Апокалипсис Ку

Об авторе

|

Василий Ярославович Голованов родился в 1960 году. Окончил факультет журналистики МГУ. Работал в “Литературной газете”, “Общей газете”, “Огоньке” и других периодических изданиях. Автор книг “Тачанки с юга” (1997), “Остров, или Оправдание бессмысленных путешествий” (2002), “Время чаепития” (2004). Живет в Подмосковье.

Когда пришел конец света, как и было верно предсказано в древних пророчествах, люди давно забыли, что такая неприятность рано или поздно может и даже должна случиться. Впрочем, индийские брахманы и мрачные жрецы майя, давно исчезнувшие с лица планеты, относили конец света к концу времен, а времена как раз стояли самые жизнеутверждающие, и завода, казалось, хватит еще надолго; а нервные библейские пророки, имен которых, разумеется, никто уже не помнил, давно просрочили все сроки объявленного ими неминучего гибельного конца, но главное, никто не предупредил, что все случится в один прекрасный день так запросто. Новый год набирал обороты в праздничных огнях, треске фейерверков, брызгах шампанского и прочих милых праздничных восторгах, как и положено Новому году. Людей интересовало насущное. А насущным были: светская хроника, шоу-бизнес, политические скандалы, телесериалы, подробности из жизни звезд и подонков. А самое главное - жизнь собственная, доведенная до той степени роскоши, удобства, сексуальной раскрепощенности и самоудовлетворения, что представление о рае, если бы его, конечно, помнили, показалось бы просто наивной аллегорией бедных древних авторов ветхих книг, лишенных необходимого сочинителям нового века парадоксального и пряного воображения. Время - то самое время, которое все-таки истекало и незаметно устремлялось во тьму хаоса, в согласии с предсказаниями забытых апокалиптик, - было надежно заключено в электронную форму и исчислялось теперь, даже в спорте, не минутами и секундами, а суммами в твердой валюте и ценных бумагах; вот уж что-что, а время казалось стабильным и безотказным, как никогда. Если бы людям тогда кто-нибудь всерьез сказал, что ночь Брахмы близка, а в человечестве не осталось больше ни дхармы, ни силы, ни добродетели, и корова закона устала стоять на одной ноге, речи подобного рода непременно были бы встречены громким смехом, потому что никогда, вот именно, никогда еще человечество не было столь совершенным физически, развитым интеллектуально и всесторонне защищенным технически. Поэтому, собственно, оно и отбросило понятие о Боге, как слишком уж очевидную и прямолинейную сублимацию, облеченную когда-то в не в меру пышные архитектурные и живописные формы, а также в изощренные и весьма многочисленные формы словесные. Пророчество Апокалипсиса - если иметь в виду не ту ярую шизофреническую галлюцинацию, которая поразила евангелиста Иоанна в ссылке на острове Патмос, а саму идею о возможной конечности и гибельности мира - в представлении просвещенного человечества связывалось прежде всего с грубым вмешательством внешней космической силы - например, кометы или гигантского метеорита. Но, во-первых, об опасности такого рода человечество было бы заблаговременно предупреждено учеными, а во-вторых, ей, как и всякой опасности, можно было бы противодействовать, например, расколов ядро кометы за много миллионов километров от Земли атомными зарядами. Всякий другой сценарий конца, исходящего не извне Земли, а изнутри самого человеческого рода, казался столь диким, что внутри каждого отдельного человеческого существа он застывал, как ком холодного неизъяснимого ужаса, как бывает при просмотре какого-нибудь триллера, когда при всей ненатуральности и неправдоподобности ужасного он все-таки несет в себе заряд отвращения и страха. Разумеется, нельзя было исключить, что человечество полностью, на все сто, обезопашено от стихийных бедствий, мутирующих вирусов или какого-нибудь отвратительного оружия, которое может оказаться в руках террористов, но все-таки убежденность, что при всем своем моральном и техническом потенциале человечество непременно обезвредит ЭТО, была сильнее. Кстати, незадолго до рокового дня социологи Института Предвидения провели-таки опрос на тему о конце света, хотя руководство института, возможно, из политических соображений, называло тему неактуальной. Были получены любопытные данные. Оказалось, что, несмотря на очевидное процветание, технический прогресс и революцию в науке, людей продолжают терзать навязчивые фобии. Опрошенные боялись комет, пришельцев, маленьких зеленых человечков, конкуренции со стороны ИСС (искусственно созданных существ), экологических проблем, изменения мирового порядка за счет перемещения политического “центра силы” из Америки в страны Азии, генетически модифицированных продуктов, недобросовестно проверенных лекарств, эмигрантов из недоразвитых стран, курящих и запаха пота.

Никто не написал, что он боится двух придурков. А зря. Потому что конец света пришел просто как случайность, как бред, как небольшой и неопасный сбой в системе. Ничто не предвещало. Ангел не вострубил, и небо не свилось, как свиток. Сначала. А потом было поздно. Даже брахманы Шамбалы пребывали в недоумении, ибо, когда катастрофа произошла, до конца Калиюги, черного, злого Железного века, который как раз и должен был завершиться гибелью человечества, оставалось, по их расчетам, еще больше четырехсот тысяч лет. Конечно, расчеты, сделанные давным-давно неграмотными пророками, могли быть только приблизительными; но ошибка такого порядка должна была бы объясняться и какими-то другими причинами. Разумеется, число злодеяний, совершенных человечеством, количество пролитой в войнах и межнациональных избиениях крови, клятвопреступлений, самых гнусных и необъятных по разнообразию форм стяжательства, унижений человека человеком, кровосмешений, пыток, уровень политической скверны, невообразимой лжи, изо дня в день тиражируемой всеми средствами массовой информации, и прочих, чисто бытовых форм жестокости и неправды давно тысячекратно превысил все, что могли себе вообразить о человеке боги в начале творения. Было ли это причиной внезапного срыва? И только ли это? Могли ли боги вообще вообразить себе уровень повседневной неправды, добровольной несвободы, бытового идиотизма, вплоть до неспособности к самостоятельному мышлению, что так красноречиво характеризует современную цивилизацию? Ну уж это, пожалуй, нет...