Этап

Бояндин Константин

9.

 

— Входите, входите, — им открыла дверь та женщина, похожая на учительницу. — Маша, ты замечательно выглядишь! — улыбнулась. — А вас зовут Сергей Васильевич, я помню. Курчатова Надежда Петровна, очень приятно. Даша! Подойди сюда, пожалуйста!

Девочка — та, с которой говорил дядя Гоша там, в учительской — выскочила из-за угла коридора.

— Ой, Маша! — бросилась той на шею. — Всё хорошо, да? Нормально добрались?

— Даша, — представила её Надежда Петровна. — Петрова Дарья Васильевна. А это Николаев Сергей Васильевич. Обедать хотите?

— Ой, мы только что от дяди Гоши, — помотала головой Мария. — Уже обедали. Только кофе, если можно.

Надежда Петровна посветлела лицом.

— Что ж, мы как раз собирались пить кофе. Даша?

— У меня всё готово, — девочка отпустила Марию и подошла к Николаеву. — Здравствуйте! Вы в первый раз, да?

— Даша! — укоризненно покачала головой Курчатова.

— Ой, да ладно, тётя Надя, я что, маленькая?

«Не относитесь к ней, как к десятилетней девочке».

— В первый раз, — согласился Николаев. — До сих пор не понимаю, как уцелел.

— Вы хорошо держались, — похвалила Дарья. — Ничего, теперь везде продаются мобильники, не потеряемся. Расскажете? О себе расскажете?

— С удовольствием, — Николаев легонько пожал её руку и едва заметно поклонился. Дарья рассмеялась и потянула его за собой.

* * *

— Что ж, начнём с копилки, — Надежда Петровна улыбнулась. — Мы с Дашей работаем сберкассой, — пояснила она Николаеву. — Даша?

— Уже несу! — Дарья появилась в гостиной с игрушкой в руках. Плюшевый мишка — точь-в-точь Винни-Пух из советского мультфильма. Очень симпатичный и большой — в треть роста самой Дарьи. Она уселась поудобнее и осторожно расстегнула застёжку-молнию на спине медведя. — Вам сколько? Маша? Сергей Васильевич?

— Можно просто Сергей, — Николаев не мог поверить, что Дарье уже двадцать четыре. Наверное, не самое приятное — «застревать» в детском возрасте. — У меня самого было шестьдесят пять тысяч. Сейчас сорок две.

— В этом году мы выдаём по сто пятьдесят, — пояснила Дарья. — Если что останется, и нужно будет перенести… ой, а у вас что, всё сохранилось? Всё, что было в портфеле?

— Сохранилось, — подтвердил Николаев, и Дарья захлопала в ладоши.

— Как здорово! Сергей Васильевич, тогда помогайте нам!

— Всё, что она спрячет в игрушку, а Надежда Петровна в ридикюль, всё переносится, — пояснила Мария. — А у меня только сам рюкзак и диски переносятся. Всё остальное пропадает. Ну, кроме одежды. Вот такие пирожки.

— Давайте проверим, — согласился Николаев. — Если уцелеет, принимайте в ряды сейфов.

Дарья рассмеялась.

— Вот, — вручила ему перевязанные пачки банкнот. — Это вам обоим. Маша, где такие шикарные джинсы нашла?

— Если хочешь, покажу. И вообще, может, поездим по магазинам денёк? Сергей у нас шофёр, — пояснила Маша. — Здорово, да?

— Вы скорее на инженера похожи, — покачала головой Надежда Петровна.

— Я и был инженером, — и Николаев рассказал, ещё раз, свою историю. Ту, что Фёдору уже рассказал.

— Вы наш спаситель! — всплеснула руками Курчатова. — Представьте, никто не умеет водить! Михаил Петрович умеет, конечно, но годы не те, реакция подводит. Поможете?

— С удовольствием, — согласился Николаев.

— Вот и славно, — покивала головой Надежда Петровна. — Ну, кому ещё кофе? Сиди, Даша, сиди, я сама.

— У меня завтра день рождения, — сообщила Дарья, отчего-то шёпотом, когда Курчатова покинула комнату. — Ну, то есть был бы, если…

— Мы поняли, — покивала Мария. — Давай завтра и устроим — там, у дяди Гоши. Даша, мы поехали, нужно остальных повидать. Ну, кофе выпьем, то есть, и поедем. Позвонишь ближе к вечеру, ладно?

* * *

— Сейчас к Петровичу, — заявила Мария. — А остальным я позвоню, всё равно всех завтра увидим, на шашлыках. А потом подумаем, что Даше подарить на день рождения.

— Похоже, Жора тебе не очень нравится, — заметил Николаев. Припомнил, как Мария глядела на жизнерадостного Жору там, в учительской.

— Пьёт, зараза, причём всё подряд, — мрачно отозвалась Мария. — И клеится постоянно, сил нет. Что он, что Валерка со Стёпкой. Дашу-то и тётю Надю никто не трогает, Маша за всех отдувайся. Слушай, если я тебе ещё не надоела, можно, я с тобой и поживу? Хоть спокойнее немного будет.

— Да, конечно, — согласился Николаев. — Не надоела, — уточнил он, и его обняли и поцеловали.

— Ой, спасибо! А вон, смотри, вон Петрович, в парке играет.

* * *

— Вот молодцы, — обрадовался Петрович. — Сергей, присматривай за нашей Машей. Такое иногда вытворяет!

— Ой, да ла-а-адно, дядя Миша! Одна Маша, что ли, вытворяет? Дядя Миша, вы лучше скажите, что вам нужно, чем помочь.

— А я уже устроился, — довольно улыбнулся Петрович. — Мы с Георгием раньше всех успеваем. Нет-нет, у меня всё в порядке. Вы лучше отсыпайтесь, в этот раз почти месяц впереди. Отдыхайте, пока можно. Сегодня как следует выспаться, а завтра мы вам с Георгием устроим культурную программу.