на этот раз была очень довольна полученным результатом. И вот теперь она получила это тревожное, даже угрожающее письмо. Писал человек, о котором она раньше ничего не слышала. Он настаивал на том, чтобы она вылетела в Фессалоники для встречи с ним. «Существует некоторые юридические и финансовые проблемы, касающиеся вашего партнерства с Бэзилом Рейнхиллом и моим кузеном Тино Маносом, — говорилось в письме, — и их надо решить при личной встрече». В конце письма была добавлена угрожающая фраза: «Если вы не ответите на это письмо, я прикажу моему юристу решать вопросы самостоятельно, действуя от моего имени». Внизу стояла подпись: Илиос Манос.

Письмо не могло прийти в более худшее время, к тому же общий тон письма был настолько угрожающим, что Лиззи не могла не повиноваться его требованиям. Она совершенно не хотела встречаться с этим человеком, но ей надо было подумать о семье.

— Если этот грек так сильно хочет тебя видеть, пусть хотя бы оплатит твой авиабилет, — проворчала Руби.

Но Лиззи чувствовала виноватой себя:

— Это все произошло по моей вине. Я должна была понять, что рынок недвижимости чрезвычайно раздут, и не создавать пузырь, который в итоге лопнул.

— Лиззи, ты не должна винить себя, — попыталась утешить ее Чарли. — А что касается того, должна или не должна ты была понять… Даже правительство не смогло предугадать кризис!

— А если ты обратишься в банк и скажешь, что тебе надо слетать в Грецию, дадут ли они тебе кредит? — с надеждой спросила Руби.

Чарли отрицательно показала головой:

— Банки сейчас не выдают, кредитов.

Лизи прикусила губу. И хотя ни Чарли, ни Руби не упрекали ее за то, что бизнес ее рухнул, она чувствовала себя ужасно. Сестры верили ей. Она была самой старшей, самой разумной, и младшие брали с нее пример.

— Так что же будет делать наша бедная Лиззи? Этот грек может сильно нам навредить, если она не поедет и не увидится с ним. Но как же она может поехать, если у нас нет денег? — спросила Руби.

— У нас есть деньги, — внезапно вспомнила Лиззи, с явным облегчением. — Мы достанем деньги из моей копилки, а в Греции я смогу пожить бесплатно, в одной из моих комнат.

«Копилкой» Лиззи было декоративное жестяное ведерко, стоявшее в ее офисе, в которое она бросала мелкие монеты, когда их становилось слишком много в кошельке.

Через несколько минут три сестры задумчиво смотрели на это ведерко, теперь стоявшее на кухонном столе.

— Ты думаешь, там достаточно денег? — с сомнением спросила Руби.

Для выяснения этого существовал единственный способ.

— Восемьдесят девять фунтов, — объявила Лиззи через полчаса, когда мелочь была подсчитана.

— Восемьдесят девять фунтов и четыре пенса, — уточнила Чарли.

— Этого будет достаточно? — спросила Руби.

— Думаю, да, — решительно произнесла Лиззи.

Она вспомнила о том, что в период спада деловой активности, когда количество пассажиров резко сокращается, можно купить довольно дешевые авиабилеты. Кроме того, у нее все еще были ключи от апартаментов, которые были частично ее собственностью. А если сказать точнее, то двадцать процентов принадлежали ей. И она собиралась остановиться в этих номерах — на то время, пока будет разбираться с проблемами, оставшимися после Рейхиллов.