И возьми мою боль

Абдуллаев Чингиз

Глава 26

 

Все знали, что Адалят Махмудбеков обычно остается в ресторане «Серебряное копье», рядом с которым стоял двухэтажный дом владельца ресторана.

Но на ночь гости уезжали обычно к себе, благо купить квартиру в городе к этому времени не составляло особых хлопот. Но квартиру Исмаила Махмудбекова ремонтировали, а его младший брат все никак не мог собраться купить квартиру в Москве, так как имел дома в Стамбуле и в Тегеране. Именно поэтому Адалят, собиравший людей обычно в ресторан, к своему земляку и члену группы его старшего брата, ездил на ночь в «Метрополь», где снимал номер.

Но именно в эти последние два дня, когда все должно было решиться, Адалят не покидал здания ресторана, предпочитая оставаться в доме своего земляка. Ресторан, имевший вокруг основного здания свой парк, контролировался и охранялся боевиками его старшего брата.

Именно к нему и подъехали в полночь Цапов и Рустам Керимов. Охранники, недовольно ворча, пропустили незваных посетителей к ресторану только тогда, когда Цапов показал свое удостоверение. Но предупредили хозяина ресторана и его гостя о том, что к ним едут незваные визитеры. Когда машина подъехала к основному зданию, там уже стояли трое молодых людей, не скрывавших оружия.

Получить разрешение на открытие частной сыскной компании или детективного агентства теперь не составляло труда. А соответственно оформлялись и документы на право ношения оружия. Цапов вышел из машины, недовольно глядя на вооруженных охранников.

— У вас здесь целый парад, — пробормотал он. — Только вам нужно маршировать перед зданием ресторана.

Охранники молчали. Рустам, вышедший следом за своим временным напарником, двинулся за ним. Они вошли в основное здание, прошли коридорами, поднялись на второй этаж. Их провели в большую комнату, где сидели за столом сам Адалят и хозяин ресторана.

— Садитесь, — показал Адалят на стулья, стоявшие перед столом, — говорят, сам подполковник Цапов приехал, знаменитый человек. Так это ты подполковник?

— Это я, — кивнул Цапов, усаживаясь напротив Махмудбекова, — а мне говорили, что приехал младший брат Исмаила который, правда, не такой способный, как его старший брат но старается показать всем, что значит не меньше старшего.

Адалят побледнел от нанесенного оскорбления. Он встрепенулся, хотел что-то сказать, но хозяин ресторана сжал его руку. Ему не нужен был скандал в стенах его заведения.

— Зачем пришел, подполковник? — спросил хозяин ресторана. — У нас проверка недавно была. Все чисто.

— Я не проверяю чистоту твоих сортиров и качество продуктов, — отмахнулся Цапов. — Я пришел поговорить с твоим гостем.

— Тогда говори, что хочешь, и уходи, — нахмурился хозяин ресторана.

— Мне нужно поговорить насчет девушки, дочери его брата, — пояснил Цапов.

— Что случилось? — сразу спросил Адалят.

— Во-первых, я хочу знать, почему вы назначили за нее награду? Вы хоть понимаете, что сделали глупость?

— Это наше дело, подполковник, ты в него не вмешивайся.

— Во-вторых, я хочу знать, кому вы поручали поиск девушки. Сегодня вечером на автомобиль с нашими сотрудниками совершено нападение. Убиты двое офицеров. Мы разыскиваем голубую «Тойоту». И многие свидетели показали, что эта машина стояла на улице Вавилова, недалеко от вашего офиса.

— Ну и что? — хмуро спросил Адалят. — Много кто там стоял. Это были не мои люди. И не люди моего брата. Зачем им стрелять в ваших офицеров без всякой причины? У нас и так уже есть один бывший, из ваших.

Он говорит про Стольникова, понял подполковник, очевидно, у Славы не сложились отношения с младшим братом хозяина.

— Меня интересует, почему эти люди сидели в машине весь день недалеко от вашего офиса? — продолжал Цапов.

— Я не знаю, — недовольно сказал Адалят, — это спросишь у них, когда найдешь. Еще какие есть у тебя вопросы?

— Мы едва не вышли на твою племянницу, — продолжал Цапов, — но из-за усердия твоих людей мы ее снова потеряли. Кто-то дал задание искать ее по городу. И ее ищут не только твои боевики.

— Это наше внутреннее дело, подполковник. Мы все равно будем ее искать сами, — усмехнулся Адалят, — если доверить нам вы найдете ее через десять лет.

Если вообще найдете. Мы знаем, как вы работаете. А ты знаешь, как работаем мы.

Наша работа куда лучше вашей.

— С одной лишь разницей, — сказал Цапов, — мы не убиваем так часто, как вы.

— Пока нас убивают, — разозлился Адалят. — Кто напал на дачу? Кто убил наших людей? Кто брата моего ранил? Ты мне ничего не говори, подполковник. Мы сами знаем, как поступать. — Хозяин ресторана осторожно взял его за руку, чтобы он успокоился, но вошедший в раж младший Махмудбеков продолжал громким голосом:

— Мы сами будем наводить тут порядок. Мы знаем, кто напал на нашу дачу. И мы будем сами решать свои вопросы. И ты мне ничего не говори.

— Значит, я могу сделать вывод, что ты готов начать войну? — спокойно спросил Цапов.

— Да, готов, — закричал Адалят, теряя всякое терпение, — и обязательно начну. Я этого Жеребякина уничтожу. Я его раздавлю. И его, и всех его боевиков!

— В таком случае я вынужден тебя арестовать, — спокойно сообщил подполковник. — Угроза убийством. Есть такая статья. Угроза в отношении многих людей, конкретно в адрес Жеребякина. Ты сам все сказал в присутствии двух свидетелей. Ты арестован.

— Как это у тебя получится? — усмехнулся Махмудбеков. — Как тебе удастся меня арестовать? Уведешь отсюда силой? Здесь вокруг мои люди, подполковник. Ты живой отсюда не уйдешь.

— Не нужно мне угрожать, — спокойно сказал подполковник, — это уже другая статья.

— Говори, говори, — весело сказал Махмудбеков, — ты все равно ничего не докажешь. Скажи нашим людям, чтобы выбросили отсюда этого подполковника, — сказал он, обращаясь к хозяину ресторана по-чеченски.

— Напрасно ты так торопишься, — сказал тоже по-чеченски Цапов, — я ведь тебе объяснил, что ты арестован.

Хозяин ресторана вскочил, но еще раньше вскочил Рустам, Достав свой пистолет.

— Не нужно нервничать, — посоветовал он, — иначе ты тоже окажешься среди арестованных.

— Вы не уйдете отсюда живыми, — прохрипел Адалят, — а меня отпустят через два часа после того, как приедет мой адвокат. За угрозу убийством не сажают до суда. А это еще нужно доказать.

— Посмотрим, — кивнул Цапов, — у нас будет время доказать твою вину. И мы сделаем это обязательно. Можешь не волноваться.

— Что ты хочешь, подполковник? — нахмурился Адалят. — Ты же понимаешь, что меня нельзя посадить за такое преступление. Я кому-то угрожал. Ну и что.

Пусть даже ты докажешь это в суде. Ну присудят мне штраф или дадут условное наказание. Что от этого изменится? Я уже не говорю, что суда вообще не будет. И ты это знаешь лучше меня.

— Если я тебя сейчас уведу, в городе, может, и войны не будет. А это для нас важнее, — честно сказал Цапов.

— А вот этого ты остановить уже не сможешь, — хитро улыбнулся Адалят, — поздно уже, — он продолжал сидеть, не двигаясь.

— Пойдем с нами, — еще раз сказал подполковник.

— Я не понимаю, Цапов, ты дурак или притворяешься? — спросил Адалят, по-прежнему не двигаясь. — Тебе не удастся уйти отсюда живым. У меня вокруг здания десять человек. А у вас на двоих пара пистолетов. Не глупи, подполковник. Лучше уходи сам, пока я добрый. Меня арестовать нельзя, я ничего не нарушал.

— Если не считать торговли наркотиками, контрабанды, организации вооруженных банд, отмывку денег, убийства, грабежи, мошенничество, — спокойно перечислил «заслуги» своего «клиента» подполковник, — я думаю, что если бы можно было доказать хотя бы одну десятую твоих преступлений, то и тогда тебе нужно дать пожизненное заключение, если не «вышку».

— Уходи, — еще раз сказал Адалят, — ты мне надоел. Я не хочу тебя убивать, подполковник. Зачем ты меня вынуждаешь?

— Я не уйду без тебя, — сказал Цапов, поднимаясь со стула, — пойдем. Я думаю, в КПЗ тебе будет не так удобно, как здесь.

— Ты не понял, что я тебе сказал, подполковник. Ты сам заставляешь меня убивать тебя. Время твоей жизни уже подошло к концу. Ты живешь последние минуты.

— Может быть. А может, и нет, — философски заметил Цапов. — Пошли, ты арестован.

Хозяин ресторана посмотрел на продолжавшего сидеть Адалята, перевел взгляд на офицеров.

— В моем доме, — хмуро сказал он, — нельзя арестовывать — Это скорее его дом, чем твой, — весело заметил Цапов, — ты ведь только числишься хозяином, а на самом деле все здесь принадлежит его старшему брату. Адалят медленно, с достоинством поднялся.

— Ты сам напросился, подполковник, — сказал он, глядя в глаза Цапову. — Давай выйдем отсюда, и я посмотрю, как это у тебя получится.

Цапов достал свой пистолет.

— Если они попытаются меня остановить, я буду стрелять…

— Они обязательно попытаются, — кивнул Махмудбеков.

— …в тебя, — закончил подполковник.

Они подошли к выходу. Адалят обернулся, посмотрел на Цапова.

— Не могу понять, — сказал он, — кто ты? Психопат или герой? Может, тебе нравится смотреть эти ковбойские фильмы и ты хочешь почувствовать себя героем?

— Звони, Рустам, — Цапов повернулся к Керимову. Тот достал мобильный телефон, набрал номер.

— Мы на месте, — сообщил он Сабельникову, — сейчас выходим.

— Понял, — ответил тот, и Рустам убрал телефон.

— Пошли, — кивнул Цапов Адаляту, — и не забудь про то, что я тебе сказал. Если твои ребята начнут нам мешать, я не остановлюсь ни перед чем.

— Зачем ты это делаешь? — спросил Махмудбеков.

— Чтобы вы не начали войну в городе.

— Посмотрим, — сказал его пленник.

Они спустились на первый этаж, где вопреки обыкновению никого не оказалось. Они медленно двигались к выходу, вышли из здания и увидели, что их автомобиль окружен вооруженными людьми. Шесть или семь человек стояли полукругом, приготовив автоматы и пистолеты. И все смотрели в сторону Цапова.

Рустам смело пошел вперед. Адалят усмехнулся.

— Ну вот видишь, подполковник, — сказал он, торжествуя, — я же говорил, что у тебя ничего не выйдет.

— Скажи своим людям, чтобы они убрали оружие и дали нам пройти, — предложил Цапов.

— Этого я не могу сделать, — издевательски ухмыльнулся Адалят, — попробуй пройди сам.

— В таком случае мы не дойдем туда оба, — спокойно сказал подполковник.

— Мы арестовали брата вашего хозяина и должны пройти к машине, — громко сказал Рустам, — не глупите, ребята. Вы не можете нас остановить.

Он сделал шаг, и сразу несколько стволов повернулись в его сторону.

Керимов улыбнулся, покачал головой.

— Ничего не получится, — сказал он, и в этот момент за спинами боевиков резко затормозили два автомобиля, и из них выскочили сотрудники СБК. Теперь силы были примерно равны. Боевики оглянулись и, увидев, что многие сотрудники СБК iso-оружены автоматами и пистолетами, почли за благо не начинать стрельбы.

— Кажется, мы вовремя, — довольным голосом сказал Чумбуридзе.

— Идем к машине, — приказал арестованному Цапов. Тот, ни слова не говоря, подчинился. Подошел к машине, сел на заднее сиденье. Цапов сел рядом с ним. Рустам уселся за руль.

— Все равно ничего не выйдет, — проговорил Адалят.

— Что? — обернулся к нему подполковник.

— Напрасно ты меня взял, Цапов, — сказал Адалят, — вес равно ты уже ничего не сможешь остановить.

Керимов, услышавший эти слова, тревожно обернулся. Они с подполковником знали, что это означает. Но Цапов молчал.

Через два часа к ресторану приехал Стольников. Он выслушал рассказ об аресте Адалята Махмудбекова внешне спокойно. Он лучше других понимал, что Константин Цапов блефовал. За подобным обвинением ничего не стояло. Просто Цапов пытался оттянуть начало активных боевых действий между двумя группами до тех пор, пока найдут девушку и начнут хотя бы какие-нибудь переговоры.

Он сидел за столом, борясь со сном, когда приехали Кязим и Джафар. Было уже светло. Оба были встревожены арестом и наперебой предлагали различные варианты поиска девушки. Стольников устало закрыл глаза, слушая этот разнобой, когда к нему подошел стоявший внизу у входа один из охранников.

— Вас зовут к телефону.

— Кто зовет? — устало спросил он.

— Не знаю. Какая-то чеченка. Она просила позвать младшего брата хозяина. Но я сказал, что его арестовали.

— Напрасно, — недовольно заметил Стольников. — Ладно, иди скажи, что мы заняты. Нечего нам еще заниматься проблемами знакомых женщин Адалята. У нас и без них забот хватает. Охранник торопливо кивнул, выйдя из комнаты. Что случилось? — спросил Кязим, наклоняясь к Стольникову.

— Не знаю. Какая-то чеченка звонит, — пожал плечами Вячеслав.

— Говорят, что сегодня звонила из Стамбула сестра хозяина, искала своего младшего брата, — сказал Джафар.

— Наверно, волнуется за родных, — махнул рукой Кязим. В комнату снова вошел охранник. Он подошел к Стольникову и, наклонившись, прошептал:

— Она опять позвонила. Говорит, человек умирает.

— Ладно, — недовольно сказал Стольников, — сейчас подойду.

Он поднялся и вышел из комнаты, не обратив внимания, как на него посмотрел Кязим. Стольников подошел к телефону, посмотрел на часы, было уже раннее утро. Он возблагодарил судьбу, что все-таки подошел к телефону, ибо это звонила Ирада. Закончив разговор с ней, он положил трубку и обернулся. За его спиной стоял Кязим. От радости Стольников даже не заметил, какие у него были глаза.

— Это звонила Ирада? — понял Кязим.

— Она, — кивнул Стольников, бросаясь к выходу.

— Я с тобой, — предложил Кязим, и он опять не почувствовал никакого подвоха. — Подожди меня, я возьму оружие. Только обязательно подожди.

Многие не носили оружия в городе, опасаясь частых проверок. У Стольникова как руководителя частной охранной фирмы, несмотря на судимость, было официальное разрешение на ношение оружия. У Кязима такого разрешения не было. Стольников не заподозрил ничего необычного. Он даже не мог предположить, что, пока он заводит машину и разворачивается, Кязим уже звонит их врагам.

А потом они вместе поехали на встречу. Оба молчали всю дорогу. Только молчание Стольникова было беспокойным, он ожидал скорой встречи. А спокойное молчание Кязима предвещало надвигающуюся беду.

Когда они подъехали, Стольников увидел девушку и поразился ее внезапному испугу. Он не мог понять, что происходит. Он не догадывался, что она испугалась Кязима, который уже однажды предал ее. И когда она побежала, он кинулся за ней, все еще не сознавая, что именно происходит, и крича ей, чтобы она остановилась.

Он не увидел, он скорее почувствовал, как за его спиной появились чужие. Это было особое ощущение неясного холода, которое возникает у оперативных работников, выполняющих опасное задание. Вот и он почувствовал, как за его спиной появились чужие. Он обернулся и увидел этих двоих, которые выскакивали из машины.

Стольников знал, что в подобных случаях глупые выкрики и предупреждения просто не действуют. Тут действует один универсальный ковбойский закон — победит тот, кто успеет выстрелить первым. И он выстрелил первым, когда один из бандитов только полез за оружием. Второй успел сделать несколько выстрелов, но трудно стрелять в вооруженного человека, который стреляет в тебя. Куда легче убивать из засады не подготовленную к нападению несчастную жертву.

И когда Стольников в него выстрелил, он не сомневался, что свалит и этого бандита. Так и произошло. Но потом он почувствовал, как будто его ударили по руке, и упал на землю, выронив пистолет. Он изумленно обернулся и посмотрел на своего бывшего товарища. Теперь он знал, кто предал их и на складе, и на даче. Теперь он уже не сомневался.

Но когда Кязим прицелился в Ираду, очевидно, решив убрать единственную свидетельницу своего чудовищного предательства, Стольников, собрав все силы, вскочил и крикнул девушке, чтобы она ложилась. И тогда Кязим выстрелил в него второй раз и попал ему в правое плечо. Но Ирада уже успела убежать, а Кязиму тоже удалось скрыться на машине боевиков Жеребякина.

Когда к Стольникову подбежали милиционеры, он просил их догнать девушку. Но они держали его под прицелом, не оказывая ему никакой помощи. Лишь когда приехал автомобиль «Скорой помощи» и несколько машин милиции. Стольников прошептал:

— Найдите подполковника Цапова, передайте ему, что я ранен. Передайте подполковнику Цапову, что ранен Слава Стольников, — и затем потерял сознание.

Его повезли в больницу, а в убитых боевиках опознали бандитов, которые вчера застрелили на улице Ляпунова двух сотрудников милиции и которые теперь числились в розыске. Про девушку так никто и не вспомнил.