Его подлинная страсть

Абдуллаев Чингиз Акифович

Глава девятнадцатая

 

Прасси бросился к своим умирающим овчаркам. Но было поздно. Первая положила морду на лапы и смотрела на хозяина, медленно закрывая глаза. Вторая была буквально разорвана выстрелами Сальваторе.

– Ты плохо умрешь, Сальваторе, – с угрозой сказал сеньор Прасси. – И вся твоя семья тоже будет уничтожена.

Овчарка закрыла глаза. Прасси поднялся, выпрямился.

– Поздравляю, господин эксперт. Я не предполагал, что вы так быстро найдете предателя в наших рядах.

– Идемте, господин Прасси, – взмахнул пистолетом Дронго, – и постарайтесь не дергаться, иначе я вас застрелю.

– Вы меня не испугаете, – ответил Прасси.

– Конечно, – согласился Дронго, – и я даже знаю, что вы не захотите со мной идти, – он подошел к своему собеседнику и ударил его рукояткой пистолета по голове. Тот сразу обмяк, едва не упав на пол, но Дронго успел его подхватить. Охранник стонал на полу. Эксперт намеренно не стал его убивать.

Сальваторе помог Дронго, и они вместе затащили своего пленника в кабину лифта и стали спускаться вниз. Дронго подставил плечо и со стороны казалось, что они едут буквально обнявшись вместе с сеньором Прасси. Сальваторе встал перед ними, загораживая камеру.

– Что у вас случилось? – спросил охранник, сидевший внизу.

– Все нормально, – ответил Сальваторе, – мы спускаемся вместе с сеньором Прасси вниз, в гараж. Он хочет кое-что посмотреть.

Кабина лифта дошла наконец до гаража, и Дронго на себе вытащил своего пленника. Сальваторе побежал к автомобилю, когда снова раздался голос охранника с первого этажа.

– Мы не понимаем, что у вас там творится, Сальваторе! Почему сеньор Прасси обнимает этого человека, который поднимался вместе с тобой наверх?

– Они старые друзья, – пояснил Сальваторе.

– Я не понимаю, – снова начал охранник, но они уже выезжали со стоянки. Ворота начали открываться. Неожиданно они остановились и начали закрываться. Очевидно, охранники на первом этаже что-то заподозрили.

– Вперед, – крикнул Дронго, – прорывайся вперед.

– Моя машина… – недовольно произнес Сальваторе.

– Нажимай на газ! – закричал поднявшийся на заднем сиденье Лоусон.

И Сальваторе нажал на газ. Они сломали все ручки на автомобиле и правую фару, но сумели выскочить из закрывающегося гаража. Сальваторе увеличил скорость, и машина понеслась дальше. Только тогда Дронго достал мобильник, оставленный им мафией, и набрал номер телефона сеньора Собреро. Номер ему подсказал Сальваторе.

– Здравствуйте, дорогой сеньор Собреро, – начал Дронго, услышав знакомый голос. – А этот тип, который со мной разговаривал от имени вашей организации, тоже рядом с вами?

– Почему вы звоните так рано? – удивился Собреро. – Мы договаривались на двенадцать. Откуда вы узнали мой телефон?

– Это непринципиально. Передайте привет вашему «говоруну». Он мне очень понравился. Такой дебил с большим самомнением.

– Я не хочу с вами разговаривать, – разозлился Собреро.

– А я хочу, – сказал Дронго. – И еще хочу сообщить вам, что сейчас в моей машине находится потерявший сознание сеньор Альфредо Прасси, ваш непосредственный шеф и руководитель вашего «Пилигрима». И у меня есть к вам конкретное предложение. Я обменяю его на нашу женщину. И учтите, что, если хотя бы один волосок упадет с головы Вирджинии, я лично пристрелю вашего босса.

– Ты кто такой, чтобы захватывать сеньора Прасси?! – заревел Собреро.

Дронго отключил связь. Он понимал, что сейчас они будут звонить в квартиру Прасси и узнают о нападении и похищении, которое произошло несколько минут назад. Он терпеливо ждал, когда раздастся телефонный звонок. Наконец Собреро позвонил.

– Можешь считать себя покойником, – торжественно заявил он. – Ты посмел напасть на дом президента нашей компании, застрелил его собак, ранил его охранника! А где находится этот негодяй Сальваторе? Скажи ему, что мы сожжем его заживо.

– Я его уже застрелил, – сообщил Дронго, – я взял в заложники его родных и вынудил его мне помогать.

Лоусон покачал головой.

– Вы превратили серьезное расследование в балаган, – осуждающе произнес он.

– Я постарался любым путем спасти Вирджинию, – возразил Дронго, закрывая телефон рукой. – Мои условия вы знаете, – сказал он, обращаясь к Собреро, – привезете женщину в отель, где она будет в безопасности, и только тогда я отпущу вашего шефа.

– Кто гарантирует, что ты говоришь правду?

– Никто. Но он у меня. Сейчас пошлем его фотографию по айфону. Мне не нравится его халат с восточным орнаментом. Очень пошло и вычурно. Вы не находите? – Дронго сделал снимок лежавшего без сознания сеньора Прасси и послал его Собреро.

– Вы его убили? – заорал тот. – Почему он лежит без сознания?

– Он отдыхает, – пояснил эксперт, – слишком много и праведно трудился ваш шеф.

– Ты не сможешь живым уехать из нашего города, – сказал Собреро, – тебя будут ждать во всех аэропортах, на всех дорогах. Тебя поймают и будут резать по кусочкам. По маленьким кусочкам.

– Какая страсть к экзальтации, – весело произнес Дронго, – у вас есть два часа, чтобы вернуть женщину в отель. Иначе я пришлю вам ухо вашего шефа. А потом и второе ухо. Могу себе представить, как будут смеяться над вами все остальные семьи и кланы, если я обрежу уши вашего шефа. Вы навсегда останетесь кланом безухих и над вами будут потешаться.

– Я тебя задушу! – зарычал Собреро.

– Остался час и пятьдесят девять минут, – невозмутимо проговорил Дронго и отключил телефон.

– Зачем ты им сказал, что меня убил? – спросил Сальваторе, – они ведь быстро узнают правду.

– Не узнают, – возразил Дронго, – твои показания позволят посадить всех ваших знакомых на скамью подсудимых. А это значит, что ты сможешь пройти по программе защиты свидетелей. И не только ты, но и вся твоя семья. Будет лучше, если мафиози будут считать тебя убитым. Тогда они не станут беспокоить твою мать и семью твоей сестры. Теперь понял?

– Про программу мы не договаривались, – удивился Сальваторе.

– И про вторую овчарку мы тоже не договаривались, – напомнил Дронго, – у тебя в руках было оружие, и ты мог повернуть его немного в сторону, на несколько сантиметров. И тогда разрядил бы всю обойму не во вторую овчарку, а в меня. Но ты этого не сделал. Я думаю, что теперь более правильно не уничтожать твои показания, чтобы ты прошел по этой программе. Вместе со своей семьей. А мальчиков будут лечить и выдавать им бесплатные лекарства. Что касается твоих друзей, то я уверен, что теперь они много лет будут видеть небо в клеточку.

Еще раз позвонил Собреро. Он явно нервничал.

– Чтоб ты горел в аду, – пожелал он по-итальянски своему собеседнику.

– Нет, – возразил Дронго тоже на итальянском, – гореть в аду должен ты, а я могу попасть только в чистилище.

– Ты итальянец? – разозлился еще больше Собреро.

– Я просто выучил ваш красивый язык. Жаль, что среди вашего прекрасного народа встречаются такие подонки, как твоя компания.

– Послушай, умник, – пробормотал сквозь зубы Собреро, – мы приняли твое предложение. Женщину сейчас привезут в отель. Скажи, когда ты отпустишь сеньора Прасси.

– Я назвал вам время, – любезно ответил Дронго и снова отключил связь.

Затем обратился к Лоусону:

– У вас есть мобильный телефон Мэтьюза?

– Конечно. – Лоусон продиктовал ему номер телефона.

Дронго набрал номер и долго ждал, пока ему ответят. Наконец услышал голос бывшего директора ЦРУ.

– Мы закончили расследование на этом этапе, – сообщил он, – вы были абсолютно правы. Это было не самоубийство. Все подстроено. Брокера заставили написать записку, тело в морге подменили, чтобы Рутенберг выдал заключение о болезни погибшего. Его секретаря подкупили, а затем убили. Все эти преступления совершила мафия. А конкретно – клан сеньора Альфредо Прасси, известного под кличкой Счастливчик.

– У вас есть доказательства? – быстро спросил Мэтьюз.

– У меня есть свидетель, который готов дать показания, – пояснил Дронго.

– Прекрасно. А как с заказчиками?

– Будем искать. Это уже следующий этап. Но у меня к вам просьба.

– Какая?

Дронго коротко изложил свой план.

– Попробую, – согласился Мэтьюз, – значит «Пилигрим», вы в этом уверены?

– Мы будем там ровно через полтора часа, – сообщил эксперт.

– Я постараюсь успеть. А ваш свидетель не сбежит за это время?

– Нет, – ответил Дронго, покосившись на своего спутника, – не сбежит.

Через тридцать минут Вирджиния позвонила из отеля. Ее привезли и высадили на Парк-авеню. Еще через час, забрав другую машину в отеле, они подъехали к зданию «Пилигрима». Сальваторе уехал домой, в машине Лоусон сидел за рулем, а Дронго и пришедший в себя сеньор Прасси – на заднем сиденье.

– Я не понимаю, на что вы рассчитываете? – спросил сыщика Прасси. – Предположим, что вы меня даже убьете. Но вы все равно не уйдете живым. И мои люди не отдадут вам женщину. Это невозможно.

– Она уже в отеле, – сообщил Дронго, – вы явно себя недооцениваете, сеньор Прасси. Ваши люди согласны на все, чтобы спасти своего босса.

– Идиоты, – процедил сквозь зубы Прасси. – Я все равно не прощу вам убийства моих собак. Никогда не прощу!

– Вы неприятный человек, сеньор Прасси, – сказал Дронго, – я не знаю, чем вы занимались до этой операции, но только в этом деле вы приказали устроить самоубийство, а на самом деле убийство биржевого брокера, потом организовали убийство его секретаря, и наконец, по вашему приказу застрелили несчастного Пола Бантинга. И вы еще смеете сожалеть о своих собаках?

– Они не были вашими близкими людьми, – упрямо сказал Прасси, – а мои овчарки были моими самыми близкими друзьями.

– Несчастный вы человек, – покачал головой Дронго, – как можно жить, чтобы вашими лучшими друзьями были собаки?

– Для чего вы живете? – спросил Прасси. – Чтобы всю жизнь копаться в этом дерьме? У меня в жизни было все: дорогие машины, красивые женщины, деньги, власть, породистые собаки. А у вас что? Беспрерывные скитания в поисках преступников? Это такая убогая жизнь.

– Тем не менее мне удалось вас переиграть, сеньор Прасси, – напомнил Дронго, – и потом, у каждого свои приоритеты. И свои увлечения.

– Вы подписали самому себе смертный приговор, – убежденно произнес Прасси, – и у вас не будет шансов на пересмотр вашего дела. Можете считать себя покойником. Вас найдут в любой точке нашей планеты.

– Это в том случае, если вы сможете остаться на свободе, – улыбнулся Дронго, – а кто сказал, что я собираюсь предоставить вам такую возможность? Вы сядете в тюрьму, сеньор Прасси, причем надолго. Только три последних убийства тянут на пожизненное. Про остальные ваши подвиги я уже не говорю.

– Посмотрим, – упрямо произнес Прасси, – не считайте, что меня так легко посадить. Ни один член моего клана не даст против меня показания. Я в этом убежден.

Дронго весело посмотрел на своего пленника. Покачал головой. Очевидно, Прасси понял, что именно имеет в виду этот эксперт, и разразился длинным итальянским ругательством.

– Он не посмеет, – убежденно произнес Прасси, – иначе мы вырежем всю его семью: мать, сестру, племянников.

– Он уже их дал, – сообщил Дронго, – не-ужели вы считаете, что, помогая мне захватить вас, он не сделал свой выбор? Сальваторе Мелони больше не существует. Вместо него появится другой человек. Он сам и вся его семья пройдут по программе защиты свидетелей. У вас нет ни единого шанса остаться на свободе, сеньор Прасси.

Его собеседник замолчал. Он не хотел больше спорить. До назначенного времени оставалось около десяти минут, когда позвонил Мэтьюз.

– У них все в порядке, – сообщил он, – на место выехал сам заместитель директора ФБР. Это мой бывший ученик. Они ждут твоей команды.

– Спасибо, – поблагодарил Дронго.

Машина подъехала к зданию «Пилигрима». Около него толпилось человек десять вооруженных людей. Впереди всех стоял сеньор Собреро. Лоусон остановил машину, выключил фары.

– Как только сеньор Прасси будет рядом с нами, открывайте огонь из автоматов по этим ублюдкам, – приказал Собреро, обращаясь к своим людям, стоявшим у него за спиной, – можете стрелять прямо по машине.

Дронго вылез из автомобиля вместе с Альфредо Прасси, приставив пистолет к его спине.

– Я привез вам вашего босса! – крикнул он.

– Отпускайте его, – крикнул Собреро, – мы выполнили ваши условия. Женщина уже в отеле.

– Я тоже выполнил ваши условия, – прокричал в ответ Дронго, – он рядом со мной, живой и здоровый.

– Отпускайте! – нетерпеливо закричал Собреро.

– Только один момент, – пояснил Дронго, – я ведь не американец. Я пообещал отпустить вашего босса и привез его сюда, чтобы сделать так, как я обещал.

Он посмотрел на своего пленника.

– Сеньор Прасси, вы свободны. Можете уходить. Хочу вам сказать на прощание, что в отличие от вас я не так люблю деньги, женщин, дорогую одежду, машины, власть, породистых собак и пентхаусы. Хотя не вижу в этом ничего плохого. Мне всегда больше нравились книги и путешествия, хотя к красивым женщинам я тоже неравнодушен. Но моей единственной и подлинной страстью является моя работа, которая приносит мне особое удовлетворение, когда я разоблачаю таких типов, как вы. Прощайте.

– Ты еще и дурак, – сказал с сожалением Прасси, – как только я дойду до них, ты будешь мертв. Тебе не разрешат отсюда уехать живым.

– Не сомневаюсь в вашем благородстве, – усмехнулся Дронго, – идите и до свидания.

Он подтолкнул стоявшего перед ним главу клана мафии, и тот сделал первый шаг. В этот момент со всех сторон включился свет, послышались крики людей, появились солдаты и агенты ФБР с автоматами в руках.

– Внимание, – прокричал в громкоговоритель заместитель директора ФБР, – всем оставаться на своих местах! Вы все арестованы! При малейшем сопротивлении вы будете расстреляны на месте. Повторяю. Всем оставаться на своих местах и сложить оружие!

Альфредо Прасси обернулся и посмотрел на Дронго. Если бы можно было спалить взглядом, он бы сейчас уничтожил этого человека. Дронго пожал плечами.

– Я не американец, – напомнил он, – и я вас честно предупреждал о своем самом главном увлечении.