Душа Ардейла

Он не такой, как все. Он, подобно белой вороне, выделялся из своих односельчан. Найденыш, без роду и племени, ставший родным сыном кузнецу и его жене. Да, все бы было нормально, если бы не стали проявляться черты, свойственные народу далекому и загадочному. Если бы не проявился дар ковать оружие с душой, разговаривать с деревьями, понимать животных. А искусство боя? Разве может обычный человек так владеть клинком? Много он испытал, много пережил. Судьба заставила поскитаться молодого Ардейла в поисках своего места. Найдет ли?

Глава 1

Отец с лязгом сбросил инструменты в ведро, стоящее у наковальни:

— Конец работе на сегодня, сынок! Устал?

Барат с большим трудом распрямил ноющие плечи и со стоном облегчения уронил большой молот на утрамбованную землю кузницы.

— Ну и куда это ты молот бросил? — сердито заметил отец. — В кузнице должен быть идеальный порядок! Причем заметь: то, что понимают под порядком женщины, совсем не тот порядок! На кузнице каждая вещь должна находиться на своем месте!

Барат недовольно поморщился, но перечить не стал. Поднял молот и отнес его к стене, возле которой стоял деревянный верстак с выложенными на нем различного рода железками.

Глава 2

Размеренно качая меха, Барат смотрел, как в горне набирало силу свечение бруска металла, предназначенного для клинка. Отца позвали к старосте, что-то там такое случилось, для чего необходимо было его присутствие. Свечение набирало силу. Цвет прошел все изменения из серого в багровый, потом в алый, и перелился в оранжевое яростное свечение.

Присматриваясь к заготовке, Барату, вдруг показалось, что он увидел контур клинка изумительной красоты. Всмотрелся… Контур исчез. Досадливо встряхнув головой, отвел взгляд, но… Краем глаза снова уловил силуэт. Резко вернул взгляд и замер. Вокруг бруска металла тонким контуром просматривался изящный и хищный клинок. Он был едва виден, но он был!

Для верности Барат несколько раз сморгнул, но контур не исчез. Где-то в глубине сознания зародилась тихая музыка. Она была очень ритмичная. Она звала, чего-то требовала, о чем-то молила. Музыка набирала силу. И с ней вместе набирал силу, становился все более отчетливым контур меча.

В голове гремели мощные аккорды этой изумительной и совершенно незнакомой музыки. Непонятно откуда в руках появились щипцы и молот. Совершенно не обращая внимания на окружающий мир, Барат подхватил брусок и положил его на наковальню. Аккорды подсказывали ритм ударов. Звенящий гром молота органично влился в звучащую музыку. Дальнейшее Барат помнил смутно. Сознание ускользнуло от него. Его тело и голову наполнял мотив, который и руководил происходящим. Он все бил и бил молотом, подчиняясь ритму, который звучал в его теле. Ритм просил, молил, требовал, указывал и подбадривал. Откуда-то Барат знал, что каждый удар получается точным и выверенным, он бил как надо и куда надо.

…И неожиданно все закончилось. Музыка стихла и ушла. Барат застыл, отходя от только что испытанного неистовства и тупо рассматривая готовый клинок, лежащий на наковальне.