Искусство притворства

Джордан Пенни

Глава 15

 

Лиззи с трудом подавила зевок. Она боялась, что просто уснет за обедом.

Теперь она уже жалела о том, что согласилась на предложение Ариадны Константинос пообедать вчетвером в новом ресторане, о котором слышала много восторженных отзывов. Тем более что Илиос в последнее время стал обращаться с ней очень холодно. Он почти не смотрел на нее, не разговаривал и не дотрагивался до нее.

Еда в ресторане — традиционные греческие блюда — была изумительной, а соус, подаваемый к рыбе и мясу, казался настолько восхитительным, что от одного его вида и запаха у людей текли слюнки. Но у Лиззи не было никакого аппетита. Она была слишком несчастной. Может быть, ее постоянная усталость — симптом горя, которое терзало ее? Не поэтому ли ей все время хотелось закрыть глаза и отрешиться от реальности?

Стоило ей лишь вспомнить, как резко Илиос с ней разговаривал, как холодно отворачивался от нее, — и на глаза ее мгновенно наворачивались слезы, а горло сжималось от боли. Она реагировала так, будто была девочкой-подростком, на которую действовали гормоны, а не взрослой женщиной.

Лиззи с завистью смотрела на то, как Ариадна и ее муж пошли танцевать на небольшой танцпол. Какое это было счастье — находиться в руках мужчины, которого ты любишь, и сдержанно, с гордостью, демонстрировать окружающим свою любовь к нему! Тело Лиззи задрожало под наплывом охвативших ее чувств.

Константиносы вернулись за столик. Ставрос заказал еще одну бутылку вина. Лиззи отрицательно покачала головой, когда официант подошел к ней, желая наполнить ее бокал. Остальные стали пить вино, потом Ариадна встала и спросила Лиззи, не хочет ли она пойти вместе с ней в комнату для дам.

Кивнув, Лиззи встала. Все лучше, чем сидеть рядом с Илиосом, зная о том, как жаждет он избавиться от нее.

Оказавшись в дамской комнате, Лиззи почувствовала новый приступ усталости и, не сдержавшись, зевнула. Ариадна заметила ее зевок, и Лиззи извинилась перед ней, надеясь на то, что она не сочтет ее дурно воспитанной.

— Не волнуйся, — ответила Ариадна. — Я понимаю. У меня было то же самое, когда я в первый раз забеременела. Я думала, что по утрам меня будет тошнить, но этого не было, зато я постоянно хотела спать.

Беременна?!

Туалетная комната закружилась вокруг нее, и Лиззи пришлось ухватиться за край раковины.

Ариадна, явно испугавшись, кинулась к ней.

— Со мной все в порядке, — уверила ее Лиззи. — Просто я не думала…

Она запнулась, и Ариадна воскликнула:

— О! Ты, наверное, и не догадывалась, что беременна? Я первая сказала тебе об этом. Не волнуйся, я не скажу никому ни слова, даже Ставросу. — Она успокаивающе пожала руку Лиззи, затем предложила: — Если хочешь, я дам тебе телефон моего врача. Он очень хороший специалист.

— Ты очень добра, но… но я не думаю, что это беременность, — солгала Лиззи.

Она пребывала в шоке, пытаясь осмыслить ситуацию. На глаза наворачивались слезы отчаяния, а в душе росла радость. Ей так хотелось верить, что мужчина, которого она любила, воспримет новость о ее беременности с гордостью и любовью. Но разве это может быть, если Илиос не любит ее?

Беременна… Она была беременна! Это же так очевидно, что непонятно, почему она сама не догадалась. И что ей делать теперь? Илиос, конечно, имел право знать об этом. Что он скажет ей? Как поведет себя? Ведь он хотел сыновей. Но смягчится ли его сердце, когда он узнает, что Лиззи носит его ребенка под сердцем? Или еще больше ожесточится? Но если он отвергнет ее и их ребенка, у нее все равно есть любящая семья в Англии.

В ней возникло первобытное материнское желание уберечь свое нерожденное дитя. Илиос, возможно, и не захочет ребенка, которого они вместе зачали, но она будет любить его всем своим сердцем — просто самого по себе, и еще потому, что это будет ребенок Илиоса…

Вернувшись за стол, она снова с трудом сдержала зевок. Ариадна понимающе улыбнулась ей и сказала своему мужу:

— Лиззи устала. Она не привыкла к нашей традиции поздно обедать. Полагаю, Илиосу надо отвезти ее домой и позаботиться о ней.

Лиззи напряглась — вот сейчас Ариадна проговорится о ее беременности… Но та лишь заявила, что им тоже надо домой — освободить ее мать, которая согласилась посидеть с детьми.

Все вместе они вышли из ресторана и тепло распрощались возле стоянки машин. Ариадна нежно поцеловала Лиззи, и поцелуй ее был очень многозначительным.