Цена бесчестья

Абдуллаев Чингиз Акифович

Эпилог.

Спустя несколько дней

 

Он прилетел в Москву, словно постаревший на несколько лет. В аэропорту его встречал Эдгар. Они молча обнялись. Вейдеманис повёл его к своей машине.

— Как Кружков? — спросил Дронго.

— Нормально, — ответил Вейдеманис, — он уже выписался.

По дороге домой они все время молчали. Словно им не о чем было говорить. Они подъехали к дому, поднялись в квартиру, прошли в гостиную. Дронго сел на диван. Эдгар в кресло.

— Никакого обзора не было? — спросил Дронго. — Нигде и ни одного слова об этих материалах?

— Да, — ответил Эдгар, — подобного следовало ожидать. Бывший премьер отказался от намеченной пресс-конференции. Говорят, ему звонил очень высокопоставленный Чиновник и сумел с ним договориться. Они прекращают преследование бывшего главы правительства, закрывают все его дела, а он отказывается от своей пресс-конференции и президентских амбиций.

— И получает полную индульгенцию?

— Правильно.

— А остальные?

— Феоктистов получил новое назначение в аппарат правительства. Теперь он первый заместитель в администрации. Говорят, что также получил место в совете директоров компании «Стил-М». Я пока не читал официальных подтверждений, но вчера в газетах напечатали, что его назначение уже согласовано. Он будет представлять в совете директоров правительство.

— А Каплунович?

— Он получил четыре процента акций компании «Стил-М», выплатив деньги по номиналу. Насколько мне удалось узнать, разница в цене составила около сорока миллионов долларов. Это его чистая прибыль…

— Плата за бесчестье, угрюмо перебил его Дронго, — и за жизнь младшей сестры его жены.

— Кира переехала в Майами вместе с детьми. Но не развелась с мужем. Говорят, что он купил ей там огромную виллу за пятнадцать миллионов долларов. Публиковались снимки этой виллы.

— Что ещё?

— Я узнал, почему убрали журналиста Оглобина, — продолжал невозмутимо перечислять все факты Вейдеманис, — он работал сразу на обе стороны. Брал деньги и с тех, и с других. Поэтому и вызывал недовольство. Обслуживал тех, кто ему больше платил. В какой-то момент стал просто неуправляемым, и его решили убрать. Ты ведь знаешь, убивают не тех, кто мешает, а тех, кто нарушает правила игры. А Репников?

По поручению Феоктистова он готовил этот обзор вместе с Верой Логутиной. Подробности всех материалов могли знать только они двое. У неё не было шансов, Дронго, ни единого шанса. Её сдали одновременно и Борис Каплунович, и Павел Феоктистов. Оба. И сдал её бывший шеф. Порядочных людей рядом с ней не оказалось ни одного. Ты бы не смог её спасти, даже если бы очень хотел.

— Один был мужем её сестры, а другой любовником, — мрачно прокомментировал Дронго, — и эти подонки считают себя людьми после подобного предательства!

— Я думаю, для них это был обычный бизнес.

Жизнь одной молодой женщины, пусть даже родственницы или бывшей любовницы, в обмен на деньги и карьеру. У политиков одна, у других иная плата. У каждого были свои мотивы. Своя цена. И каждый сам решал для себя, что ему делать. Но в итоге они все сдали её. Все вместе.

— Ты знаешь, как она умела улыбаться, — печально спросил Дронго, — какие планы у неё были? Каким светлым человеком она была…

— Хочешь, я принесу тебе чай? — спросил Эдгар вместо ответа. И поднявшись, пошёл в кухню.

Раздался телефонный звонок. Дронго сидел не шелохнувшись. Вейдеманис подошёл к аппарату и выслушал чьё-то сообщение. Затем положил трубку. Взглянул на своего друга.

— Звонил Танеев, — пояснил он, — они перевели деньги на твой счёт.

Дронго почувствовал, как от боли сводит скулы, так сильно он сжал зубы.

— Нужно найти в Хаэне офицера Виньеса, раненного при нашем освобождении, и его коллегу — Марию Чавес. Переведи им все деньги, — попросил он, — я думаю, так будет правильно. Мне такие гонорары не нужны.

— Сделаю, — кивнул Эдгар, проходя в кухню.

И ещё, — крикнул Дронго, повышая голос, — нужно найти телефон этой виллы в Майами. Я хочу рассказать Кире, как погибла её младшая сестра и кто её предал. А потом мы с тобой начнём искать все факты по компании «Стил-М». Я думаю, мы можем написать новый аналитический обзор, гораздо более интересный, чем первый. И заставить их пожалеть о том, что они сделали. Как ты считаешь?

Вейдеманис, выйдя в коридор, только развёл руками и улыбнулся. Он почти никогда не возражал своему другу.