И телом и душой

Можно ли забыть собственного ребенка? Да, к сожалению, такое бывает, считает героиня романа, отец которой, преуспевающий адвокат, отрекся от нее ради собственного спокойствия и благополучия своей семьи. Однако желание поближе узнать человека, подарившего ей жизнь, оказывается сильнее обиды, и девушка нанимается к нему на работу… чтобы неожиданно обрести счастье и любовь там, где этого меньше всего ожидала.

1

Селина искоса взглянула на часы. Стараясь казаться спокойной и беззаботной, она сложила руки на коленях и откинулась в кресле. Кажется, она все уже решила, так откуда же это малодушное желание сбежать? Девушка взвесила все “за” и “против”, причем не единожды. Сама судьба предоставляла ей шанс. Однако, когда нынешний ее работодатель впервые упомянул о вакансии, Селина с трудом подавила в себе желание отказаться. Но ведь судья Ситон удивился бы, принялся бы задавать вопросы, на которые ответить она была не в состоянии…

Селина неуютно поежилась. Высокая блондинка, внешностью она пошла в мать, ростом — в отца. Яркая, чуть вызывающая красота составляла разительный контраст с бесстрастной холодностью девушки. Отвергнутые воздыхатели понятия не имели, что надменность эта — лишь маска, скрывающая неуверенность и боль. “Аляска под солнышком” — так прозвал ее какой-то оксфордский умник: снаружи — доброжелательная вежливость, внутри — арктический холод.

Но лучше слыть недотрогой, чем легкой добычей. Серые глаза блеснули сталью, губы сжались. Нельзя думать о прошлом, нельзя. Но если не сейчас, то когда? “Яблоко от яблони недалеко падает”, — сказал как-то раз про нее один из любовников матери, и презрительный отзыв ранил девочку до глубины души. Кто-кто, а она отлично знала, сколько боли причиняет позорное клеймо.

С матерью Селина не ладила. Папенькиной дочкой называла ее мать в запальчивости. По иронии судьбы, именно за это девочку и не любили. Вдвойне нелепо, когда…

— Мисс Торн? — Приятный голос секретарши ворвался в ее мысли. — Сэр Джералд готов принять вас. Пожалуйста, заходите.

2

Первая неделя работы у Джералда Гарви пролетела незаметно. Во время собеседования девушка пребывала в таком напряжении, что ни на чем, кроме вопросов, сосредоточиться не могла. Но теперь понемногу свыкалась с повседневной рутиной и наблюдала за отцом, гадая, как бы он отреагировал на правду.

Селина давным-давно дала себе слово, что в ловушку не попадется: не нужна ей любовь этого человека! Даже повзрослев, даже мечтая пойти по его стопам, она не позволяла себе думать о Джералде Гарви как об отце. Для нее он по-прежнему оставался любовником матери. И еще — противником в борьбе, где ее саму использовали как орудие. Селине и в голову не приходило, что она может к отцу привязаться, да и с какой бы стати? А ведь, поди ж ты, так оно и вышло… С какой поразительной, просто-таки пугающей легкостью они находили общий язык! А в конце первой недели сэр Джералд, обращаясь к ней, ласково заметил:

— Селина, вы не поверите, но я благословляю тот день, когда вас нанял! Мы с вами славно сработались — точно всю жизнь друг друга знаем. Признайтесь, а вы с нами счастливы?

Счастлива? Селина попыталась проанализировать это слово. Что такое счастье? Она достигла цели, и это само по себе дарило ощущение успеха, но что до счастья…

— Уверена, что буду, — отозвалась она, потупившись, чтобы собеседник не видел ее лица. Этот человек — ее отец, их связывают кровные узы, и все-таки…