Бакинский бульвар

Абдуллаев Чингиз Акифович

Глава 7

 

Я кивнула ему в знак приветствия, не понимая, нужно ли говорить, что мы знакомы, и как к нему сейчас обращаться.

– Здравствуй, Фарида, – бесцветным голосом проговорил Вагиф.

– Здравствуй… те, – неуверенно ответила я.

В этот момент появился еще какой-то сотрудник и подошел к Вагифу.

– Господин генерал, мы допросили бармена, который вчера их обслуживал. Он говорит, что иностранец был с какой-то местной женщиной, с которой они о чем-то долго беседовали.

Значит, Вагиф – генерал. Что в этом удивительного? Мой старший брат тоже генерал. Правда, Керим попал в прокуратуру сразу после окончания юридического, а Вагиф работал юрисконсультом и вообще закончил юридический заочно. Они оба подали документы на юридический в восемьдесят третьем году, им было тогда по семнадцать лет. Вагиф закончил школу почти на одни пятерки, только с двумя четверками, а у моего брата были даже три тройки. Но вы понимаете, что в восемьдесят третьем Вагиф не имел никаких шансов. Он и не прошел, а мой брат, конечно, прошел. Нет, мой отец не платил деньги и не давал взятки. Но все знали, чьим сыном является Керим, а родителей Вагифа не знал никто. Потом Вагифа забрали в армию, а когда он вернулся, поступил на заочный. Работал юрисконсультом, а в начале девяностых перешел в министерство национальной безопасности. И вот – сумел даже сделать карьеру и стать генералом… Впрочем, он всегда был очень целеустремленным и волевым человеком.

Вагиф внимательно смотрел на меня, и я подумала, что ему, наверное, тоже непросто встретить меня в таком месте и в такой обстановке, рядом с убитым, лежащим голым на кровати.

– Что ты здесь делаешь? – спросил наконец он. – Какое отношение ты имеешь к этому убитому? Ты его знала?

– Он – представитель нефтегазовой компании из Саудовской Аравии. – Я почувствовала, что краснею. Если он будет продолжать задавать свои вопросы, мне придется многое ему объяснять. – Омар прилетел для переговоров с нашей компанией. Ты, наверное, не знаешь, но я работаю в «БП» уже несколько лет пресс-секретарем, поэтому встречалась с ним по долгу службы. У меня было поручение от руководителя нашего филиала мистера Финли. Можете позвонить и узнать у него.

– Не нужно звонить. Я слышал, что ты работаешь в «БП», – перебил меня Вагиф и, нахмурившись, приказал Мехтиеву: – Найдите нам место, где мы сможем нормально поговорить, без свидетелей.

– Мы освободили соседний номер, – ответил майор. – Можете пройти туда.

Мы с Вагифом прошли в соседний номер. Он деликатно пропустил меня вперед, задержавшись в коридоре, пока Мехтиев ему что-то быстро говорил, а через полторы минуты тоже вошел в комнату. Наконец мы сели за стол и остались одни. Вагиф поседел, заматерел, черты лица стали жестче, грубее. Но это тот самый Вагиф, который учился с моим братом и был в меня влюблен. Когда они заканчивали десятый класс, я пошла в первый, а потом он часто бывал у нас уже после возвращения из армии. Потом Керим женился, а через несколько лет к нам посватались родители Эльдара, и мой отец дал согласие на этот глупый брак. С тех пор я Вагифа не видела.

– Как ты живешь, Фарида? – неожиданно спросил Вагиф. – Я слышал, что ты развелась с Эльдаром.

– Уже много лет назад, – ответила я. – У меня взрослый сын. А у тебя, наверное, большая семья?

– Нет.

– Почему?

– Я до сих пор не женат.

– Странно. Ты такой большой начальник…

– Видимо, не встретил женщину, похожую на тебя. – Он никогда не умел говорить комплименты. Даже эта фраза прозвучала жестким укором моей глупости. Я молчала, да и что можно говорить в подобных случаях. Признаться, что я полная дура, а мои родители совершили роковую ошибку, отдав меня за Эльдара?

– Это ты была вечером с ним в баре? – продолжил Вагиф.

– Да. Мы приехали сюда и выпили кофе. Кажется, пили еще ликер.

Лгать бесполезно, меня все равно опознает бармен. Да и Самед меня тоже видел.

– Что было потом?

– Ничего. Мы поговорили, и он пошел меня провожать. Взял такси и довез до дома. Вот и все.

– Когда это было?

– Примерно в полночь.

– И больше ты его не видела?

– Нет. Я была дома, а утром позвонил майор Мехтиев, сказал, что Омара убили, и попросил меня приехать в отель. Даже не попросил, а почти приказал.

– Зачем ты приехала с ним в бар в такое позднее время?

– Чтобы переговорить. Сегодня днем он должен был улететь, а мистер Финли попросил меня ввести его в курс дела. Они собирались открыть свой филиал в Баку и назначить Омара Халеда его руководителем.

– Понятно. – Вагиф поднялся и подошел к окну.

Я молча смотрела на его спину и думала, хорошо это или плохо, что расследование убийства арабского бизнесмена находится под контролем моего старого знакомого. Наверное, все-таки плохо. Если узнают, что я была в номере Омара, разразится жуткий скандал.

Вагиф вдруг резко развернулся ко мне.

– Он тебе нравился?

Странный вопрос. Может, он уже что-то знает?

– Омар был приятным собеседником. – Мне совсем не нравилось, как Вагиф смотрел на меня. Слишком спокойно, безо всяких эмоций. Такие лица, наверное, бывают у палачей.

– Ты поднималась к нему в номер? – Он не спрашивал, он почти утверждал.

Лгать я не хотела, а сказать правду невозможно. Поэтому я просто молчала. Долго молчала. А Вагиф терпеливо ждал.

– Мы нашли таксиста, который отвозил вас к тебе домой, – наконец заговорил он. – Ты ведь должна понимать, что все таксисты, дежурящие у таких отелей, находятся на особом учете. Найти его было легко. Он сразу тебя описал и назвал адрес твоего дома. Только он сказал, что вы вернулись обратно, не доехав до твоего дома. Вернулись обратно в отель… И еще, – безжалостно добавил Вагиф. – Мы нашли и второго таксиста, который действительно отвозил тебя домой. Только не в двенадцать, а в три часа ночи. – Он не только говорил ровным, бесцветным голосом, но и глаза у него были какие-то холодные и мертвые.

Вот так. Один раз в жизни захотела устроить себе небольшое приключение – и устроила на свою голову. Мало того, что Вагиф меня откровенно презирает, теперь об этом узнают и все остальные, в том числе мой старший брат. Представляю улыбочку его жены Фарах, которая меня всегда недолюбливала. Я тоже подозревала, что она не просто так занимается фитнесом и следит за своей фигурой. Пока брат сутками засиживается на своей работе, а мальчики получают образование в Англии, она явно не теряет времени зря. Но – не пойман, не вор. А я так глупо попалась…

– Что ты хочешь услышать? Что именно тебя интересует? Или я должна отчитываться перед вашим ведомством, как провожу свое личное время? – не выдержала я.

– Не должна. Если бы его сегодня ночью не убили.

– Понятно. И ты действительно считаешь, что его убила именно я?

Кажется, Вагиф впервые усмехнулся. Уголками рта.

– Нет, – ответил он, – в этом тебя никто не подозревает. Ты бы вряд ли смогла удержать подушку на лице такого сильного мужчины. Его убили после пяти часов утра, а ты уехала в три. И самое важное – мы не нашли оружия. Хотя уверен, что в номере везде остались отпечатки твоих пальцев. Ты была в его номере, только честно?

– Была. – Глупо отпираться, когда действительно там везде мои отпечатки пальцев.

– Он был раздет, – глухим голосом продолжал Вагиф. – Ты была с ним близка? Это твой любовник?

– Подобные вопросы не имеют отношения к его убийству.

– Ошибаешься, они имеют непосредственное отношение к убийству, – возразил Вагиф и повторил: – Он был твоим любовником?

– Нет. – Тут они ничего не смогут доказать, если у них нет камер в каждом номере. Тут я буду стоять до конца.

– Зачем ты поднялась к нему в номер?

– Он меня пригласил, а я подумала – почему бы и нет. Мы сидели и разговаривали до трех ночи. Потом я ушла. Если бы он был моим любовником, зачем мне уезжать в три часа ночи, я бы осталась до утра. Мой сын живет у родителей, сегодня суббота, мне не нужно выходить на работу, и я разведенная одинокая женщина.

Моя логика в данном случае безупречна. Никто даже не подумает, что я была разочарована и не собиралась оставаться в постели арабского гостя до самого утра. Уж не говоря о том, что утром меня могли увидеть все, кто завтракает в этом отеле. Поэтому я ушла ночью, стараясь оставаться незаметной. Но таксисты, эти вечные стукачи органов, меня засекли и выдали.

– Не нужно было подниматься, это могло тебя скомпрометировать.

– Каким образом? Я свободная женщина и могу делать все, что мне нравится.

– Ты всегда была такой, – согласился Вагиф, и в этот момент кто-то постучался.

Дверь была не закрыта, и в комнату быстро вошел майор Мехтиев, выжидательно глядя на меня.

– Говори, – разрешил Вагиф, – можешь говорить при ней.

– Наши сотрудники нашли здесь одну девицу, – сообщил Мехтиев. – Она говорит, что вечером ее приглашал к себе Омар Халед и попросил зайти к нему после часа ночи. Дал сто долларов и обещал выдать еще пятьсот. Девочка из элитных проституток.

Вагиф нахмурился, посмотрел на меня, потом на Мехтиева и спросил:

– Когда он с ней договаривался?

– Примерно в половине восьмого. Она как раз сидела в баре с подругой. Он подошел и сам заговорил с ними.

Какие все-таки сволочи все мужчины! Я в это время торопилась из парикмахерской на свидание с Омаром, а он снимал проститутку в баре. Мерзавец! С другой стороны, почему мерзавец? Девочка, наверное, симпатичная, если ей столько платят. Он не был уверен, что я соглашусь подняться к нему в номер, и решил «подстраховаться». Теперь понятно, почему он все время смотрел на часы и так торопился. Понимал, что придет эта девица. Я вспомнила, как он засунул деньги в карман халата и протянул ей бумажки, сказав по-английски, что сейчас занят. Конечно, элитная проститутка немного понимает английский, я в этом не сомневалась. Но какой же ужасный тип! Спать с одной, думая о другой… Правильно сделали, что его пристрелили. Таких мерзавцев обязательно нужно отстреливать.

– Она согласилась? – уточнил Вагиф.

– Конечно, согласилась. И ровно в час ночи пришла к нему в номер. Он открыл дверь, дал ей пятьсот долларов и сказал, что сейчас очень занят. Она обиделась, но деньги взяла и ушла.

Вот такие сейчас нравы. Если обиделась, могла бы не брать пятьсот долларов. Но она их взяла и еще собиралась остаться, если бы не я.

– Что еще?

– Больше ничего, господин генерал. Наши сотрудники работают со всеми, кто дежурил сегодня ночью. Но посторонних здесь не было. Сейчас проверяем всех работников отеля, кто мог совершить преступление.

– Деньги и документы на месте?

– Да. В кармане пиджака около четырех тысяч долларов наличными и шестьсот евро. Кредитные карточки, в том числе и «Американ Экспресс». Его паспорт, билет, страховка. На столике лежат его часы. Наши эксперты считают, что они стоят не меньше семидесяти тысяч долларов. Еще запонки с небольшими бриллиантами. Документы его компании. Ничего не пропало…

– Значит, убийство не с целью ограбления, – подвел итог генерал, глядя куда-то в сторону.

– Да, – согласился Мехтиев, – там другие мотивы.

– Какие? – начал рассуждать вслух Вагиф. – Политика? Зачем убивать бизнесмена, от которого ничего не зависит? Он не президент компании и не решает никакие стратегические вопросы. Зачем он сюда приезжал, о чем вы собирались договариваться с его компанией?

– Они хотят принять долевое участие в постройке нового трубопровода…

– «Набукко», – перебил меня Вагиф и выразительно посмотрел на Мехтиева.

– Наверное, хотели помешать, – предположил майор.

– Тогда зачем его убивать? – вмешалась я в разговор. – Он просто готовил договора.

– Хотят запугать и помешать работе. Его могли убить, чтобы устроить некую показательную демонстрацию, – заметил Мехтиев.

– Политика и деньги, – продолжал рассуждать Вагиф, – это самые главные факторы. Но, может быть, был и другой фактор. Личный… – Он загадочно посмотрел на меня.

– Кого ты подозреваешь? – нервно спросила я.

– Не обязательно тебя, – ответил Вагиф. – Но кто-то мог оскорбиться твоим поведением и решил наказать твоего знакомого.

– Таким диким способом? Вагиф, это несерьезно. В моем окружении нет психопатов. Только потому, что я поднялась к нему в номер поздно ночью, кто-то из моих знакомых приехал сюда и застрелил его? Ты сам слышишь, как это глупо звучит?

– Тебя могли приревновать, – напомнил Вагиф.

– Кто? Мой бывший муж, которого давно интересуют совсем другие проблемы? Кто именно?

– Не знаю. – Вагиф благоразумно не произнес имени моего старшего брата, у которого был пистолет. Керим вполне мог убить любого человека, если бы тот осмелился меня обидеть. Но несчастный Омар меня не обижал, поэтому Кериму незачем было совершать такое ужасное преступление. Не говоря уже о том, что я хорошо знаю своего брата. Он бы никогда в жизни не стал стрелять в человека, закрыв ему лицо подушкой.

– У тебя есть постоянный друг? – продолжал спрашивать Вагиф.

– Такого, который бы стрелял в лицо гостю, – нет, – отрезала я, уже не глядя на Вагифа. Неужели он не понимает, что я не имею никакого отношения к этому убийству?

– Идите, майор, – отпустил Мехтиева Вагиф.

Тот вышел, и мы опять остались наедине.

– Ты с ним была близка? – не успокаивался Вагиф.

– Я тебе уже сказала, что не буду отвечать на такие хамские вопросы. А если даже и была, это мое личное дело и никого не касается.

– Экспертиза может найти в постели твои волосы и вычислить тебя с помощью твоего ДНК. У нас сейчас очень хорошая аппаратура…

– Зачем тебе это нужно? Я честно говорю, что не знаю, кто и зачем его убил. Может, действительно из-за этого трубопровода? Только ты правильно сказал, что от него ничего не зависело. Он приехал лишь для того, чтобы подготовить договора.

– Вас кто-нибудь видел в баре?

– Нет, никто. – Я не стала говорить про Самеда и его спутника. Самед – двоюродный брат моего бывшего мужа, и ему совсем не обязательно знать, что здесь произошло убийство, к которому я тоже могу быть причастна. Кажется, Вагиф уловил некоторую неуверенность в моем ответе. Или у них профессия такая, что они сразу чувствуют, когда человек врет.

– Ты уверена, что вас никто не видел? – переспросил он.

– Нас видело много людей. Бармен, официанты, посетители бара, дежурные в отеле. Но среди них не было моих знакомых.

– Фарида, все это очень серьезно. Ты должна понимать, в отеле произошло убийство иностранца. Жестокое и циничное убийство, за которым могут стоять спецслужбы другого государства. Если они узнают, что ты была здесь ночью, возможно, решат, что ты знаешь слишком много, и тогда… Я этого хочу меньше всего, поэтому мне нужна только правда. Я должен постараться хотя бы тебя защитить. Ты прекрасно понимаешь, что я не верю в твою вину, но другие могут поверить. И наши, и чужие. Поэтому ты обязана все мне рассказать, если есть что-то такое, чего я еще не знаю.

– Мы познакомились с ним только сегодня утром, вместе пообедали, потом поужинали. Это было поручение моего шефа…

– Ты всегда охотно выполняешь подобные поручения? – не выдержал Вагиф.

– Я вообще не буду с тобой разговаривать, если не поменяешь свой тон. – Я отвернулась, чувствуя, как глаза наполняются слезами. Все-таки не каждый день зверски убивают человека, с которым я провела ночь. Это испытание явно не для моих нервов.

– И не нужно. – Вагиф явно растерялся, понимая, что несколько перегнул со своими угрозами. Он достал из мини-бара бутылку с минеральной водой, наполнил бокал и протянул мне.

– Отстань от меня! – сквозь слезы проговорила я.

И тут мы услышали нарастающий шум в коридоре, затем чей-то громкий голос, от которого я вздрогнула. Секунды через три дверь распахнулась, и в комнату стремительно ворвался мой старший брат Керим.